Второй шанс (Том 5)

[Внимание! Данная короткая глава не несет в себе почти никакого смысла! Авторов потянуло на песни и... короче, читайте и наслаждайтесь ^^] В семье Тсуны начался обед. К ним на пару часов заскочили Ямамото и Реохей - так что все Хранители, кроме Тумана и Облака, были в сборе. - И где Хибари-сан и Гин-сан? - спросил Тсунаеши, вздыхая. В неведении парню и рамен был не в радость. Словно в ответ на его слова, открылась Гарганта, и из нее вышли оба Хранителя. Увидев двух хихикающих "призраков", Реохей опрокинул чашку с чаем, Такеши подавился рисом, но тут же расхохотался. - Отлично выглядите,ребята! - отсмеявшись, заявил он. - Занзас тоже так считает, - рассмеялся Ичимару, подмигивая Дождю. - так вы были в Варии? И как успехи? - улыбнулся мечник. - Вы всех ЭКСТРИМально распугали? - догадался боксер. - Босса чуть инфаркт не хватил! - гордо заявил седовласый лейтенант. - А еще немного - и хватил бы! - не менее гордо вставил Хибари, протягивая руки к рамену. Тсуна с писком уступил свою еду Облаку. Глядя на них, Ичимару тоже решил подкрепиться и стащил порцию Реборна - как ни странно, аркобалено его не убил, стянув остатки риса у Ламбо. В итоге все - кроме теленка, конечно, - остались довольны. Закончив с едой, Гин кое-что вспомнил. - Сюда направляется Вария. - Что?! Опять? - возопил Тсунаеши, страдальчески поднимая глаза к потолку. - Он думает, что это вы подстроили наше появление, - пояснул седовласый. - Но вы не бойтесь, все будет в рамках закона, - счел нужным добавить Хибари. - Да, Занзас уже засветился в процессе, так что будет действовать осторожно. - Хоть это хорошо, - облегченно выдохнул Тунец. - Мы пару дней у вас погостим, ладно? - Ичимару, казалось, и не придавал значения острому запаху крови. - Хорошо, только сначала идите в душ, - непреклонно заявил Реборн. - Конь, тогда достанешь еще крови. Идем, Хи-чан, - улыбнулся Гин. - Пошли, - вздохнув, капитан поднялся из-за стола, с грустью проводив взглядом тарелку с такояки. - Мы вам оставим, - улыбнулся Тсуна, перехватив взгляд Кёи. - Спасибо! - от души поблагодарил он Джудайме, взяв мужа за руку и утягивая в сторону ванной. На сим месте авторы пошло похихикали, переглянулись, похихикали еще немного, но сцену в ванной все же опустили *** Через полчаса оба шинигами, вполне довольные жизнью и переодевшиеся, снова зашли в столовую. Все присутствующие на кухне как-то странно переглядывались, но молчали, даже Реборн ничего не сказал,хитро щурясь. - Вы тут обещали нам еды оставить, - как ни в чем ни бывало,. протянул Ичимару, подходя к столу. - А мы и оставили, - улыбнулся Такеши, указывая на тарелки. - Отлично. Садись, Кёя-ку-ун... - протянул Гин, устраиваясь на стуле. (прим. неугомонного ав.2: Ему бы лучше пока постоять...) Хибари уселся рядом с ним, глаза парня голодно заблестели. Уловив намек, шинигами подвинул капитану тарелку. - Друзья Тсуны-куна голодны? - спросила незаметно подошедшая Нана, - Я могу приготовить еще чего-нибудь! - С удовольствием поели бы, - хихикнул Гин. - Хочешь есть - не тормози, - уже что-то жуя, отозвался Хибари. Седовласый сразу же последовал его примеру. Нана умиленно посмотрела на жующих парней и решила на всякий случай сбегать в магазин. Ну, мало ли... А остальные Вонгола, еле дождавшись ее ухода, буквально засыпали обоих "призраков" вопросами. - Как вы их пугали? - А как Занзас отреагировал? - А они испугались? Шинигами даже не знали, за какой вопрос сначала взяться. - А давайте мы вам просто следующий сеанс запишем? - додумался седовласый через пятнадцать минут игры в "вопрос-ответ". - А вы можете? - обрадовался Хаято. -Если кто-нибудь купит несколько камер - запросто. - Купим! - воодушевился Савада, взмахнув палочками. - Отлично, - усмехнулся Гин. - Хи-чан, шуганем ночью Заню? - Ты еще спрашиваешь? Я только за! - усмехнулся Кёя, правда, эффект слегка подпортило то, что с этот самый момент на колени Облака Ламбо опрокинул тарелку, благо, пустую. - Вот и отлично. Споем ему колыбельную, -Ичимару нехорошо улыбнулся. - А Гин умеет петь? Спой Ламбо-сану! - заявил теленок, прыгая на руки лейтенанту. - Тебе не понравится, - засмеялся шинигами, потрепав теленка по курчавой макушке. - Ламбо-сан хочет, чтобы Гин спел! - надулся Бовино. - Ну ладно, ладно... - лейтенант откашлялся и запел: - Что ни вечер, то мне, молодцу, ненавистен княжий терем, и кручина злее половца грязный пол шагами мерит. Завихрился над осинами жгучий дым истлевшим стягом, я тоску свою звериную заливаю пенной брагой... Из-под стрехи в окна крысится недозрелая луна, все-то чудится мне, слышится: выпей, милый, пей до дна! Выпей, может, выйдет толк, обретешь свое добро, был волчонок, станет - волк, ветер, кровь и серебро... - Гин красиво поет, но Ламбо-сан ничего не понял, - помотал головой малыш. - А ведь и правда красиво поешь... - тихо сказал Хибари, - Почему ты мне этого не говорил? - Чего именно? - задумчиво улыбнулся ему Гин. - Того, что ты поешь, конечно. - Я очень редко пою... под настроение только, - фыркнул лейтенант. - Понравилось, что ли? - Всем понравилось, Гин-сан! - заулыбался Тсунаеши. Седовласый усмехнулся. - И все же поющий я - явление ну очень редкое. - И очень зря, Ичимару-сан! - заявил Хаято, - У вас отличный голос! - уж кто-кто, а подрывник в музыке и подобном разбирался. - Смотри, снова петь начну, - тихо засмеялся лейтенант. - Никто и не возражает, - рассмеялся Такеши. - Ну вы сами напросились, - хохотнул парень и снова запел: - Мне ненависть тех, кто рядом, привычнее чашки риса, И пыльной тоскою пахнут уклады Общества Душ… Но вы же сами когда-то меня называли лисом! Так что ж удивляться побегу в манящую тайной глушь? С детства – или со смерти? – липнет к лицу улыбка, Лживою лисьей маской, насмешками над табу. Я сполна получаю за сделанные ошибки, Но этим плачу за возможность выбрать свою судьбу. День за днём с неизменной улыбкой иду по краю обрыва, Рискуя не удержаться, сорваться в какой-то миг. А то, что бывает страшно, и больно, и некрасиво… Так это даже забавно. И, знаете, я привык. Вставая после ударов, я продолжаю смеяться, Слёзы – это для слабых. А к слабому мир жесток. И пусть в лицо или в спину меня называют паяцем – Попасть под мою улыбку боятся, как под клинок. А что ушёл без оглядки… Прощаться – плохая примета! Врать, что вернусь, не буду. Аканна. А может, лень… И ненависть хлещет в спину порывами зимнего ветра, И цифра три на хаори заметна, словно мишень. Один на один с собою, когда притворяться не нужно, С лица отпущу улыбку, и привалюсь к стене… Но без меня в Сейрейтее вам разве не будет скучно?! Ну… нет так нет. Саёнара. И всё-таки – гомен нэ… На этот раз громкими похвалами никто не разразился - в комнате было тихо, так тихо, что громким казалось тиканье часов. - Эта песня.. о тебе? - непонятно зачем уточнил Кёя. - Ну да, - кивнул Туман. - Грустно, - тихо пробормотал Савада, - Но все-таки вы очень красиво поете, Гин-сан... - Точно! Нам же Заню пугать! - внезапно вспомнил Гин. - А, ну да, - словно очнулся капитан. - Пошли, - Ичимару открыл Гарганту, натянув на обоих диверсантов иллюзию. - А грим? - скептически поинтересовался Хибари, - А то, что сейчас даже не ужин? - Сегодня показываться не будем - просто распевать что-нибудь загробное можно. - У тебя это точно получиться! - усмехнулся Кёя, - Тогда пошли. Ичимару кивнул и оба шинигами скрылись в черном туннеле, провожаемые пожеланиями удачи от своих товарищей. Вышли парни в коридоре, чудом разминувшись с кем-то из офицеров Урагана. - Пошли искать этого пьяницу... - пробормотал седовласый лейтенант. - Идем, - кивнул Кёя, потянув мужа за руку в сторону одного из коридоров. Тот покорно двинулся за пареньком. - Его спальня, судя по спираченной мною карте, была где-то... там, - махнул рукой брюнет, - Но нам ждать еще минимум полдня, если, конечно, Занзас не спился окончательно и не лежит сейчас в постели. А вариант-то хороший... - Ну пошли посмотрим тогда... - Сейчас? Нет, давай еще над кем-нибудь развлечемся, Ичимару! - А смысл? Весь высший состав Варии в отъезде, а рядовые ничего не знают. - Но днем его пугать совсем не интересно... - вздохнул Кёя. - Тогда, может, прогуляемся? - Хорошая идея, - улыбнулся Облако. - Куда пойдем? - Не знаю... Куда-нибудь, разве это важно? - Кёя пожал плечами, вновь двинувшись по коридору. - Тогда пошли, - седовласый улыбнулся и одной рукой приобнял кохая за талию. Так они и вышли из замка, никем не замеченные благодаря иллюзии. Ранней осенью - а ведь середина октября была ранней осенью в Италии - в лесу близ Палермо было очень и очень красиво. Зеленые с мягким вкраплением рыжего кроны деревьев мерно покачивались на слабом ветру. Его шелест так успокаивающе действовал на шинигами, что можно было подивиться - и как в таком прекрасном месте живут жестокие убийцы? Гин с любопытством осматривался, шагая по мягко хрустящей палой листве. - Красивое место... - Даже очень... Решено, сдаем Занзаса в психиатрическую лечебницу и приезжаем сюда на осенние каникулы, - едва заметно усмехнулся Хибари, прижавшись к своему учителю. - Если он признается - ему грозит пожизненное, так что, думаю, обойдемся и без психушки... - Но Саваду я все равно заставлю переселяться сюда. Тут бы Хиберду понравилось, - словно в доказательство слов парня где-то в вышине защебетали птахи. - А вот и товарищи ему... - седовласый разлегся на опавшей листве. - Чувствую, если мы привезем его сюда, то потом надо будет отдавать кому-то помесь канареек и... ну, не знаю, какие здесь водятся птицы, - Хибари сел рядом с ним, обняв руками колени. - Да они сами разлетятся. Будешь основателем нового вида... какой-нибудь Синиц Канарейчатый... - А было бы неплохо. Только какие синицы в Италии? - Не знаю. Итальянские... Кёя тихо рассмеялся, смотря вдаль. - Ложись рядом... а то холодно. Облако молча растянулся на листьях, положив голову на грудь Ичимару. Гин улыбнулся, обняв своего капитана, тот закрыл глаза, прижавшись к нему. "Вот бы этот день подольше не кончался..." - так некстати подумалось Кёе. А листья, тихо кружась, падали вниз. *** Через несколько часов на лес опустились сумерки. Небо окрасилось в красивый нежно-синий цвет, а облака стали индиговыми. - Скоро все варийцы придут, - вздохнул Хибари. Подниматься с мягких листьев и куда-то идти казалось ему просто непосильной задачей. - Какое там придут... они в Японию за Вонголой поехали... - сонно отозвался Гин. - Я про офицеров, который отправляли на задания вместо Хранителей... - Кёя приподнял голову, но после передумал и снова улегся на Ичимару, - Впрочем, если они на нас не наступят, то все будет хорошо. - Пошли... потом вернемся еще... - Мне лень... И Занзас еще, наверное, не спит... - вяло отмахнулся парень. - А потом заснем мы с тобой... - Ичимару зашевелился. - Ну ладно... - тяжело вздохнул капитан, пытаясь подняться. Седовласый завозился под ним, выкапываясь из листьев, Хибари, пару раз зевнув, встал и протянул руку учителю. - Спасибо... - с помощью ученика тот поднялся на ноги и проверил иллюзию. Она была в порядке, и седовласый довольно улыбнулся. - Ну что, идем... - Кёя до хруста костей потянулся, разминая затекшие конечности. - Идем, - задумчиво согласился с ним Гин. Еще разок зевнув, Облако направился к замку, привычно потянув сенпая за руку. Тот так же привычно направился следом, попутно придумывая что-нибудь для Занзаса. - Только учти - я петь не умею, - предупредил капитан. - Будешь создавать звуковой фон... подвывать там... - Спасибо, - рассмеялся брюнет, - Так и сделаю. Седовласый рассеянно зевнул, поглядывая на темный силуэт замка Варии. - Так, ты, кажется, еще не проснулся, - сероглазый с легким укором посмотрел на Гина. - А я и не спал... вот... - Заметно, - усмехнулся Кёя, целуя мужа в щеку. - Угу... последние дня три - точно... ладно, пошли, - улыбнулся седовласый, довольно жмурясь. Хибари кивнул и парни скрылись в особняке.