Глава 6
26 февраля 2014 г., 00:38
История человеческого ума есть история человеческой глупости.
Вольтер
На следующее утро моя голова болела так, как не было уже давно, с тех пор, как я впервые посетила сознание Мрака… Проснувшись, я первым делом согнулась пополам, сдерживая сильный приступ тошноты. Не сдержала — пришлось бежать по назначению… И только чуть успокоив взбунтовавшийся организм, заметила, что знакомые руки осторожно придерживают мои волосы, не позволяя прядям запачкаться. Смутиться сил не было — в висках стучало и стреляло, зрение пока ещё тоже не вернулось в норму, в животе всё ещё крутило… Сказать, что я чувствую себя отвратительно — значит, не сказать ничего. Аскани бережно помог мне подняться, подвёл к умывальнику и внимательно проследил, чтобы я, как следует, прополоскала рот. Поплескав прохладной водой на разгорячённую кожу, я ощутила небольшое облегчение. — Легче? — заботливо спросил Ас, помогая мне вновь добраться до кровати. — Хоть немного? Не найдя сил на достойный ответ, я слабо кивнула. Потом зажмурилась, оценила своё состояние и помотала головой. — Ляг, поспи, девочка моя, — Ас осторожно подтолкнул меня к кровати, уложил, бережно прикрыл одеялом и даже подоткнул концы под ноги. Потом осторожно прилёг рядом, стал нежно поглаживать мою щёку. Увы, в данный момент я была абсолютно не в состоянии по достоинству оценить его заботу. Стоило лечь, и комната закружилась, заплясала, едва я прикрыла глаза. Будто меня запихнули в бочку и спустили её с горы со мной вместе… — Спи, Тими, звёздочка моя, — прошептал Ас, легонько поцеловав меня в уголок губ. — Я буду рядом… Отличная идея. Покорно вздохнув, я изо всех сил постаралась представить, что мне очень хорошо, что меня вовсе не крутят приступы боли, что я просто пытаюсь отдохнуть после тяжёлого дня. Получалось плохо, но всё же получалось. Как же болит голова…* * *
Из забытья я выходила постепенно. Сперва, не открывая глаз, оценила своё состояние. Нужно ли будет ещё раз совершить спринтерский забег до искомого местечка? Вроде нет… Хорошо. А что с головой? Болит… Но, слава Ларише, пропало ощущение, будто кто-то настойчиво пытается продолбиться из моего черепа наружу. Терпимо. Осторожно приоткрыла один глаз. Конец света не произошёл, так что я осмелела и открыла второй. Фух. Вроде жива. — Тими, как ты? — кинулся ко мне Аскани. — Паршиво… — выдохнула я. — Что произошло?.. — Не знаю, — тёмные мерцающие глаза Аскани смотрели на меня обеспокоенно, с искренней тревогой. Приятно… — Я вернулся с практикума на рассвете, попытался разбудить тебя — без толку. Ты, как спящая царевна, не реагировала ни на что… Ну, я забил тревогу, позвал Шона. Тот заявил, что… ммм… как бы повежливее… В общем, он сказал, что поделом тебе, пустой голове, и вообще надо бы тебе хорошенько уши надрать, когда проспишься, и чтоб я даже не лез к тебе с целительской магией, а то он и мне по шее даст, и… — Хватит, — простонала я. — Этого вполне достаточно. — Прости, — виновато закусил губу Ас. — В общем, он сказал, что ты по дурости хватанула лишку с магией, что тебя будет мутить какое-то время, и чтобы я пока не лез к тебе ментально. Ничего нового. Закрыв глаза, я глубоко задышала, пытаясь успокоить внезапно ускорившееся сердцебиение. Сердце успокаиваться не желало — билось и стучало так, словно изо всех сил пыталось в ужасе сбежать от нерадивой хозяйки. И откуда это странное ощущение чего-то непоправимого, чего-то… ужасного? И почему Шон так на меня ругался, почему не пришёл сам?.. И почему Шон… Шон… Что-то странное… Шон! Чуть не заскулив от ужаса, я развернулась и попыталась спрятать голову под подушку. — Тими? — всполошился Аскани. — Тими, что с тобой? Тебе плохо? Нет. Мне хорошо. Даже можно сказать, замечательно! Шон меня убьёт. А Аскани с удовольствием добьёт то, что останется после Шона. И так мне, дуре набитой, и надо. Вот куда лезла, спрашивается?! Мало мне проблем было?! Так вот, получите и распишитесь. С доставкой на дом. Точнее, в постель. Прав был Шон, когда усыпил меня вчера. А то я ещё что-нибудь учудила бы… Нет, ну это надо же додуматься — лезть к Шону с поцелуями! И, кажется, не только… Хотя, по-моему, он не особо возражал. Интересно, это от шока, или просто обидеть не хотел? Так зря, надо было в лоб дать. А Мрак тоже хорош! «Ничего плохого не случится, я знаю, что делаю…» Интриган! Ему-то это зачем?! И ящерица моя тоже подначивала! Хотя, зачем это ей, я, кажется, и так понимаю… — Тим? — Ас осторожно попытался отвоевать у меня подушку. Я сопротивлялась изо всех сил, изображая перепуганного страуса. — Да что с тобой?! — Ас? Кажется, голос у меня был шикарный — тоненький, как у нашкодившего щенка. А я и есть щенок. Нашкодивший. Нехило так нашкодивший! Помолвленная леди, ага! — Что, Тим? — Я тебя люблю. Пусть знает. Если и убьёт, то хоть потом будет что вспоминать… — Хорошо, — нервно улыбнулся парень, пытаясь перевести всё в шутку. — А замуж пойдёшь? — Пойду. — Да?! Да. Потому что сейчас он меня всё равно где-нибудь закопает, так что до свадьбы дело не дойдёт. — Тим, что случилось? — кажется, Ас понял, что произошло нечто серьёзное. — Ой, Ас, я вчера такую глупость сделала… — Какую? Кажется, я позорно разревелась, ненавидя себя за эти слёзы. Спрашивается, чего теперь реветь-то? Вчера думать надо было. А не лезть напролом к чёрту на куличики, идя на поводу у двух хитрющих драконов, а потом бессовестно приставать к своему учителю, лучшему другу и опекуну. Позанималась, блин! — Ас, я… Ну, я вчера… Ас, прости меня, пожалуйста! Да, а просить прощения, оказывается, не так-то просто. Особенно, если действительно виновата. И это ещё цветочки. Скоро ведь придётся и перед Шоном извиняться. Причём сразу за две провинности — за то, что нарушила обещание, и за то, что полезла его соблазнять. Позор-то какой! — Прощаю, — с готовностью кивнул Ас. — А за что? Я глубоко вздохнула, набираясь смелости. Ну, наверное, сразу же не прибьёт? А даже если и сразу… Всё равно — сказать надо. — Ас, я, кажется, вчера по глупости полезла кое-куда без разрешения… — И всё? — И… Так, ладно… Ещё я… Ну… Я поцеловала Шона! Вот. Сказала. Точнее, выпалила на одном дыхании и снова юркнула поглубже под подушку, от стыда не смея даже посмотреть на жениха. Вот пусть убивает именно так, я готова. Однако убивать меня никто не торопился. И вообще, кажется, я в комнате осталась одна. Высунула голову наружу, оглянулась, убедилась — нет, не одна. Ас сидит на прежнем месте, но жажды немедленного убийства в его глазах я не вижу. Казалось, он напряжённо о чём-то размышлял, глядя на меня спокойно, задумчиво… Мне стало страшно. Лучше бы рассердился. — Ну скажи что-нибудь, — тихо попросила я. Лицо жениха дрогнуло, словно он только что пришёл в себя. Непонимающе моргнул, тряхнул головой, задумался… — Что именно? — наконец выдал он. — Ну… Хоть что-нибудь. — Что-нибудь… — Ас в задумчивости запустил руку в свои роскошные волосы, закусил губу. — Ну… Я не удивлён. Я с трудом удержала рот закрытым. И всё? К моему удивлению, Аскани вдруг тихо рассмеялся. — Ох, Тим… — наконец успокоился он. — Тим, ты что, думаешь, я совсем слепой? Я же вижу, что он тебе нравится. И ты ему тоже, даже больше. Так что, да, я совсем не удивлён. По крайней мере, это всё объясняет. Я насупилась. Вот вечно он со своими теориями меня с толку сбивает! Между прочим, с самого начала именно из-за вечной ревности жениха я стала на Шона немножко по-другому заглядываться. Вот зуб даю, и вчера я сглупила тоже из-за его пунктиков! — Неправда! Не нравлюсь я Шону! — Может, у него спросим? Вот прямо сейчас позовём и… — Не надо! — испугалась я. Вдруг и правда позовёт? Совсем опозорюсь… Аскани снова рассмеялся. Опять подначивает, интриган несчастный! — Тим, всё в порядке, правда. Тебе не нужно передо мной извиняться. Разве что ты собралась бросить меня и выйти замуж за него… — Нет! Кажется, у меня опять слёзы полились градом. Вот как он мог такое подумать, а? Я что, похожа на эту, которая девица облегчённого?! — Тим, ну не плачь… — Ас потянулся, обнял меня, крепко прижал к себе, уткнувшись лицом в мои волосы. — Я просто пошутил… Точнее, просто уточнил. Так, на всякий случай… — Ас! — Да шучу я, шучу! — Значит, ты на меня не злишься? — немного успокоившись, уточнила я. — Злюсь? — казалось, Аскани всерьёз задумался над вопросом. — Ну, мне немного неприятно узнать об этом вот так, внезапно… Но нет, я не злюсь. Тем более, разве не я когда-то предлагал нам всем создать гнездо, как у императорской семьи? И на кого, скажи на милость, я буду похож, если стану злиться на тебя за то, что ты поцеловала Шона, после того, как сам же звал его в семью? — На идиота, — честно ответила я. — Ну, спасибо. Так что, Тим, звёздочка моя, я на тебя не злюсь. И даже великодушно не стану принимать всерьёз твоё обещание — понимаю, что ты была не в себе от стыда, и сказала бы всё, что угодно. Я покраснела, вспомнив, как опрометчиво заявила, что выйду замуж за него. Нет, какой же Ас всё-таки хороший! Другой бы поймал на слове, и всё — попалась ты, Тим, приготовь палец для кольца, жениться будем. А он… — Я люблю тебя, Ас, — честно призналась я. Да, люблю. За то, что он вот такой благородный. И даже почти всегда. — И я люблю тебя, Тим, сердце моё… Я удовлетворённо вздохнула, устраиваясь в его руках как можно удобнее и закрывая глаза. Впрочем, следующий вопрос заставил их не только снова раскрыть — распахнуть, пылая от возмущения. — Тим, а вы с Шоном… Только целовались? — Ас!!! — Прости, мне просто нужно было уточнить. Я вспыхнула. Интересно, а я должна рассказать Асу о том, как Шон гладил мою грудь, спину, бёдра, задирал тунику… Ох, нет! Главное — суть я рассказала. Подробности пусть останутся только для меня… Ну, и ещё для Шона. Но тот точно не расскажет. — Тим… А как оно было? — Что?! — Ну… — Аскани действительно покраснел, мне не почудилось?! — Целоваться с Шоном — как тебе было? — Хочешь знать — иди сам с ним целуйся! — мстительно выдала я. — Прости. Чего ещё удумал! Он и впрямь хочет, чтобы я в подробностях рассказала, как плавилась в крепких, надёжных руках, как до безумия жарко следовала за его губами, как выгибалась под интимными, чувственными прикосновениями… О, Лариша! Я опять покраснела, почувствовав, как нечто подозрительно смахивающее на вчерашний комок удовольствия прокатилось вниз по телу к животу — от одного лишь воспоминания. Нет, обо всём этом нужно забыть, причём как можно скорее…* * *
Так, расслабься. Это просто. Бояться нечего… Ну, подумаешь, стукнут тебе клювом по лбу… Или уши оторвут… Ничего смертельного. Вот разве что… Ох, да просто сделай это, и всё! Рука привычно нащупала дорогой сердцу амулет, сжала прохладный камень: «Шон! Шоон! Шооон!» Тишина. Ни ответа, ни привета. Похоже, всё гораздо хуже, чем я думала. «Шон! Ну отзовись, пожалуйста…» Без толку. Я словно билась лбом в закрытую дверь — никакого отклика. Я даже не могла сказать наверняка, слышал он меня, или нет. Неужели не простит? «Шон! Ну прости! Пожалуйста, прости, я дура, знаю! Давай поговорим!» Опять — двадцать пять… Лишь крохотная эмоция вдалеке да короткое, но ёмкое: «Рано». Я вздохнула. Ну вот, похоже, Шона я потеряла окончательно. Кажется, он обиделся всерьёз. Что ж, я не могу его за это винить — я бы себя на его месте вообще убила… Неужели он совсем не хочет меня больше видеть? Этого следовало ожидать. Но как же больно… «Ну вот что мне с твоей самооценкой делать, а?» Я удивлённо вздрогнула. Впрочем, обрадоваться толком не успела. Едва я захотела на радостях позвать его ещё разок, в пяти шагах от меня уже возник портал, и из него вывалилась знакомая фигура — встрёпанный, высокий шатен с чуткими руками и тёплыми глазами. Только привычной обаятельной улыбки почему-то не было… Шон спокойно прошёл мимо, по-хозяйски оседлал стул, нервным жестом провёл рукой по волосам и с выжиданием уставился на меня. А я, глядя на его руку, почему-то ясно вспомнила, как чувственно, настойчиво она касалась моего тела, проникая под ткань… — Ты издеваешься?! — возмутился маг. Мне показалось, или сглотнул он как-то слишком нервно? Так, неважно. — Шон… — нерешительно начала я и замолчала. Как сказать-то? И, главное, что сказать? Боги, перед Аскани извиниться было как-то полегче… — Ну? — поторопил меня учитель. — Зачем звала-то? — Шон… — Я уже сорок лет, как Шон. И?.. Сорок лет. И я, дура малолетняя, к нему ещё с поцелуями лезла! Грудь свою недоразвитую под руку подставляла! Удивляюсь, как его не стошнило… Шон вдруг поперхнулся, с недоверием уставился на меня, открыл было рот, но я уже набралась смелости: — Шон, прости меня, пожалуйста! Я больше так не буду! Я же знаю, что в этом смысле тебе нафиг не нужна, сама не в курсе, что на меня нашло! Я… Ну, дура я, знаю! Простишь? Ну, хочешь, можешь меня за уши оттаскать, или подзатыльник дать… Только ты совсем не отказывайся от меня, хорошо? Я же не смогу… Всё. На этом мой запал кончился, стоило только представить, что случится, если Шон отвернётся от меня. А этого вполне можно ожидать. Представляю, что он сейчас обо мне думает — малолетняя извращенка, глупая дурочка, надоедливая малявка… Вот как теперь всё исправлять? Шон смотрел на меня так, будто у меня вдруг выросла вторая голова. Карие глаза изумлённо распахнуты, губы слегка приоткрыты… Кажется, вчера он так же чуть раскрыл рот прежде, чем я на него кинулась со своим детским поцелуем… Тьфу ты! Вот о чём у меня мысли? Сейчас Шон погонит меня за такое взашей, и будет, между прочим, прав… — Дракошка… — как-то тоскливо протянул Шон. — Ну когда ты уже повзрослеешь, а? Я? Так я, вроде, уже… того… взрослая… «Дура ты последняя, а не взрослая!» — рассерженно забила хвостом Молния. А ты вообще молчи. Кто меня подбивал — посмотри на пути, всё будет хорошо… Интриганка! И чего это я дура? «Того!» — передразнила драконица. — «Напряги память, балда! Первой начала ты, но потом не ты целовала его, а он — тебя! Ясно тебе?» Я послушно промотала в голове всю сцену и озадаченно прикусила губу. А ведь правда… Шон ведь такое с моими губами и языком вытворял, я и не знала, что так умею… Впрочем, опыта у него всяко больше, чем у меня. И это он прижимал меня к себе, полез под тунику… Но зачем ему это? «Я уже говорила, что ты — дура?» — грустно вздохнула Молли. Шон почему-то вздохнул вместе с ней, недоверчиво качая головой. Взъерошил себе волосы, невесело усмехнулся, снова посмотрел на меня. — Сам виноват, — непонятно выразился он. — Ладно, Дракошка, забыли? Я неуверенно кивнула, всё ещё размышляя. Ведь всё это не означает в конечном итоге, что… что Аскани прав? Неужели я действительно нравлюсь Шону? Как девушка? Но он же сам говорил всегда, что все страсти-мордасти ему глубоко перпендикулярны! Нет, не может этого быть… Или может?.. Но, в любом случае, что-то подсказывает, что вряд ли я смогу до конца забыть тот восторг, который впервые ощутила вчера, в руках Шона…
