Три месяца

Абакан встретил меня промозглым дождём и хмурым небом. А я без зонтика. Он в чемодане! В Москве-то солнце… было. Там, видать, и осталось. Ничего… добежав до помещения, где ждали встречающие и выдавали багаж, я… удивилась. И это аэропорт? Комнатка маленькая, народу набилось уйма… Мне юбку помяли! И, кажется, порвали колготки… и даже не проверишь – тесно. А ещё оттоптали ноги, больно, между прочим… Ну и кто тут меня встречает? Гм. И ведь я даже не знаю, как он выглядит! Не спросила. А она мою внешность знает, интересно? А то вот будет номер, если мы друг друга просто не узнаем. Хотя, наверняка знает. Я подцепила свои чемоданы, с трудом стащила их на пол, и огляделась. А может, меня и не встречают? Было бы обидно… у кого бы спросить? И, главное, что? Ну, допустим, не спрашивал ли кто-нибудь обо мне… а что? вот только у кого? Все такие занятые, и злые, как собаки. Образно выражаясь, конечно. Или нет. У того мужика? Нет, он мне не нравится, да и разит от него неприятно… То ли сигареты, то ли ещё гадость какая-то. Я-то курю дамские, с ментолом, а тут… тьфу. Сибирь. Ещё немного покрутившись и потоптавшись, я, наконец, выбрала жертву. В самого выхода, опираясь спиной о стену, стояла женщина, весьма красивая, хоть и без косметики. Я, правда, видела только её профиль, но это неважно. Мне понравились её волосы, светлые, пшеничного оттенка, хоть и короткие, но пышные, они удачно гармонировали с загорелой кожей. Причём видно, что не крашенные, уж я-то в этом разбираюсь… мой стилист за такой цвет удавился бы. Да и фигура у неё хорошая, хоть и одета во что-то непритязательное, тёмное… Прямой нос, широкие скулы, глаза полуприкрыты… явно никуда не торопится. Да, она мне подойдёт. Единственно странным показалось то, что её обходят стороной люди, ну так не все… Я направилась к ней, уже мысленно прикидывая, какие вопросы задам. Наверное, она как-то почувствовала мой взгляд, потому что открыла глаза, и, выпрямившись, обернулась. Я едва подавила желание отшатнуться. По правой стороне лица, почти от самого глаза к виску, пролегали три глубоких, жутких шрама, обезображивая черты лица… Ужас какой! А с левого бока и незаметно было. Я спешно сменила направление, но… она шла ко мне! Мамочка… - Соня Алексеевна? Голос глубокий, даже красивый… я с трудом отвела взгляд от её лица. В конце концов, это просто неприлично так пялиться… - Это я… - ой. Голос, как у котёнка… ну да, я испугалась! И любой нормальный бы испугался! И вообще… - Откуда вы знаете? - Можете звать меня Валерией. Я от Алексея Сергеевича, буду вас сопровождать. От папика? Это… это какая-то ошибка! Я не хочу! Она же… - Произошла ошибка, наверное… папа не мог прислать… вас! – ну знаю, что это не очень вежливо, но, в конце концов, я кто? Вот-вот. - Нет, никакой ошибки. Впрочем, вы можете позвонить отцу и уточнить. После этого я отвезу вас в деревню. - И позвоню! – я поспешно набрала номер. – Папик? Да, прилетела… погода отвратная! Дождь, как из ведра… Как зовут моего… сопровождающего? Валерия… Да нет, ну что ты, она просто… душка, - я поморщилась. Нет уж, она мне не нравится, и притворяться я не намерена. – Что? да… пока, конечно. – Ну вот. Посоветовали вести себя терпимее и подружиться с… этой… с этой… ледышкой, вот! Вон как смотрит… ну чисто айсберг. – Всё. Готовая я. Куда чесать? – за это время мы уже успели покинуть комнатку эту, и подходили к выходу из аэропорта. - Если только в парикмахерскую, у вас причёска… свалялась. Свалялась? Я спешно кинулась к висящему неподалёку зеркалу. Нет, всё нормально. - Это начёс! Модно. - Ясно, прошу простить. Если вам нравится такое на вашей голове… Моя машина неподалёку. У вас есть зонт? - Есть, в чемодане. Далеко. - Ясно… Тёплые вещи тоже, я так понимаю? - Конечно! – и что она будет делать? – А ещё я очень мерзливая! - Ничего, добежите, хотя… - она неожиданно скинула с себя куртку и накинула на меня, – капюшон наденьте, и идём. И что бы вы думали? Пришлось бежать! На моих-то шпильках! Но дождь страшнее… машина хоть тёплая. Я уселась на переднее сиденье, хоть трясти поменьше будет – про дороги местные я наслышана. Между тем эта… Валерия загрузила багаж и села за руль. Наверное, японская или китайская модель машины, ибо баранка справа… Она включила обогреватель, чему я была благодарна, но я не я буду, если признаю это! И мы поехали. Эта… молчит. Хорошо хоть, мне её левая половина лица видна, а не правая. Я пыталась выспросить всё, что можно, но информацию она отпускала скупо, мало и с неохотой. Кажется, я её вообще не интересовала! Или, во всяком случае, не более, чем надоедливая муха, от которой можно отмахнуться… Я честно старалась вывести её из себя, включала радио на полную громкость, не музыкально ему подпевая, задавала кучу вопросов на самые разные темы, да и вообще… а ей хоть бы хны! «Хотите в туалет, Соня Алексеевна? Пожалуйста, мы как раз проезжаем симпатичные кустики, или можете потерпеть до следующей заправки. Хотите перекусить? В бардачке есть еда. Хотите поспать? Можете перебраться на заднее сидение». И всё в таком духе! Как будто я вообще неодушевлённый предмет! Я папику ещё выскажу… всё выскажу, что думаю по этому поводу! Мы ещё посмотрим, кто кого! Она меня ещё плохо знает! Из себя можно вывести кого угодно! В конце концов, устав сама, я откинулась на спинку кресла, тупо глядя в окно. Час… второй… минуты медленно сменяли одна другую. Скучно… крупные города, похоже, кончились. Лес, кругом лес, и снова лес, и дождь хлещет, как из ведра. А ещё дорогу в нескольких местах размыло, я слышала, как пару раз сквозь зубы чертыхнулась Валерия, когда машина начинала буксовать. - Там дорога везде такая? - Не знаю, я в Абакане оказалась до дождя. Думаю, дальше может быть хуже, но через час дорога будет пролегать более высоко. Едем. Хе, кажется, это самое длинное, что она мне сказала… Я прикрыла глаза, слушая шум дождя. Ничего… вот доедем до дома, там посмотрим. Кажется, я так и задремала, но сон мой был недолгим. Проснулась я от ощущения, что мы… никуда не едем. То есть машина фырчит, пыхтит, и колёса явно крутятся, а пейзаж за окном застыл. - Что такое? - Застряли. Река вышла из берегов… Машина увязла.