***
POV ТОР. Я стоял рядом с отцом, наблюдая, как мать умирает. Моё тело онемело, я не мог сделать и шагу. Отец что-то шептал, над уже мёртвым телом матери. Я спас Джейн ценой жизни матери, стоило оно того? И нужно продолжать исследования над Эфиром? Может дать Джейн умереть? С ней же и погибнет Великая Сила. Нет. Это не выход. Мама пожертвовала жизнью ради неё и я не могу так всё бросить. Меня кто-то тормошил за плечо. - Ваше Высочество, принц Локи просит вас к себе. - Позже, обойдётся без меня пару минут. - мне даже не хотелось спускаться к брату. Этот змеёныш оставил меня без волос. Да как он мог! Я понимаю, что сделал ему больно, но чтоб так мстить. Да, низко пал мой братец. - Отец, я могу чем-нибудь помочь? - Да, Тор, объяви, что завтра состояться похороны. - Конечно, это всё? - Да, сын, не вини себя в смерти матери. Фригг сама избрала этот путь. - Мы должны были догадаться, что трюк с пленными был ловушкой! Локи догадался бы! - и тут меня передёрнуло. Локи догадался бы. А что если это он? Что если это его месть! Я убью его! Я помчался в темницу. Около двери меня настиг голос отца: - Сын, ты куда? - Да поговорить мне надо кое с кем по душам. - Стой! Тор, Локи не повинен в смерти матери! Но я уже мчался к брату. Я убью его! Убью! Он заплатит за смерть матери! Заплатит за ложь, за всё. И только смерть искупит его вину! Я бежал к камере сбивая всё и вся на своём пути. Не обращая внимания на возгласы недовольных богов и богинь, я продвигался вперёд. Мьёльнир. Выставив руку в бок, я призвал молот. Через секунду в руке появилась до дрожи родная тяжесть. Ну всё, братец, теперь ты не отделаешься. Ничто тебя не спасёт! Ни твоя магия, ни силовое поле. Вбежав в темницу я почуял резкий запах крови. Подозрительная тишина навеяла на меня ужас. Я лёгкой поступью приблизился к клетке. Увиденное повергло меня в глубочайший шок. Я отпрянул от "покоев брата" и выронил из рук своё оружие. Былой настрой быстро улетучился. Темница была разгромлена. Стены были чем-то заляпаны, мебель была схожа с клочками бумаги, а весь пол был завален разорванными в клочья книгами. Рядом с защитным полем лежало что-то отдалённо напоминающее вазу, на краях которой были видны капельки крови. Но одного я не наблюдаю. Локи. Подойдя поближе к клетке, я увидел у дальней стены брата. Локи лежал с кинжалом в руке, а на запястье красовался глубокий порез. Взглянув на стену, я ужаснулся ещё больше. На стене красовалась кровавая надпись. "Наслаждайся, Тор, ведь ты так желал моей смерти!"Конец? А может только начало?
19 февраля 2014 г., 00:08
- Нет! Нет! Этого не может быть! Мама не могла умереть!
- Простите, Мой Принц, но это так.
- Позови моего брата.
- Как прикажете, Ваше Высочество.
Я стоял в оцепенении. Как? Как такое могло произойти? Мама умерла? Этого не может быть! Во мне просыпался гнев и ярость, которые утихли за два года. Тор. Это он во всём виноват! Я подбежал к столику и быстро осушил кувшин с вином. В висках стучала кровь, сердце отбивало бешенные ритмы, на лбу выступил пот, руки дрожали. Способность думать отключилось, разум захватило безумие. Испуская слюну, я набросился на кровать. Разорвав в клочья подушки, простынь и одеяло, я быстро разломал на щепки кровать. Ваза с фруктами полетела в защитное поле. Вспышка озарила всё помещение, стены забрызгало соком от фруктов, а ваза отлетела мне в весок. Я разорвал рубашку. Кровь быстрым ручейком катилась вниз по щеке, следуя к груди, а потом скрывалась за поясом штанов. Я пальцем стёр дорожку и медленно поднёс его к носу. Вот оно! Безумие! Я с наслаждением облизал пальцы. Металлический вкус крови так дурманит, пьянит! Подойдя к зеркалу, я вгляделся в него. На меня смотрел монстр. Безумные ярко-изумрудные глаза, чёрные волосы стали похожи на птичье гнездо, по лицу и торсу текла кровь, руки дрожали. Вот, Один, смотри! Вот я! Твой сын! Младший сын! Я со всей силы ударил по зеркалу, осколки вошли глубоко под кожу. Лишь ухмыльнувшись, я накинулся на шкаф с книгами. Я не щадил ничего, в ход шли древние фолианты, уникальные книги, энциклопедии, словари и уникальные издания. Разломав всю мебель я с отчаянием скатился по стенке. Что я наделал? Я недостоин! Я дал матери умереть! Я должен был её спасти! Вскрыв себе вену и обмакнув палец в кровь, я принялся выводить буквы на стене. Я чувствовал, как из меня уходит жизнь. Из последних сил я держался и наконец, закончив, рухнул на голый пол.