В цвете детской неожиданности или Добро Пожаловать в Сейрин, Джуниор!

- Как ты думаешь… - Рико в сотый раз поправила бантик на боку, - я понравлюсь ему? Он не испугается меня? А я хорошо выгляжу? - Можно подумать, ты на свидание идешь, тренер, - Изуки улыбнулся снисходительно, - не забудь только, что твоему возлюбленному всего два года. Тебя посадят. Хьюга ревниво посмотрел на них, но вмешиваться не рискнул – себе дороже. Рико с утра поменяла три наряда, взяла штурмом магазин игрушек и заставила их всех навести полный порядок в шкафчиках, прежде чем вламываться в дом Куроко. Гостеприимная Тецу пригласила команду в гости, раз уже все они безумно хотели увидеть ее сына, тем более что день рождения малыша был перенесен на сегодня в связи с грядущим возвращением Кагами и началом зимнего кубка. Конечно, такая новость не могла не взволновать всех сейриновцев – ибо, во-первых, они впервые шли домой к Куроко, во-вторых, они должны были увидеть ее сына, а в-третьих, тайна отцовства тоже могла чуть-чуть приоткрыться для всех – ведь Куроко упоминала, отец ребенка помогает ей в воспитании, не может же он не навестить своего сына в такой праздник?.. Больше всех, конечно, волновалась Рико по понятным причинам, трио же Фурихаты, Кавахары и Фукуды волновалось еще и потому, что им предстояло познакомиться с родителями Тецу, в которую они были благополучно влюблены, поэтому парни шли, нагруженные букетами цветов для мамы и бабушки Куроко. Хьюга находился в странном смешанном состоянии – конечно, он был бы рад увидеть малыша, но странное возбуждение Рико, в которую он был влюблен, пугало его безумно. И было еще кое-что, что его волновало. Хьюга, как капитан, чувствовал себя ответственным за всю команду – а тем более за единственную девушку в составе. Весть о том, что она мать-одиночка, причиняла ему боль, и он думал, может ли команда и он лично помочь ей чем-нибудь. То же крутилось в головах у Изуки и Митобе. - Кстати, тренер, - Кога, который особенно предвкушал встречу с маленьким Юске, подскочил к Рико и машинально поправил ей многострадальный бантик на ободке, - а что там с Кагами? Его не нужно встречать? - Нет, - отмахнулась от него Рико, - Бакагами написал мне, что прилетит к вечеру, и я сказала ему ехать домой к Куроко. - Ты рассказала ему о… Ну… - Киеши силился подобрать нужные слова, - о ребенке? - Нет, конечно, - девушка с удивлением посмотрела на друга, - эти двое ладят лучше всех нас, сами разберутся. И потом – вдруг он уже знает? А я, как последняя сплетница, буду рассказывать ему последние новости, что ли?.. Она еще раз вздохнула, пытаясь понять, где именно она просчиталась, что не заметила такой важной особенности своей подопечной – и радость от предвкушения игры с малышом затмила остальные чувства. - Слушай, - снова начала она, - Хьюга-кун, может, мне всё-таки пойти и переодеться? Я не испугаю его?.. *** - Извините за вторжение, - хором прокричали ребята на пороге дома Куроко. Первое впечатление было очень приятным: небольшой домик, утопающий в снегу, передняя приветственно встречает гостей огнями. На пушистом ковре забытый кем-то мяч и крохотные домашние тапки – их точно носит сама Куроко, она брала их на сборы. В ответ на громкие голоса послышался легкий звук шагов, и навстречу всей команде вышли мужчина и женщина с такими же, как у Тецуи, волосами и глазами. - Добро пожаловать, - сказала миловидная женщина с теплыми, как у Куроко, глазами, - вы, наверное, и есть друзья Тецу? Я ее мама, а это наш папа. Бабуля уехала на горячие источники, но она передавала всем привет. - Располагайтесь, - улыбнулся отец, вглядываясь напряженно в лица молодых людей – всё-таки с ними проводит все свое время ненаглядная дочурка. В его руки тут же посыпались подарки и цветы, которых взволнованные баскетболисты поспешили вручить хозяевам. - Куроко-сан, эм… - Фурихата покраснел и побледнел одновременно, - прошу вас принять от нашей команды эти цветы и поздравить вас… эээ… - С днем рождения вашего внука, - закончил Хьюга. - Я капитан команды, Хьюга. А это… - А это Рико-чан, - улыбнулась мама, - Я вас всех прекрасно знаю. Спасибо, милые, проходите скорее, раздевайтесь. Пока все толпились в прихожей, стремясь как можно скорее скинуть обувь и куртки, Рико уже успела пройти с мамой на кухню, чтобы помочь ей. Все остальные прошли в зал за отцом, всё еще разглядывающим на ребят, и уселись на два небольших дивана вдоль стен, чинно сложив руки на колени, с самым невинным выражением лиц. Тецу, которая накрывала стол, с удивлением оглядела всех и рассмеялась – такими свою команду она видела впервые. От волнения у Хьюги пропал голос, и он знаками пытался попросить Митобе подвинуться. Кога, заикаясь, пытался обсудить погоду с отцом Тецуи, которому происходящее очень поднимало настроение, а Фури-Кава-Фуку рассматривали детские фотографии Тецу так, как будто это была самая интересная вещь на свете. - Мама, - внезапно услышали они, и все, как по мановению волшебной палочки, подняли головы. Прямо перед ними, слегка пошатываясь, стоял пухленький малыш. Мутные со сна, тёмные глазки с удивлением осматривали гостей – но никакого страха или волнения не чувствовалось. - Весь в маму, - выдохнул Изуки, забыв о своих каламбурах, потому что волосики малыша были так же очаровательно взъерошены со сна – точь-в-точь Куроко на сборах. - Мама? – еще раз уже вопросительно позвал малыш, роняя огромного плюшевого медведя, которого тащил за лапу, на ковер. - Мама! - Юске, - серьезно сказала Тецуя, как обычно незаметно появившись позади всех, - а кто у нас тут лучше всех здоровается с дядями, а? Юске-кун, поздоровайся. Эти дяди пришли к тебе в гости. - Дяди? – малыш сонно посмотрел на мать и тут же послушно поправил волосы и подтянул резинку шортиков. - Пивет, - сказал он серьезно первому, кто сидел на диване – это оказался, конечно же, Хьюга, - пивет, дядя. Я Кулоко Юске. - Пивет, - машинально ответил Хьюга, пожимая пухлую в складочках ладошку, - Хьюга. Хьюга Дзюнпей. - Капитан, он все равно не запомнит, - услужливо напомнил Фукуда позади него. - Пивет, - уже не обращая на Хьюгу внимания, Юске тянул руку Изуки. Восхищенные баскетболисты не сводили глаз с нежных щечек ребенка, пухлых губок и крошечных пальчиков малыша – он выглядел как копия Тецу, только глаза были незнакомыми, темными, скорее всего, отцовскими. - Ах… - восхищенно пропела Рико, незаметно вплывшая в комнату. - О…он… таааакой милый! Юске, который к тому времени молча жал руку Митобе, незаметно подергивая его за вихры – как и любой ребенок, он сразу почувствовал в нем надежного воспитателя – тут же обернулся и огромными глазами уставился на Рико. - Тетя? – спросил он у матери, вцепившись пальчиками в ее рукава. - Тетя! - Тренер, - предупредительно сказала Куроко, - только осторожнее… Он… Она не успела договорить. Крошка с самой счастливой улыбкой на свете набрал скорость и со всех ног кинулся обнимать Рико, которая от удивления тут же села на ковер. Малыш сразу обнял её за шею, прижимаясь к ней щекой, от чего та буквально засияла. - Он у нас любит красивых девочек, - договорила Куроко. - Настоящий мужик, - с восхищением сказал Кога. Щеки Хьюги окрасились в предательский красный. - Весь в отца, - внезапно услышали они, грубый резкий голос, сорвавший общую атмосферу тепла и умиротворенности. - О, ребята, - радостно воскликнула мама Куроко, - Проходите! Как раз вас не хватало… - Извините за вторжение, тетушка, - Кисе уже стягивал с себя пальто и улыбался уголками губ, - Куроко-чии, ты не предупредила, что тут будут наши соперники… Я бы захватил мяч. - Кисе-кун… - вздохнула Тецу, - я вас не играть сюда позвала… - О, какие люди… - Мурасакибара раззевался, пожимая руку отца Тецуи, - Самый большой кусок торта мой. - Оя… Тецуя, - Акаши в модной куртке, припорошенный снегом, не сводил взгляда с малыша и Рико на полу. - Смотрю, ты уже нашла для Юске няню… - Это все глупо, - Мидорима с ворохом подарков последним входил в комнату, - я же просил вас не забывать, мы тут ради дня рождения, а не для игр, - он кивнул малышу на полу. - Подрос. Хвалю, Тецуя. - Что ни говори – весь в отца…. Аомине спокойно подошел и протянул руки к ребенку. Окончательно проснувшийся Юске тут же радостно запрыгнул в большие смуглые руки форварда и прижался к нему с такой же нежностью, с какой обнимал Рико. - Папа, - радостно пролепетал крошка, заставляя всех сейриновцев впасть в состояние, близкое к шоку.