Линия льда

Когда я проснулся, Лила в палате не было. Я позвал его, но в ответ — тишина , хотя, когда раньше звал его, и он был далеко, штуки, что Родин дал для общения, слегка давили на виски, как бы показывая, что "ваше сообщение дошло". Но сейчас ничего не давило. Подняв руку, я потрогал висок. Ничего. Фишки больше не было. Отлично. Он ушел и забрал единственное средство общения, что я имел. Я все прекрасно помнил. Почему-то больно, ведь даже если знаешь, что твое чувство не взаимно, надеешься на ответ от собеседника. На положительный ответ. Дверь открылась, а я быстро прикрыл глаза. Выровнял дыхание. Пусть думают, что я сплю. Так смогу поразмышлять над тем, что произошло. Моего виска коснулись сначала рукой, потом легко погладили. Только сейчас я заметил запах вишни, что разлился по комнате. Почему сейчас я чувствовал его сильнее? Может, и нюх улучшился после потери зрения. Что-то холодное легло на висок, и я испытал легкий, уже знакомый укол. — Не притворяйся, что спишь. Я знаю, что это не так. Я натянул на лицо улыбку. Кожей чувствовал, что он на меня смотрит. Вспомнил зеленые глаза, в которых стояли слезы. "Лил, а почему ты плакал?" Он присел на кровать, погладил меня по голове, зарылся рукой в волосы и помассировал слегка кожу. Приятно-то как. — Я просто не ожидал, что ты мне признаешься в своих чувствах. Это было действительно неожиданно... Я тебя тоже люблю. После его признания я, не веря своим ушам, замер. Не то чтобы я и до этого двигался очень, но сердце сбилось с ритма. Лил наклонился и поцеловал меня в щеку, немного отстранился, а потом просто усыпал все мое лицо поцелуями. — Люблю я тебя, моего маленького дурачка. Ты даже не представляешь, как я испугался, когда ты пропал. Думал, разнесу к чертям тот ресторан. Когда попытался тебя найти по эмоциям и не нашел, у меня сердце перестало биться. Это было ужасно. Ты больше ни на шаг от меня не отойдешь! Он опять меня поцеловал. На этот раз в губы. Просто касание... Но от этого как будто разряды прошли от губ по всему телу. Так хотелось прижаться к нему или оседлать его колени, чтобы он меня обнимал, и сидеть так. Просто дышать им. Дарить свою жизнь и получать его. — Да что же ты плачешь столько в последнее время?.. Он вытер дорожки слез на моих щеках. Глаза больше не жгло... О чем я и поспешил сообщить Лилу. — Это отличная новость. Подожди, я сейчас Рика позову, он занимался глазами. Одну минутку, Жень. Дверь прикрылась за ним. На душе у меня было до одури хорошо, хотелось улыбаться, что я и делал. Слезы счастья текли по щекам, но это не важно. Главное, что у меня взаимная любовь. Он меня любит... Была бы возможность, прыгал бы до потолка от счастья. Через пару минут в палату вернулся Лил, с ним, видимо, Рик. Я о нем слышал, но видел, может, один раз, и то мельком. — Привет, Женя. Меня зовут Рик, я проверю состояние твоих глаз. Не пугайся, мне нужно снять повязку. Он говорил с легким, довольно необычным акцентом. "Лил, а почему он говорит с акцентом, а ты нет?" — Можно я задам ему этот вопрос? — Что? — услышал я над самым ухом голос Рика и от неожиданности дернулся. — А, это у вас "менталика", я и забыл. "Хорошо, спроси еще... А хотя не важно!" Мужчина осторожно снял с меня повязку. Не знаю, когда мне успели ее надеть, ведь я в последнее время только со скользкой фигней лежал на лице. — У тебя Женя спрашивает, почему ты говоришь с акцентом? В голосе ясно слышалась улыбка. Лил подошел к кровати и взял мою руку в свою. Я слегка сжал его пальцы. "Лил! Они все работают! В смысле, пальцы!" Я от переизбытка чувств начал играть, в буквальном смысле, с его рукой. Дергал за пальцы, гладил указательным пальцем ладонь, переплетал наши руки. — Восстановились нервы? — Да... Жень, щекотно! Я гладил его по линии запястья. Он немного дернулся, но руку не убрал, только начал хихикать. — Я живу за границей, поэтому разговариваю с акцентом. Здесь бываю очень редко. Прекратите на минутку, мне нужно закапать твоему жениху глаза и проверить реакцию. Хорошо? Я кивнул и переплел наши с Лилом пальцы. Рик одной рукой придерживал мне веки, второй закапывал глаза. Немного дискомфорта принесли прохладные капли. — Вот так, сейчас немного подождем, и я смогу проверить реакцию. Мужчина отошел от кровати. "Как дела со спиной?" — Все нормально. Точнее, стабильно. Если сейчас будут хорошие результаты, то завтра сможем начать первую операцию по удалению тканей и пересадке новых. "В каком смысле — удалению?" Первый раз Лил мне об этом говорит. — Сейчас мы наложили стазис на спину. Обезболивающие почти не помогали и пришлось создать вакуумную подушку, точнее матрас. У тебя все тело, кроме головы, им укутано. Ну и кроме рук. — Так, сейчас посмотрю реакцию, потом продолжите, — сказал Рик. Он подошел к кровати вообще бесшумно. — Не дергайся, Женя. Он приоткрыл мне сначала левый, потом правый глаз. Потом перешел опять к левому, приоткрыл веки, и я увидел до такой степени слабый свет, что даже не сразу сообразил, что это свет. "Он мне светит в глаз?" — Ты что-то видишь или это просто догадка? "Что-то вижу, но это до такой степени неясно, что уже сомневаюсь..." — Реакция есть, на этом этапе просто отличная. Пока не советую напрягаться. Нервы и прочее должно срастись правильно. Рик побыл еще минут десять, объяснил, что все идет как надо. Потом ушел. Лил рассказывал мне сказки его мира до поздней ночи.