Будешь моей...соавторшей?

Как только закончились уроки, я побежала за своим телефоном, но кабинет учителя сцен речи был заперт. Я раз сто подергала ручку, но дверь от моего желания не открывалась. Я поплелась к охранникам просить ключ, но они любезно послали меня куда подальше. Вот что я им сделала? Если их не устраивает их место работы и их зарплата, то пускай уходят. Нечего на детей свою злость вымещать и травмировать детскую психику. Прослушивание прошло... нервно. Ну, я бы так сказала, я думаю, что показала себя только с плохой стороны, ведь я все время отвлекалась и думала о том парне. Как же его зовут? Учительница вроде называла его имя... Но я все никак не могла вспомнить. Благодаря прослушиванию нас отпустили пораньше, обычно мы заканчиваем в восемь или девять часов вечера, а сегодня отпустили в шесть. Я наконец-то смогу написать проду к фику. Я вышла на улицу, вдыхая холодный воздух. Уже темно и идти одной как-то не хочется. А моему парню не позвонить, телефон ведь так и не отдали. - Маш! - раздался громкий приятный голос позади меня. Я обернулась назад, ко мне бежал мой "соавтор". Черт, слово то какое непривычное... - пробурчала я в голове, изображая на лице удивление. Хотя, изображать-то и не нужно было, я действительно удивилась этой встрече. - Привет, - я мило улыбнулась, переводя глаза на него. - Слушай, ты ведь никуда не торопишься? То есть вас сегодня рано отпустили и вот я решил, что мы могли бы обсудить нашу совместную работу, например у меня дома, - он неловко потоптался на месте. Шарф был обвит вокруг нижней части его лица, от чего его голос становился смешным. - Я не знаю, в принципе можно, только если ты меня потом до моего дома проводишь. - Да без проблем, - он взял меня под руку и потащил к себе. * * * Мы сидели на кухне и пили чай. Он странно посматривал на меня, но не смотря на это я не собиралась первой начинать разговор. Мне до сих пор было интересно, откуда он узнал обо мне? - Ты давно зарегистрирован на фикбуке? - все же эта тишина давила мне на уши. Я всегда чувствовала себя неуютно в компании едва знакомых людей, но Саша стал исключением. - Да, уже год. Скрашиваю свою серую жизнь с проблесками черных и белых пятен. Просто хочется найти кого-то, кто действительно понимал. Помог без слов, с кем можно просто посоветоваться. И вот я нашел тебя, и ты мне нравишься, - он улыбнулся смотря мне прямо в глаза. - Нет-нет! - замахал он, пытаясь скрасить удивление на моем лице, - ты не о том подумала. Я имею ввиду как человек. - Ты меня совсем не знаешь. Какой мой любимый цвет, любимое животное, день рождения, любимая писательница или писатель... Ты не знаешь моих увлечений. - Желтый. - Что? - я недоуменно уставилась на него. - Желтый - твой любимый цвет. Ты любишь всех животных, но отдаешь предпочтение собакам. Из классики ты любишь Пушкина, Шекспира. Так же любишь читать фентези, но о любимых писателях не распространяешься, так как думаешь, что тебя засмеют в классе. Хоть они и не такие на самом-то деле. Твой день рождения четвертого июля. Я смотрела на него с раскрытым ртом, пытаясь побороть нарастающее ошеломление. - Ты же не маньяк, который собирается меня убить? - П-ф... Зачем мне это? - он удивленно смотрит на меня. - А я откуда знаю? Ты мне лучше скажи! - Да брось, не уж то ты испугалась? - Пф, зачем мне это? - передразнила его я, махнув рукой. - Ладно, пошли нам многое нужно обсудить, - Саша взял кружки, поставив их в раковину. - До конца и направо. Я сейчас подойду. Я пошла в сказанном направлении. Коридор был увешан картинами, у каждой я останавливалась чтобы перевести дух. Я никогда не видела такой красоты, я не была любительницей Ван Гога или Микеланджело, но искусство современно человека впадало мне в душу. Мне эти картины казались более яркими и реалистичными. В них текла настоящая жизнь. Я остановилась перед картиной танцующей девушки, в которой автор сравнивал ее с живым пламенем. Руки и ноги - продолжение языков пламени. Ее лицо приковывало к себе внимание, оно было действительно очень красиво. - Нравится? - Саша незаметно подошел сзади, а я смотрела на картину не отрывая взгляда. - Что она скрывает? Я не могу понять смысл. Это красиво, но смысл... - я провела пальцами по изгибам тела девушки. - Эта картина может растолковываться по разному. Но я думаю, что это человек при болезни. Она жива, но горит заживо, ей плохо, в какой-то момент ей кажется, что она горит на самом деле. Но лицо ее остается умиротворенным, она боится, что близкие ей люди увидят эту боль. Она рвется быть сильной из последних сил, что убивает ее еще быстрее. Она танцует, но при этом чувствует боль, ту, которую терпеть невозможно. И в какой-то момент она сгорает. На совсем... Ее больше нет. Только пепел, который позже развеет ветер и воспоминания о том, что она была счастлива на грани боли. Я посмотрела на Сашу. Он не отрываясь смотрел на картину, казалось, что тот вовсе выпал из этой реальности, находясь вовсе не здесь. В глазах лишь опустошенность. Я взяла его за руку, и повела в комнату подальше от этой картины. - Я в порядке, просто задумался. Я никогда не смотрел на картину с другой стороны. Мне она всегда казалась прекрасной, - он криво ухмыльнулся, а это говорило о том, что что-то связывает его с этой картиной. Но я не стала его расспрашивать. С какой стати он мне-то расскажет? Мы ведь знакомы всего день. - Начнем? - я осмотрела его комнату, не было в ней ни юношеского беспорядка, ни холодности и неуютности. Наоборот, она манила к себе. Во все стену над изголовьем двуспальной кровати, с чугунными грубыми завитками, наклеены фото обои с изображением Нью-Йорка. - У тебя здесь очень уютно и круто. - Спасибо. Ну что, я сейчас включу ноут и посмотрим что у меня есть, - минуты две он возился в ноутбуком. Наконец он открыл нужную папку и пригласил меня сесть рядом с ним. - Я пока что не стал писать целостно, тут только наброски. Я бы хотел написать с тобой первую главу. А потом как пойдет. - Хорошо, расскажи мне вкратце смысл. Он принялся с жаром объяснять мне суть идеи, жестикулируя. Он был настолько эмоционален и так горел своей идеей, что мне сразу же захотелось написать ее. Она не была чем-то особенным, но его рассказ заставил меня поверить, что это гениально. Мы разговорились и не заметили, что время на часах уже стукнуло одиннадцать. Мне не хотелось его покидать. Я будто нашла свою вторую половинку, которой мне не доставало для полноценной счастливой жизни. Мы написали полглавы, смеясь и тыкая друг друга в бок. Казалось, будто я его знаю полжизни, а он меня. Мне было с ним так хорошо и уютно. Неловкость, которая повисла в начале, поняла, что здесь она проиграла, поэтому отодвинулась на дальний план. Вот мы уже шли к моему дому, обсуждая различную ерунду. - Мне понравилось, Я хочу продолжать писать вместе с тобой, - мы остановились посреди дороги и смотрели друг на друга. - Мне тоже, - кивнул он, улыбаясь и с шумом втягивая носом воздух, словно только сейчас почувствовал прохладу, - Ты не замерзла? - Немного, - отмахнулась я. Если честно, то у меня зуб на зуб не попадал. Он усмехнулся и потащил меня дальше. На очередной дороге, покрытой льдом, я подскользнулась и стала лететь на землю. Сильная рука помогла мне устоять на месте, но Саша сам тут же потерял равновесие, падая, вслед за ним я грохнулась прямо на него. - Прости, тебе не больно? - я лежала на нем, а он на меня даже не смотрел. Я попыталась встать, но Саша взял меня за руку и уронил рядом с собой. - Ты нечестно играешь, парень. - Смотри, - он указал пальцем на небо. Я легла на спину, глядя в указанном направлении, - Каждый человек торопиться с работы, учебы или просто по своим делам, находясь в своих мыслях чуждых такой красоте. Он не видит всего того, что окружает его. А ведь нечасто можно в городе увидеть такое небо. Это так красиво... - Просто невероятно! Мы лежали всего лишь несколько минут, но мне оказалось этого мало. Я вообще не хотела вставать. Но Саша сказал, что мы замерзнем. Он держал меня под руку, чтобы я не упала. Когда мы проходили мимо большого сугроба снега, я со всей дури толкнула его в этот сугроб. - Ах, ты! Т-а-к! - он поднялся, отряхнулся и побежал за мной. Мы кружили вокруг этой белой кучи, но он мигом поймал меня и завалил себе плечо. - Отпусти, я же тяжелая! - Ты пушинка, - он посадил меня в сугроб и стал заживо закапывать. Мародер какой-то! - Эй, я же замерзну! - на войне все средства хороши, я беру комок снега и отправляю его прямо ему за шиворот. Понадобилось всего несколько секунд, чтобы снег добрался до оголенного участка кожи. Саша вскрикнул и отпустил меня. - Ай, мне холодно! - он так смешно прыгал на месте, пытаясь высунуть комок, но у него ничего не получилось. И я громко рассмеялась. - Что, смешно? - Давай помогу! - я подхожу к Саше, запускаю руку ему за шиворот, достав полурасстаявший комочек, я его выбросила. До дома мы добрались уже за полночь, родители были в ярости, но естественно при Саше они ничего не сказали. - Пока, Маш. Завтра в школе увидимся, - он чмокнул меня в щеку и ушел. - Как это понимать, Мария? - мама выгнула бровь. Папа обнял маму, улыбаясь. - Они молодые, Лен. Смотри, как она расцвела, небось влюбилась в этого парнишку, - папа подмигнул мне, и я поспешила скрыться в своей комнате, пока мама не придралась еще к чему-нибудь. Я наконец-то смогла залезть в фикбук. Там красовалось одно личное сообщение. Мне понравилось... - гласило оно. Я посмотрела на получателя. MachoMen. Я улыбнулась, меня переполняла куча эмоций, и счастье было одним из них. Далее я выключила компьютер.