В глубинах глаз твоих, где я блаженство пью...

      Сталь заскрипела, с противным скрежетом разошлись двери и за вышедшим из-за них мужчиной последовал охранник.       Мужчина остановился у небольшого окошка. Он искоса смотрел по сторонам, что вошло у него в привычку.       - Галеев Рузиль Ринатович распишитесь в получении вещей.       - Да, - ответил тихо он и поставил подпись в нижнем углу.       Ему выдали куртку, бумажник, ключи и фотографию Веронички, которую Рузиль уже и не надеялся увидеть вновь. Все вещи сгрёб и засунул в карман. Также аккуратно сложил в бумажник выданные деньги, попрощался и вышел.       Рузиль с наслаждением вдохнул запах свободы и поспешил уйти подальше отсюда, боясь, что загребут снова. В ближайшем киоске он купил «Кулер» и «Next», сел на скамейку во дворе и, вытянув вольготно ноги, потягивал светлое пиво из бутылки. Закурил и, прищурив глаза, смотрел по сторонам. Как хорошо! Птички чирикали на деревьях, что резало слух, не привыкший к громким звукам. Никого. Утро. Все на работе и учёбе. Он затянулся и выдохнул парочку колец, забавляясь. Как же давно он не сидел так свободно. Некуда особо спешить. Его кореш договорился с одной вдовой, чтобы Рузик перекантовался там, пока не найдёт работу. Он всегда умел находить нужных людей и грамотно использовать связи. Теперь осталось использовать всё своё природное очарование и смекалку и устроиться в городе, пустить, так сказать, корни.       Рузиль допил пиво и поднялся со скамейки, направился прямо к арке, где навстречу шёл миловидный паренёк в джинсах, которые обтягивали стройные крепкие ноги, и в синей куртке. Он спорил по телефону с кем-то, из разговора стало понятно, что он не пошёл на учёбу. Когда он прервал разговор, посмотрел прямо на Рузиля, который практически поравнялся с парнем.       Голубые ясные глаза пронзили мужчину своей глубиной и притягивали, будто электрический ток прошёл по телу. Парень быстро перевёл взгляд в сторону, видимо от неловкости, но для Рузиля время будто замедлилось. Он видел, как парень чуть облизывает кончиком языка пересохшие губы и достаёт пачку сигарет из кармана, тонкими длинными пальцами сжимает сигарету, прикуривая. Показался кусочек шеи с белой кожей и родинкой, такой сексуальной, что хотелось тут же впиться и целовать. Парень уже повернулся спиной, как рывок, и Рузиль одной рукой сжимает парню рот, а второй рукой крепко прижимает тело к себе. У парня выскальзывает сигарета из пальцев. Рузиль спешно тащит его в ближайшие гаражи и вскоре они скрываются между ними. ***       От парня пахло юностью, неопытностью, ему было лет 15-17, что в сравнении с тридцати пяти летним Рузилем, казалось сущим пустяком. Ему нравилось сжимать это неопытное молодое тело, вдыхать тонкий запах кожи и целовать шею, вгрызаясь зубами, показывая тем самым, кто тут хозяин. Парень вздрогнул, и это понравилось ему. Насиловать парня по-жёсткому не хотелось, недавно вышел из тюряги, но сдерживался с трудом, давненько он не занимался сексом. Парнишка чуть повернул голову, и мужчина впился в его губы, сминая и едва позволяя себе глотки воздуха. Поначалу парень робел, но против воли, почти инстинктивно начал отвечать.       Рузиль расстегнул куртку и начал руками ласкать торс парня, а попутно целовать шею и пришлось отодвинуть край футболки, чтобы целовать, двигаясь к ключице.       Парень на помощь естественно не звал, а вырваться и ударить не мог, чувствуя силу мужчины и запах алкоголя. Он закрыл глаза, упираясь руками в железную стену гаража.       Рузиль спустил джинсы, оголяя прекрасную округлую и упругую задницу, с удовольствием поглаживая и сминая в своих крепких руках.       - У меня в сумке есть крем, - проговорил тихо парень, он прекрасно знал к чему всё идёт и не желал, чтобы ему порвали зад.       - Теперь понятно, почему у тебя красивая кожа, - пробормотал мужчина, доставая крем для рук. Парень позволил сумке упасть на землю, чувствуя, что замерзает. Когда его ануса коснулось что-то влажное, он инстинктивно сжался.       - Тише, расслабься, - зашептали жарко в ухо парню, отчего дрожь прошлась по телу, и стало так стыдно за себя.       Пальцы с лёгкостью скользнули внутрь, не было больно, но как-то странно, будто этого не должно было быть. Он понимал, что его сейчас трахнут без его согласия, рад лишь тому, что его не насилуют грубо, как какую-то дешёвую шлюху. Паренек немного расслабился и тут же почувствовал, как в него проникал член, который казался неимоверно горячим по сравнению с его, заледеневшей на холоде задницей.       - Гых… ааа, - протянул он и всхлипнул, когда член вошёл наполовину. Такое неприятное ощущение было в животе, всё внутри поднималось, словно его сейчас стошнит. Он чуть прогнулся в пояснице, медленно сползая по стенке гаража вниз. Его подхватили, прижав к груди, и у уха прошептали: «Извини» и тут же одним движением завершил начатое. У парня с виска потекла капелька пота. Теперь он чувствовал, как близко соприкоснулись бёдра мужчины с его, странное ощущение.       Рузиль начал двигаться, чувствуя сладостную тесноту плоти, окружавшей его.       - Наклонись, - сказал он, и парень подчинился, почти наполовину наклонившись. Когда последовал ещё один толчок, его пронзила сладостное ощущение или пульсирующая истома, он никак не мог определить. Приятные ощущения расходились по всему тазу.       Рузиль чувствовал, как простата внутри парня становится твёрже, как орех, создавая ещё большую тесноту. Рука скользнула на член и начала одновременно с толчками совершать движения. Он был уже на пределе и не соображал, что делал, как на автомате.       Парень прерывисто задышал, когда толчки стали глубже и накатывало волнами. Наконец, сильный взрыв и он просто рухнул на колени от накатившего яркого оргазма, такого он не ощущал даже мастурбируя.       Мужчина кончил, когда его член сжали, и выстрелил спермой уже в воздухе. Минуту спустя мужчина застёгивал ширинку, а парниша ещё минут десять балдел, и отходил. Когда он выпрямился и натянул джинсы, мужчины и след простыл. Парень провёл рукой по русым волосам, приходя окончательно в себя и анализируя, что же только что произошло.       Изнасиловали ли его или просто трахнули? Но, несомненно, одно, он испытал самый мощный оргазм в своей жизни, намного насыщеннее, чем с девушкой. Хотя у него и была всего одна девушка в жизни, но и та не особенно опытная в этом деле. Он, наверное, больной раз кончил из-за постороннего мужчины и не сожалел об этом.       Зазвучала какая-то трель, и он автоматически нажал на экран смартфона.       - Ты где пропадаешь? Наши уже собрались к Мишке, подтягивайся быстрее, а то без тебя так скучно! – захныкала Наташка, чуть, что начинала вести себя как маленькая девочка и это уже изрядно его бесило.       - Сегодня отрывайтесь без меня, я не приду.       - Что-то случилось? У тебя голос какой-то упавший.       - Да, нет ничего такого, просто после пар устал. Ещё «Антошка» злая как чёрт сегодня. – Да, вовремя это он, свою «мастачку» вспомнил, правдоподобно выходит.       - А-а-а, ну ладно, отдыхай!       - Угу, покеда! – попрощался он и выключил звук на мобиле, положил в карман и застегнул куртку. Ему всё ещё казалось, что внутри него член, так всё сладостно ныло и потягивало, мышцы тоже с непривычки болели, вообще казалось, что вся задница болит. Он подцепил ногой ручку сумки и, наклонившись осторожно схватил, стараясь совершать минимум телодвижений. Он искренне надеялся, что ему удастся дойти до дома, ничем себя не выдав. Было мучительно больно, но он старался идти обычной походкой, разве что со стороны он казался деревянным и немного замкнутым, а так дошёл без проблем.       Дома уже можно было до прихода матери понежиться в ванной и переварить случившееся. ***       Рузиль же трясся как сумасшедший, когда действие алкоголя полностью прошло. Он боялся, что паренёк заявит в полицию и его загребут, короче прощай его свобода! Вот друганы потешаться вволю будут! Известный Рузик снова в тюрьме и сутки не прошли, как выпустили, станут смеяться, мол, соскучился по родимой тюряге. О боже…       Дверь открыла женщина с крупными чертами лица и чёрными длинными волосами, одетая в шёлковый зелёный халат до середины икр. «Проститутка что ли?», подумал он.       - Добро пожаловать, Рузиль! Я – Стелла, Игорёк сказал, что ты придёшь. Заходи.       Рузиль прошёл в прихожую, и Стелла закрыла дверь. Рузиль подумал, что баба ничего так, сойдёт. После семилетнего пребывания в тюрьме вообще казалась красоткой. ***       Этот проклятый мальчишка не выходил из головы. Может, это чувство вины за произошедшее? Не похоже. Тогда в чём дело? Неужели, ему впервые хотелось продолжения? Вот вроде, есть баба под боком, зачем ему мужик?       - Ах, Рузя, давай глубже, да так… ещё… сильнее!       Он скосил глаза на распластанное тело под собой с двумя пышными холмами и развратными малиновыми сосками. Тело было на ощупь мягким, податливым и таким желанным, но чего-то всё же не хватало. Издав дикий рык, он кончил, с удовольствием оросив впервые за семь лет своим семенем влагалище. Он чувствовал, такое удовлетворение. Его член начали сжимать влагалищные мышцы, и Стелла от полнейшей эйфории повалилась на постель и приходила в себя. Трахать женщину, которую до тебя имел не один десяток мужчин, то ещё удовольствие, но всё же лучше чем ничего. Но тот парень был таким свежим, юным и главное, искренним в своих желаниях. Что ему восторги женщины от секса, если в глазах он не видел отражение той страсти, того же восторга и желания, отзывчивости, в конце-то концов! Это дорогого стоит, а трахать можно и бревно, и труп, образно выражаясь. Что-то его занесло в философию, пора бы и в душ.       Он с удовольствием намыливал спину, подмышки и бёдра, какое же это удовольствие никуда не спешить, а тихо-мирно наслаждаться ванными процедурами. Никакой опасности. Нет, конечно, физически он теперь не мог полностью расслабиться, ожидая опасности отовсюду, но психически и умственно был спокоен, пока, по крайней мере. ***       Работу он быстро нашёл грузчиком в супермаркете, ну а что, не охранником же его возьмут, тем более, после тюрьмы. За ним тщательно приглядывали, особенно одна высокая баба с длинными накладными ногтями, менеджер торгового зала. Рузиль привык, в тюрьме и похуже было, обращались так, что за людей вовсе не считали. Это ещё ничего. Работал по 16 часов четыре дня подряд, а потом четыре дня отдыхал, каторга, а не работа, но он был выносливым. Чего его вообще в жизни ждёт и кому он нужен? Тридцать пять лет – это не приговор, вся жизнь впереди, он в полном соку молодой мужчина и довольно привлекательный, теперь-то он стал следить за собой, моется чаще, и женщины начали виться вокруг, маня своими пышными формами, заигрывали. Он в долгу не оставался и навёрстывал упущенное. Да и вообще, не успел оглянуться, большая часть жизни прошла. Чего он добился в жизни? Ничего, чем бы стоило гордиться.       - Куда это поставить? – спросил он.       - Вон, в тот угол, - ответили ему.       Он выпрямился и встретился с ясными голубыми глазами, внутри что-то вздрогнуло и упало куда-то вниз.       - Не думал, что встречу тебя здесь.       - Я здесь уже два года, как кассиром работаю.       - Что-то раньше здесь не видел. – Он ещё никак не мог отойти от шока и поэтому, говорил самые обычные вещи, первое, что приходило на ум.       - Сегодня только из отпуска вышла.       - А, понятно.       Она широко улыбнулась, кто бы мог подумать, что он встретит здесь свою первую любовь. Им тогда было по восемнадцать, Мария оказалась беременна, единственное, что приходило на ум, это аборт, но отношения, так или иначе развалились, а позже его забрали в армию. После работы они вместе пошли домой и разговорились. Мария предложила зайти к ней. Она что, всех вот так просто домой к себе зовёт? Но всё же, он не устоял и поддался искушению продолжить вечер, он уже представлял, как ласкает её мягкое податливое тело.       Когда они вошли в квартиру, она рассказывала о своём сыне, что ему нужен отец, который направит его по жизни и Рузиль ясно осознал, что тогда она не сделала аборт и родила, потому что срок был слишком большим, и избавиться от ребёнка стало невозможно. У него всё внутри перевернулось от осознания того, что он отец, захотелось панически сбежать, и только усилием воли он продолжал стоять в прихожей.       Рузиль взялся готовить макароны по-флотски, чтобы как-то отвлечься, пока Мария переодевалась. У него было дурное предчувствие. И оно не обмануло, когда в комнату неспешно зашёл паренёк в чёрной футболке с Куртом Кобейном и в синих джинсах. Паренёк взял из холодильника сок и пил из пакета. Сердце Рузиля забилось чаще, когда он узнал того самого паренька. Он пока не заметил его, и хорошо можно было подумать. Отступать было некуда, и бежать слишком поздно. Как такое вообще возможно? Что за жестокая штука, жизнь! Получается, он трахнул собственного сына. Точно ли это его ребёнок? Нет, Мария не стала бы врать и к тому же, она считала, что он знает о существовании ребёнка.       Сердце Рузиля бешено стучало в груди, мозг кричал об опасности, но на душе словно в противовес было так спокойно и разливалось тепло. Он наконец-то увидел его, с ним всё в порядке.       Парень убирает пакет сока в холодильник и поворачивается. Всё внутри Рузиля рухнуло, и появилась всепоглощающая пустота с нотками обречённости.       - Извините, я вас и не заметил. Меня зовут Вадим, - представился он.       Рузиль видел, что до парня пока не дошло, кто он и поспешил ответить:       - Рузиль. Работаю с Марией.       Ему стало понятно, что при таком стечении обстоятельств, вряд ли можно рассчитывать на возобновлении отношений с Марией, даже на секс не имеет права. Рузиль решил быть твёрдым и непроницаемым, как орех, скрываясь за панцирем. Переключил своё внимание на еду, помешал макароны, и выключил газ.       - Как тут поставить чайник? – спросил Рузиль, глядя на электрический чайник, он привык к простой жизни, а тут такие технологии.       - Сейчас, - проговорил парень и скрылся из кухни.       Куда это он? Рузиль был озадачен. Вскоре парень появился вновь, но уже в очках в чёрной оправе и с прямоугольными стёклами. Он воткнул вилку от чайника в розетку и нажал кнопку на корпусе и чайник с шумом начал нагревать воду. Вадим перевёл взгляд на гостя и оцепенел, тело сжалось и стало деревянным. Рузиль стоял в пятнадцати сантиметрах от него и видел, как расширились глаза, а затем лицо побледнело.       Сердце Вадима бешено стучало от страха и паники, он пытался сообразить, что происходит. Неужели этот мужик следил за ним? Нет, этого не может быть, полный бред. Ладони вспотели, и он начал мелко дрожать, даже дышать перестал.       Рузиль видел, что мальчик от шока не может вздохнуть, нервы видимо не выдерживали и в этом повинен он, с болью пронеслось в голове. Так, нужно что-то делать, иначе прямо тут помрёт. Рузиль осторожно положил руки на плечи парня и пристально смотрел в глаза.       - Тихо. Медленно делай вдох. – Рузиль видел, что в словах нет никакого толку, ведь это психическая реакция.       Он прижал к себе парня и начал поглаживать руками по спине, успокаивая словами «всё хорошо», «ты в безопасности», хотя прекрасно понимал всю нелепость фраз. Насильник успокаивает жертву, вот бред собачий. Но это помогало, тело в его руках словно оттаяло, стало мягким. Знакомый запах, который он вдыхал, сводил его с ума, и хотелось сжать эту упругую задницу, снова. Рузиль не мог выдержать близости столь желанного тела и поцеловал в шею прямо под ухом. Ещё немного и он перестанет здраво мыслить.       По телу Вадима прошлась дрожь, и он томно выдохнул, чувствуя, как на его спине натянулась футболка, которую сжал Рузиль в попытках прийти в себя. Для него всё это было мучительно, но он закрыл глаза и заставил себя оттолкнуть столь желанное тело. Вадим смотрел с лёгким удивлением и заметил такую всепоглощающую страсть в глазах мужчины, что от этого перехватило дыхание. Значит, он тоже неравнодушен к нему.       Послышались приближающиеся шаги, которые отрезвили Рузиля и заставили нервничать Вадима. Рузиль скользнул взглядом по парню, оценивая внешний вид – томный взгляд, член колом, стоящий в джинсах.       - Иди в ванную и умойся, - спешно выталкивает Рузиль его, не хватало ещё, чтобы Мария увидела его таким.       Вадим скрывается за дверью ванной, захлопнув прямо перед матерью.       - О, неужели ты это приготовил? – удивилась Мария.       Рузиль неловко, практически натянуто улыбнулся. Мария достала тарелки и положила макароны.       Вадиму было мучительно возвращать себе самообладание и стараться думать о чём-то нейтральном. Он вышел из ванной только тогда, когда убедился в отсутствии эрекции и остудил холодной водой красные щёки.       Весь ужин Рузиль с Вадимом старались не смотреть друг на друга. Вадим молчал, а Рузиль поддерживал беседу с Марией, которая щебетала за троих, радуясь воссоединению семьи. Нет, она не планировала начинать снова отношения с Рузиком, но теперь надеялась, что у Вадима будет отец. Она искренне желала, чтобы их отношения сложились, ведь со всеми её мужчинами Вадя не находил общий язык. Как знать, может она просто идеалистка. ***       Сегодня Вадиму не спалось, он так нервничал, когда узнал, что Рузиль его отец. Сердце со всеми внутренностями ухнули куда-то вниз. Мама сообщила ему эту «радостную» новость после того как гость ушёл. Его мать не скрывала, кто его отец, просто он какое-то время работал на севере, и даже друзья были не в курсах, что с ним. А сейчас вернулся в родной город и что теперь делать?       Как такое вообще может быть?!! Его трахнул собственный отец. Хотелось только одного, лечь и умереть, нет, лучше впасть в кому! Это ещё не самая худшая новость, ведь ему так хотелось продолжения, а на кухне, ощущая сильные руки, обнимающие так нежно и собственнически, он забыл обо всём на свете. Это так мучительно.       Если припомнить, то он раньше частенько задерживал взгляд на парнях, его так смущал тот факт, что он пялится, сначала на парней, а потом на их девушек, и как всегда спешил забыть об этом. Неужели он был геем? А как же его девушка Наташа? С ней он не чувствовал себя раскованным и не ощущал того спектра многообразия чувств, что подарил «Рузиль», отцом этого мужчину язык не поворачивался его назвать. Что же делать?!! Ладно, он слишком устал, чтобы мусолить одну и ту же тему бесконечно. Нужно расслабиться.       Он набрал в ванну воды с медовой пеной и погрузился, чувствуя приятную теплоту воды, которая немного продирала, точно иголками, кожу. Он откинул голову. Как хорошо! Три часа ночи, тишина, все спят, а он лежит и нежится в ванной. Блаженно улыбаясь, парень начал поглаживать себя по животу и постепенно его рука скользнула вниз и начала ласкать вставшую плоть. Сквозь сомкнутые губы вырвался невольный стон, но ему было наплевать, главное мать спит, значит, он может спокойно расслабиться. Чёрт, этого не достаточно. Он открыл глаза и взглядом скользнул по бутылочкам и скляночкам, желая отыскать что-нибудь подходящее. И на глаза попался дешёвый гель для волос жёлтого цвета. Отлично подойдёт, на водной основе и бережёт волосы, значит, безопасен для слизистой кишечника. Отвинчивает крышку, запаха практически нет, окунает пальцы и растирает гель. Он скользкий и густой.       Он выбирается из ванной, включает воду для создания шума и выдёргивает затычку. Становится на колени, снова окунает два пальца в гель, как следует, растирает, помогая другой рукой, и вталкивает один палец внутрь. Ощущения странные, но сердце бешено стучит в груди, желая продолжения. Добавляет второй палец и сладостно выдыхает. Правой рукой двигает по члену, чтобы эрекция не пропала и садится задницей на пятки. Стон срывает с губ, и он закусывает губу. Пытаясь одновременно двигать руками, сохраняя синхронность движений, но пальцы занемели, и он с трудом двигал в нужном ритме. Ох, как бы сейчас пригодился мамин вибратор! Придётся обходиться самому. Что бы такое придумать? Он быстро скользнул взглядом по полкам. Тюбики с зубными пастами, мыло, муссы и шампуни, слишком большие бутылочки и острые. Зубная щётка? Не вариант, слишком много зазубрин. И наконец, о чудо! Расчёска с большой закруглённой ручкой. Он спешно хватает её, пока член совсем не потух и не увял и окунает в вязкий жёлтый гель, смазывает. Держит руку с расчёской у пола и медленно насаживается.       - Ох…       Ещё, нужно глубже. Он сглатывает, и ручка скользит глубже. Когда ягодицы упирается в жёсткие пластиковые зубчики, он мычит от пронзившей сладостной волны. Приподнимаясь на цыпочках и опускаясь вновь, полностью растворяясь лишь в ощущениях сзади. Закрываются глаза, представляя, что это член и старается насаживаться в том же ритме, что и Рузиль. Как необыкновенно и сладостно!       Вадим даже откинул голову, смутно слыша журчание воды и прикрыв веки, наслаждался каждым движением, ускоряя ритм. Он старался попадать по одному и тому же месту, чувствуя, как ребристая часть на ручке ласкает вход, когда он садится до упора. Прерывистое дыхание и быстрый ритм. Толчок. И он чувствует уже знакомое приближение оргазма. Он уже начал рукой самостоятельно совершать движения, и спасительная волна накрывает его, он рычит что-то бессвязное и падает на пол. Он пытается отдышаться.       Комната пропахла сладковатым запахом геля, терпкой спермой. Внешний мир перестал существовать, только всепоглощающее блаженство. Всё тело ныло от удовольствия. Спустя какое-то время он уже лежит нежась в тёплой воде и не чувствует собственного тела, словно оно зависло где-то в раю, на седьмом небе в эйфории.