Трио нового мира. Сай Ютес Линеркон.

      Дверь трактира издала длинный протяжный скрип и захлопнулась за спинами путешественников, готовых отправиться в далекий путь. На досуге Вернон и Линар долго изучали все карты, выстраивая их маршрут, думая и размышляя над тем, что принесет им эта авантюра. Воссоздавшийся, оживший и вновь самостоятельно задышавший мир не стал полноценным. Лин каждой частичкой своей души ощущал, что перед ним неполноценное существо, болеющее тяжело и долго. Словно куски мира, титанические плиты, которые не так давно были разодраны в клочья, просто сдвинули друг к другу, заставив соприкасаться краями, но не наложили швы, не дали возможности разрывам срастись и зарубцеваться, края ран плотно прилегали друг к другу, но продолжали приносить боль и кровоточить. Теперь правителю Сайешесса предстоит примерить на себя белоснежный халат лекаря, взять в руки специальную магическую иглу и сшить эти края, чтобы вернуть к жизни полноценный мир.       Линар сбежал по ступеням крыльца, чувствуя, как грудь раздувается от предвкушения нового путешествия, улыбка окрасила серьезное лицо, а в необычных фиолетовых глазах отражались мелкие кристалики звезд неба глубокого вечера. Сейчас ему казалось, что он может покорить этот мир и подарить ему процветание и благополучие, в этот момент Лин чувствовал себя равным по силе Богам. За плечами встали Максим и Ютес, даря невидимую поддержку, вливая в него и свои силы тоже, Лин протянул правую руку и переплел пальцы с мужем, мысленно обещая, что он подарит ему то счастье, которе ждет его мальчик. Левая рука потянулась к оборотню, но Линар вовремя одернул себя, притянул супруга ближе и пошел вперед, чтобы выполнить свое предназначение и завершить начатое путешествие.       Они шли по городу к северным городским воротам, которые закрывались самыми последними, а воздух перед глазами становился гуще, плотнее и наливался ночной синевой, на центральных улицах вспыхивали магические огни, рассеивая темноту мягким желтым светом, людей на улицах становилось меньше, из окон домов на брусчатую дорогу лился ласковый свет, наполненный ароматами семейного очага, слышались приглушенные голоса людей. На город легли тишина и спокойствие предстоящей ночи.       Они шли быстро, и звуки торопливых четких шагов разносились по полупустым улицам, отскакивали от стен каменных домов, скрывались в тени. К воротам их вывела улица, предназначенная для выезда конных, повозок и карет, здесь дорога была широкой, длинной полосой струящейся между домами, она упиралась в высокую арку, где суетилась стража - близилось время закрытия ворот. Линар был последним, кто вывел своих людей в этот день, как только они оказались за городской стеной Пенара, за ними с лязгом закрылась железная калитка, чьи пики скрежетали по камню, оставляя в нем белые борозды, пока острые вершины не встали в пазы.       Как только путники оказались за стеной, их окутал поток свежего воздуха, отличного от того, каким дышат в городе. Он был свеж, наполнен запахами леса, зелени, влажной земли и реки, что протекала в нескольких километрах к востоку. Максим пнул мелкий острый желто-коричневый камень, который с характерным звуком прокатился на несколько метров вперед. Он смотрел в серо-синюю даль и недоумевал, почему они выдвинулись в путь на ночь глядя. - Здесь открытый прямой тракт, который можно легко преодолеть в ночное время, - ответил Вернон на его немой вопрос. - Предлагаешь идти вплоть до следующего вечера? - оскалился парень и вздохнул, понимая, что это именно так, и он, наверное, единственный, кто против такой прогулки. - Да, Макс, этот переход будет самым длинным, - Линар обнял супруга и поцеловал в висок.       Вампир только хмыкнул и первый сорвался с места задавая не быстрый, но уверенный темп. Людские поселения не встречались на всем пути до следующего города, только прямая, утрамбованная дорога, выложенная разбросанным щебнем. Спустя долгих два часа дороги ночь зарядила моросящим дождем, влага моментально впитывалась в одежду путников, отяжеляя ее, а ночная мокрая темнота мешала наслаждаться окружающими пейзажами. Деревья вдоль дороги, шелестящие листвой на ветру и склоняющие низкие ветки к дороге, в этой темноте были похожи на жадных чудовищ, тянущих к путешественникам корявые руки. Максим и Ютес неосознанно жались к Линару, шли настолько близко, чтобы можно было чувствовать тепло, исходящее от сильного и уверенного тела мужчины. Порой густые заросли лиственного леса прерывались, и вдоль дороги тянулись поля, чьи бескрайние просторы уходили темной синевой за далекий горизонт. Жемчужинки звезд, которые они могли увидеть еще в Пенаре спрятались за тяжелыми тучами, наполненными темно-лиловой влагой. Вокруг висела тишина, нарушаемая только приглушенным звоном мелких капель, падающих с неба, погода навевала уныние. Холодный дождь затекал за воротник капюшона, оледеневшие пальцы соскальзывали с мокрой кожаной ручки сумки, висящей на плече, а удобные полусапожки пропитались влагой насквозь, из-за чего пальцы на ногах онемели и перестали ощущаться, как часть тела. Максим с трудом боролся с противной дрожью, но шмыганье заложенного носа сдерживать не удавалось. Ютес перекинулся и теперь отмерял ленту дороги четырьмя лапами. Только Вернону казалось и сам черт не враг, мужчина шел с откинутым капюшоном и переодически запрокидывал голову, подставляя лицо каплям дождя, его густые волосы намокли и разбухли, превратившись в темный комок непонятно чего. Макс часто мимолетно заглядывал в лицо супруга, ему хотелось, чтобы тот сделал хоть что-то, чтобы облегчить их участь, но молчал, не решаясь демонстрировать всем свои капризы. В конце концов, он дошел до Рожадара и выжил в его подземельях, а эта ночная прогулка под дождем ничто по сравнению с теми ужасами, что они пережили в мертвом городе, но это только начало их пути и начало, скажем так, далеко не самое удачное. - Макс, иди сюда, - позвал Лин и спрятал замершего мужа под свой плащ, обнимая дрожащее тело и прижимая к себе, чтобы поделиться теплом. - Спасибо, - тихо ответил парень и коснулся губами холодной кожи щеки.       Утро унесло с собой тучи и дождь остался где-то далеко за их спинами. Еще робкие первые лучи выглядывали из-за линии горизонта и постепенно раскрашивали небо в пастелевые тона. Руд открутил крышку на пузатой фляге, обмотанной плотными веревками и сделал жадный глоток. Чужая прохладная кровь скользнула в пищевод и моментально всосалась в тело, наполняя его энергией и прогоняя противный озноб. Рассвет. Начало нового дня. Начало новой жизни. Вампир не представлял конечной цели этого путешествия, но интуитивно чувствовал, что его результат изменит мир. Руд опустил капюшон плаща еще ниже, чтобы первые, самые опасные лучи золотого диска, медленно поднимающегося из-за темной, четко прочерченной линии, не обожгли лицо. Он видел, что не только он спрятался от солнца во влажной глубине одежды, Максим тоже закутался в мокрую ткань и сощурил глаза. Это было странно. Максим не был вампиром, но светило доставляло ему некий дискомфорт, который тот и не пытался скрывать, прячась под боком супруга.       Как только дневной свет прочертил ровные полосы по земле, прогоняя утренний сумрак, слева яркой сочной зеленью вспыхнула опушка леса. Линар скомандовал привал и свернул с тракта. Маг заботливо усадил супруга под стволом корявой сосны и поцеловал в лоб, рядом с Максом тут же упал волк и растянулся на сырой земле, подставляя под негнущиеся пальцы промокший мех. - Ты воняешь псиной, - тихо и тягуче произнес Максим, зарываясь рукой еще глубже, чтобы согреться о теплый подшерсток и жар волчьего тела.       Ютес только посмотрел на него сапфирами глаз, вздохнул и положил морду на вытянутые передние лапы. В волчьем теле сейчас ему было намного комфортнее, животное легче переносило превратности погоды и не мерзло от обилия влаги и прохладного утреннего воздуха, звенящего хрустальным отзвуком среди деревьев. Вернон стащил в кучу мокрые ветки и палки деревьев - как хорошо, что для магии Линара не было разницы, что поджигать, поэтому и напитанная влагой древесина быстро вспыхнула, и веселый костерок затрещал своим теплом. Максим перебрался ближе к огню и подставил его язычкам свои ладони. Сейчас он не чувствовал даже сильного голода, хотелось спать, но Вернон и Линар не дали достаточно времени, чтобы прикорнуть, согреваясь пламенем костра, Лин быстро раздал всем по куску вяленного мяса и хлеба и, как только Максим проглотил последний кусок, костер потух - пора было двигаться дальше.       Небольшой городок Магед возник перед ними, словно сотканный из нитей пространства. Он был подернут мутными полосами, из-за чего его огни расплывались, а лучи закатного солнца окрашивали основание картинки в красно-розовые тона. Они стояли на вершине холма, переломном пике, вниз уходила все та же желтоватая полоса дороги, а на равнине мерцали и переливались очертания города. - Словно мираж, - фыркнул Максим и первый сделал шаг вниз, поскользнулся на мелких камнях и едва не упал, если бы Линар не ухватил его за руку, удерживая на ногах. - Стоит поторопиться, - Вернон легко толкнул пару плечом и прошел вперед. - Городские ворота не открыты для путников круглые сутки.       Никто из них не обращал внимания на красоты небольшого города. Да, он был отличен от Пенара, и состоял в большинстве из небольших двух или трех этажных частных домиков, окруженных небольшими ухоженными садиками. Они были красивы, словно каждая хозяйка состязалась с соседкой в великолепии своих идей. Но и это сейчас не занимало усталых путешественников. Максим сумел вынырнуть из кокона безразличия к окружающему миру только тогда, когда вошел в комнату и увидел огромную кровать, занимающую добрую ее половину. Он уже радостно выдохнул и собрался запрыгнуть на мягкую перину, чтобы тут же погрузиться в сон, но был пойман супругом за шкирку. - Нет, родной, сначала мыться, - насмешливо прошептал Лин в самое ушко и подтолкнул свое чудо в сторону закрытой узкой двери.       Максим скрылся в ванной, что-то неразборчиво бормоча себе под нос, а Ютес сидел за массивной фигурой Линара возле закрытой двери их комнаты и не знал, что ему делать. Ясно, что комната на троих, но кровать здесь только одна, а спать на полу ему не хотелось, оборотень тоже желал вытянуться во весь рост на мягкой перине и спать, прижимаясь к теплому телу мужчины. Но Линар даже не обращал на него внимания, мужчина ходил по комнате, осматривая каждый уголок, он сложил их вещи в углу, порылся в одной из сумок и достал сухую одежду для себя и Максима. Ютес печально вздохнул, видимо, ему предстоит так и бегать в белой меховой шкурке, но в следующую минуту на кровать, застеленную мягким бежевым покрывалом лег третий комплект одежды. Скрыть радость молодому оборотню не удалось, он подскочил на месте, переминаясь на пороге, цокая длинными когтями по деревянному полу и завилял хвостом, как преданный пес, получивший ласку хозяина. - Ютес, ты решил проходить волком всю дорогу? - спросил Линар, поворачивая голову и выгибая темную бровь, его фиолетовые глаза сверкали в танцующем свете свечей и сейчас он слишком сильно напомнил оборотню потерянного супруга.       Ютес сам не заметил, как обернулся и повис у мага на шее, пряча лицо на плече, глаза заволокло мутной пеленой слез и защипало. - Что-то не так? - Линар не стал отстранять, наоборот, прижал к себе и погладил по спине, в его голосе звучало неподдельное беспокойство, но Ютес не мог объяснить вожаку свои переживания. - Все хорошо, - всхлипнув, ответил юноша и попытался вырваться из сильной хватки.       Линар не отпустил, сжал сильнее и сделал несколько шагов назад, чтобы упасть в кресло и утянуть Ютеса на колени. Оборотень сел и позволил обнять себя, ему сейчас была необходима эта близость и плевать на ревность и злость Максима, Ютес начинал понимать, что хочет, чтобы Линар принадлежал и ему в равной степени, чтобы этот сильный мужчина охранял, поддерживал и любил его так же, как этого несносного мальчишку, постоянно треплющего нервы всем окружающим. - Ты чем-то напуган? - Лин приподнял лицо юноши, поддев указательным пальцем подборок, и заглянул в синие глаза, подчеркнутые покрасневшими нижними веками и сверкающими особенно ярко от влажного налета слез. - Нет, - Ютес отвернулся, он не знал, как объяснить то, что творилось в груди, а еще боялся.       Он не имел права желать этих чувств. Линар принадлежал Максиму. Если он посмеет сказать и парень узнает об этом, то команда вскоре потеряет волка, Макс не позволит остаться, в этом оборотень был уверен. Пока он не имеет права даже намекать на то, что возжелал недозволенное. - Тогда, что тебя гложет? - тихо спросил Линар, поглаживая кончиками пальцев беловолосый затылок, ласково массируя кожу головы. - Можно, я не буду говорить? - скулы оборотня покрылись едва заметным румянцем, и он опять спрятал лицо, утыкаясь в плечо мага.       Линар больше ничего не спрашивал, просто прижал теснее и легко укачивал в руках, даря спокойствие и, все больше, утягивая в пучину понимания и осознания чувств к нему. Ютес пугался, содрогаясь внутри, разум твердил о том, что он предатель, раз позволил себе почувствовать что-то к другому мужчине, сдвинув любовь к Шенону в сторону, но сердце и душа были не согласны, они наполнялись счастьем и нашептывали, что все, что происходит правильно. Так и должно быть, ему нужен этот сильный мужчина, его вожак, его предводитель, его возлюбленный. Думать и размышлять далее не позволило напряжение, молнией ударившее в тело мага и сковавшее его движения. Рука Линара выпуталась из мягких волос, скользнула по позвоночнику и исчезла с тела Ютеса, а сам мужчина натянулся, словно тетива лука и шумно выдохнул, его сердце тут же сорвалось на сумасшедший ритм, оборотень отлично слышал, как оно заходилось в своем ритме. За спиной послышались шаги босых ног. Теперь причина напряжения Лина стала ясна - Максим вышел из ванной и застал их, сидящими в обнимку. Оборотень сжался, ожидая визгливых криков, отборных ругательств и последующего за ними скандала. Но Макс удивил обоих, парень просто подошел к кровати, откинул покрывало, скидывая на пол и одежду, Ютес не видел действий Максима, так как сидел спиной, но слышал, как плотная ткань с шорохом упала на пол, и лег в постель, утыкаясь лицом в мягкую подушку. - Теперь твоя очередь, иди в ванную, - Линар медленно и осторожно ссадил оборотня с колен и сидел неподвижно, пока Ютес не скрылся за дверью.       Лин не рискнул садиться на кровать в грязной, покрытой слоем дорожной грязи одежде, он встал на колени возле нее, протянул руку и пробежался пальцами по обнаженной спине супруга, привлекая внимание. Он был поражен реакцией Максима, это было неправильно, несвойственно его чуду, поэтому пугало. - Ты хочешь его? - спросил Максим, его голос был приглушенным из-за того, что парень так и лежал, уткнувшись лицом в перьевую подушку. - Что? - хрипло спросил Линар, вздрагивая от тихих и спокойных ноток в голосе мужа.       Макс противоречил своей взрывной натуре, и голос был каким-то слишком обреченным, должно быть так говорит преступник, приговоренный к смертной казни, рассказывая о своих злодеяниях. - Ты хочешь волка? - Максим поднял голову и посмотрел прямо в фиолетовые глаза мужа. - Макс, я не..., - Линар замолчал, не зная, что ответить.       Он, безусловно, желал Ютеса, его привлекало стройное молодое тело, сам юноша, его наивность и осторожные шаги, которые он совершает в новом мире, словно слепой котенок, впервые выбравшийся из-под теплого живота матери. Ютеса хотелось оберегать и баловать наравне с Максимом и, да, Линар не единожды ловил себя на мысли, что был бы счастлив видеть Максима и Ютеса в одной постели, ласкающих друг друга, это не отталкивало, наоборот, желание узреть эту картину сводило с ума, он каким-то седьмым чувством понимал, что это правильно. Но как сказать об этом своему мужу? Как признаться? Как донести истину, чтобы не потерять и не причинить боль? - Ты можешь делать все, что захочешь, - жестко сказал Максим и отвернулся к стене, - только прошу тебя, делай это так, чтобы я не видел.       Линар шумно выдохнул, воздух со свистом пробился сквозь стиснутые зубы, а грудь сдавило сильнейшей болью, словно ее проткнули острым лезвием меча. Что значат эти слова? Максим отказывается от него? Отдает другому? Так легко? Линар протянул руку, чтобы погладить своего мальчика, успокоить, но одернул ее на полпути.       Максим приглушенно застонал и накрыл голову одеялом, прячась за этой преградой от всего мира. Как он мог быть настолько слеп? Как мог не замечать, что его мужа тянет к этому волку? Зачем заставил заключить этот проклятый брак? Зачем просил быть с ним и унижался, требуя ласки? Лин давно уже воспылал чувствами к Ютесу, ему стоило отпустить еще раньше, дать возможность быть им вместе, до того, как узы брака свяжут их между собой. Боль пульсировала в голове, терзала грудную клетку, кулаки произвольно сжимались и разжимались, слезы лились с глаз. Ему хотелось разметать все, разрушить мир, сломать преграды, уничтожить себя, чтобы дать возможность боли выплеснуться наружу, ее просто невозможно было терпеть. Максим открыл рот, чтобы выпустить немой крик, но голосовые связки задрожали, а из груди вырвался полный боли вой, отражающий все, что творилось с молодым человеком. Максим был бы рад сейчас умереть второй раз, ей Богу, это не так больно, как понимать и осознавать предательство того, кого любишь больше своей ничтожной жизни. - Максим, Макс, - Линар скомкал дрожащими руками одеяло и дернул его на себя, чтобы размотать супруга. - Максим, прошу тебя, - он шептал что-то еще, умолял его выслушать, но не знал, что будет говорить, он сможет соврать, успокоить, но правда есть, ее не скрыть в дальнейшем, невозможно побороть в себе то, что распирает грудь, то, что растет там.       Максим сам отбросил удушающую тряпку прочь, сел, заставив Лина отшатнуться назад, и наклонился, обхватывая лицо супруга ладонями. - Почему ты так поступаешь со мной? - спросил молодой человек звонким голосом. - Ты обещал. Ты говорил, что любишь. Ты врал, Лин? - спросил Максим, гипнотизируя яркой голубизной распахнутые в шоке глаза Линара. - Нет, никогда, - Линар попытался обнять Максима, притянуть к себе, но парень вывернулся и шарахнулся к стене. - Я никогда не врал тебе, Максим, я любил и люблю тебя, мой мальчик, - мужчина поднялся на ноги, набросил на разворошенную постель покрывало и сел сверху, чтобы быть ближе к мужу. - Тогда почему ты так поступаешь со мной? Я заслужил, да? - Максим искривил губы, пытаясь сдержать рыдания. Все правильно, он отвратительно вел себя, поэтому не заслуживает такого, как Линар, он не достоин любви такого человека. Он капризный и избалованный ребенок, этого не изменили даже все события, что произошли с ним. - Макс, ну что за глупости ты говоришь? - Линар улыбнулся и, все же, обнял супруга, Максим позволил заключить себя в кольцо надежных рук. - Я люблю тебя. Мою любовь не нужно заслуживать, - мужчина собрал языком соленую капельку, медленно ползущую по щеке. - Мальчик мой, маленький, родной, солнце мое, мой мир, - шептал Линар в беловолосую макушку. - Я не хочу причинять тебе боль. Я никогда, слышишь, никогда, - Лин заглянул в голубые глаза, чтобы видеть, что Макс понимает его, - не разлюблю тебя. Ты мое сокровище, мое чудо.       Максим молчал, притих в нежных, заботливых руках и кусал нижнюю губу. Лин никогда не был так щедр на признания, сейчас супруг вывалил на него их настолько много, что впору было захлебнуться под этой лавиной, которая обрушилась на душу и прижала сердце, заставляя его успокоиться. Но во всех словах Лина было одно но... Он не единым словом не отказался от Ютеса. Макс закрыл глаза и начал заваливаться на бок, усталость брала свое, он засыпал и хотел опустить голову на подушку. Линар заметил это, услышал уже спокойное дыхание, поэтому осторожно уложил, накрыл одеялом и откинул с лица влажные пряди волос. Максим уснул, но ему еще предстоит объясняться с Ютесом, оборотень не мог не слышать этого разговора. Спасибо ему уже за то, что не стал выходить раньше времени, иначе, здесь могла бы произойти небольшая битва локального масштаба.       Ютес стоял справа от двери в ванной комнате, облокотившись о стену. Линар был прав, он слышал каждое слово, каждое признание мужчины своему супругу ложилось тяжелым камнем на душу, которые тянули ее ко дну, заставляя дергаться в конвульсиях от недостатка кислорода и болезненно корчится в муках, придавленной тяжелой толщей воды. - Ютес, - оборотень слышал, что Линар вошел в ванную, но не стал открывать глаза, не хотел окутывать мужчину в плащ своей боли. - М-м-м? - протянул он, не открывая глаз. - Иди в кровать, - Линар провел по волосам, в очередной раз отмечая то едва уловимое различие в оттенках волос оборотня и Максима. - К Максу? - Да, ложись к стене, я приму ванну и лягу между вами, все будет хорошо, - мужчина вздохнул и снял с себя рубашку, остро пахнущую его телом и потом. - Ты говоришь это себе или мне? - Всем, - Линар грустно улыбнулся. - Лин, а ты так и не ответил на вопрос Максима, - мужчина резко обернулся и ошалело уставился на полуголого юношу, который, наконец, отстранился от прохладной поверхности стены и сделал шаг к нему навстречу. - Ты хочешь меня? - тихим немного хриплым голосом спросил Ютес, плавно приближаясь к мужчине, осторожно касаясь горячей ладошкой груди там, где бьется сердце. - Хочу, - согласился Линар, перехватывая тонкое запястье, Ютеса не было смысла обманывать, доказательство его желания отчетливо выпирало из обтягивающих штанов. - Возьмешь? - юноша смешно выгнул светлые бровки и улыбнулся. - Нет так, малыш, - Линар обнял волчонка и поцеловал в макушку, - не за спиной Максима. Нам нужно время, чтобы разобраться в отношениях. Хорошо? - Да, - Ютес опять улыбнулся, понимая, что уже получил больше, чем позволял себе мечтать, стоя за этой проклятой дверью. - А с ним ты будешь спать? - набравшись еще немного наглости спросил оборотень.       Линар рассмеялся и чмокнул волчонка в нос. Он не мог ответить на этот вопрос, не мог обещать, Максим порой бывает очень настойчив, но он будет стараться поддерживать равновесие между ними и подкинуть Максу мысль о том, что они могут быть втроем.