Если ваш парень - русалка?

1. Упрямство краснохвостого Короля Олл Блю было притчей во языцех. Где-то в глубине своей души он был добрым, но гибель любимой никого не делает проще. Дети – единственное, что у него осталось. Два блондина родились в один день. И с того момента, как лунные глаза уставились на него, Зефф понял - проблем не оберется. Феникса Зефф прочил в свои преемники, а вот Лунный Русал на эту роль, казалось, совсем не подходил. Импульсивный, вспыльчивый, полный безумных идей и настолько же, просто безумно красивый. Зефф знал, главная проблема его второго сына – чистота его души. Санджи еще верит. Хочет верить людям и надеется, что выход из этого конфликта будет. Но сейчас, сейчас Цки, как Зефф звал его, просил о слишком многом. - Снять… Печать? – Зефф старался быть спокойным, касаясь рукой белых волос. - Печать? Да ты в своем уме? Или ты уже околдован его чарами? Морским Дьяволам вход в Олл Блю запрещен. Закрыт. Кровью твоей матери! Санджи разводит руками: - Я знаю! Но это же Ло! Он лечил тебя! Скольких из нашего народа он спас! А сейчас Крокодайл сообщил, что они вернули Марко, Эйса и оживили людей Крока! Разве этого мало, чтобы оказать честь? - Ты – идиот? – Зефф пристально смотрел на младшего сына. - Ты думаешь, он один-единственный? Думаешь, они вымерли? Стоит нам снять Печать, и кто знает, что случится! Вдруг кто-то… - Потом мы поставим Печать снова. - Это каким таким образом? – ядовито поинтересовался Зефф. - Моя кровь. Мы используем ее. Ты всегда говорил, что у меня ее глаза, а значит – ее сила. - Нет… Санджи… - мягко сказал Зефф. - Ты не понимаешь… Ты хочешь его поблагодарить, но уверен, он в этом не нуждается. Я его знаю, поверь. Это существо… Оно связано крепкой, но всего лишь одной нитью. У него нет своего смысла жизни. Оно живет ради другого. - Разве это плохо? – недоуменно говорит Лунный русал. Зефф улыбнулся. - Что с ним случится, если этот другой исчезнет? Молчишь? Да. Он станет Морским Дьяволом. То, что держит его в клетке… Я не знаю, что это. Но знаю силу этой мысли. Это сродни всем нам. Это так похоже на нас всех. Когда погибла твоя мать, я остался в этом мире только из-за вас. Из-за тебя и Марко. И остаюсь здесь только ради вас. Русал и русалка живут вдвоем. Почти целую вечность, их жизнь длится очень долго. Но если один из них погибает, второй отправляется следом. Мы не можем жить иначе, мы такие. Но… Твой Трафальгар – такой же. Исчезнет его клетка – исчезнет он сам. Он не просто человек. Тварь, что проснется в нем, принесет много горя и бед. Ты не знаешь, что такое Морской Дьявол. Поэтому… Я не могу снять Печать. Даже ради Ло. 2. Феникс уверенно вел их по коралловому лесу. Ророноа приходилось тянуть за руку, роль тягача выполнял Эйс. - Зоро! – Портгас замирает на месте, потому что Ророноа остановил его. Что-что, а силы тому не занимать. - Ну что… Что в кораллах интересного? - Они живые, - сглотнув, говорит Зоро. - Каждый из них и все вместе. Это немного страшно, а в то же время так… - он не мог подобрать эпитет. Нет, не просто восхитительно. Это… - Сказочно! – говорят они с Эйсом одновременно, и их тут же окликает Феникс. Зоро смотрит на троих уплывших чуть дальше и кивает им. - Эти кораллы зовутся Соборный Коралл, - сказал Портгас. - Это разумное существо с очень сложной внутренней иерархической структурой. - То есть мы сейчас… - Нет, тут несколько Соборных Кораллов, их… Семья, лес, клан, как угодно. Эйс тянет его за руку, потому что Феникс снова поплыл вперед. - Ты знал. Ты знал, кто такой Ло. - Маршал. Хирург, - Эйс сжимает его руку. - Морской Дьявол. Прости, Зоро, да, я знал. - Давно? - Когда Луффи начал упоминать в письмах его. Зоро позволил потянуть себя вперед, думая, стоит ли говорить то, что он едва ли не выпалил. Стоило ли обвинить Эйса в том, что он поставил младшего брата в крайне опасное и уязвимое положение? Но он сжал руку Портгаса и сильнее толкнулся ногами. Не имеет смысла. Монки Д. Луффи всегда действует так, как хочет сам – ему никто не указ. Попробуй – только рассмеется в лицо, а если не поймешь – тебе же хуже. Впрочем, Зоро понимал Луффи, наверно, даже больше, чем Эйс. Он не мог не спасти Санджи. Луффи не мог не спасти Ло. Опасность никогда не пугала их, наоборот, риск делал жизнь терпимой. Но рядом с чудом – и вовсе прекрасной. - Не боишься, Эйс? – все же спрашивает Зоро, зная, что верный боевой товарищ поймет, о чем он. - Однажды ночью я видел кошмар. Ло сгорел в золотом пламени, - Эйс сглотнул. - Знаешь, что сделал мой братишка? - Бросился следом за ним. - Сгорая дотла, - Эйс странно усмехнулся. - Не в наших страхах дело, Зоро. Ему до них нет дела. Он живет так, как хочет жить. Его ценности, его принципы… Все это - то, что заставляет нас следовать за ним. Поэтому… Я не боюсь. Я запретил себе бояться. Я просто буду следовать за ним и помогать. Зоро усмехается. Эйс был прав. Он здесь не потому, что ему некуда было податься. Наемникам такого уровня, как Зоро, везде будут рады, даже там, где нет войны, но, познакомившись с Монки, Ророноа понял, что хочет быть в его команде. Луффи был порой нелогичным, порой слишком легковерным, но его принципы казались непоколебимой грудой литого металла, а некоторыми словами, казалось, можно прибить. Когда он был серьезен, сразу становилось ясно, почему вокруг него такие люди. Пусть странные, но поддерживающие его принципы, мыслящие так же, как он. Как и Зоро, как и Эйс, Луффи не признавал предательств. Ророноа был искренне счастлив, что Монки, как единственному кормильцу в семье, не пришлось воевать. Кто знает, во что бы это вылилось? Слишком непредсказуем был Монки Д. Луффи. Либо – он бы просто погиб. Идти по грани, идти напролом – его норма. И Зоро рад, что сейчас все стало немного иначе. Луффи немного повзрослел, и он уже не поступит глупо умышленно, зная, что он убьет Ло, если погибнет сам. С трудом они догоняют троицу, и Зоро толкает Эйса вперед, чтобы тот был рядом с Фениксом. Странно, Марко тоже очень красив, Ророноа может это оценить, но Санджи… Зоро улыбнулся. Да, все понятно, что там говорить! Как русалка, он влюбился раз и навсегда. Они все резко замирают. Коралловый лес исчез внезапно, и их виду открылась удивительная картина. - Пустошь Летящих цветов, - сказал Эйс, он это уже видел, но любовался вместе со всеми. Здесь дно было покрыто белым, едва-едва золотистым песком, а возле него крутились в причудливом танце миллионы чашечек цветов василькового оттенка, по форме напоминающих колокольчики. - “Май* цветов”, - сказал Феникс. Колокольчики, подчиняясь мелодии воды, кружились, собираясь в причудливые узоры. А там, где вода становилась лунной, чуть дальше от них, они увидели Ворота, и раскинувшийся за ними город - Олл Блю. Место, где правил краснохвостый Зефф, русалья Столица. - Хис Синрей, - сказал Феникс. - Наш главный город. - Пустошь Колокольного Звона, если дословно, - тут же влез Эйс. Ло уселся на камни. - Дальше я не пойду, - уверенно сказал он. - Луффи, если хочешь… Феникс уверенно отмахнулся. - Санджи уже наверняка уболтал Зеффа, и он снял Печать. Ты можешь пройти! - Нет, она действует, - сказал Ло. - Я слабею с каждый шагом. А шагнув в Пустошь… Я уже не смогу держать иллюзий, а Луффи перестанет дышать под водой. Печать, защищающая Синрей, создавалась Судзуран, как положено. Древней магией русалок. Ты можешь чувствовать только Ядро Печати, а я - весь Каскад. Феникс внимательно смотрел на него. - Откуда ты знаешь имя моей матери? – глухо сказал он. Ло внимательно смотрел на него, Луффи даже встал перед Трафальгаром, потому что в Марко чувствовалась настороженная агрессия. Но Трафальгар отстранил парня. Тяжело сглотнув, он сказал: - Нет ни одного Морского Дьявола, который не знает Судзуран. Ландыш, колокольчик и орхидея… Судзуран была прекрасна. Пока она была жива… Мы верили, что мир на морском дне – возможен. Пока была жива она, у самых умных из нас были силы сдерживать глупых. Ло поджал губы. - Но потом… - он смотрел на Феникса, даже не зная, говорить это или нет. - Говори! – приказал Марко. Он вздрогнул от взгляда Ло. - Что случилось потом… - извиняясь, тихо и ласково сказал Феникс. Серые глаза Ло были почти пусты. - Не думаю, что это стоит знать Санджи. - Я подумаю об этом. - Она пришла ко мне. Вернее сказать, к Азуре, потому что я тогда был просто человеком, ребенком лет семи. Но я все помню. Потому что больше нет ни Азуры, ни того меня. Есть просто я. Она пришла… И я сразу понял, что она умрет. Ло прочертил странный знак в воздухе. - Знак… Неотвратимой смерти. Знак беспощадности Судьбы. - Азура… - Судзуран! - Ты все видишь, да? Я умру. Ты видишь, почему, - русалка улыбается, улыбается счастливой улыбкой. - Вижу! Но почему?! Ты же можешь от них избавиться! Еще не поздно! Я смогу извлечь их из твоего тела, и ты будешь… - Они мои дети, Азура. Я ждала их, ждала больше своей жизни. И я хочу родить их, зная, что умру. - Судзуран! Это всего лишь дети! Ты обойдешься и без них! Но подумай о… о… Зеффе! Своем возлюбленном! - Азура… Ты лучший из Морских Дьяволов, с которыми мне довелось дружить. Ты такой же, как мы. Почти такой же. Даже рассуждаешь, как многие мужчины. Но… - Будь она проклята! Эта Судьба! Почему она может решать за тебя?! - Я должна родить их. Это мое предназначение… - Судзуран! Подумай обо мне! Подумай о нас! Ты умрешь, что будет с нашими расами? - В свой предсмертный час я поставлю Печать над Хис Синрей. И ни один из вас не сможет причинить моему народу вред. Даже ты, Азура. Даже ты. - Судзуран… - Когда-нибудь, ты поймешь… Ты поймешь, что такое любить. Феникс тяжело дышал. - Это мы убили ее. - Вы не виноваты. Как все дети, - вздрогнув, сказал Ло, но Луффи сжимает его плечи. - Азура любил Судзуран. Не ты. Ты любишь меня. Напоминаю, на всякий случай! Ло отпустило, и он прижался к ногам Луффи, обнимая его. Луффи гладил его по волосам, понимая, что немного солгал. Но у него не было выбора. К тому же, у него есть неоспоримое преимущество – он-то жив! - Поэтому, я никуда не пойду. Печать Судзуран - очень сильное многоуровневое заклятье. Феникс довольно быстро пришел в себя. Покивав своим мыслям, он сказал вслух: - Да, Санджи этого знать не стоит. Внезапно раздался удар. - Моретрясение? – Эйс аж подпрыгнул. Еще удар и еще. А потом камни, на которых они стояли – рухнули вниз, в Пустошь. Ло едва не закричал, ему казалось, что его силы просто растворяются на глазах. Он схватился за руки Луффи, боясь, что тот полностью станет человеком, и думая только о том, чтобы это не произошло. Они упали в белый песок, а встревоженные гостями васильковые колокольчики теперь танцевали над ними. Луффи тут же подскочил, потянул Ло на себя и замер. - Ух ты ж, блин! - Морская Стража, - сглотнув, сказал Эйс, пытаясь весело усмехнуться. Огромные змеи, чем-то похожие на Дандан, однако имеющие крылья, чем-то сходные с плавниками, и три пары лап. Порожденные магией русальей крови, они были куда опаснее Дандан, хотя, казалось бы - куда опаснее? Ло задыхался, раздирая шею рукой до крови. - Черт возьми! Феникс! Быстрее во дворец! Прикажи Зеффу немедленно снять Печа… - начал Эйс. Но Феникс отрицательно покачал головой. - Мы не сможем поставить такую же Печать. Или у нас возникнут новые проблемы. Один из Данданов угрожающе взревел. Зоро видел взгляд Эйса. - Брат. У него просто нет выхода. У него должны быть на то причины!! - Значит, это должны быть очень веские причины, - Эйс смотрит на Зоро, и губы обоих расплываются в весьма дьявольской улыбке. - Лу! – кричат они одновременно. - Вытащи Ло! Мы отвлечем этих тварей! - Это невозможно, идиоты! – рявкает Феникс. - Как бы то ни было, - говорит Эйс. - Мы не дадим другу помереть. Мы не предаем тех, кто встал под наши знамена. Не важно, кто он. Дьявол, фея или обычный смертный. Глаза Морской Стражи краснеют. Феникс рычит. - Я скажу все Королю! Марко, помоги им! – кричит Крокодайл и устремляется к Воротам. - Стоять, Крок! Мы не имеем права! Мы должны думать о русалках! Мы не можем… - Вот и подумай. Подумай о тех, кто сейчас перед тобой. Это они только и делают, что спасают твой народ… Феникс сжал руки. Да, знал он все это. И знал, что выглядит трусом. Но он думал только о том, что такую Печать им уже никогда не поставить. А, значит, все жители Синрей будут в опасности, если явится Морской Дьявол. Но на этот риск он готов был пойти, если бы не одно но. Именно сейчас, именно в это время, снимать Печать было нельзя. Слишком опасно. Наверняка, именно поэтому отец не разрешил Санджи снять Печать. Луффи подхватил Ло на руки. Глаза Трафальгара пульсировали, меняя цвет с серого на золотой и обратно. - Засыпайте! – с силой крикнул Феникс, и на долгие секунды Стражи послушались его. Монки успел немного проплыть. Но силы Марко было пока недостаточно. Он был еще слишком молод. Силен по их меркам, но слаб, если сравнить с легендарной русалкой. - Зоро, нет! – приказал Луффи. И Эйс едва вывел друга из-под удара Стража. Ророноа сплюнул. - Лу! Глаза Ло теперь были только золотыми. Вцепившись в Луффи руками, он, не отрываясь, смотрел на одного из Стражей. Внезапно мимо мелькнула стрела. Но Зоро с трудом разглядел плавник. - Нет! – Санджи оказался перед Лу и Ло, и пространство наполнилось Лунным Светом, - Усните! – крикнул Лунный Русал. Это была сильная мелодия, но она все равно была красива. Она несла покой. - Умоляю, усните! – повторил Санджи, сжимая руки. Один из Стражей плюхнулся в белый песок и просто исчез, будто его и не было. Возможно, и не было. Возможно, в нем не было ни грамма плоти. Возможно, он был магией от начала и до конца. - Судзуран… - тихо сказал Ло. - Не сдавайся, Ло! – упрямо сказал Луффи, - Не сдавайся! Санджи опустился на колени. Силы тоже оставили его. А второй Страж, мотнув головой, взглянул на них кроваво-красными глазами. Похоже, ему было все равно, кого атаковать. - Брат! – закричал Феникс. Но Зоро уже схватил Санджи, получив удар когтем по ребрам. Но, стиснув зубы он что есть силы попытался сбежать, чтобы вывести русала из-под удара. Марко стиснул зубы. Поздно корить себя за что-либо, особенно когда уверен, что не виноват. Но что можно сейчас сделать? Луффи расставил ноги шире, а Страж навис над ним. Феникс резко закрыл уши руками. - Что происходит… - недоуменно спросил Эйс, но в ту же секунду ему самому пришлось последовать примеру Марко. Вода волнами расходилась от Луффи, резонируя и создавая тяжелый, режущий звук. - Он - мой, - прошептали его губы. - Убирайся хоть в Ад. Тебе я его не отдам. Луффи кусает губы до крови, и та капельками поднимается вверх. И каждая капля пульсирует, будто сама по себе полна жизни. - Убирайся! – странно, Луффи умудряется говорить это без ненависти, но с такой невиданной силой, что звук, расходящийся по воде, похож на звук разбивающегося зеркала. Что это за магия? Феникс понимает, что Печать трещит по швам. Кто он?! Что за дьявольская сила?? Стоило Стражу упасть лицом в песок, как Монки тут же прыгнул за камни, спеша покинуть зону Печати. Спасти Ло – было его единственной целью. Страж тем временем поскуливал, но таять не спешил. Феникс с каким-то удивлением осознал, что тварь из чисто магической стала полумагической, и освободилась от действия Печати. Теперь она могла решать сама за себя. Ни Зоро, ни Эйс не спешили нападать на нее. Портгас медленно подошел к Стражу, и бесстрашно провел рукой по грубой коже огромной пасти. - Эйс! – предостерег Феникс. - Тяжело тебе пришлось, малыш, - сказал Портгас, - но теперь ты свободен. Наш босс освободил тебя. Понимаешь? Теперь ты можешь просто жить. - Эйс! – сказал Феникс. Но Портгас игнорировал его. Он подплыл к Зоро и Санджи, мило улыбнулся обоим. - Спасибо, Санджи, ты ощутимо помог. - Эйс… - Зоро укоряюще посмотрел на Портгаса. Но брат Луффи лишь отвел взгляд в сторону. - Не идиотничай, Эйс… - просит Зоро. Феникс хватает Портгаса за руку. - Я тебе кое-что покажу. Возможно, ты простишь меня и поймешь. Марко тянет не сопротивляющегося, но и не помогающего ему Эйса вверх, а потом они вдвоем замирают. Феникс проводит рукой в сторону, и спустя какое-то время Эйс вздрагивает и бледнеет. Он отпускает руку Марко и начинает медленно опускаться ко дну. Что он там увидел, смотря сверху вниз на город? Почему сжимает кудрявые волосы руками? Марко снова хватает его за руки и целует в губы, как тогда, когда он тонул. Насильно и сильно. Эйс моргнул. - Я - идиот. - Тебе это Зоро уже говорил. Ну? Теперь ты меня понимаешь? Ло - ваш друг. Я знаю. Знаю, что должен был снять Печать. Но я не мог. И теперь ты знаешь, почему. Никто из людей не может решать, кому жить, а кому умереть. Ты бы сам как поступил? Феникс крепко сжимает руки Эйса. - Ты все сделал правильно, - говорит Портгас. - Если бы мы сняли Печать и… - К вечеру ее снимут. Снимут правильно. Подумав обо всем. Обещаю. - Все живы? – осведомился Луффи, появляясь на остатках камней, но не спеша спуститься в Пустошь, весело улыбаясь и почесывая затылок. - О, Поччи, - Страж тут же посмотрел на него, развернувшись и ткнулся мордой в Луффи, чуть не сбив его. - Неужели нельзя было придумать что-то по-оригинальней, чем Поччи? – возмутился Зоро. - Кайсю бы подошло. Хранитель Моря. Луффи пожимает плечами и смеется, когда Страж лижет его языком. Феникс подплывает к нему. - Ничего не говори, я все и так знаю, - серьезно говорит Луффи. - И я поступил бы так же, как и ты. Есть вещи, где можно рискнуть, поставив на карту все. Есть вещи, где нельзя рисковать даже сотой долей процента. Есть моменты, когда нельзя думать о последствиях, а есть, когда только о них и нужно. Луффи улыбнулся. - Пожалуй, впервые это не слова Зоро, - Лу посмотрел в сторону. - Вам не нужно снимать Печать. Ло это не нужно. Мы с ним возвращаемся на корабль. Феникс смотрел на невысокого паренька, понимая, что он столкнулся с чем-то необычным. Он был из расы Людей. Настоящих людей, а не той ушлой, мелкой поросли, что постоянно охотилась на них. Он мог бы гордиться собой, но не был горд, потому что не видел ничего такого в своих действиях. Он просто делал, как хотел. Как считал правильным. И его правда делала его тем, кто он есть. Зоро и Эйс под стать ему. Чуть другие, немного разные, но под стать. Портгас тянет Феникса за руку. - Марко… Теперь Эйсу было стыдно. Знать, что он своим эгоизмом чуть не сотворил трагедию? Феникс обнимает его, прижимая к себе. - Луффи, ты точно не хочешь пойти? – спрашивает Зоро, а Санджи уже тянет его за руку. - У меня есть дело поважнее, - усмехается Монки. - Но… - Сейчас нельзя вскрывать Печать. В любое другое время, но только не сейчас. Ни мне, ни Ло там не на что смотреть. Санджи, оставляю Зоро на тебя! Лунный русал кивает. - Идем же! Санджи не терпелось показать Зоро свою родину и отвлечь его от мыслей. Волнения сейчас уже ни к чему. Переживать за Луффи нет смысла по определению, а Ло лучше Монки в чувство все равно никто не приведет. Поэтому сейчас русал собирался заняться Зоро.