Любой ценой

- Люцик, ну поведай мне, какого хитровыдуманного ангела, я должен вытаскивать твоего сынулю из той великой и необъятной жо, в которую он сам себя затащил? – я сидел напротив некогда брата и в душе не совокуплял, почему его выбор пал именно на меня. - Ази, мы ведь родственники, были…, - видать Сатане и впрямь было необходимо вернуть демоненка, а дети всегда для родителей остаются детьми, даже если им пара тысяч лет, раз сам Повелитель Ада подбирает слова, а не просто отдает приказы. – Я просто хочу сказать, что Балти и тебе не чужой. Пойми, его сущность даже сейчас не дает ему покоя. Он же наполовину человек, и его человеческое сердечко разбито… - Два века как, я помню, - ох, не нравилось мне эта романтичность в голосе старого друга, да, друзьями мы остались.       Люцик, как я его называл, кинул на меня недовольный взгляд, что-то типа «Не перебивай!» и продолжил ныть, то бишь, уговаривать. - У него очень ранимая душа. Да, душа! Совсем как у его матери… - Это ты про Лилит? – я чуть со стула не рухнул. - Никогда у этой расчетливой сучки не было даже души, а про ранимую ты вообще загнул. - АЗАЗЕЛЬ! – громовой раскат голоса в раз взбесившегося Сатаны слышал, наверное, весь Ад, где-то на Земле, не удивился бы, возможно, это отразилось проснувшимся вулканом, но мне было абсолютно фиолетово, сидел себе, как и сидел, маникюр разглядывал. – Будь добр, оставь свое личное мнение при себе, мне уже порядком надоела ваша с ней война. Она была очень трепетным и ранимым человеком, - «Это ты был очень влюбленным и восторженным ангелом», - подумалось мне, но вслух я этого не произнес, продолжая со скучающим видом внимать словам Повелителя. – Но это к делу не относится. Просто кто кроме тебя, Нахаш-Искуситель, - в ход пошла лесть, - сможет вернуть Бальтазара в лоно родной Преисподней? – Люцик явно ждал от меня какого-то ответа, но фиг ему, молча я продолжил ждать козырного туза. – Упрямый ты! Ладно, как я уже упоминал, у Балти есть душа, там, - многозначительный взгляд наверх, - об этом внезапно вспомнили, - нытье кончилось, и начался действительно деловой разговор. – И придумали, как вернуть себе эту заблудшую душу. Эти твари пернатые хотят забрать себе моего демона. - Это не возможно, он не обычный грешник, он наполовину демон, - вполне же понятный скепсис. - Он рожден человеком, от человеческой женщины, и лишь то, что я признал его, уже будучи низвергнутым, сделало его демоном, - по тому, как Сат произнес это, стало понятно, что у Небес есть возможность воплотить свой безумный план. – Они послали Рафаэля. Вот Повелитель и достал своего главного козыря. Между лопатками тут же болезненно заныло – когда-то там были крылья. Когда-то до того, как этот предатель, имя которого почти небрежно произнес Люцифер, не оборвал их обманом. Рафаэль – это имя стало для меня, как красная тряпка для быка, его носителя сейчас я ненавидел так же, как когда-то любил. И именно поэтому мне стало понятно, почему выбор друга на роль спасителя для сына пал на меня – я же теперь сделаю все, чтобы расквитаться с Архангелом, а попутно закину Бальтазара обратно в Преисподнюю. - Я как-то ограничен в полномочиях или средствах? – вкрадчиво уточнил я, этот вопрос стал моим согласием, в Аду не принято напрямую говорить слово «да». - Нет, делай, что захочешь, когда и как захочешь. В данной миссии весь мой Ад и его ресурсы в твоем распоряжении. И еще, - Люцик встал, обогнул стол, обошел меня и положил руки на мою спину, невидимые шрамы от оторванных крыльев обожгло огнем, - вот, это мой личный привет пернатому. Низвергни его, брат. И я расправил свои новые крылья, черные, отливающие синевой перья, подбитые алым, как кровь, по краю. - С удовольствием. Где сейчас Бальтазар?