Опасный вояж

~Zz*sS~

~ZsZsZsZsZsZsZsZsZsZsZsZsZsZsZsZsZsZsZsZsZsZsZsZsZsZsZs~

Je suis malade*

~ZsZsZsZsZsZsZsZsZsZsZsZsZsZsZsZsZsZsZsZsZsZsZsZsZsZsZsZs~

      Весельчак-Джек, нагулявшись за неделю солнцестояния, спрятался за ширму серых туч, затянув небо белёсым полотном. Почему-то именно сейчас не хватало его игривых, насыщенных жаром лучей. Но бог Солнца не дарил пиратам своей милости, укрывшись, по всей видимости, на целый день в небесном замке.       «Водопад страданий», по навигациям окама, располагался вниз по «тропинке грешников», безопасной, как они уверяли их. Пообещав, что доставят на корабль запасы пресной воды и пищи, окама отправили смельчаков в путь - опасный и, возможно, смертельный, - последний этап к сокровищам.       - Останки древних морских королей должны быть где-то здесь, - объясняет Нами, отрываясь от огромной карты, данной ей Иванковым. Она поднимает голову, оглядывая высокий склон.       Многочисленные скалы усеяны зеленью и пестреют цветущими лианами, в серых лучах потеряв свой необычный мягкий цвет. Усопп вглядывается в подзорную трубу, внимательно оглядывая обрыв и горы.       - Эй… - шепчет Луффи, вслушиваясь, - я слышу шум водопада!       - Он определенно где-то близко, - задумчиво чешет подбородок канонир.       Санджи, убрав руки в карманы брюк, вслушивается: шум воды действительно слышен, но заглушён, словно находится…       - Он под землёй, - озвучивает мысль блондина мечник, поднимаясь с колен и отряхивая ухо и висок от прилипшей земли. Оглядывает пиратов, добавляет: - Придётся спуститься по склону.       Сказать было легче, чем сделать. Отвесный склон был крут, и скользкая грязь под ногами так и норовила сбросить смельчаков вниз. Санджи практически лежал, касаясь руками земли и осторожно спускаясь вслед за Робин.       Соединённые между собой верёвками, пираты спускались медленно, в отличие от капитана Луффи, который эту проблему, как обычно, решил по-своему, скользя в сланцах, как с горки, немыслимым образом лавируя на весу.       Санджи отвлекается на секунду, чувствуя, как верёвка натянулась, и Робин, поскользнувшись, падает, марая юбку и неумолимо быстро ускользая вниз. Она не успевает даже вскрикнуть, когда её с двух сторон хватают мужские руки, останавливая.       Женщина вскидывает голову, ошарашено глядя на лежащих рядом мечника и кока, среагировавших быстрее всех. Она замечает, как они недовольно отворачиваются в стороны, огрызаясь друг на друга.       - Смотри под ноги, женщина, - наставляет Зоро, дожидаясь, когда живая цепочка снова придёт в движение, чтобы тоже продолжить спуск.       - Не груби женщине, маримо, - угрожающе бурчит кок, помогая Робин подняться, заботливо спрашивая: - Вы не ушиблись?       - Всё нормально, - слабо улыбается она, придерживая одной рукой подол своей тёмно-синей юбки, продолжая опасный спуск. Позади неё слышатся новые препирательства кока и мечника. ***       У самого подножия горы, укрытого висящими лианами и листьями огромных папоротников, они находят странную скалу с вырубленными на ней знаками.       - Это то, о чём я думаю? – выдыхает Усопп.       - Да, - усмехается Нами, водя кончиками пальцев по рисункам, - это вход в пещеру с сокровищами.       - А где же водопад?       Шум спадающих вод слышался отчетливо, и земля дрожала под ногами, давая хорошую подсказку искателям приключений. Но вопрос оставался открытым: никто не мог понять, как добраться до спрятанного внутри скалы водопада.       - Это глупость какая-то, - рассуждал взволнованный Усопп, - нет смысла прятать ключ за дверцей сундука! Как нам теперь туда попасть?!       - Может быть, - задумчиво пожимает плечами Робин, пристально оглядывая рисунки на двери, - есть другой вход?       - Мы же не будем разворачиваться прямо у двери?!       Решение капитана, как всегда, неожиданно:       - Снесём её! – Улыбается он. - Она каменная, должна поддаться.       Пираты переглядываются и пожимают плечами. Другого варианта всё равно нет. ***       Отправив на поиски другого входа группу из трёх пиратов, капитаны вместе с оставшейся командой пытаются разобрать вход, ломая его и затупляя лезвия сабель о жёсткий грунт. Робин лишь сочувственно качает головой, понимая, что мужчинам не докажешь: против науки грубая сила вряд ли будет действенна.       На земле рядом с Усоппом возится у костра Нами, разжигая поленья и поглядывая на карту. Но отмеченные любезными окамами крестики точно указывают на водопад, который оказался недоступным.       Санджи курит, разделывая рыбу и готовя похлёбку в казане, прихваченном с собой. Он быстро крошит несколько овощей, добавляет соль и перец, и, фаршируя хорошую рыбку, представляет, с каким аппетитом набросятся пираты после такого усердного, но впустую потраченного дня.       Однако не успевает он даже разделать лук, когда возвращается запыхавшийся отряд. Широко распахнутые глаза пиратов и жестикуляция наводят на мысль, что всё-таки что-то нашли.       Как оказалось, эта была дыра размером с выкопанный колодец. Её тёмное нутро отпугивало не только своим мраком и неизвестностью, но и затхлостью и гнилью, исходившей из глубины.       - Я чую новые приключения, - скалится капитан, без страха восседая на самом краю и заглядывая внутрь, - мне кажется, я вижу даже лестницу. Дайте мне чем-нибудь посветить!       Зажжённый факел быстро передают в мальчишеские руки, и Луффи кидает его вниз, глядя, как он падает, ударяясь о старую бамбуковую лестницу, выбивая сноп искр и касаясь, наконец, земли.       Медленно поднявшие головы пираты с ужасом переглядываются, понимая, что кому-то из них придётся спуститься вниз.       - Луффи, подожди, - Нами успевает схватить капитана за плечо, останавливая, прежде чем бесстрашный парень сиганёт вниз, - там может таиться какое-то чудовище.       - Ну и классно, - улыбается он, - дайте мне ещё один факел. И я пошёл!       На риторически вопрос, кто пойдёт с Луффи, ответил мечник, удобнее закрепляя катаны и забирая у кого-то горящий факел.       - Я пойду.       - Вдвоём туда слишком опасно идти, - бурчит кок, - нужно взять ещё людей. Человек пять хотя бы, и связать друг друга верёвкой, как мы спускались по склону. Если что-то пойдёт не так, мы будем знать это.       - Хочешь спуститься вниз? – хмыкает мечник, но верёвку принимает, соглашаясь.       - Я останусь с девушками, на случай непредвиденных огромных монстров, - хмурится блондин.       - Ещё од-д-дни огромные монстры? – хрипит побелевший Усопп, - я тоже не пойду никуда. Девушкам срочно нужна моя помощь!       «Да и наверху с Санджи будет куда безопасней…» - заканчивает общую мысль пиратов канонир.       - Пойду я и Зоро, - решает Луффи, - а вы ждите нас здесь и не смейте садиться ужинать без меня!       Про кипящую похлёбку все уже и забыли, и спохватившийся кок кидается обратно, успеть спасти душистый бульон. Или, точнее, его остатки. ***       Тихо поскрипывает котелок, качаясь на импровизированной печи, маня вкусными запахами специй и рыбы. Кок, разрешив поесть, урезал всем порции, оставив большую часть для вернувшихся из-под земли капитанов.       Мягко ступая по скользкой земле, рядом с коком усаживается Робин. Она мягко улыбается, останавливая вздрогнувшего, углубившегося в свои мысли парня, осторожно укладывая поверх его руки свою, заставляя перестать ломать спички.       - Ох, Робин-тян! – восклицает кок, - не садитесь, здесь сыро. Вот, сядьте лучше на сумку.       - Я давно хотела поговорить с вами, принц-сама, - шепчет она, удобнее усаживаясь на неудобной сумке, чуть склоняясь вперёд, отчего привлекая этим самым внимание кока, - мне кажется, нам давно стоило прояснить эту ситуацию.       - О чём вы? - не сразу понимает Санджи.       Его голубые глаза смотрят обеспокоенно и взволнованно, и женщина прикусывает нижнюю губу, продолжая:       - Насчёт меня и Зоро.       - Ох… - выдыхает кок, качая головой своим мыслям, - я всё понимаю, Робин-тян. Вы стали жертвой этого варвара…       - Он мой брат, - перебивает она его.       И Санджи, качая головой, не сразу понимает смысл её слов. На миг замирая.       - Брат? – удивленно переспрашивает он, изумленно глядя на серьёзную Робин, - подождите… вы и это мохоголовое чудовище!?       - У нас одна с ним мать, - Робин поджимает под себя ноги, отчего мелодично звенят золотые браслеты на тонких щиколотках, - но отцы разные. Зоро и я всю жизнь провели на Гранд Лайне. И хотя он младше меня, но всегда считал себя старшим сильным братом.       Она снова мягко улыбается, прикрывая глаза.       - Сколько я себя помню, Зоро всегда хотел найти своего отца, предавшего нашу мать. Один раз ему удалось это сделать и… вы ведь видели этот ужасный шрам на его груди. В тот момент я думала, что лишилась его навсегда, но боги были милостивы, они сохранили ему жизнь.       - Так кто его отец? – хмурится принц, глядя на женщину. Робин отводит взгляд, отвечая чуть погодя, с некой грустью.       - Такой же амбициозный мечник, как и сын.       Санджи хочет что-то сказать, но обрывает себя на полу слове. В словах Робин он слышит скрытую усталость и грусть. Он не должен узнавать эту правду от неё. Если кто и хочет поделиться своим прошлым, так это должен быть Зоро. Его тайна, сказанная шепотом сестрой, не принесёт принцу ни удовлетворения любопытства, ни желаемой истины.       У него ведь тоже много секретов, которые он не готов открыть.       - Но почему вы в команде Луффи, а не путешествуете под флагом Зоро? – не понимает Санджи, ища по карманам пачку сигарет, со срочно необходимым никотином.       - Всё очень просто, Санджи-сан, - грустно улыбается она, - я оказалась слишком слабой.       Её тонкие брови сходятся в хмурой складке под прикрытыми иссиня-черными глазами, сейчас потемневшими, не скрывающие состоянии своей хозяйки.       - Видеть кровь брата на своих руках для меня было слишком сложно. Я не смогла бы это пережить ещё раз.       - Мне очень жаль, Робин-тян, - серьёзно говорит принц, закуривая, - такой бесчувственный чурбан, как маримо, должен не просто беречь вас, а заботится о ваших чувствах.       - Вы рассуждаете, как истинный джентльмен, принц-сама, - улыбается она, вытягивая руки и скрещивая пальцы между собой. Она поднимает голову к небу, вдыхая сырого воздуха и тихо выдыхая в минутах молчания.       - Зоро просто очень сложный человек, - почти неслышно, шепотом говорит она, то ли себе, то ли небу, - он никогда не простит мне этот выбор.       Санджи не мог с этим не согласиться. Такой человек, как Зоро не подходит под какой-либо канон и стереотип. О нём нельзя сказать, что он безрассуден, но то, что он бывает безумен тоже является правдой. Скрытный, таивший в себе огромное количество секретов, твердолобый и упрямый… в нём слишком много противоречий, чтобы дать одно конкретное определение, кто такой, этот человек – Ророноа Зоро.       - Я думаю, что он вас простил давно, - хмурится принц, - но слишком гордый, чтобы показать это.       - Я надеюсь, что вы простите его и поймёте, - продолжает Робин, словно не слыша последних слов юноши, - что его душа, как и ваша душа принадлежит морям и океанам.       Санджи тихо усмехается:       - Вы ошибаетесь, мелорин, - аккуратно поправляет он её, - я не принадлежу солёным водам.       Она медленно приоткрывает свои черничные тёмные глаза, ловя внимание мужчины, пойманного взмахом длинных ресниц.       - В это сложно поверить, - улыбается она в ответ, - но со стороны виднее, принц-сама. И не стоит напоминать мне, кто вы. Это не имеет никакого значения, потому что даже выросшие в золотых клетках птицы и свободные морские беркуты знают, как прекрасен полёт.       Он засматривается в её тёмных глазах, неожиданно для себя приходя к мысли, что он слишком мало знает о Робин. Её пронзительный взгляд не может принадлежать цыганке, выросшей среди грязных моряков.       - Различие лишь в том, - говорит она, делая на секунду красноречивую паузу, - что одни летают, а другие складывают свои крылья под чужим навешанным долгом.       Она слишком умна, чтобы принадлежать морскому миру.       - И любое золото и драгоценности – это всего лишь груда металла, мой дорогой Санджи-сан, которую вы сами вешаете на себя.       Светловласый мужчина смотрит прямо, чуть нахмурившись, и Робин сложно сдержать его прямого взгляда, надеясь, что её слова доходят до самых глубин человека, который даже не видит того, что происходит у него прямо перед носом. Порой и она бывает слепа, но тёмную повязку на глаза одевает сама, потому что… слишком слаба.       Тлеет забытая сигарета в руке, и принц, спохватившись, поспешно скидывает пепел, топча каблуком своих грязных туфель.       Робин шумно вздыхает, когда Санджи разрывает взгляд.       - Но возвращаясь к моему непутёвому брату, хочу сказать вам, что он меняется.       - О чём вы? – спрашивает кок, но краем сознания уже улавливает мысль археолога.       Она встречается с ним лукавым взглядом, на который способны только мудрые женщины.       - Вы…- начинает он.       - Нет, Санджи-сан, - улыбается она, - это вы виновник всего этого.       Неожиданно резко и громко грянул гром на небе. ***       - Зоро сильно изменился. Поверьте мне, я его знаю очень хорошо и вижу, что на этот мир он теперь смотрит совершенно по-другому, а в его голове и сердце находится место для простых человеческих чувств, которые раньше ему были чужды и заперты под семью печатями Дэйви Джонса.       Она запрокидывает голову вверх, глядя на серое небо, закрывая глаза, когда первая капля сорвалась с небес, разбиваясь о тёмную кожу лица.       - Он как самый крепкий сплав в мире, - шепчет женщина только для Санджи, - как самый острый клинок.       Пираты поглядывают на рычащее небо, начавшее сердиться.       - Боги гневаются… - бурчит Усопп, ежась. Его шестое чувство подсказывало о неприятностях.       - Но если даже самый сильный сплав бросить в огонь, он начинает плавиться, и из грозного оружия можно сделать что-то более важное.       Санджи не сводит взгляда с Робин, с её красивых изгибов тонкой шеи и острых скул, чуть остроухих ушей и тёмных волос, сейчас понимая отдельное кровное сходство брата и сестры.       - Вы, Санджи, - шепчет Робин под громкий глас неба, - тот огонь, что топит железо.       Она опускает голову, встречаясь с ним взглядом:       - Вы та самая температура огня, что может растопить Ророноа Зоро.       Санджи закрывает и открывает рот, пытаясь выдавить из себя хоть какое-то слово, сраженный взглядом мудрых синих глаз и глубокими смущающими словами Робин.       - Мне ничего не нужно говорить, принц-сама, - останавливает его женщина, подаваясь вперёд и касаясь ладонью груди мужчины, укладывая её туда, где оглушительно быстро бьётся сердце, - вот здесь вы сами себе ответите.       Небеса начали ронять свои слёзы, касаясь лиц и заливая похлёбку с рыбой.       - Я лишь прошу вас, - совсем тихо шепчет женщина, не обращая внимание на дождь, - как человек, который пытается сохранить свою семью, как человек, который неравнодушен к Зоро так же сильно, как и вы… пожалуйста, принц-сама, покажите Зоро другой мир. ***       Склизкий каменный туннель вонял так, словно здесь была погребальная старая яма. Зоро бредёт позади Луффи, обводя влажные от воды стены хмурым взглядом. Его шестое чувство, напряженное, было начеку, готовое сорваться в команду, чтобы тут же выхватить оружие из ножен и встретить затаившегося врага, даже если это будет сам морской черт.       Луффи осторожно ступает вперёд, вытянув руку и оглядываясь по сторонам. Туннель был длинным, и по отсутствию сквозняка, они поняли, что в конце их ждёт тупик.       Однако шум воды усиливался.       - Нам точно сюда, - шепчет мальчишка, зачем-то пригибаясь и начиная спускаться вниз по склону, всё ниже, в глубину.       Стены сужаются, а склон становится ещё более покатым, и они спускаются более медленно, пока неожиданно не возникает преграда в виде появившейся из ниоткуда стены. Переглянувшиеся капитаны в удивлении изгибают брови, но мальчишка неожиданно опускает голову вниз.       - Хм… странно… - говорит он, присаживаясь на корточки, - Зоро! Здесь щель и от неё дует!       - Тогда лезь, - советует ему пират, присаживаясь рядом и вглядываясь в темный просвет.       Нависшая скала имела щель, через которую можно было проползти взрослому человеку, но с трудом. Луффи падает на живот, протискивая голову и вскоре полностью скрываясь в темноте. Мечник ждёт, держа в руках факелы, пока знакомая тонкая рука не вылезает из туннеля.       - Зоро! – раздаётся приглушенный стеной голос мальчишки, - дай мне факел и лезь сюда. Тут нереально классно!       Мечник суёт факел, затем ещё один и, сняв с пояса катаны, начинает пролазить, чувствуя, как стены сужаются с двух сторон, пытаясь придавить его и навсегда замуровать живым мертвецом в своих склизких ловушках.       Он протискивается, уже представляя, что увидит.       Луффи стоит раскрыв рот, глядя на небольшой водопад, спадающий с расщелины прямо в центре небольшого озера. Зоркий взгляд мечника уже осматривает останки мёртвых пиратов, погибших здесь, оставивших после себя лишь скелеты и гниющее мясо, поедаемое водившимися в грунтах крысами и змеями.       - Кру-у-уто… - тянет капитан, - но где здесь кости морских королей?!       Его голос эхом отскакивает от одной стены к другой.       - Тише, - рычит мечник, пристёгивая мечи обратно, - не буди мёртвых.       - Но они мёртвые, - пожимает плечами Луффи, - чего их бояться?       Зоро хмыкает, он был не согласен с Луффи.       - Ты вообще в последнее время напряженный какой-то и злой, - бурчит капитан, переступая через кости скелетов и пробираясь ближе к воде, - и Санджи обижаешь.       - А ты, как я посмотрю, неплохо сблизился с завитушкой, - тут же рычит мечник, направляясь в противоположную сторону, поднося факел к разинутым пастям, в надежде найти хоть у кого-то спрятанный последний ключ к входу с сокровищами.       - Санджи – классный, - подливает масла в котёл терпения мечника капитан, - он сильный, умный и красивый. И главное – готовит так, что душу дьяволу отдать можно.       И заслышав едкие слова мечника в свою сторону, Луффи хмыкает, искоса поглядывая на озлобленного мужчину. - А ты бы уже перестал ревновать и что-то делал.       - Я не ревную, - тут же ощеривается Зоро, разворачиваясь, - ищи уже кости. И не болтай своим длинным языком понапрасну!       - Ревну-у-ушь, - тянет мальчишка, - как маленький. Санджи мне нравится, и я не хочу, чтобы он уходил от нас, а остался, как накама. О, кстати, я что-то вижу…       Луффи лезет в воду, не боясь встретить там змей или ужей, ступая в озеро и подходя к водопаду, запускает внутрь руку.       Зоро останавливается, глядя на мальчишку, гадая, что тот мог найти.       Спустя пару минут, лицо капитана искажается, словно в гримасах боли, и он кричит:       - А-а-а… помогите-помогите! Меня схватили скелеты!       Зоро метнулся вперёд, слыша, как сердце пропустило удар, но тут же замедляет шаг, входя в водопад и видя, как ненормальный мальчишка смеётся, тихо трясясь.       - Купился… - широко улыбается он, вытаскивая руку на свет от факела, показывая завернутую в мокрую ткань вытянутый предмет.       - Может, это и есть ключ? – спрашивает он.       Зоро разворачивает на ладони мальчишки выуженный предмет, уже чувствуя его твёрдую поверхность, а затем видя желтизной отдающую крупную кость, принадлежащую явно огромному зверю.       Они переглядываются, однако быстро начинают расплываться в широком победном оскале.       - Пора на выход, - кивает головой Зоро в сторону расщелины. Он переступает через мёртвых, уверенно ступая вперёд, когда слышит странный скрежет. Мечник тут же оборачивается, но Луффи вопросительно изгибает брови.       - Это твой желудок? – спрашивает он.       Мальчишка прикладывает руку к животу, вслушиваясь, а затем качая отрицательно головой. Зоро оглядывает пещеру внимательным взглядом, но затем пожимает плечами и снова направляется к выходу.       - Кстати про Санджи, - продолжает капитан, пряча ключ под рубашку, у пояса, - если ты ничего не сделаешь, то Санджи навсегда… ой.       Зоро подтягивается, кладя факел в щель, забираясь и спрашивая:       - Чего?       - З-Зоро…       Мечник резко оборачивается, выхватывая факел.       - Меня, кажется, схватили за ногу… костлявые пальцы.       Зоро направляет свет вниз, показывая тянувшуюся длинную руку с остатками приливших к ней ещё не разложившихся окончательно тканей к лодыжке мальчишки.       - Это ведь твои шутки? – хрипит мечник, понимая, что ему неожиданно становится душно.       Луффи, как завороженный смотрит на сжимающиеся кости на его ноге, хлопая удивленно глазами, затем поднимая голову выше и углядывая подтягивающееся к нему тело мертвеца, в ответ поднимающего череп.       Громкий крик наполнил пещеру с водопадом. ***       Натянутые канаты вскоре стали снова слабые, и сгрудившиеся на звуки пираты с ужасом поглядывают в темноту пещеры. Неожиданно на небе грянул гром, испугав и так не храбрых матросов.       - Может, они того…       - Или мертвецы их съели!       Громкий крик раздаётся где-то из глубин, и мужчины бросают верёвки, поздно понимая, что сделали.       - Их там едят! Быстрее! Сообщи остальным!       Метнувшийся к папоротникам одноногий пират поскользнулся, толкая остальных и подминая их под себя. Паника медленно, но верно зарождалась у кротовского туннеля.       Дождь усилился, а небо резко стало чернеть.       - Боги гневаются.       Дрожь земли усиливается, и пираты кричат совсем не мужскими голосами, когда из туннеля высовывается худая рука, затем ещё одна, а затем и сам капитан, перепачканный грязью, мокрый, с ошалелыми глазами и безумным оскалом на лице.       - Быстрее! – кричит он, толкая своих пиратов, - за нами мертвецы гонятся!       Следом из расщелины появляется мечник: красный, с выставленным оружием. Он отцепляет от грязной порванной рубашки вцепившиеся желтые кости, выкидывая их обратно в темноту.       - Чего встали? – рыкнул он, - побежали, придурки! Или хотите быть зарезанными мертвецами?!       Больше слов не требовалось. ***       Разразившийся шум и крики усиливались, подняв лагерь на ноги. Пираты скользят по мокрой земле, с глазами, полными ужаса, падая из объятий папоротника. На красноречивые и грозные ругательства они запинаются, показывая куда-то пальцами.       Появившийся Луффи вносит какое-то прояснение в сложившемся хаосе. Он кидает из-за пояса свернутую кость на землю.       - Открывайте! – приказывает он, вытаскивая из общей кучи багажа две сабли, вооружаясь ими и вставая лицом к основной дороге, - только быстрее!       Кричавший безумный капитан, просивший поторопиться, заводит команду сильнее, чем появившийся мокрый мечник, вытирающий рукавом лоб. Вооруженный катанами, он встаёт рядом с Луффи.       - В полукруг! – командует он, - и открывайте скорее эту чёртову дверь!       Один испуганный капитан – это плохо, но два испуганных капитана – это очень плохо.       Санджи встаёт рядом, пихая какого-то пирата себе за спину.       - Что случилось? – спрашивает он, хмурясь, глядя на тихие папоротники перед собой, не зная, что ему ожидать на этот раз.       - Сейчас будет весело! – нараспев хрипит капитан, переводя взгляд с одного куста на другой, - очень весело!       Робин тянется за костью, принимая из дрожащих мокрых рук навигатора остальные ключи.       - Миска… - требует она, - мне она нужна.       - Ками-сама, прими мою грешную душу…       - Заткнись, Усопп! И так тошно!       Дождь барабанит не умолкая, и пираты слышат скрежет, совсем рядом: замогильный методичный скрежет от которого волосы медленно встают дыбом.       - С-скорее…       Робин дрожащими руками счищает крошки пыли с мёртвой кости в деревянную плошку, бросая туда копыта и, выдергивая затычку стеклянной склянки, капает слёзы.       -Arac’ka! – кричит она, вознося миску.       Вместе с громом с треском пронеслась на небе молния.       Воцарилась тишина. Лишь слышен барабан дождя и шелест листьев.       - Я не знаю… - шепчет женщина, пересекаясь с ошеломленным взглядом навигатора, - дверь должна была открыться.       - Я так и знал… - хнычет Усопп, падая на колени, - монахи были бракованные!       И в этот момент листья папоротника были разрублены ржавыми старыми саблями, показывая надвигающиеся скелеты мёртвых искателей сокровищ и тех, кто стал стражей входа в пещеру колодца желаний.       - Это мертвецы!       - Вперёд, ребя-я-ята! – кричит Луффи, первый отражая удар сабли.       Санджи не заметил, как выронил сигарету… ***       Лязг металла об металл разрушал тихую песнь дождя, его серую мелодию о жизни и смерти и о бесконечной вселенной. Капли с небес смывали кровь и грязь с черных гнилых трупов с ржавыми проступающими костями скелетов.       Санджи чувствует спиной жар от тела мечника, что прикрывал его сзади. Он бьёт ногой в середину, отражая удар и ломая скелет пополам. Но разрушенные кости начинают соединяться воедино, подтаскивая свои и чужие конечности, вновь вставая неведомой загробной силой, поднимая своё оружие и опуская его на живую голову.       Они не кричали, умирая снова и снова.       Они не молили о жизни, собирая себя воедино.       Они не давали пощады и поблажек в битве между смертью и жизнью.       Пот стекает на глаза, смешиваясь с дождём, застилая глаза.       Кто-то поскальзывается, теряя в ту же минуту жизнь, кто-то кричит молитвы, отражая удары, и просит богиню плодородия позаботиться о душе пирата.       - Как их убить?!       - Никак! – хрипит Зоро, разламывая череп очередного скелета, выкидывая его саблю куда подальше, оставляя его безоружным, - они уже мертвы!       - Мы всё умрём! – причитал Усопп, забравшись на валун и выстреливая пороховыми пулями в лезущих из кустов скелетов, - их там что, сотни?!       - Робин-тян, быстрее! – просит Санджи, чувствуя, как бедро отзывается болью и немеет до самых пят.       Женщина водит руками по камням, вчитываясь в иероглифы и пытаясь понять загвоздку, которая казалось слишком близко и не понятной.       - Роби-и-ин… – хрипит Нами, пиная лезущую к ней конечность куда-то в кусты.       Женщина закрывает глаза, шаря пальцами по всем выступам и шепча слова снова и снова на непонятном древнем языке богов.       - Не могу прочитать, - шепчет она, - север…       Она вскакивает, отыскивая глазами светловласую голову принца.       - Санджи–сан!       Санджи тут же отзывается, выдергивая из застрявших рёбер свой нож, и ударом колена с хорошей растяжкой сносит череп скелету, потерявшему в миг ориентир.       Он оказывается рядом, безумно глядя на неё. Робин берёт его руку в свою, кладя окровавленную ладонью на камень, и, глядя в голубые ошалелые глаза, требует:       - Читай. Вот здесь…       - Это древний язык… - облизывает губы принц, сглатывая и с выдохом и правильной интонацией, произнося, - Arac’ka.       И вновь на небе ярко сверкнула молнию, попадая в кроны деревьев над склоном, где вели ожесточенную борьбу искатели приключений. Но дверь не поддалась. Санджи водит окровавленными пальцами по выгравированным рунам, узнавая их значения и читая. Читая всё правильно, как он знал.       Робин сжимает его руку чуть сильнее, нервно оглядываясь за спину.       - Что… что мы можем упускать, Робин-тян? – спрашивает он больше себя, чем её, - что мы не видим? Что мы забыли?       Женщина снова вздрагивает, с ужасом глядя на живых мертвецов, методично заносившие смерть над головами пиратов.       - Не знаю, - шепчет она, - что могли чтить народы севера, Санджи-сан? Вспоминайте, что могло быть важного?       - Они чтили традиции, - качает он головой, снова шаря по рунам, моргая, когда капли дождя застилают глаза, - на севере… полюс… карта была составлена там… я не знаю, Робин-тян, может дело в их символах, животных, тотемах, традициях… миллионы фактов, надо думать логически, Робин-тян.       - Са-а-анджи, - тянет Нами, опускаясь в грязь на колени рядом с бурчащим, нервно шарившим по скале мужчиной, - быстрее, Санджи, думай. Это же твоя карта!       - Карта… - подхватывает принц, отчаянно вспоминая ламинированный кусок пергамента, - загвоздка явно где-то спрятана в карте.       Отчаянный предсмертный хрип сбивает мысли, но принц вдумывается, перебирая факты одни за одни, вспоминая изученную им за года карту в деталях, каждую мелочь, каждую черточку, понимая, что истина должна быть где-то совсем рядом, где-то…       - Что… - выдыхает он, уставившись в одну точку, - что длиннее всего на полюсе?       Робин на секунду замирает, ошеломленно глядя на принца. Санджи резко разворачивается, на секунду пугая тем огнём, сверкнувшим во взгляде, затем выхватывая миску и, окровавленными руками сгребая содержимое, подносит к лицу, снова слизывая дождь с губ.       - Санджи-сан…       - Быстрее!       - Мы все умрём!       Всего на секунду для Санджи время замирает. Немеющие руки чувствуют исходящее тепло от желтых костей и черных копыт, он закрывает глаза.       В голове, как вспышка молнии пролетает воспоминание. Старая маленькая комната, с высокими потолками и тянувшимися длинными полками, устланными книгами. На деревянном дубовом столе горит одинокая белая свеча, чуть колышась от шумных вздохов. За окном снова играет в свои ночные игры разбойница-метель, и её хлопья почти закрыли витражные стекла.       От женщины рядом исходил приятный запах её любимого душистого мыла, а на столе с вившимся дымком стынет не менее пахучая чашка с диковинным кофе.       - Когда-нибудь, мой мальчик, эта карта станет твоей, - чарующим мягким голосом шепчет ему королевна, - и ты увидишь великих морских жителей, придворную стражу твоего отца; ты повстречаешься с религиозными почитателями духов - кентаврами и снимешь повязку с глаз; ты услышишь молитву в вечной тишине кельи и сможешь поднять голову к небу, а когда настанет очередь предстать перед мертвыми стражами, ты сможешь подняться, мой мальчик.       Она водит кончиками пальцев по стынувшей поверхности карты, ещё до конца не заламинировавшейся.       - А когда окажешься у колодца с желаниям, ты, наконец, сможешь взлететь.       - Но я не хочу никуда лететь.       Она улыбается, мягко, понимая.       - Просто не забывай про эту карту, мой сын. Она станет твоим собственным ключом.       Санджи сжимает руки чуть сильнее, чувствуя, как сердце больно сжимается от тех слов, что раньше не были им услышаны.       - Коренные жители считали, что весельчак Джек был старше своей сестры - царицы Мрака, а значит и летописи они вели с другой периодичностью, «опаздывая», как считают на континенте.       - Не «опаздывая», - поправляет её Санджи, улыбаясь, - а ведя отчёт с конца.       Он открывает глаза, снова облизывая мокрые губы и тихо выдыхая в свои ладони с нагретыми «ключами»:       - Ka’arac.       Резка двойная вспышка молнии ослепила всех, в том числе и мертвецов. ***       И с последней дождевой каплей скала пришла в движение, словно отзываясь на глас богов с небес и так же громко отвечая им. Скелеты на секунды замерли, давая передышку запыхавшимся мокрым пиратам. Но всего на несколько секунд, пока камни у скалы не стали расходиться, показывая проём и то, что скрыто внутри.       - Ками-сама… - шепчет Санджи, глядя внутрь. Он первый опомнился, подталкивая девушку к открывающимся вратам, - скорее, Робин-тян, прячьтесь там. Нами-сан!       Рыжеволосая девушка быстро юркнула следом, прихватив с собой и карту с саблей. Пираты стали медленно пробираться к входу, ныряя туда, как рыбки, пока камни приоткрывали небольшой вход.       Санджи толкает Усоппа, озираясь назад, видя спину мечника.       - Зоро! – кричит он, - Луффи!       Они окликаются, ступая назад.       Санджи слышит, как механизм скал, остановившись, стал обратно закручиваться, и он поспешно ныряет внутрь, стеная, когда бедро отзывается жуткой болью. Успевший запрыгнуть следом мечник, вскакивает, вновь готовый обороняться.       С немыслимой фразой на устах успевает Луффи, выдергивая ногу прямо из маленькой щели двери. Он пинает застрявшую раздробленную скалами кость хранителя, что успела вцепиться в соломенный сланец мальчишки и теперь подрагивала, словно зазывая к себе.       Скрежет за стенами усиливается, когда мертвецы просятся внутрь.       Облегченный вздох пронесся по пещере.       - Мы всё ещё живы, - выдыхает Усопп, устало падая на спину.