Малфой

Малфой сидел в купе для старост. После жаркого дня заметно похолодало. Поежился. Бесит. Все бесит. Хрюкающее-булькающие звуки Кребба за интенсивным жеванием сладостей. Слишком длинная челка постоянно щекочет нос, вызывая приступы чиха, казалось, разъедая слизистую где-то в пазухах. Заходящее гребаное солнце светит прямо в глаза. Будто специально. Сука. Где-то по-близости раздался писк, от которого у Драко почти так же резало уши, как от мандрагоры. Объект, издававший это ультразвуковое вещание, засунула свой. Гребаный. Нос. К нам в купе. Бля. - Драко, милый! – Паркинсон двинулась прямо на него. Черт. Только не трогай меня. Уйдиуйдиуйди - Я так соскучилась, - услышал он горячий шепот в своей ушной раковине. Ну нафиг! - Мм, - только протянул он. Не стоило сейчас говорить все, что он думал о ней… Парень кое-как оторвал ее руки от своей шеи. Она послушно села на место рядом с Драко, продолжая льнуть к нему, как гулящая кошка. Малфой еле удержался, чтобы не скривиться. Не выблевать в окно ее приторно-сладкий запах. Что-то вроде огромной птицы мелькнуло в уголке зрения. Слишком далеко, не разглядеть. Что-то очень похожее на… на… Малфой почувствовал под своей ладонью что-то теплое и мягкое. Его рука, исключительно по желанию Пенси покоилась у нее на бедре, чуть задирая юбку. Шлюха. Прямо при всех. А пусть. - Девочки, не возражаете, если мы переоденемся? – попросил Блейз. Спасибо, друг! - Лично я не стесняюсь… Это очень. Тупая шутка. Паркинсон. - Тогда присоединяйся, детка, - подмигнул ей мулат. Только по этой фразочке можно было с уверенностью сказать, что уже и Забини она тоже дала. И когда она успевает? Малфой знал, что Блейз никогда его не предаст, не выдаст, и прикроет, если что. Поэтому, если бы Забини видел, что у Драко с Паркинсон все серьезно, никогда бы не лег с ней, даже если бы она полностью его облизала. Недодевушка. Самое то. Или нет. Даже просто. Удобная. Удобная шлюха. Гребаная мантия! - Идемте ближе к выходу, - сказал Малфой, - я не хочу толкаться в толпе первокурсников. Забини уставился на него. - Не хочу марать новую мантию об эту мелкоту, - и демонстративно смахнул с рукава несуществующие пылинки. Блейз хмыкнул. Кребб и Гойл громко заржали. Словно если они хоть раз не оценят шутку Малфоя, он снесет им голову с плеч. Пусть. Придурки. Забини догнал Драко и тихо произнес: - Так что ты думаешь делать с Его приказом? Малфой опасливо обернулся. Словно кому-то есть дело до их разговора. Но после последних происшествий, его практически не отпускало чувство нарастающей паники. Береженого Мерлин бережет. - Я думал использовать шкаф. - Шкаф. – эхом отозвался Блейз. - Ну исчезательный. Одна его часть в «Горбине». А вторая… Задумался. - Вот с этого и надо начать! – подвел он свои размышления к логическому итогу. Слизеринцы заняли место в плацкарте. Драко вальяжно разместился у окна, оперевшись на стол локтем. Его пальцы выбивали нервный ритм по подбородку. Показалось? Или, впоследствии последних событий, у него начался психоз. Паранойя. Он ещё раз хорошенько оглядел вагон. Все были заняты своими делами. Не было даже намека на слежку. Вздох. -…решили, что им у нас будет лучше, - попытался вникнуть в речь своей соседки, - Будто этот старикан сможет их всех защитить, - Пенси зло рассмеялась, - Так что в школе будет толпа. Надеюсь, хоть кто-то их них окажется достаточно приятным для… Шелест. Сзади. На этот раз точно не показалось. Обернулся. Пусто. Снова просканировал взглядом вагон. Ничего необычного. Хмм… чемоданы, вроде как сами по себе не двигаются. На верхней полке чей-то редикюль подвинулся сам, словно уступая место… Поттер… Сука. Блондин кажется даже услышал, как скрипнули его челюсти. Убью. - …будет бал в честь французов? Я бы надела на него новое платье! Все Шармбаттонки просто слюни пустят по нему! Знаешь, Астория, оно такое… - Что? – переспросил Малфой, уловив, кажется суть разговора. - Что что? – не понял Забини. - Шармбаттонки? - Милый, мы уже минут двадцать обсуждаем это. Где ты летаешь? Она пощелкала пальцами у его лица, словно выводя его из гипноза. Больших усилий ему стоило все же сдержать свою обезумевшую руку не вцепиться в глотку Паркинсон и не придушить ее к чертям собачьим! Ждать когда ее вульгарное личико побагровеет, а из глотки, в которой побывала добрая мужская половина Хогвартса, будут вырываться судорожные хлюпы. А своей ладонью он будет чувствовать ее пульс. Чувствовать, как он все замедляется. Замедляется… Два гудка. Приехали. - Французы едут к нам в Хогвартс. Им больше негде учиться, – закончила она и собралась уходить. Блейз выжидающе посмотрел на друга. - Я вас догоню, - бросил он. Убью. Драко инстинктивно сжимал и разжимал кулаки. На его скулах желваки ходили ходуном, но внешне он профессионально изображал спокойствие. Как только все ушли, он бросился к двери и закрыл ее. Взмахнув палочкой, опустил все шторки. Все теперь они одни. Он может сделать с ним все, что хочет. - А что, твоя мертвая мамаша не научила тебя, что подслушивать нехорошо, Поттер?! – прошипел Малфой Парень буквально почувствовал как напрягся Гарри. - Петрификус тоталус! – гаркнул он, направив палочкой в место, где по его мнению должен был находится шпион. Обездвиженное тело Гарри Поттера рухнуло на пол, и его волшебная мантия больше не закрывала лицо. Блядский шрам! Чтоб тебя!.. - Отправляйся назад в Лондон, ублюдок! Козел. Сучий потрох. Драко почувствовал, что его нога сама заносится над лицом Поттера. Хрясь. Теперь ты не только мальчик-со-шрамом, но и гавнюк-с-фаршем-вместо носа-и-дерьма-вместо-мозгов! Выдох. - Вы приехали как раз к ужину! – заскрежетала голосовыми связками женщина в черной мантии, - Я профессор Макгонагалл. Строгие, но приветливые морщинки, добрые глаза. Остроконечная старомодная шляпа и пучок седых волос. Макгонагалл всегда выглядела именно так. На любом мероприятии. Голос ее был тверд, но все же волнение было заметно. Французы стояли смирно и слушали молча. - Пару слов о сегодняшнем вечере. Вчера после преподавательского совета было решено, что здесь, у нас, вы снова пройдете через распределение. В связи с тем, что в Шармбаттоне всего три факультета, а в Хогвартсе четыре. И мы решили поручить это дело тому, кто лучше нас знает об этом – распределяющей шляпе. Вы будете проходить распределение вместе с первокурсниками. Конечно, вы наши гости, поэтому вас вызовут первыми. Прошу пока отдайте ваш багаж мистеру Филчу. А потом вас проводят старосты ваших новых факультетов в гостиные. Кашлянула. - Уважаемые мадемуазель и мсье, добро пожаловать в Хогвартс! Массивные старинные двери открылись, и профессор рукой пригласила гостей пройти в огромный зал. В четыре ряда стояли накрытые горой столы. Как только французы показались на пороге, галдеж, что создавали студенты, тут же смолк. Оборвался на полуслове. Вздох. Гости практически строевым маршем двинулись в сторону сцены. Каждый француз вел под руку по двум француженкам. Мерлин Милостивый! - Вон та штучка, - Блейз указал на одну из девушек, - Та еще… Драко закатил глаза, ему до смерти надоело слушать байки о его любовных утехах по ночам. - Рон! Рон Уизли! – закартавила белокурая мадам, кинувшись на шею рыжему, - Я так рада тебя видеть! Красный, как рак, Уизли, неловко похлопал француженку по спине. Ха! - Как ты, Габриэль? Вислый, как всегда, остроумен! - После того, как ты меня спас, - подмигнула, - просто великолепно! Только скучала… Аннет! Рыщет глазами в толпе своих. - Аннет! Я хочу тебя познакомить! Рядом с Габриэль тут же возникла темноволосая красавица в коротком бирюзовом платье под цвет своей парадной мантии. Малфой не мог не заметить, как ей идет этот цвет, идеально оттеняя персиковую кожу и длинные завитые локоны, цвета горького шоколада. - Аннет, это Рон Уизли. Тот самый. Румянец на лице веснушчатого стал на несколько тонов насыщеннее. Хаха! - Рада познакомиться, мсье Рон. Аннет протягивает руку, игриво наклонив голову. Что-то в этом жесте заставило Драко замереть. Лицо рыжего совсем слилось с флагом красно-золотых. Хахаха! Он, что??? Поцеловал ей руку? Фуфуфу. Нужно сходить к Помфри. А то чудится, что Уизли знает этикет… Эй, цыпа, я бы на твоем месте уже бежал бы в ванную отмываться. Да, интересно посмотреть на тебя в ванной… Малфой невольно скользнул взглядом по ее фигуре. Точеная, будто фарфоровая куколка ручной работы. Талия такая, что, наверное, в ладонях поместится. А ножки… Язык скользнул по нижней губе. Паркинсон уже вовсю шлифовала ладонью его бедро. Когда наклонилась к Грингасс зачем-то, будто нарочно потерлась своей немаленькой грудью о его плечо и подмигнула. Малфой совершенно расслабился. Закинул руку на шею Паркинсон и тут же ее движение стали намного глубже. Не о чем беспокоится. Даже Поттер… Поттер??? Малфой не верил своим глазам. Бесшумно, стараясь не привлекать к себе внимания, этот шрамоголовый занял свое место. Сука. Драко сразу снова напрягся. Видимо, Пенси приняла это на свой счет, потому как тут же оставила в покое штанину Малфоя. Его верхняя губа дрогнула. Если бы можно было убивать мыслью, Поттер бы уже сдох. Вот, грязнокровка обратила свой яростный взор на Драко. Уже поплакался, сосунок. Зал смолк. Это означало, что старик занял свое место на сцене. - Дорогие ребята! Поздравляю вас всех с началом нового учебного года! Хотелось бы сразу начать со знакомства. Наши друзья из Шармбаттона, приехали учиться вместе нами. К сожалению, их школу…закрыли. С кем-то из них вы уже знакомы по Турниру. Надеюсь, каждый из нас внесет свою маленькую лепту для того, чтобы Хогвартс стал для них вторым домом! А теперь церемония распределения. Прошу, профессор, начинайте. Волшебник пригласил Макгонагалл к шляпе. - Бриджит Анри! Девушка поднялась и села на поставленный высокий стул. Ей на голову водрузили ту самую шляпу, вид у которой был, как у антиквариата. Даже отсюда можно было различить десятки швов и потертостей. - Когтевран! – громко заявила шляпа. Бриджит с улыбкой отправилась за стол своего нового факультета. Аннет нервно кусала губы. Вдох. - Крошка, - пропел ей на ухо ласковый голос. Мулат закинул руку ей на плечи, нежно потеребив руку. - Ты грустная. - Я очень волнуюсь. Сама не знаю, с чего! Нервно хихикнула. - Не бойся, даже если мы с тобой попадем на разные факультеты, я буду рядом! Торжественно клянусь! Он поднял ладонь вверх, произнося клятву. Аннет обхватила его за талию, прижавшись щекой к его могучему плечу, и почувствовала его легкий дружеский поцелуй у себя на макушке. - Рамон Мартинез! - О, прости, малышка, я пошел. Разомкнув объятья, он легко вспрыгнул на сцену. - Слизерин! Шляпа не долго думала. Спускаясь к своему месту, он весело подмигнул ей и поднял кулак вверх в знак поддержки. Девушка не отрывала глаз. Вот он прошел, занял свободное место, подал руку. Наверное, уже знакомится. Два местных качка рядом, слегка неприятной и туповатой наружности. По обе стороны от него: блондинка и брюнетка вовсю стреляли глазками, стараясь казаться лучше, чем они есть. Наверняка. Серые глаза. На миг она выхватила их в толпе и тут же отвернулась. Что за черт? Сердце вдруг подпрыгнуло на месте и ускакало куда-то в живот. Такой ледяной взгляд, что толпа мурашек пролетели по позвоночнику. Заставляя дыхание сбиться с ритма. Любопытство взяло верх и девушка снова обернулась. Желая узнать. Чей. Это. Взгляд. Его хозяином была мраморная статуя. Точнее так Аннет показалось. Его кожа была практически белоснежной, светлая челка чуть доставала до носа. Красивая дорогая одежда, аккуратно вычищенная и выглаженная. Длинные пальцы касались острого подбородка. Черт. До нее дошло, что она бестактно смотрит на него достаточное время, чтобы он смог… Тоже смотрит. Он прямо смотрел на нее. Как долго он любовался тем, как она его разглядывала? Его губ касалась самодовольная ухмылка, которая, казалось, портит вся картину. Аннет почувствовала, что краснеет. Браво, Аннет! без этого же никак, а? Отвернулась. - Аннет Монро! Девушка поднялась на сцену и ей тут же осторожно водрузили на голову распределяющую шляпу. - Хм… Аннет вздрогнула от неожиданности. Это только она слышит? - Не впервой испытывать такую растерянность… - заскрипела старая шляпа, - У меня есть два варианта для вас, мадемуазель Монро. Вы, наверняка, знаете, что факультет гриффиндора отличается своей храбростью и умом, а факультет слизерина – хитростью и хладнокровием. Может, вы мне поможете направить вас по правильному пути, мадемуазель? - Эм… Боюсь для учебы в гриффиндоре, у меня не достаточно мудрости… Шляпа слышала все ее мысли. - Хм… Я вижу, вы выросли в семье магглов, мадемуазель? - Да. - А вы, конечно знаете, что в слизерине на вашем курсе учатся студенты из семей чистокровных волшебников. - Да. - И вам, наверняка, доводилось видеть их отношения к ученикам из маггловских семей. - Да. - Готовы ли вы к этому, мадемуазель Монро? Немного подумав, Аннет ответила: - Не важно, где учиться. Я готова постоять за себя, если понадобится. И вы лучше меня знаете, куда следует меня направить, - и, подумав, добавила, - Мадам. - Дорогая мадемуазель Монро, послушайте совета старой шляпы. Не стоит недооценивать свои возможности. У вас большой потенциал, и вы очень отважны. Я специально задала Вам вопрос, готовы ли вы учиться там, где вас… не полюбят. Вы ответили утвердительно. Не все добровольно пойдут в бой. Что ж я приняла решение. - Гриффиндор! И крайний правый стол взорвался аплодисментами. Выдох. Она села рядом с Габриэль. Та тут же начала что-то щебетать и тыкать пальцами в рядом сидящих. Знакомила. Все плыло от волнения как в тумане. Ее познакомили с Гарри Поттером, Гермионой, Невиллом, но встреть она их завтра – не отличила бы, кто есть кто. Туман в голове не дал ей сосредоточится, она просто на автомате протягивала руку для знакомства. - Что тебе говорила шляпа? Аннет растерянно уставилась на вопрошающего. Шрам. Видимо, это Гарри Поттер. Так. Этого мы узнаем. - Она растерялась между слизерином и гриффиндором. Попросила меня ей помочь, - ответила Аннет. - И ты попросилась в гриффиндор, - сделал вывод Гарри. - Нет, - засмеялась она, - Я сказала, что она лучше меня знает, где мое место. Девушка с очень. Густыми. Каштановыми волосами одобрительно кивнула. - Это правда, что в слизерене учатся только чистокровные волшебники? - Подавляющее большинство, - ответила она, - Есть парочка из маггловских семей, но там им не сладко. - Мне говорила об этом шляпа. Она спрашивала меня, если она сделает выбор в пользу слизерина, готова ли я к этому? Я сказала, что сумею постоять за себя. - Поэтому тебя определили в гриффиндор! – заключила девушка-с-волосами, - Ты показала ей свою стойкость и храбрость, а это одно из… Постой! Ты тоже из маггловской семьи??? - Да. Что значит «тоже»? - В моем роду никогда не было волшебников! Я первое поколение! Это потрясающе! - Что тут потрясающего, Гермиона? – подал голос Рон, - Малфой узнает об этом и оторвется на полную катушку! - Кто такой Малфой? - Слизеринский хорек. Постоянно ходит и воняет насчет… - Рон не решился договорить. - Грязнокровок, - закончила девушка-с-волосами, - Так он нас называет.

***

- На кого ты так смотришь? – Забини потянулся к тарелке с фруктами. - Как так? Сделал вид, что не понял. - Ну, этим своим я-тебя-трахну взглядом. Мулат прищурился, словно изучая его лицо, и прошел по направлению взгляда. Хмыкнул. - Ну точно не на грязнокровку Грейнджер! Потом округлил глаза, словно до него дошла, до офигения простая, истина. - Француженку, что ли, взглядом раздеваешь? Он наклонил голову, оценивая. Кивнул. - Неплохо. И вгрызся в кожуру фрукта. Пошел ты. Малфой почти не ел. Он был не голоден, к тому же весь ужин Паркинсон жалась к нему, как к единственному идолу, снизошедшему до нее. Наконец, ужин закончился. Малфой со своими друзьями побрел в сторону гостиной. Друзьями. Какое неуместное слово. У него не было друзей. За исключением, наверное, Забини. Драко Малфой не умел дружить. Делать подарки на день рождения, давать советы. Просить о помощи. Наверное, только один Блейз принимал его такого. Видимо, они были слишком похожи. Но было одно существенное отличие. У Забини был выбор. У Малфоя – нет. Драко Малфой – воплощение надежд своего отца. От него всегда чего-то ждут. Ждали, что он будет вникать в разговоры о политике, когда ему хотелось погонять леприконов в своем саду, будучи мальчишкой. Ждали отличной учебы. Чтобы поставить все награды и грамоты в отдельную комнату и водить туда своих влиятельных гостей. Людей, которые стали материальным воплощением цинизма и хладнокровия, на которых заставляли равняться Драко. Не раз голову посещала мысль, что отец любил в Драко только его заслуги в учебе, в воспитании, но никак не своего сына. Он никогда не спрашивал, чего хочет сам юноша. Должен. Обязан. Вынужден. Малфой пересек гостиную, уже наполненную слизеринцами, отмечавшими начало учебного года, прямиком в свою спальню. Лег. Дал волю мыслям. У ворот Малфой-менор стояла Нарцисса и плакала. Драко подошел ближе. Она подняла на него полный отчаянья взгляд. Она была похожа на труп. Глаза ввалились, серая кожа обтянула скулы. Самая прекрасная женщина для Драко за месяц превратилась в старуху. Парня сковал ужас. - Мама. - Кто ты, - отозвалась Нарцисса. - Мама, это я, Драко, твой сын. - У меня нет сына… Эти слова эхом отозвались в голове. Зарычали. Загудели, словно сирена. «У меня нет сына…» Вот он уже стоит в подземелье, перед ним высокий человек в черном плаще. - Драко, - ледяной голос эхом отражался от каменных стен, - Мальчик мой. Человек сделал шаг и полоса света упала на его лицо. Бледный, со змеиными глазами, без носа… - Мой Лорд, - севшим голосом откликнулся Малфой. - Ты помнишь, что должен сделать, мальчик мой? - Да, повелитель. - Поторопись, мальчик. Я не люблю долго ждать. Снова новое место. Гостиная гриффиндора. Вся заполнена Пожирателями смерти. Из их палочек вырываются зеленые лучи, попадая в Поттера. В Грейнджер. Во всех Узли по-очереди. Драко так давно этого хотел. Представлял, как Поттер падает замертво, он думал, что испытает облегчение, когда увидит его мертвым, но сейчас Малфоя сковал ледяной ужас. Он закричал во все горло, но не услышал крика. Томас. Маклаген. Он хотел убежать, но не смог двинуться. Браун. Долгопупс. Белл. Он схватился за голову, зажмурился, чтобы не видеть всего этого. - Драко. – Откуда-то издалека позвали его. - Драко. – уже ближе. - Драко. Он подскочил на кровати, с трудом осознавая что уснул. Голос принадлежал Гойлу. - Ты в порядке? Чего кричишь? Мнимая забота. - Пошел к черту, - рявкнул он. Сердце колотилось как бешенное, он отвернулся и понял, что заснуть опять ему не удастся. Он не сможет. Не хочет. Боится.