В цвете детской неожиданности или Добро Пожаловать в Сейрин, Джуниор!

Акаши знал. Акаши чувствовал. У Акаши было стойкое ощущение, что над его красноволосой головой сгущаются тучи. Он тяжело провел вечер пятницы, не позволив себе даже пару глав любимой книги, а утром он уже знал, что что-то случится… И случилось. Звонок Аомине вырвал его из-за стола, оторвав от обеда. - Акаши, ксо, - Аомине был крайне зол, - ты слышишь? - Прекрасно слышу, - Акаши отчеканил. - Что и с кем из вас случилось? Спустя пару минут он уже был одет и собран, а выражение его лица не несло ничего хорошего для «подлых предателей», посмевших пригласить Тецу и Юске на четверное свидание, позабыв при этом и его, и Аомине. *** - Куроко-чии, - Кисе был крайне возбужден и счастлив, - Пожалуйста, посмотри на меня хорошенько! Я очень постараюсь сегодня! - Удачи, Кисе-кун! – Тецу честно пыталась предать своему лицу выражение заинтересованности. - Ки-чан лысик! – радостно заявил ему Юске. - Конфету! Две! Улыбаясь во все свои тридцать два модельных зубы, Кисе готов был обнять и задушить в своих объятьях сразу и Куроко, и Юске – такими хорошенькими они сегодня были. Тецу в платье и трогательной курточке с мехом, ее сынок в такого же цвета шапочке и сапожках, очаровательная картина, молодая стильная семейка, достойная его, ведущей модели, Кисе Реты. Но настроение Кисе тут же исчезло, потому что за спиной Куроко специально вслух и громко зевали его товарищи. - Ты выглядишь как идиот, - сказал Кагами. - Совсем не аппетитно, - заявил ему Мурасакибара. - Умри, Кисе, - отвернулся Мидорима. Разозлившись и надувшись, Кисе не сдержался и показал им средний палец. Юске тут же повторил за ним, показав Кагами указательный, а Мидориме – мизинец, за что получил строгий выговор от Куроко. Наконец, съемки начались, и Кисе пришлось покинуть их и свои надежды понравиться Куроко по-настоящему. Съемки были обычным для него делом, но, впрочем, сегодня это было особенное мероприятие, и Кисе долго к нему готовился. Ему предложили стать главной моделью нового каталога одежды модной марки, и, конечно, такое предложение было важным витком его карьеры. Куроко-чии, как думалось ему, просто обязана была увидеть его в прекрасной дорогой одежде, тогда она поймет, каким красивым парнем он всегда был и влюбится в него по уши, как другие девушки. Конечно, Кисе настраивался и на то, чтобы понравиться Юске – ведь если малыш позовет его домой ночевать, он официально станет победителем, и папой малыша. В глубине души Кисе пока не был готов к отцовству, но по-детски влюбленный в Куроко он полагал, что справиться. В средней школе эта молчаливая симпатичная девушка очаровала его абсолютно – во-первых, она не прыгала вокруг него, как другие, во-вторых, она единственная из его знакомых, играла в баскетбол и любила его, а в третьих, она однажды уже отказала ему – на втором году средней школы, перед ее беременностью, он решился пригласить ее на свидание и получил отказ. Теперь Кисе был настроен еще более серьезно. Раз кто-то в средней школе сумел украсить сердце Куроко-чии, он был обязан вернуть его себе и позаботиться о них с Юске. - Кисе-кун, - позвала его менеджер, - Сядь сюда и расслабься… - Он выглядит как дурак, - серьезно заявил Кагами, - Расслабился. Лучше бы в кино сходили. - Наслаждайся, Кагами, - Мидорима надулся, - Это тоже почти кино. Глупая комедия. - Пойду куплю вкусняшки, - Мурасакибара раззевался, - Кисе-чин скучный. - Неправда же, - спокойно оборвала их Куроко, - смотрите, как он старается. Ему явно нравится его работа. Он с таким же счастливым лицом играет в баскетбол… Все перевели взгляды на Кисе – и невольная улыбка сорвалась с губ Мидоримы. Кисе действительно был в своей стихии. Красивый, стройный, он прекрасно позировал, а свет и камеры его не смущали вовсе. Один наряд сменял другой, но Кисе шло абсолютно все. Куроко наблюдала за ним, слегка приоткрыв ротик – как и любая девушка, она интересовалась модой, и вот впервые она видела, как работают профессионалы, и это завораживало. Внезапно парни почувствовали себя заранее проигравшими, настолько хорош оказался Кисе. Мидорима вспомнил, что постоянно носит одни и те же вещи – брюки, свитера и рубашки, Мурасакибара подумал, что пора бы выбросить свой комбинезон, в котором он похож на Карлсона, а Кагами начал стесняться своего американского небрежного стиля. И только Юске не испытывал никаких стесненных чувств. Он спрыгнул с коленей матери и, отчаянно ревнуя, стал тоже принимать разные позы, чтобы привлечь ее внимание, как маленькая карикатура на Кисе Рету. - Юске-кун, - мать шепотом звала его, - сядь сюда и не мешай. - А чей это ребенок? – спросила менеджер, очарованная малышом. - Такой славный, твой братишка, Кисе-кун? - Нет, - серьезно заявил им Кисе, но голос его дрогнул, - сынок мой. - Ки-чан лысик, - Юске показал ему свой указательный пальчик, - Мама, Ки-чан плохой. - СЫНОК?! – ошарашенная съемочная группа едва не позабыла, зачем они тут находятся. - У тебя сын есть? - Нет у него сына, - Мидорима нахмурился и взял ребенка на руки, - мы просто его товарищи, и он пригласил нас… - Как это нет? – Кисе возмутился. - Всё еще только решается, и вполне возможно… - This is the Japanese Lunch time rush, - вырвалось у Кагами. - Пойдемте-ка поедим лучше… - Кагами-чии, тебе скоро худеть придётся, бездонная глотка ты! – Кисе разозлился, - Зачем вообще вы тут? Это наше с Куроко-чии свидание. Лучше бы брови свои восстановил, - зло напомнил он, потому что после стычки с Акаши брови Кагами были наполовину обрезаны. - Вы придурки, - Мидорима нахмурился, - Мурасакибара, хватит жрать. Мы уходим. - Нет, стойте, - собравшаяся с мыслями менеджер внимательно оглядывала парней, - Вы правда все школьники? Выглядите прекрасно… Кисе-кун не говорил, что у него такие красивые друзья. Не хотите поучаствовать в съемках? - ЧТО?! – Кисе был в шоке, а в еще большем шоке были Кагами, Куроко и Мидорима – Мурасакибара доедал свой батончик, отдав второй Юске. - Ну, по сценарию, вокруг Кисе-кун должна быть массовка, - улыбнулась девушка, - Но наши парни не так хороши, как вы. Вы явно тренированные, и даже в обнаженном виде будете выглядеть прекрасно. - Нет, - Мурасакибара доел батончик, - мне лень. - Никогда, - Мидорима поправил очки, - Съемки не есть мой талисман дня. - Ни за что, - Кагами хмыкнул, - массовка Кисе… Ищите других. - А можно узнать, - Тецу внезапно улыбнулась и оказалась возле менеджера, от чего та едва не упала в обморок – шестой игрок-призрак заслужила свою славу, - а ребята получат за эту работу… что-нибудь? - Конечно, - девушка взяла себя в руки, - Господи, как ты тут оказалась? Вознаграждение будет. Кисе-кун получит чек и комплект одежды из новой коллекции, а его массовка – кроссовки этой же марки. Это спортивный бренд, и… - Мы согласны, - Куроко улыбнулась, - Ребята с удовольствием помогут Кисе-куну! Правда же? Глядя на ее довольное лицо, и на то, как радостно Юске уже сидит на коленях очаровательной девушки-менеджера, Мидорима и Кагами понимали, что отказать им уже не получится. А Мурасакибара был согласен – после съемок их обещали угостить чаем, а его зоркий глаз уже разглядел большую коробку с конфетами на столе. *** Аомине и Акаши встретились на углу возле дома Тецу – они оба были сердиты. Новость о том, что у Тецу свидание сразу с четырьмя, а их не пригласили, раздражала и давила на нервы – ну разве можно так? - Кисе получит у меня, - уже планировал месть Аомине, - Кагами тусклый, с ним можно не церемониться… - Шинтаро явно забыл, что был только вице-капитаном в Тейко, - Акаши щелкал суставами, - Ацуши не получит больше никаких сладостей от меня. И… - Здорово, ребята! – последний оставленный без приглашения на свидание участник спора за сердце Тецу бежал к ним, отчаянно улыбаясь. Им, конечно же, был Киеши, которого тоже пришлось пригласить для групповой мести оставленных в одиночестве. - Что-то вы недовольные, - сразу же отметил он, - давайте проведем это время с настроением! - Согласен, - Акаши зло улыбнулся, - мстить и вредить нужно с настроением. - Значит, сначала идем на эти съемки? – Аомине открыл блокнотик, куда заботливая Момои уже успела записать краткий план Тецу и ребят, - Потом в кафе, потом на концерт и к Кагами домой… - И кое-кто успеет пожалеть, что оставил нас без приглашения, - вставил за него Акаши. - Я ничего не понял, но тоже иду, - закончил Киеши.