Give me your heart

Леша Эта девчонка странная. Сейчас идет рядом со мной и выносит мне мозг. И, блядь, мне это нравится! Настя улыбалась какой-то родной улыбкой, согревая холод моей души. Я ведь втрескался в нее по уши, как подросток. Стоп, я и есть подросток. Ну, тогда это нормально. Наверное. Если то, что я иду рядом, тупо лыбясь в ответ, считается нормальным. Мы говорили о какой-то ерунде, не задумываясь, что в ней вообще нет смысла. А зачем он нужен? - Знаешь, тогда, стоя с котлетой на голове, я чувствовал себя полным идиотом. - Ну, прости. Я такая неуклюжая! – чуть не плакала Настя. Я улыбнулся. Она неисправима. Такая искренняя и родная. Как Катя. - Слушай, - протянула девушка, - а какое сегодня число? - Зачем тебе? – удивленно спросил я, садясь на лавочку. Она села рядом. - Надо, - упрямства ей не занимать. – Так какое сегодня число? - Ну, девятое. Настя резко замерла. Казалось, словно все звуки исчезли. Я дотронулся до ее плеча. Девушка вскочила, словно я ударил ее. - Так что ты здесь делаешь?! Я недоуменно посмотрел на нее. О чем это она? - Ты с ней давно дружишь и не знаешь? Хотя чему я удивляюсь? Она ведь такая скрытная… - Настя ходила из стороны в сторону. Я все еще стоял и офигевал с нее. - Ты о ком? - О Кате, балда! - А что она? Девушка наконец-то села и подняла на меня свои глубокие карие глаза. Не смотри так на меня… Я утону ведь… - Похоже, тебе она все-таки не рассказала. Сегодня годовщина смерти ее парня. И не спрашивай, откуда я знаю. Просто побудь с ней рядом. А остальное расскажет она. Что стоишь? Беги. Быстрее! И не смотри так на меня. Вперед! Я сорвался на бег. Черт! Черт!!! Я не знал… Не думал… Так вот что она скрывала. Так вот почему была такая мрачная. Я – идиот. Хорошо, что я знаю, где она живет. Через пять минут я был на месте и истошно звонил в звонок. Ну почему никто не отвечает?! Я ударил кулаком по стене. Ну, отвечай же! Тут старинная резная дверь открылась, и выглянула ее мама. Она была какая-то уставшая, с глубокими синяками под глазами, ее руки дрожали. - Что вам? – устало спросила она, оперевшись на косяк. - С вами все хорошо? – учтиво спросил я. - Да. Так что вы хотели? - Вы не подскажете, где Катя? - На городском кладбище, - бросила ее мать и захлопнула дверь. Что же такого произошло в их семье? Но сейчас не время. Я опять сорвался на бег. Прохожие… У каждого своя судьба, боль, чувства. Что ждет каждого из нас? Какая судьба приготовлена для нас? Что будет с Катей? Сторож что-то кричал мне вслед, но я не слышал, судорожно высматривая среди могил Катю. Где она? Вдалеке я увидел красную голову. Увеличил скорость, но в пяти метрах замер, стараясь отдышаться. Она хочет казаться взрослой, но в душе всегда была маленькой беззащитной девочкой, мечтающей о тепле. Любом. Теперь я понимаю. Она подняла на меня свои глаза. Почему ты не плачешь? Я же вижу… Поплачь. Выпусти свою боль. Отпусти ее. Я осторожно обнял ее, боясь случайно сломать. Ее плечи подрагивают, словно она мерзнет. Где этот идиот? Ей ведь больше нужен не я, а он. Хотя откуда этому балбесу знать об этом? Ему интересно в своем мирке. - Я виновата в его смерти. Я. – Раздался ее хриплый голос. Я сильнее сжал ее в своих объятьях. - Нет. Ты не должна… - Нет. Я виновата. Никогда не ценила его. Не ценила его любовь. Он ведь выражал ее в форме картин. Цветы… Теперь я понимаю. Господи, как? Как я могла тогда убежать? Если бы я не побежала после того разговора, ничего не было бы. Не было бы тех уродов… Лучше бы они убили меня! Катя начала тихо плакать. - Все хорошо, маленькая, все хорошо… Ты должна отпустить. Все будет хорошо… - Леш, я играю со смертью уже год. Я скоро умру. - Нет. И не возражай. Просто закрой глаза. Почувствуй это. *** Я медленно шел домой, не видя ничего вокруг. Господи, как она могла держать все в себе столько времени? Хотя я сам не лучше. И сейчас понял кое-что. Я открыл дверь. Игорь сидел на диване и смотрел какую-то тупую передачу. Я просто кинул сумку и, не разуваясь, подошел. Брат поднял голову и посмотрел на меня. Всего лишь слово… - Прости. - Что? - Прости. Я виноват. Я должен был поговорить с тобой, а не отрекаться. Теперь я понимаю. Спасибо. - Ты случаем не заболел? - Я абсолютно здоров. - Тогда почему так резко… - Не задумывайся. Просто отпусти все. Как я. Как она. - Кто? - Катя. Ей нужен ты. Не сегодня, но нужен. Игорь недоуменно смотрит на меня, приподнимая брови. - Сегодня ей никто не нужен. Только он. - Кто, черт возьми? Я ничего не понимаю. Может, ты объя… - Просто поддержи ее завтра. А сегодня ей нужно все отпустить. Я посмотрел в окно. Может, кто-то подумает, что я произнес пафосную речь, но это не так. Каждый выносит из нее свое. Кто-то видит подтекст, а кто-то пафос. Плевать. Катя. Прости. Я совсем расклеилась. Только сегодня до меня дошло, что я вела себя, как маленькая. Расстраивала тебя. Пыталась привязать к себе. Это ведь плохо… Ты простишь меня? Я буду помнить тебя, но жить тоже нужно дальше. Господи, а я ведь серьезно думала о самоубийстве. Какая же я дура. Я хочу, чтобы твои цветы увидел весь мир. И думаю, ты тоже хотел бы. *** Я лечу. Куда – не знаю, зачем – неважно. Свобода. Свобода! Свобода!!! Я сломала оковы, сдерживающие мою душу последний год. И снова сладостное ощущение эйфории. Но уже не от сигарет, наркоты, алкоголя или иллюзии. Теперь она истинная. Солнечный дождь. И мои слезы счастья. И позабыта пачка сигарет, размокшая и валяющаяся в луже. Забыта сумка, забыта целая жизнь. И все – ради себя. Не него. Себя.