No Strings / Без обязательств

***

Будильник не сработал (или я вчера забыла его завести?), так что утро началось с телефонного звонка. — Алло… — с утра голос прозвучал немного хрипло, пришлось прокашляться. Последствия курения, будь оно не ладно. — Ми Рэ, доброе утро. Я разбудил тебя? — голос Чанёля в один миг стал виноватым. — Прости… — Нет, нет, мне уже давно пора вставать! Чонин заворочался, но только крепче прижал меня к себе. — Ми Рэ, кто там с утра пораньше?.. Чанёль явно услышал его голос. — Оу… Похоже, что я разбудил не только тебя. Передай Чонину мои искренние извинения. В любом случае… Мы не могли бы встретиться где-то через полтора часа в здании SM? — Что-то случилось? Не пугай меня. — Нет, всё хорошо. Но это важно. Буду ждать тебя там, на первом этаже. С этими словами он сбросил вызов. До меня медленно доходило осознание того, что через каких-то жалких полчаса я уже должна быть в SM. К слову, почему именно там? Учитывая, что у дверей агентства всегда целые толпы фанаток, идти туда очень страшно. Отношения с Чонином мне не простят так легко. — Ми Рэ, давай поспим ещё немного, сейчас же рождественские каникулы. — Ты можешь поспать ещё, а у меня важная встреча, но думаю, что буду там недолго. Прости, завтрак приготовить не успеваю, так что, как встанешь, поищи что-нибудь в холодильнике, после вчерашнего он забит под завязку. Всё, я побежала! Быстро протараторив всё это, я встала с кровати. Придётся поторопиться, иначе я опоздаю. Не люблю заставлять людей ждать. Чонин вырвался из царства Морфея всего на минуту, а теперь снова спал как убитый. Всегда удивлялась его способности засыпать в любое время и в любом месте. Подоткнув ему одеяло, я побежала в ванную. Спящий Чонин — это, конечно, крайне милое зрелище, но времени любоваться совсем нет.

***

Чанёль уже ждал меня в холле, держа в руках… нотную тетрадь? А это ещё зачем? — Привет, оппа! Что это? — Пойдём, сейчас всё поймёшь, — он взял меня за руку и быстро потащил за собой. Вскоре мы были уже на третьем этаже, в одном из репетиционных залов. Фортепиано?.. Что, чёрт возьми, тут происходит?! — Скажи честно, за всё это время ты хоть раз села за фортепиано? — а Чанёль проницательнее, чем я думала. — Конечно. — Не ври, Ми Рэ. Ты ведь даже не пыталась снова начать играть на нём? У меня на лбу всё написано? Или он так хорошо меня знает? — В общем, садись, — он положил руку мне на плечо и слега надавил, заставив присесть. В тот же момент меня прошиб холодный пот. То происшествие оставило неизгладимый след, меня начало трясти даже просто при виде пианино. Звук падающей крышки я уже никогда не забуду… — Оппа, не надо! — Ми Рэ, не будь ребёнком! Тебе нужно просто перебороть свой страх! Все твои пальцы отлично гнутся, ты просто боишься себе в этом признаться! Ведь так удобно оправдываться этим, чтобы не играть! Он быстро раскрыл нотную тетрадь и поставил передо мной, откинув крышку пианино. Меня передёрнуло. — Оппа, мне это больше не нужно! Я ненавижу игру на фортепиано, даже слышать его звуки не могу! Я не хочу! Я попыталась встать, но руки Чанёля крепко придерживали меня за плечи. — Ми Рэ, хватит. Просто попробуй, у тебя всё получится. И тогда впереди тебя ждёт блестящая карьера, всё то, чего ты так хотела! — Зачем тебе это надо?! — Зачем? Я люблю тебя, поэтому желаю тебе только добра. Такое объяснение тебя устроит? Ты достойна самого лучшего, понимаешь? Если переборешь свой страх, всё вернётся на круги своя! Прошёл уже год, сколько можно бегать от обычного фортепиано? Ты же не такая слабачка, Ми Рэ, ты всегда была сильной! Так почему сейчас убегаешь? Я положила дрожащие пальцы на клавиши и вдохнула поглубже. Но от волнения даже согнуть их не получалось, не могла нажать на клавишу. Тогда руки Чанёля легли поверх моих. Я почувствовала спиной, как сильно бьётся его сердце. Он волнуется не меньше меня. Вернее… Он волнуется за меня? Когда он начал играть, управляя моими пальцами, я вздрогнула. Как же давно я не слышала этих звуков… Я даже не могла понять, что чувствую. Я скучала по ним? Или мне больше никогда не хочется их слышать? — Не волнуйся, Ми Рэ, я с тобой, — от волнения его голос слега охрип. — Всё хорошо. Почему, когда я слышу его голос, мне становится лучше? Этот приятный тембр… Тепло его рук… Биение сердца… Мой страх медленно отступает. Я закрыла глаза, и игра продолжилась. Через какое-то время я почувствовала, что его руки уже не лежат поверх моих. Я играю сама. Сама. Спустя целый год. Одна за другой, слёзы падали на клавиши. Сердце разрывалось от нахлынувших чувств. Весь год я обманывала себя, говоря, что мне это не нужно. Теперь мне нужно хорошо обо всём подумать, на сегодня с меня хватит музыки. Я встала, не поднимая головы, и потянулась к сумочке, чтобы достать оттуда салфетки. Вдруг Чанёль порывисто обнял меня, крепко прижав к себе. — Оппа… — Давай постоим так чуть-чуть. Минуты будет достаточно. — Спасибо тебе. Если бы не ты, я бы наверное до конца жизни… Бегала от самой себя. Мои руки обвили его за талию и я положила голову ему на грудь. Просто дружеские объятия, ничего такого. Рядом с Чанёлем я чувствую себя легко. Я знаю, что он всегда будет на моей стороне, всегда поддержит. Наверное, нам стоило встретиться при других обстоятельствах… Тогда всё было бы по-другому. В реальность меня вернул звон телефона. Чонин уже проснулся и спросонья потерял меня? Я мягко отстранилась от Чанёля, виновато улыбнувшись. Он выглядел слишком печальным, старался не поднимать глаз. Сердце кольнуло. — Ответь. Наверное Чонин звонит. Если я отвечу на звонок, то могу сделать Чанёлю ещё больнее. — Думаю, что ничего важного. Когда я уходила, он ещё спал. В животе заурчало от голода. Кажется, я покраснела. — Ты даже позавтракать не успела? — Чанёль не смог сдержать улыбки. — Пойдём, неподалёку есть хорошее кафе. — Ты знаешь, что ты очень хороший человек? — Я догадывался об этом, — он подмигнул и взял меня за руку. Скорее рефлекторно, чем осмысленно. И именно в этот момент дверь открылась прямо у меня перед носом. Чонин выглядел растерянным и явно начинал заводиться. А если он разозлится, успокоить его очень сложно. Он из тех людей, кто сначала делает, а потом думает. — Чонин?.. Что ты здесь делаешь? — это было самое глупое, что я могла спросить, но ничего другого просто не пришло в голову. Судя по наспех накинутому на майку пальто, которое он даже не застегнул, он очень торопился. — Ким Ми Рэ, это слишком, тебе так не кажется? — каждое слово звучало отрывисто и резко. — Ребята, может вы хоть на секунду расцепитесь? Он кивнул головой на наши руки. Идиотка… До меня только дошло, что мы всё ещё держимся за руку. — Чонин, всё совсем не так… — Чанёль сделал шаг по направлению к нему, но даже договорить не успел, Чонин со всей силы ударил его по лицу. — Идиот, тебе нельзя!.. — я не выдержала, если он будет продолжать в том же духе, то рискует оказаться на больничной койке. Я попыталась придержать его руки, чтобы он не натворил ещё больших глупостей, но Чонин оттолкнул меня. — Тебя я вообще не хочу видеть. Можешь оставить нас наедине? Мне есть, что сказать хёну. — Чонин, если ты сейчас же не прекратишь, после будешь чувствовать себя виноватым, — Чанёль дотронулся до своей щеки и поморщился от боли. — Отлично, тогда уйду я. Продолжайте. Чонин развернулся и быстрым шагом вышел из комнаты. Ну что за ревнивец… Только одно не давало мне покоя. Откуда он узнал, что я здесь? И то, что я здесь с Чанёлем? Судя по удивлённому лицу Чанёля, он тоже не был в курсе. Да он и не стал бы это всё подстраивать, он не такой человек. И тут меня как током ударило. В холле мне показалось, что я увидела Хе Ми. Но я списала всё на слишком живое воображение, разве мало таких девочек ходит по SM? Но теперь что-то подсказывало, что воображение тут не при чём.

***

Я успела нагнать Чонина прямо у лифта, забежав туда в последнюю секунду. И как только он поехал вниз, я сразу же нажала на кнопку STOP. Лифт остановился. — А теперь умерь свой пыл и послушай меня. Чанёль хотел мне помочь. — С чем помочь? — на губах Чонина появилась неприятная ухмылка. — Меня уже не достаточно? Нужна помощь со стороны? Нетрудно было догадаться, что он имеет ввиду. Ревнивый Чонин — это что-то с чем-то. Заводится с пол-оборота, не остановишь. Я даже рта раскрыть не успела, как Чонин резко прижал меня к стенке лифта. Я больно стукнулась головой, что совсем не способствовало моим дипломатическим способностям. Оправдываться уже не хотелось, хотелось просто сказать пару ласковых. — Чонин, не все такие как ты! Если у тебя в голове только одно, не значит, что и у других тоже! — Ну да, только почему я не бегаю и не держусь за ручку с кем попало? Не прижимаюсь ни к кому, никого не обнимаю?! Откуда такая осведомлённость?.. — Ким Ми Рэ, тебе вообще наплевать, кто перед тобой?! Ты перед любым можешь ноги раздвинуть?! Я это, или Чунмён, или Чанёль? — Позже тебе будет очень стыдно за свои слова, — я попыталась легонько оттолкнуть его и нажать на кнопку, но он схватил меня за запястья стальной хваткой и прижал их у меня над головой. Вот негодяй… Прекрасно понимает, что я не могу слишком усердствовать, зная, что могу причинить ему боль. Поэтому он мог спокойно держать их одной рукой, а другой приподнял моё лицо за подбородок. — Раз уж я сорвал ваше «свидание», я чувствую себя виноватым. Поэтому я завершу то, что не успел сделать хён. Тебе ведь всё равно где трахаться? Лифт — это, конечно, не шикарный номер в отеле, который тебе всегда обеспечивал Чунмён хён, но уж извини, что есть, то есть. А вот это уже перебор. Я не сдержалась и ударила его ногой прямо под коленную чашечку. И швы не пострадали, и Чонин получил по заслугам. Когда он согнулся от боли, я быстро нажала на кнопку и вышла из лифта. Придурок… Ревнивый идиот… Мне нужно выговориться. Я же могу прийти домой к Чжу Хи? Надеюсь, что я ей не сильно помешаю. Я позвонила в домофон и переминалась с ноги на ногу, ожидая, что меня поскорее пустят внутрь. На улице жутко холодно, а Чонин в лёгком осеннем пальто, накинутом на легкую майку… Хотя с чего это мне о нём беспокоиться? Погрузившись в свои мысли, я даже не заметила, что дверь передо мной уже открылась. — Ми Рэ? Привет, не ожидал тебя сейчас увидеть, — Сехун выглядел немного сонным, похоже, что я его разбудила. — Ох, прости… Я просто… Мне нужно было поговорить с Чжу Хи. — Она вместе с Со Ён поехала к маме, к вечеру должна вернуться, — тут парень окончательно проснулся и широким жестом пригласил зайти. — Эй, да ты вся заледенела уже, давай проходи. Я кивнула и прошла внутрь. Через 10 минут Сехун привёл себя в полный порядок, кое-как пригладил волосы и напялил кепку. А чтобы было не скучно завтракать в одиночестве, ещё и передо мной кучу еды поставил. — Дай угадаю. Чонин набедокурил, как всегда, а ты пришла советоваться с Чжу Хи, — его проницательный взгляд, казалось, уже полностью меня просканировал. — И правда угадал. Сегодня он действительно перегнул палку. — Ты хочешь с ним расстаться? — этот вопрос застал меня врасплох. — Если честно, я не знаю. Он не имеет права так себя со мной вести. И я не собираюсь прощать ему подобные выходки. Кратко я рассказала Сехуну о случившемся, правда не договорив кое-что о лифте и том, что в нём чуть было не произошло. Парень задумчиво закусил губу. — Ммм… Разве тебе не напоминает всё это историю с Юн Хи? И ни о чём тебе не говорит? Увидев в моих глазах полный ноль каких-либо ассоциаций с этим именем, Сехун понял, что ляпнул лишнее. — Чонин тебе не рассказывал?.. Странно, я думал, что он выложил тебе всё о себе. Слушай, давай сделаем вид, что я ничего не говорил. Я обещал ему. Я бы и тебе сейчас не сказал о ней, если бы не думал, что ты и так обо всём знаешь. По спине прошёлся холодок. — Кто такая Юн Хи? Ты хотя бы это можешь сказать? Сколько ей лет? Кем приходится Чонину? Хоть что-то из этого. — Я не могу, Ми Рэ. Я обещал. — Я знаю, что это подло, но если ты не расскажешь мне хоть что-то, я выложу Чжу Хи кое-что о твоих похождениях. Ты знаешь, о чём я. — Шантаж? — в глазах Сехуна заиграли озорные огоньки. По-моему он просто смеётся надо мной. — Шантаж, — я уверенна это подтвердила. — Ладно, сдаюсь. Но на подробности и не надейся, — он глубоко вздохнул и приготовился сдавать друга с потрохами. — Юн Хи — учитель танцев Чонина. Он был безумно влюблён в неё, когда учился в школе. Откровенно говоря, я и сам не много знаю о их отношениях и о том, что у них там вообще было. Кажется, она была старше его лет на пять. Чонин долго добивался её внимания, какое-то время у них явно был роман, а потом что-то произошло, она уехала, а Чонин пустился во все тяжкие. К тому же тогда мы как раз дебютировали, и он был таким хмурым на многих мероприятиях, что президент постоянно вызывал его к себе и отчитывал… Мне до сих пор кажется это странным, но когда у него в жизни что-то происходит, он куда-то уходит, а потом говорит, что был у Юн Хи. Но если мне не изменяет память, она улетела за границу, Чонин сам сказал мне об этом. Чонин никогда не рассказывал мне об этом. Я была уверена, что он никогда никого не любил. Каждое слово Сехуна без ножа резало по сердцу. Мне не всё равно, совсем не всё равно, как бы я ни пыталась убедить себя в обратном. — Но почему ты вдруг вспомнил об этом? — Потому что тогда он тоже вёл себя как полный идиот. Это естественное состояние Чонина, если он действительно любит человека, если боится его потерять. А он очень боится. Я не говорю, что ты тут же должна простить его, просто постарайся понять. Ты конечно можешь сказать, что я пытаюсь оправдать его, потому что мы друзья. Но это не так. Я знаю, что сейчас Чонину очень тяжело. Он чувствует себя преданным, боится остаться один, не хочет терять тебя. После этих слов в комнате повисло молчание. — Кстати, где он сейчас? — Не знаю, я ушла первой. Подожди, ты же не хочешь сказать, что он пошёл к ней?.. — Ми Рэ, не накручивай себя, я вообще молчу. Я не могла усидеть на месте, нужно всё решить раз и навсегда. Если окажется, что он сейчас у этой своей Юн Хи, через час его вещи будут выставлены за дверь. Я не позволю водить меня за нос и крутить с кем-то шашни за моей спиной. — Сехун, мне нужно идти. Я забыла сделать кое-что очень важное. Передавай привет Чжу Хи! — Эй, Ким Ми Рэ, не наделай глупостей! Но я уже поспешно одевалась, Сехун пытался остановить меня, но у него ничего не получилось. Выбежав на улицу, я набрала номер Чонина. Один раз. Второй… На третий он всё-таки ответил. — Ким Чонин, скажи мне правду, где ты сейчас? — Я занят, Ми Рэ. У меня важная встреча. — Вот как? А можно я тоже приду? Хочу познакомиться с любовью всей твоей жизни. — О чём ты?.. — Не отнекивайся, я всё знаю. Знаю, что когда-то ты любил некую Юн Хи, и часто к ней бегаешь. Сейчас ты тоже у неё? Я задала вопрос, на какое-то время сердце перестало стучать, ожидая ответ. — Да. Я у неё. Хочешь прийти? — Как это любезно с твоей стороны, — внутри всё кипело. — Я скину тебе адрес смской, — сказав это, Чонин сбросил звонок. Мысленно, я уже собирала его вещи в чемодан. Хотя нет, лучше выкинуть их с балкона.

***

Сев в первое попавшееся такси, я показала адрес. Наверное, вид у меня был очень взволнованный, поэтому таксист просто кивнул и добавил скорости. Пока мы ехали, я прикрыла глаза и откинулась на сиденье. Похоже, что через несколько минут наша с Чонином история закончится раз и навсегда. Это же надо додуматься… Я даже не посмотрела, что у этой девки за адрес. Интересно, она живёт в Каннаме? Типичная «онни из Каннама»? Вряд ли, обычно такие не в его вкусе… — Мы приехали, — я услышала голос таксиста. Заплатив ему, я на всех парах выскочила из машины. И где я? Никаких зданий вокруг, только природа. Тут конечно очень красиво, но что, чёрт возьми, происходит? Это какая-то злая шутка? Чонин решил посмеяться надо мной? Я немного прошла вперёд, и тут моя челюсть буквально упала на землю. Вокруг были холмики, возложены цветы. Не может быть… Пройдя на негнущихся ногах ещё немного, я увидела Чонина. Он пил соджу прямо из горла, прислонившись спиной к могильному холму. Там же лежал букет из белых лилий, который он, видимо, принёс с собой. Увидев меня, он поднялся на ноги. — Знакомься, Ми Рэ, это Юн Хи. Юн Хи, это та самая Ким Ми Рэ, о которой я много тебе рассказывал. Я не знала, что сказать, не ожидала увидеть подобное. Как вообще себя ведут в таких ситуациях? — Но она ведь… Уехала… — Сехун сказал тебе об этом? Когда-то я тоже так думал. И лучше бы так оно и было. Я подошла к нему и села рядом. Чонин дёрнулся. Ему неприятно находиться рядом со мной? — А теперь молчи и слушай. Чанёль хотел помочь мне снова начать играть на фортепиано. Он позвал меня сегодня утром в ваше агентство, чтобы я смогла переступить через собственные страхи. И к слову, у него получилось это сделать. Я снова могу играть, хотя до сих пор не знаю, как к этому относиться. Я не уверена, хочу ли снова пытаться начать музыкальную карьеру. И то, что ты видел, ни о чём не говорит. Теперь мы с Чанёлем просто друзья, у которых в прошлом были недолгие отношения. Я замолчала, Чонин тоже ничего не говорил. — Сейчас ты должен извиниться за своё отвратительное поведение. — Прости. Я правда не хотел… Я просто… Боялся. Я боюсь терять дорогих мне людей. Я закусила губу, но всё-таки решилась спросить. — Ты очень любил Юн Хи? Чонин молча кивнул. — Когда-то она была для меня всем. Я даже не думал, что смогу снова полюбить кого-то. Я хотел, чтобы моё сердце вообще перестало что-либо чувствовать, поэтому постоянно пропадал в ночных клубах, менял девчонок как перчатки и вообще… — Сехун сказал, что она была твоим учителем. — Да. Она была очень увлечена танцами, не представляла свою жизнь без них. Наверное поэтому я чувствовал особую близость с ней, она полностью понимала меня и мою страсть к танцам. И видя её рвение, в те моменты, когда она танцевала, у меня внутри всё переворачивалось. С каждым шагом, с каждым её движением, я всё больше влюблялся. У неё был жених… Но я всё равно упорно продолжал добиваться её. У меня получилось. Только вот наши отношения были очень недолгими. С каждым днём она становилась всё печальнее, пыталась нарочно обидеть меня, подстроить всё так, чтобы я сам расстался с ней и не мучился потом. Но это я понял только спустя долгое время. В итоге, Юн Хи объявила, что уезжает. Я пытался остановить её, пытался найти, обзванивал всех знакомых, но никто ничего мне не говорил. Спустя год, пришёл конверт. Без обратного адреса, без марки, кто-то просто опустил его в ящик. В нём было письмо и несколько фотографий. Судя по всему она написала его незадолго до того как…всё произошло. Оказалось, что она была больна, поэтому не хотела, чтобы я видел её в таком состоянии, не хотела, чтобы я жил в таком аду, к тому же у меня на носу был дебют. Наверное, ей было очень тяжело. Чонин замолчал и судорожно вздохнул, он достал из кармана пачку сигарет, но, немного подумав, положил обратно. — Она ненавидела, когда я курил, — он пояснил специально для меня. — Так что здесь я обычно не делаю это. Он старался храбриться, говорил нарочито равнодушным тоном, но я видела, как ему плохо. — И ты всё ещё её любишь? Чонин пристально посмотрел на меня. Сердце пропустило удар. И тут он улыбнулся. — Нет, уже не люблю. Я же говорил, что люблю только тебя. Прошлое должно оставаться прошлым, разве нет? О ней я вспоминаю, только когда танцую, ничего не могу с этим поделать. Он усмехнулся и посмотрел на уже опустевшую бутылку. — Какое счастье, что здесь нет папарацци. А то уже бы вышли скандальные статьи… — Поехали домой. Ты так легко одет, что мне самой холодно, когда я на тебя смотрю. Ты простудишься. Я поднялась на ноги, Чонин кивнул и последовал за мной. Когда мы уже сидели в такси, он крепко сжал мою ладонь. — Прости меня, Ми Рэ. Иногда я веду себя как кретин, но я правда не хочу тебя обидеть. Я боюсь потерять тебя. Просто пообещай мне, что всегда будешь со мной. Я положила голову на его плечо и улыбнулась. — Обещаю.