Сказ о том, как Леголаса женили

                    День явно не задался. Глаза не хотели открываться, мысли в голове плавно текли, не делая попытки связаться друг с другом. Вокруг все шумело и топало, иногда грюкало, а зловещий рокот не прекращался ни на минуту.       «На нас, наверно, напали, а я не могу даже пошевелиться», — вяло подумал Леголас и попытался перевернуться на другой бок. Глаза словно засыпало песком, и он никак не мог понять — что за шум вокруг? Голова готова была расколоться на сто частей, где-то глубоко внутри мутило и противная слабость разлилась по всему телу…       «Вот это мы вчера посидели!» Воспоминания о прошедшем вечере постепенно возвращались в больную голову. Сделав мужественное усилие, Леголас открыл наконец глаза и резко сел. Лучше бы он этого не делал — комната закружилась, и пришлось отдышаться, прежде чем получилось более-менее адекватно осмотреть комнату.       Он лежал на своей постели, в смятой вчерашней одежде. Но, судя по вчерашнему состоянию, спасибо, что хоть до кровати дополз… Рядом, на кресле, спал Гимли. Это его храп напоминал непрекращающийся рокот. Леголас наморщил лоб, тщетно пытаясь понять, как Гимли оказался в его покоях. Понемногу картинка начала восстанавливаться. Леголас вспомнил, как они вдвоем вышли (или выползли) из погреба и пошли наверх. По пути эльф пытался рассказать другу историю своего дворца, но кроме: «Отличный у нас дворец!», — ничего путного не выходило. Когда они дошли до этажа, на котором располагались покои принца, оба напрочь заблудились. Леголас не мог вспомнить — где же его покои?! Поэтому они стали открывать все двери, одну за одной. В основном везде спали, поэтому принц и гном тихо проходили в комнату, икали, громко шикали друг на друга, смотрели на занятую кровать и молча выходили, поддерживая друг друга.       В одной из комнат они наткнулись на парочку, которая сплелась в страстных объятиях. Громко прошептав: «Извините!», они закрыли дверь и долго смеялись, глядя друг на друга и фыркая в кулак. А за другой дверью им встретилась эльфийка, которая стояла обнаженной в лунном свете спиной к ним. Сначала в дверь проникла голова Леголаса, потом под его рукой возникла голова гнома. Переглянувшись, они тихо закрыли дверь, пока девушка не обернулась. Об их кратком пребывании в комнате напоминал лишь стойкий запах перегара. В итоге, добравшись до своих покоев, Леголас лег на кровать, а Гимли, бормоча, что гномы эльфов перепили, уселся в кресле с бокалом вина. Да так там и уснул.       В дверь робко постучали и появилась голова слуги.       — Ваше Высочество, через час все девы соберутся на стрельбище согласно вашему приказу.       Какое стрельбище? Какой приказ? Леголас не мог вспомнить. Но не падать же в грязь лицом! Поэтому принц величественно кивнул и распорядился о ванне для себя и для своего друга. В этот момент Гимли очнулся и простонал:       — Эля! Холодного! Много!       Слуга кивнул и скрылся из виду. Гимли слегка потянулся, крякнул и посмотрел на друга. Выглядели оба просто ужасно — опухшие лица, красные глаза, помятая одежда… Через несколько минут ванна была готова, и они погрузились каждый в свою частичку горячей воды.       Спустя час, чистые, переодетые, Гимли и Леголас сидели за накрытым столом, на котором дымились свежевыловленные и сваренные раки и ледяной эль.       — Выпьем! — сказал гном.       — Что-то мне это сильно вчерашний вечер напоминает, — скептично прищурился Леголас.       — Это не пьянка, это опохмел! — важно заявил Гимли и с удовольствием отпил из бокала.       Но видно, выражение «на старые дрожжи» произошло не просто так, потому что через полчаса оба друга уже изрядно захмелели.       — Ну что, остроухий, пойдем искать тебе невесту?       Оба друга вышли из покоев Леголаса и отправились на стрельбище. При этом предусмотрительный гном успел распорядиться, чтобы им поставили стол, стулья и побольше холодного эля.       Выйдя на стрельбище, Леголас удивленно замер. Перед ним стояло около двухсот девушек: кто-то был в традиционной одежде лучника, кто-то в платьях. У каждой в руках был лук, и все они с надеждой смотрели на появившегося принца. Поежившись, Леголас поднялся на постамент, на котором уже стоял стол с напитками и закусками и спросил слугу:       — А где король?       — Король, Ваше Высочество, утром увидел ваш приказ, посмеялся и уехал на неделю на охоту! — отрапортовал слуга.       Пыхтя, рядом появился Гимли. Налив пенного в бокал, он посмотрел на поле и засмеялся. Прямо посередине стрельбища лежала большая тяжелая боевая секира…