Reunification

— Кюхён-ши, я спешу вас обрадовать, — именно с такими словами подошёл сегодня к столу, за которым работал Кюхён, руководитель его отдела. — Начальство заметило ваше рвение, отметило, что вы вовремя выполняете свою работу, иногда даже с опережением плана, — начальник игриво подмигнул подчинённому, который, оторвавшись от сложной программы, над составлением которой бился вот уже несколько часов, смотрел на него немного осоловевшим взором и пытался вникнуть в его слова, — поэтому было принято решение назначить вас моим заместителем. Вы рады? Кюхён растерянно похлопал глазами, постепенно вникая в смысл сказанного. Он не ослышался? Его решили сделать замом? Неожиданно, но очень приятно. Парень никогда не стремился к получению данной должности, но было, безусловно, лестно, что отметили его работу именно таким образом. Что может быть лучше повышения? Но ведь это значит, что теперь… — Я вижу, что вы довольны новой должностью, — не дожидаясь ответа, пропел начальник, хлопнув в ладоши. — И это не удивительно! Каждый мечтал бы оказаться на вашем месте. Но, естественно, ответственность возрастает, теперь вы будете отвечать не только за себя и за исполнение своих обязанностей, но и за других сотрудников. Так же теперь вам поручается и рассмотрение заявок. Вот первая партия, — начальник грохнул на стол своего нового заместителя стопку папок. — Разумеется, основных обязанностей, в частности, составления программ, с вас никто не снимал, поэтому я советую вам остаться сегодня на пару часов после окончания рабочего дня и заняться отдельно заявками. Они должны быть рассмотрены сегодня, — многозначительно посмотрев на подчинённого, проговорил начальник и направился к выходу. Кюхён задумчиво смотрел ему вслед, а уже в следующую секунду вскочил с места: — Чансоб-ши, прошу меня извинить, но я не уверен, что справлюсь с такой трудной работой. Составление программ — вот то, чем я могу действительно похвастаться. Я программист, а административная работа, думаю, мне не подходит. Боюсь, что не справлюсь. Я бы посоветовал вам перевести на должность заместителя Минхёка, — Кюхён подошёл к столу своего коллеги, который при упоминании о себе чуть не упал со стула от удивления, хотя ранее исподтишка с завистью наблюдал за развернувшейся перед ним картиной и уже успел несколько раз про себя обозвать Кюхёна гадкими словами. Всё-таки назначение было громким и неожиданным для сотрудников. — Считаю, что он отлично подходит на эту должность. У него обширный опыт работы, гораздо больше, чем у меня, он активный, ответственный, так же выполняет работу в установленный срок. Думаю, что лучшего заместителя вам и не найти. Начальник удивлённо посмотрел сначала на Кюхёна, потом на Минхёка, который всеми силами пытался удержаться в сознании от шока, который испытал, и смотрел на говорящих округлившимися глазами, а потом покачал головой: — Не думал, что вы откажетесь от столь привлекательной должности. Но раз вы считаете, что Минхёк-ши лучше справится, то… — Да, я уверен в Минхёке. Он отличный специалист, — поспешил заверить начальника Кюхён, молясь про себя, чтобы тот согласился, да и чтобы Минхёк помалкивал. Потом ещё спасибо скажет. — Тогда, — начальник вновь вернулся к своему обычному радужному расположению духа, — Минхёк-ши, поздравляю вас, теперь вы мой заместитель. Кюхён-ши, передайте ему все дела, — с этими словами он удалился. — Поздравляю с новой должностью! — радостно продекламировал Кюхён и с довольной улыбкой перекинул папки с заявками со своего стола на стол коллеги. — Что это было? — сдавленно спросил Минхёк, ошарашено смотря то на папки с заявками, то на Кюхёна. — Зачем ты это сделал? Отказаться от должности заместителя. Ты с ума сошёл? — Я не уверен в своих силах, — выпятив нижнюю губу, ответил Кюхён. — Опасаюсь подвести людей. Уверен, что с обязанностями заместителя ты справишься лучше, чем я. — Ты, правда, так думаешь? — недоверчиво покосился на него коллега, но уже в следующую секунду он заулыбался и вскочил с места с криками: — Теперь я заместитель начальника отдела! Да, я стал заместителем начальника отдела! Кюхён с улыбкой наблюдал за Минхёком. Знал бы он истинную причину отказа. Если бы не сложившиеся обстоятельства, то Кюхён никогда бы и не подумал отказываться от такого лакомого куска, как должность заместителя начальника отдела, но сейчас он не испытывал никакого сожаления. Причина? Она простая, но от того не менее значимая. А причину звали просто — Йесон. Уже пять месяцев Кюхён ищет душу продавца, а не продвинулся ни на шаг. Вместо вечерних встреч с брюнетом просиживать время за заявками? Вместо галереи с коробочками, наполненными частичками душ, выбрать душный офис? Вместо душевного спокойствия и уверенности в правильном решении склониться к вечному сомнению, переживаниям и волнениям? Это всё можно перетерпеть, а стоит ли? Нужно ли ему это? Кюхён не знал, кто бы ещё пошёл на такой шаг, кто бы отказался от повышения заработной платы на несколько тысяч вон, от привилегий, от благосклонности начальства, но представив, что хотя бы один вечер он не увидит радостной улыбки Йесона, не почувствует его объятий, ему стало страшно. С вероятностью в сто процентов Кюхён был уверен, что, объяснив истинную причину отказа от должности, он увидел бы недоумённые взгляды, а то и покручивания у виска пальцем. Да, несколько месяцев назад он бы сделал точно так же, а вдобавок подумал бы, что у того человека поехала крыша, но сейчас выбор был очевиден, как восход солнца каждое утро. После того, как начальник отдела водрузил на его стол кучку папок с заявками, Кюхён только на секунду представил, что сегодня не сможет пойти в магазин душ, что Йесон, привыкший к его ежедневным приходам, будет его ждать, но не дождётся из-за этой горки бумаги. И так почти каждый день. Душа сразу же воспротивилась этому, возмутилась, запротестовала. Понадобилось мгновение, чтобы задать один единственный вопрос самому себе: что для него важнее? На одной чаше весов находится заманчивая должность, а на другой поиск души хорошего друга, даже больше, чем друга — близкого человека, который стал частью жизни Кюхёна, такой частью, которую уже не отделить, не оторвать и не отрезать при всём желании. Он душой прикипел к продавцу, прочувствовал и понял. Связь, что между ними существует, нельзя охарактеризовать ни одним научным термином, да и объяснить тоже не получится. Она просто чувствуется, но, что очень важно, не только Кюхёном, но и самим Йесоном, хотя, казалось бы, как существо без души может испытывать такие чувства? Кюхён не знал, но видел и знал, что продавец с ним на одной волне. Так что же выбрать? Принять решение не составило никакого труда. Просто делать выбор тогда, когда душа тебе подсказывает. Она знает лучше, несомненно. Прохихикав весь день над обезумевшим от радости Минхёком, который носился по всему отделу и, возомнив себя крутым начальником, раздавал глупые указания, которые никто не собирался выполнять, Кюхён и не заметил, как рабочий день закончился. Прихватив из стола стопку книг и натянув куртку, он пожелал коллеге «удачно закопаться в бумажки и прийти домой ближе к полуночи» и, показав ему язык, поскорее смылся, а то новоиспечённый заместитель придумает и для него работку, чтобы одному было не скучно коротать время за заявками. В две минуты преодолев путь до магазинчика, он влетел внутрь, чуть не сбив продавца с ног. — Кю-а, — недовольно протянул Йесон, ловя друга почти у самого пола и с преогромным трудом ставя его на ноги, — ты решил прибить меня раньше, чем найдёшь мою душу? Честно говоря, последовательность не совсем правильно выбрана, да тебе это и не удастся сделать. — Я тоже рад тебя видеть, Йесон-а, — усмехнулся в ответ тот, торжественно прошествовав к стойке и уместив на неё книги, которые до сих пор держал в руках. Йесон бесшумно проследовал за ним. — Вот, принёс, как и обещал. — Ух ты, здорово! — воскликну брюнет, тут же хватая одну из книг. — «Поющие в терновнике». Вот я зачитаюсь. — Да уж, «глотаешь» все книги, которые я приношу, за пару дней, — Кюхён закатил глаза, одновременно радуясь, что тоже может быть полезным другу. — Вот чем ты раньше занимался, когда у тебя не было посетителей? Скучно же. Хорошо, что я хоть сейчас тебя развлекаю, а вот ночью? — Пыль протирал с коробок и полок, — пожал плечами Йесон, не отрываясь от книги и, похоже, уже прочитав пару строчек из первой главы. — Что-то они всё равно пыльные, — язвительно подколол его Кюхён. — У меня вот уже аллергия начинается. Приходится таблетки пить, — в доказательство своих слов он оглушительно чихнул. — Так пыль налетает мгновенно, а галерея большая, — пробормотал продавец, не отвлекаясь от прочтения. — Йесон-а! — обиженно крикнул Кюхён, прикрывая ладонью страницу, чтобы брюнет оторвался от чтения. — Я к тебе пришёл, а ты в книгу уткнулся! Ночью прочитаешь, всё равно же не спишь! — Да-да, дай дочитать страницу хотя бы, — Йесон раздражённо оттолкнул руку друга. Кюхён недовольно покосился на продавца и тихо проговорил: — А меня назначили заместителем начальника отдела. Йесон мгновенно поднял взор от страницы и немного растерянно уставился на друга. На секунду его взгляд заметался, а руки автоматически захлопнули книгу, которую он только что с увлечением начал читать. Но уже в следующий миг он растянул губы в радостной улыбке: — Я очень рад за тебя, Кю-а! Ведь это так здорово! Ты молодец. Уж я-то знаю, какой ты ответственный, а одновременно упрямый. Думаю, эти качества тебе помогут стать хорошим руководителем. — Я отказался от должности, — не смог сдержаться Кюхён. Сначала ему не хотелось рассказывать продавцу обо всём и сразу, но видя, как тот расстроился, не смог не раскрыть все карты. — Зачем? — Йесон удивлённо уставился на друга. — Такая возможность выпадает не часто. Как можно было отказаться? Подожди… — он недоверчиво прищурился и, обойдя прилавок, вплотную подошёл к Кюхёну, который даже чуть попятился, видя настороженный и одновременно рассерженный вид продавца. — Только не говори, что отказался из-за меня. — Хорошо, не скажу, — брякнул Кюхён, о чём уже в следующую секунду пожалел. — Ты с ума сошёл! — возмущённо прокричал Йесон, ошарашено глядя на Кюхёна, который даже и бровью не повёл, хотя на самом деле немного испугался. Продавец разозлился не на шутку: его лицо стало пунцового цвета, на скулах заходили желваки, а пальцы сжались в кулаки. — Понимаешь, что делаешь? Прекрати игнорировать реальную жизнь, она гораздо важнее той, что протекает здесь. Как ты этого не понимаешь? Это то же самое, что жить в мечтах и иллюзиях, принимая их за реальность, или существовать, закрываясь от друзей и родных в собственном доме, и почти не выходить из него. Так нельзя жить, осознай это! — Прокричался? — равнодушно поинтересовался Кюхён. Он специально не прерывал гневной тирады продавца, потому что понимал правдивость его слов. Нет, он не собирался с ним спорить или обижаться, ведь нельзя обижаться на правду, но есть весомый аргумент, который разобьет все доводы Йесона раз и навсегда. — Ты, продавец душ, который так много знает об этих самых душах, который рассказывает всем о принципах её действия и, как бы парадоксально это не звучало, о её «работе», не совсем понимаешь, что душа-то и ведёт меня сюда. Если бы я не чувствовал, что готов, что хочу приходить к тебе, искать твою душу, то я бы и не пришёл. Как все те, кто обещал навестить тебя. Где они? А я здесь только потому, что сам так хочу. Меня к тебе тянет, пойми это наконец! Йесон молчал. Он только нервно кусал губу и огромными глазами смотрел на Кюхёна, который стоял напротив него, сложив руки на груди. Впервые между ними поселились неловкость и непонимание, даже их прошлые ссоры о поисках души продавца не заходили так далеко и сейчас казались глупыми и несущественными. Ситуация осложнялась тем, что каждый из них был прав, да только по-своему. Кому-то придётся уступить, только вот кому? Видя, что Йесон готовится что-то сказать, видимо, придумал очередной аргумент, Кюхён решился: — Прежде, чем ты что-то скажешь, хочу предупредить: если ты ещё хотя бы раз поднимешь эту тему, заговоришь о том, что я должен жить реальной жизнью, а не тратить время на поиски твоей души, то я так и сделаю. Я больше никогда к тебе не приду. Ты знаешь мой характер, если я обещал, то так и будет. Слов на ветер я не бросаю. Так что ты хотел сказать? Йесон растерянно округлил глаза и опустил голову, теребя в руках корешок книги. — Так не честно, — пробормотал он, — это шантаж. — Если по-другому не получается, то приходится идти на крайние меры. Я говорю серьёзно: больше не приду. Никогда. А книги, — Кюхён кивком указал на стопку на стойке, — можешь оставить себе. — Да причём здесь они? — продавец швырнул на прилавок первый том, который до сих пор держал в руках. — Неужели ты думаешь, что мне важнее книги, чем ты? Просто я очень за тебя волнуюсь, Кю-а, — Йесон жалостливо посмотрел на друга, у которого сердце забилось в бешеном ритме после того, как он услышал последнюю фразу. — За всё время, пока здесь работаю, я ни к кому не привязывался так, как к тебе. Мне важно, чтобы ты был счастлив, а здесь… — Я чувствую, что нужен тебе, необходим. Знаю, что нахожусь здесь не случайно, а это знание и делает меня счастливым. Ты как раз и пытаешься разрушить моё счастье. Я счастлив рядом с тобой, — тихо проговорил Кюхён, делая шаг навстречу брюнету и протягивая к нему руки. — Не отталкивай меня. И давай закроем эту тему раз и навсегда. — Хорошо, — чуть помедлив, решительно проговорил Йесон, сокращая расстояние между ними до минимума и обнимая Кюхёна. Тот в ответ сцепил руки в замок на спине продавца и положил голову ему на плечо. Если это не счастье, то тогда Кюхён не знает и не представляет, как оно выглядит. Только рядом с продавцом он чувствует, что живёт. Счастье для него — Йесон, и с этим уже ничего не поделать.