Трио нового мира. Сай Ютес Линеркон.

      Из небытия сознание Ютеса вырвал грозный рык. Он иглами прокатился по телу волка, заставив глаза резко распахнуться. Первая мысль, которая пронеслась в его голове, была о том, что оборотня встретил демон ада. Но в своей еще весьма короткой жизни парень не успел сделать ничего такого, за что его можно наказывать, отправляя его душу в столь жуткое место. В нескольких метрах от Ютеса стояло чудовище, рыча и капая слюной на распростертое на траве тело. Рефлексы сработали раньше, чем он успел о чем-либо подумать. Волк попытался вскочить, но лапы внезапно подкосились от нахлынувшей слабости, и животное вновь упало, больно стукнувшись о твердую бугристую землю. Чудовище быстро приблизилось к белому волку, словно пушинку подняв в воздух, а в следующий миг горло пронзила чудовищная боль. Парень думал, что мертвые не способны ее ощущать. Мелькнула мысль о том, что он каким-то чудом оказался жив. Но тем больнее было осознавать, что оборотень умирает второй раз. Судорожный вздох, смешанный с жалобным скулежом вырвался из распахнутой пасти, горько так бездарно упустить второй шанс. В нос вновь пробрался запах крови, она текла из шеи, пачкая белый мех. Из синих глаз катились слезы. А говорят, что умереть дважды невозможно…       Под веки волка пробралось голубоватое свечение, такое теплое и нежное, оно окутало бережным коконом, даря новые силы, возвращая осторожными тонкими, как нити паутины, потоками жизнь. Но, как Ютес ни старался, не смог открыть глаза, понять, что происходит и кто так заботливо каплю за каплей вливает в него жизненную энергию, возвращая в мир, вырывая из лап смерти. Тело сковывала слабость, а сознание медленно погружалось в лечебный сон. Только носа легко коснулся слабый запах, такой знакомый и близкий, но в то же время совершенно иной. Ютес запретил себе даже думать о том, что рядом мог оказаться муж, не стоит тешить душу несбыточными надеждами.       Тихий, словно боязливый шелест листвы, приглушенные голоса, посторонние запахи, такие чужеродные и неестественные, молодой оборотень не ощущал их никогда ранее в своей жизни. Едва приоткрыв веки, чтобы сквозь узкие щели оглядеться и понять, где он, Ютес заметил, что находится на просторной поляне. Лес, вокруг был лес, красивый, но полный затаенной опасности. Мертвый… Его окружали люди? Оборотни? Вампиры? Кто они? Он не мог понять. Юноша четко ощущал людей, но все же их запах был изменен – неправильный, противоестественный, он искрил оттенками совершенно не свойственными человеческой расе. Вампиры, их холодную морозь невозможно спутать ни с чем. Но кто остальные? Кроме того Ютес был голоден, безумно голоден и этот голод сильно отвлекал от изучения окружающего мира. Молодой организм, измученный восстановлением и борьбой за жизнь требовал пищи. Живот выкручивало от мерзкого чувства. И вновь волчьи рефлексы взяли верх над человеческим сознанием. Оборотень подскочил со своего места, разрушая всякую маскировку, как только аромат еды проплыл над поляной. Миг, и белый волк уже сидит возле костра, над которым висит котелок с кашей, осматриваясь по сторонам, и выискивая недружелюбно настроенных чужаков, уши, покрытые мягкой нежной шерсткой, несильно прижаты к голове, тело напряжено. Но опасности от чужаков не было, только белобрысый парень погрозил ему кулаком, вызвав рык и заставив Ютеса оскалиться, чтобы сразу показать, что он может постоять за себя. В лице молодого человека промелькнула обида? Не страх, а обида. Странно. Но сперва еда. Оборотень торопливо поглощал все, что ему бросили, не разбирая вкуса, волк желал только одного - набить пустой желудок, чтобы живот распух от пищи, попавшей в него, а отвратительное чувство выжигающего внутренности голода испарились.       Расправившись со скромным ужином (для оборотня его доля оказалась весьма маала) и обведя всех умоляющим взглядом в надежде, что чужаки подкинут еще несколько кусков еды, волк повернул крупную голову в сторону молодого парня и мужчины, сидящих чуть поодаль от основной компании. Этот человек привлекал его внимание, прежде всего, будоражил запах юноши. Он пах, как человек, но и отдаленный ледяной холод присутствовал в его аромате, вызывая ассоциации только с одним существом - вампирским герцогом, тем, кто не так давно стал законным мужем. Белый волк подошел ближе, лег на живот и ткнулся носом в ладони Максима, которые тот доверчиво подставил под пасть, скрывающую множество острейших зубов. Но парень был уверен, что спасенный им зверь не причинит вреда. Волк хотел познакомиться ближе, он тоже. Оборотень втянул носом воздух, запоминая запах парня и пропуская его через себя. В груди Ютеса что-то екнуло, захотелось ласки, чувства защищенности, хотя глупо ее было ожидать от того, кто сам едва ли старше и маловероятно сильнее. Максим улыбнулся, слегка приподнимая уголки губ, и осторожно потрепал волка по холке. - Надо ему кличку придумать, - произнес мужчина, сидящий рядом.       Волк поднял на него взгляд. Мужчина оказался красив с усталыми глазами, так похожими по цвету на глаза Шенона. Нет, мужа здесь нет и быть не может, это Ютес знал наверняка. Волк несильно дернул головой, чтобы отогнать мысли о муже и не заниматься самообманом. Линара оборотень без заминки определил как сильного и властного вожака, лидера и опору всех, кто собрался на поляне. Из короткой, брошенной мужчиной реплики, Ютес понял, что они не подозревают, кого спасли от неминуемой гибели. Линар, а значит, и все его спутники считают его обычным волком. Пусть с не совсем обычным цветом шкуры, более характерным для волков живущих далеко на севере, там, где большую часть года земля покрыта белоснежным снегом, но простым волком. Парень решил не раскрывать тайну, будет легче понять окружающий мир, если члены этой странной компании будут считать его всего лишь животным. Какие бы они не были – они чужаки, ему не стоило об этом забывать.       Живя вполне себе тихой и размеренной жизнью в стае под защитой отца, Ютес не предполагал, что жизнь может быть наполнена таким количеством опасности, но путешествие с новыми знакомыми по подземелью заставили столкнуться молодого оборотня и с таким времяпрепровождением. За каждым углом что-то происходило, медленно, но верно уменьшая количество тех, кто оказался в отряде Линара. Линар молниеносно сыскал уважение волка и расположение просто за то, кем он был. Максим при более близком знакомстве слегка разочаровал своим характером. Парень оказался эгоистичен и избалован, не в состоянии засунуть эти черты куда подальше, даже во время смертельной опасности. Но самое главное подземелья заставили Ютеса изменить взгляды на жизнь. От скромного молодого оборотня не осталось и следа, хотелось доказать Линару, что он не менее силен, а Максиму, что не только тот может похвастать отвратительным характером. Оборотня охватила лихая веселость и несерьезное отношение к окружающему миру, словно он опрокинул в себя двести грамм самой крепкой настойки и теперь шагает по жизни в состояние легкого алкогольного опьянения, способного убирать черные полосы на дороге судьбы и раскрашивать мир яркими сочными красками. После того, как Ютес умер, и внезапно вновь оказался жив, воскреснув, будто легендарная птица Феникс, способная возрождаться из пепла, сознание все же рискнуло уверовать в то, что так будет происходить из раза в раз.       Свою истинную сущность оборотень решился показать только тогда, когда их осталось трое. Глупо было и дальше скрывать свое «я», когда с Линаром и Максимом его связала смерть спутников. Горе зачастую сближает живых существ, заставляя их безоговорочно и слепо доверять тем, кто остался рядом. Остаток пути воспринимался юношей, как приключение вне реальности, как яркий, красочный сон, такой интересный, полный впечатлений и щекочущей нервы опасности, но всего лишь сон.       Максим пришел в сознание самым первым, когда солнце еще и не думало показываться из-за горизонта, а лес окутывала непроглядная тьма. Парень с наслаждением глотнул свежего и чистого воздуха, которого так не хватало во время блуждания по подземельям, осмотрелся по сторонам. Но даже куда более острое вампирское зрение, не помогло различить окрестности. Единственное, что парень понял – они оказались в лесу. Кровь вампиров, которая по заверениям Руда текла в нем, с каждым днем становилась сильнее, даря молодому человеку множество преимуществ. Максим перевел взгляд немного ниже. Возле него сладким сном спал Линар. С первого быстро взгляда ему показалось, что маг мертв, настолько тихим было его дыхание, настолько незаметно вздымалась широкая грудь. Максим наклонился и слегка коснулся любимых губ поцелуем, слизывая теплое дыхание, осторожно, словно воришка, проскальзывая языком внутрь, лаская жемчужную поверхность зубов. С трудом, но все же Линар смог разомкнуть веки и улыбнулся, завидев любимую мордашку, склонившуюся над ним. Оборотня же никто в чувство привести не смог. За время, пока Ютес продолжал пребывать в полусне в полузабвении, Линар и Максим отошли от поляны и, завидев огни на стене, окружающие город, добрались до нее. Прошли вдоль преграды около трехсот метров, но лазеек в город, кроме наглухо закрытых ворот, не нашлось. Совместными усилиями властители Сайшесса поймали нехитрый завтрак, развели костер и даже успели полакомиться своими долями до того, как Ютес открыл глаза.       Пробуждение оказалось приятным для Ютеса. Парня со всех сторон окружало то, что так мило и близко его существу. Лес. На этот раз живой, полный своих звуков: пения птиц, шороха листвы и лесных обитателей, только в отдалении улавливался звук просыпающегося города, что позволяло думать, последний не так далеко. Нос оборотня щекотал запах первых солнечных лучей, которые игриво пробегались по сомкнутым векам, молодой травы, сладкий запах ягод и цветов, влажный мха и грибов. Ютес потянулся, прогибаясь в пояснице и широко улыбаясь. Легкий ветерок пробежался по голому животу, приласкал обнаженный пах, погладил длинные ноги. - М-м-м? – почему я в лесу голый? - Волчонок проснулся, - усмехаясь звонким голосом, произнес Максим.       Не сон. Все, что произошло, не было сном, не было бредом воспаленного сознания после кровавых забав Мара. Все оказалось реальной жизнью. Молодой оборотень резко сел, прикрывая ладонью рот, не пуская невольный стон удивления. - Ютес, меня зовут Ютес, - хрипло возмутился волчонок, окидывая парня, сидящего возле потухающего костра, недовольным взглядом. - Как ты? – Линар присел возле юноши на корточки и заправил прядку волос за ухо, легко пробегаясь теплыми пальцами по щеке.       М-м-м. Ютес прикрыл глаза. Что с ним творит этот мужчина? Так захотелось потереться о его ладонь. Движение головы остановил только взгляд Максима, вполне осязаемо вонзившийся в точку посередине лба. Линар и этот инфантильный молодой человек – пара, Максим ревнует. Но и сам Ютес не собирался забывать о том, что замужем. Пусть Шенон и остался где-то там за неведомой гранью мироздания, но он все еще принадлежит ему и будет принадлежать до последнего вздоха, пока самая настоящая смерть не заберет его душу. - Нормально, - Ютес с трудом поднялся на трясущиеся ноги, которые дико болели от огромного количества физической нагрузки. - Возьми, - он протянул Линару куртку, влажную от утренней росы, оставаясь полностью обнаженным, миг и на лесной поляне оказался белый волк.       Под покровом белой густой шерсти намного уютнее и спокойнее, оборотень решил принять свою вторую ипостась, пока они не войдут в город и он не смогу найти одежду. Сверкать голым задом перед двумя мужчинами… м-м-м…парню было стыдно, нагота очень смущала.       Линар прошелся рукой по меху, пропуская его между пальцами, слегка потягивая и довольно кивнул. Голый вид оборотня смущал, направлял мысли в несвоевременное русло, а взгляд не мог оторваться от самых сокровенных мест восхитительного тела, заставляя вспыхивать в дикой ярости Максима. Его жених лишь хмыкнул и отвернулся, заливая остатки костра водой. Мужчина поднес к пасти волка кусок дичи, который моментально исчез в ней. Острые зубы легко раздробили кости, перемалывая их в мелкую крошку. Насытится этим мизерным куском Ютес не смог, но голодный рев желудка прекратился. - Ворота наверняка уже открыты, - буркнул блондин, намекая на то, что пора уходить из леса.       Линар кивнул и вновь подхватив ношу в виде своего парня, потащил того вперед по узкой извилистой тропинке, петляющей среди кустов и молодых деревьев. - Лин, что это за город? - спросил Максим, когда высокие ворота возникли перед глазами. - Трудно сказать, - пожал плечами тот, - я даже предположить не могу, в какой мир на этот раз мы угодили. - Ясно. Эй, служивый! - крикнул Максим, как только в нескольких метрах от нас появился стражник. - Что за город? - Пенар, - грубо отозвался тот и окинул тяжелым взглядом компанию из трех человек, которая больше походила на попрошаек, нежели на пропыленных путников, но все же была вооружена. Светловолосый паренек едва касался белых рукояток, опоясанных стеблями роз, а грудь мужчины наискось перетягивал широкий пояс от ножен. - Кто такие? - Путешественники, - Линар вышел вперед, неуловимо задвигая Максима за свою широкую спину.       Стражник неопределенно хмыкнул и пропустил за городскую стену.       В тот миг, когда три пары ног путников переступили черту города, на одной из улиц еще только просыпающегося Пенара, нечеткий силуэт, едва намеченный бело-серебристыми очертаниями, выскользнул из подвороти, напугав кошку. Та отвлеклась от своего важного занятия по поиску пищи для себя и еще слепых котят, громко мявкнула и тихо опустилась на четыре лапы возле мусорного ящика. Силуэт замер на мгновение, словно осматриваясь по сторонам, а затем скользнул в узкую щель оружейной лавчонки.       Город оказался большим, вероятно торговый, так как по улицам встречались многочисленные лавки и лотки, еще закрытые в столь ранний час. Линар вел парней строго вперед, под ногами бугрилась булыжная мостовая, в сточной канаве поодаль журчала вода, терзающая обоняние волка ужасной вонью. Дома, тянувшиеся вдоль улицы высокие - в два-три этажа, покрытые красной черепицей крыши ласкали утренние лучи солнца. Рассвет только входил город, переваливая через высокую, окружающую его, стену и разбавлял остатки ночи золотисто-оранжевым сиянием.       Линар все шел вперед, не сбавляя темпа, Максим и белый волк едва поспевали за ним, но послушно тащились следом. Правитель Сайешесса искал место, где они могли бы отдохнуть и обдумать все, что случилось, делать какие-либо предположения пока никто из них не решался. Необходим был постоялый двор. Линар хотел продать свой меч, чтобы появилась возможность рассчитывать на кровать и пищу в течение хотя бы нескольких дней, поэтому мужчина пристально разглядывал встречные лавки. - Молодые люди! - окликнули их приятным мужским голосом из зарешеченного окна торговой лавки.       Линар остановился, осматривая силуэт человека в окне. - Молодые люди, помогите мне выбраться из западни! - крикнул человек. – Я пил в трактире неподалеку, ввязался в драку, кто-то лишил меня сознания, очнулся я уже здесь, за решеткой этой лавчонки.       Все трое смотрели на человека, запертого внутри оружейной лавки с неверием и подозрением. Максим был уверен, что это всего лишь незадачливый воришка, который по незнанию угодил в ловушку, и теперь ожидает появления хозяина лавки и последующей за этим неминуемой расплаты. Парень зло усмехнулся и дернул жениха за рукав, чтобы увести дальше. - Стойте! Прошу вас помогите! Я заплачу! – взмолился силуэт за окном.       Максим замер, решив предоставить Линару право выбора. А он оказался невелик, расставаться с мечом, который уцелел после путешествия по подземельям Раждара, он не хотел. Мужчина огляделся по сторонам, но ненужных свидетелей возможного преступления в такое раннее утро, не было. Легкий взмах руки и голубые искры уничтожают преграду на короткий промежуток времени, но его достаточно, чтобы силуэт материализовался перед путниками. Мужчина лет двадцати пяти с темно-русыми волосами, собранными в высокий хвост и хитрыми зелеными глазищами, яркими, словно изумруды. Глядя в эти глаза Линар пожалел о принятом решении, мужчина выглядел плутом и обманщиком. - Вот, возьмите, господа! – бывший пленник протянул пузатый мешочек и зеленого бархата, перетянутый у самого горлышка золотой тесьмой. Монеты, судя по всему, были набиты в кошель туго, почти до предела. - Я ваш должник! – он поклонился и замер в ожидании реакции.       Линар подхватил мешочек, усмехнувшись, не смог сдержать радости. На самом деле ему было все равно честно ли это заработанные деньги спасенного, или же парень украл их. Главное, что теперь они могут позволить себе отдохнуть и помыться. Кивнув своим белобрысым спутникам Лин отправился дальше по улице. - Стойте! – вновь окликнул их спасенный парень. – Куда же вы направляетесь? - На постоялый двор, - пожал плечами Максим, пиная мелкий камушек, - нам необходимо отдохнуть после долгой дороги. - Позвольте отправиться с вами? Мой долг еще не выплачен. - Кто вы? – спросил Лин, оглядывая молодого мужчину подозрительным взглядом. - Тот, без кого вы не сможете обойтись! – громко сообщил он. – Мое имя Вернон, - пленник снова поклонился, пряча за длинной челкой хитрую улыбку. - Почему вы так решили? – Максим хмыкнул, этот субъект ему категорически не нравился, слишком самоуверен. - Вы пришли издалека, - сообщил Вернон, многозначительным взглядом охватывая их рваную и грязную одежду, - а я прекрасно знаю Пенар и не только, - его лицо озарилось довольной улыбкой, Вернон уже предвкушал победу, путники просто не могли не согласиться на его услуги. – Кроме того, я все еще ваш должник, - напомнил он. - Хорошо, - согласился Линар, коротко кивнув.       К постоялому двору подошли уже трое спутников и один белый волк, который трусил позади нового человека и никак не мог разобрать его запах. Путник пах солнечным светом и морским бризом, первыми весенними цветами и талым снегом, чистой водой и свежим воздухом. Но на дне всех приятных оттенков его аромата, Ютес тонко ощущал чуть сладковатый запах гнили.       В общем зале постоялого двора, который обнаружился через два поворота на соседние улочки, было малолюдно. Утро только начинало поднимать с уютных постелей народ, чтобы бросить его с головой в новый день. В массивном камине, выложенным крупным серым камнем, внутри почерневшим от ласки пламени, весело горел огонь. Прямоугольные столы, рассчитанные на многочисленные компании, застелены чистыми скатертями, полы надраены до блеска, а в самом помещении витает запах свежести и утреннего хлеба. - В первую очередь еда, потом ванна и отдых, - заявил Максим, направляясь к одному из столов.       Линар не стал спорить, заметив, что белый волк воодушевился и явно тоже был не против вдоволь поесть вначале. - Вы присоединитесь к нам, Вернон? – тихо спросил Линар нового спутника. - Я не очень голоден, но могу составить вам компанию, - улыбнулся тот. - Любезный! – позвал Линар сонного слугу, неохотно расставляющего табуреты и скамьи вдоль столов. – Принесите завтрак на всех. - А чем заплатить найдется? – скривившись, спросил мальчишка. - Найдется, - кивнул Линар, продемонстрировав зеленый мешочек.       Вернон только хмыкнул, сосредоточенно играя в гляделки со злым Максимом, парень был не рад тому обстоятельству, что в их компании появился непрошеный гость. - Комнаты, господа? – уточнил слуга, смахивая сонное состояние. - Да. Две и ванну в каждую, но позже. - Вы надолго? – голос мальчика мгновенно изменился, из равнодушного превращаясь в услужливый. - Как придется, - уклончиво ответил Лин, понятия не имея, насколько они могут здесь задержаться и где это «здесь» находится. - Все будет, - кивнул мальчик и исчез с глаз долой, скрывшись в кухне. - Прошу меня простить, господа, но вы так и не представились, - сообщил Вернон, переводя взгляд хитрых глаз с Максима на Линара и обратно. - Лин, - ответил правитель Сайешесса. - Макс, - буркнул блондин.       Максим был настолько раздражен чужаком, что не замечал того, что уже на протяжении нескольких минут гладит Ютеса. Его жесткая белая шерсть и обжигающее тепло тела отвлекали и не позволяли скатиться до грубости, чтобы отправить Вернона восвояси. - Вернон, расскажите нам о провинции, в которой мы находимся, - осторожно попросил Линар, когда мальчик-слуга принес завтрак для ранних посетителей.       Линар никак не мог понять, куда их забросило волшебство Сферы. Остались ли они в расколотом мире или очутились в другом? Или магия артефакта соединила вновь раздробленные части? Название города было ему смутно знакомым, но мужчина никак не мог соотнести то, что он видит с тем, как он представлял себе действие артефакта. - М-м-м. Одна из многих, что лежат по соседству. Ничем не выделяется. Этот город самый крупный, здесь сосредоточена вся торговля. На севере, не так далеко от города, протекает река, которая и кормит город, по ней можно спуститься к океану, не спокойному нынче, - задумчиво поведал Вернон, отрывая от свежей сдобной булочки по небольшому кусочку. - А какие-нибудь значимые события в мире происходили? – решился все же уточнить Линар. - Нет. Скукота, - хмыкнул молодой мужчина. - А вы хотите приключений? – ехидно поинтересовался Макс, в памяти парня еще свеж был их поход и прогулка по подземельям мертвого города. - Не отказался бы. - В какой Империи мы находимся? - Магов, - Вернон хоть и был удивлен такому вопросу, но ответил.       Разговор сник. Линар крепко задумался, размышляя над тем, что их словно забросило в прошлое. Максим клевал носом, расправившись со своим завтраком, а волк уже и подавно спал под столом, вылизав дочиста свою железную миску. - Комнаты готовы? – спросил Лин у пробегавшего мимо мальчишки. - Да, господин.       Мужчина достал из мешочка несколько золотых монет и положил на стол перед юношей, по его мнению, здесь должно было хватить и за еду и за проживание. А судя по расширившимся в предвкушении глазам слуги, оказалось намного больше. Вернон только цокнул языком, глядя на такую расточительность и первым поднялся из-за стола. Их комнаты находились в самом конце коридора. Линар выбрал ту, что оказалась больше, понимая, что ночевать ему придется не только в компании Максима, которого невероятно сильно хотелось хорошенько трахнуть, но и вместе с Ютесом. Он попросил принести им всем сменную одежду, в том числе и для оборотня, вспомнив его гибкую фигуру и назвав размер навскидку. Мальчик услужливо поклонился, получил еще один золотой и убежал исполнять поручение.       Пока оборотень и мужчина разглядывали временное жилище, Максим исчез в комнатке, где стояла большая, в средний человеческий рост, лохань, наполненная водой, от которой клубами поднимался пар. Парень брезгливо сорвал с себя тряпки, которые и одеждой назвать язык уже не поворачивался и с наслаждением погрузился в горячую воду, чувствуя, как она окутывает его нежным коконом. - Не удивлен, что ты уже здесь, - хмыкнул Линар, снимая одежду. - Думаешь, нам хватит места в этом корыте? – поинтересовался парень, охватывая взглядом соблазнительную фигуру жениха. - Хватит.       Линар погрузил руки в воду, нащупал под ней ноги Максима и толкнул вперед, сгибая в коленях и освобождая место для себя. Мужчина блаженно прикрыл глаза, принимая зеркальную позу Максима. Они просидели молча несколько минут, пока не почувствовали, что дрема начала окутывать сознание. Лин мотнул головой и дотянулся до грубой мочалки с куском мыла. - Повернись, - мужчина дернул сонного Макса.       Парень несколько раз удивленно моргнул и выполнил требуемое, устраиваясь спиной между ног жениха. Поясницы тут же коснулась напряженная плоть, а шеи жесткая мочалка, размазывая по коже мыльную пену, сильно пахнущую щелочью. Линар отмывал с него многодневную грязь, с силой нажимая и натирая кожу до красноты, но при этом второй рукой ласково скользил по следам мочалки, нежа и возбуждая. - Хочу тебя, - выдохнул ему в ушко мужчина, смыкая пальцы на уже вставшем члене.       Максим не ответил, только тихо простонал и выгнулся навстречу ласке. - Нет, Максим, - усмехнулся Лин, понимая, что мальчишка на грани и очень быстро получит свою порцию удовольствия от его ласк, - не так.       Парень не успел ничего ответить, как его подняли на ноги, домыли, окатили прохладной водой, чтобы смыть пену и вытащили из лохани, поставив лицом к стене. Максим оперся на нее руками, чувствуя, как жених прижимается к нему со спины всем телом, как его руки скользят по чистому телу, разгоняя желание, хотя оно и так уже зашкаливало. Налитый член прижимался к животу, пачкая кожу выступающей смазкой. Юноша прижимался к сильному телу, потираясь и, пытаясь сделать так, чтобы плоть Линара скользила между ягодиц. - Так не терпится? – усмехнулся Лин, покусывая кромку ушка. - Угум, - Максим выгнул шею, подставляя ее под поцелуи.       Лин только на секунду забрал у Макса тепло, в котором тот плавился, сгорая в волнах возбуждения, нашел на низкой деревянной полочке то, что могло бы подойти в качестве смазки, торопливо открыл крышку и коснулся сжатой дырочки влажными пальцами. Максим простонал и выгнулся, подставляя зад. Парень изголодался по ласке, его тело просто кричало о том, что его следует взять как можно скорее и жестче. Тихие, жалобные стоны не прерываясь ни на миг слетали с искусанных губ, мокрые волосы торчали в разные стороны, щеки горели от прилившей ним крови, алея ярким румянцем, тело изгибалось, словно молодое деревце на сильном ветру, тянулось к рукам, между лопаток по спине медленно ползла тяжелая капелька пота, а член истекал смазкой.       Линар хотел своего бесшабашного мальчишку ничуть не меньше, его пальцы сделали только несколько движений в горячем и узком нутре, как мужчина резко заменил их на член, врываясь в столь желанное тело до самого конца и не заботясь о том, что причинит Максиму боль таким резким вторжением. Парень выгнулся, уходя от боли, но Линар сомкнул руки на талии и вновь резко притянул к себе, начиная постепенно двигаться. Максим закусил ребро ладони, чтобы не орать на весь постоялый двор, от боли и удовольствия сносило крышу, он путался в своих ощущениях. Хотел, чтобы плоть, вторгающаяся в тело с таким остервенением, исчезла, и в тоже время яростно желал, чтобы эта наполненность не пропадала никогда, принося удовольствие, доводя до пика наслаждения. Грубость Лина сводила с ума, разум испарился, оставляя только рефлексы тела, его огонь и дикое желание разрядки, которую любовники достигли одновременно, не сдерживая громкие стоны.       Линар поцеловал свое сокровище между лопаток, провел языком по позвоночнику, слизывая соленую влагу и отстранился, поддерживая обмякшее тело рукой под грудь. Максим едва держался на ногах от нахлынувшей слабости, смешанной с удовлетворенной негой. - Постой, мой хороший, пару минут, и ты сможешь уснуть.       Юноша не ответил, Лин поставил жениха обратно в воду, зачерпнул большим ковшиком остывшей воды из пузатой деревянной бочки и ополоснул измученное тело. Максим недовольно дернулся и едва не свалился на пол, но мужчина вовремя ухватил того за талию, удерживая на месте. - Спать, - пробормотал парень, цепляясь руками за шею жениха, когда его подхватили под колени и уже завернутого в большую белую простыню, понесли в комнату.       Ютес, так и оставшись в теле волка, спал, устроившись на вытертом круглом коврике под окном. Линар не стал его будить, опустил свою уже спящую ношу на кровать и лег рядом, накрываясь тяжелым толстым одеялом. Размышления об их участи и дальнейшей судьбе не успели пробраться в сознание, первым туда пришел сон.