Сказ о том, как Леголаса женили

                    Секира лежала на середине поля. А главные виновники торжества сидели сверху и пили.       — Гимли, а что с секирой будем делать?       — А хрен его знает!       Гимли и Леголас смотрели на поле и пытались представить, что делать со свалившимся на их голову состязанием. Леголас подумал, посмотрел на эллет, окружающих его, и молвил:       — Великолепные эллет! Каждая из вас дорога мне! Вы все так прекрасны, что сделать выбор невероятно сложно! Именно поэтому я решил устроить турнир прекраснейших девушек Лихолесья.       Леголас, произнеся речь, с надеждой взглянул на Гимли. Тот, величаво рыгнув в рукав, дал знак. В итоге эльфы, поняв по-своему, решили все за Леголаса и его друга. В ряд выстроились по десять девушек.       Самые первые встали в позицию, натягивая тетиву. Перед ними были мишени, которые стояли не слишком далеко — ярдах в десяти-двенадцати. Раздался звон и несколько стрел вонзилось в мишени. Однако не все они попали. Точнее, некоторые попали совсем в другую цель… Пара эльфов, стоявших слишком близко, дернулись и вскрикнули, с удивлением разглядывая стрелы, что торчали у них из ног.       Оторопевшие поначалу девушки, понимая, что благосклонности принца уже не добиться, бросились на помощь с криками: «Он мой!». Несчастные раненые эльфы в ужасе кинулись в толпу. За ними неслась ватага и слышались возгласы:       — Этот мой!       — Ой, какой милый!       — Отойди, башку снесу!       — Сама отойди!       — Я его забираю!       Некоторое время Леголас и Гимли наблюдали за ними, а потом, столкнувшись взглядами, молча наполнили бокалы и выпили. Пришло время второй очереди стрелков. В этот раз вышли более сосредоточенные, но менее подготовленные к бою эльфийки. У кого-то во время натягивания тетивы стрела выпадала из рук, и девушки в слезах убегали с поля, у остальных же все получилось. И тут Леголас с другом впервые поняли, почему во всем мире блондинок называют нарицательно…       Десять девушек, из них пять очаровательных светловолосых прелестниц, прицелились и выстрелили. У одной стрела вонзилась в мишень, у других же они улетели в неизвестном направлении. Но вот на землю полетела сова, в когтях которой была зажата мышь. Лучницы бросились на поле.       — О, это сова!       — Это мышь!       — Сама ты мышь, а это сова!       — А что, мыши летают?!       Истеричный визг разнесся над поляной:       — А-а-а, мыши летают!       — Заткнись, дура, мышь у совы!       — Мыши летают с совами!       — А-А-А!       Леголас и Гимли философски ждали, пока закончится истерика. День подходил к концу, герольд, следивший за исходом турнира, принес принцу список из двадцати имен тех, кто прошел соревнование. Леголас, изрядно захмелев, (о, Эру, с этим гномом он сопьется!) провозгласил:       — Завтра второй тур! Жду вас всех к вечеру.       — А какой второй тур? — Гимли несмело потряс друга за рукав.       — А, орк его знает, — отмахнулся Леголас и пошел во дворец.