Назад в 60-е

Эмануэле лежал на больничной койке с закрытыми глазами и изредка вздрагивал. Со вчерашнего вечера он ещё не просыпался, ему всё ещё чудилось, будто он едет в машине. Ещё пару раз вздрогнув, он проснулся. Утреннее солнце отражалось от белых стен и неприятно било в глаза, это заставило парня зажмуриться и перевернуться на другой бок. Вдруг он почувствовал, как кто-то стискивает его в объятиях. Ману повернул голову и увидел знакомое улыбающееся лицо. - Господи, как я рада, что ты в порядке! - Мэри, а это была она, чмокнула его в щёку и прижалась к нему. - Я так испугалась, когда мне позвонили! - Что произошло? Я смутно помню вчерашнюю поездку домой. - В доказательство своих слов музыкант приложил руку к виску, но тут же одёрнул её, так как случайно дотронулся до шрама. - Ты ехал домой, и тут кто-то вылетел на встречную полосу на бешеной скорости. Ты пытался затормозить, но он в тебя всё же врезался. Ты ударился головой и сломал руку, а этот сумасшедший начал кричать на весь Лондон. Это он мне сам рассказывал. - Под глазами девушки были заметны мешки - результат бессонной ночи, волнения и слёз. - Он вытащил у тебя из кармана телефон и позвонил на самый крайний номер. Я взяла трубку, в полной уверенности, что это ты, и тут он начинает кричать, что он тебя убил! Ты знаешь, что со мной было? - Её руки слегка дрожали. - Могу себе представить... Где он теперь? - В полиции, чистосердечное пишет. Признал, что виноват в аварии, и пообещал восстановить твою машину. Правда... Я не знаю, что выйдет из этого фарша. - Фарша? О боже, что с моей крошкой? Мэри только промолчала. Из этого итальянец сделал вполне логичный вывод, что машина разбита, и причём достаточно хорошо. Он хотел обнять Мэри, но гипс и повязка на руке не позволили ему это сделать. Однако, девушка сама это сделала. - Мне очень жаль, правда. Наверно, мне следовало задержать тебя подольше... Она хотела снова поцеловать его щёку, но в этот момент парень развернулся к ней лицом и поймал на своих губах её. Мэри немного отпрянула назад, но Ману прижал её ближе и вовлёк в следующий поцелуй. - Оу, простите, я немного не вовремя. - В палату зашёл Пол с пакетом в руках. - Нет, что ты. - Мэри отодвинулась от Эмануэле и густо покраснела. - Это не то, что ты думаешь. - Вот как? - Маккартни по-доброму усмехнулся. - Ну, как ты? Как рука? - Спасибо, вроде ничего. - Музыкант искренне улыбнулся. - Я скоро поправлюсь, а то мне надо в турне ехать... - Какое турне со сломанной рукой? Ты что, с ума сошёл? - Но нас ждут в Австралии! - Никакой Австралии! Ты как на гитаре играть собираешься? - Пол слегка приподнял бровь. - Сиди-ка ты, голубчик, дома. - Действительно, Ману! А я буду за тобой ухаживать. Последняя фраза прозвучала, как мелодия. Эмануэле согласился с тем, что ему требуется уход и покой. Он чувствовал себя прекрасно, его настроение было на наивысшей точке. Однако это колоссально испортило настроение другому человеку - Джею. Чем больше Ману сближался с Мэри, тем хуже он воспринимал её пребывание в будущем. А перелом и сотрясение действительно сблизили их друг с другом. Мэри всё чаще приезжала к нему, привозя разные вкусности, настольные игры, либо несколько интересных фильмов. Каждый вечер она сидела с другом допоздна, а когда становилось совсем темно, нехотя возвращалась домой. Один из подобных дней заставил человека-звезду действовать. Это был холодный дождливый и скучный четверг. Друзья сидели дома у Мэри, завернувшись в большой плед и смотрели какой-то фильм. Девушка сидела, положив голову ему на плечо, а он в свою очередь прижимал её к себе. Периодически она поднимала взгляд на лицо парня, но после быстро отводила его в сторону. Вдруг он встал. - Куда ты? - С небольшой ревностью в голосе спросила Мэри. - Я сейчас приду. Хочу сделать тебе сюрприз. - Эмануэле улыбнулся и вышел на кухню. Мэри усмехнулась и проводила его взглядом. В комнате внезапно стало холодно, в следующий миг настенные часы перестали отбивать свой размеренный ритм, кролик, бегавший в колесе, застыл на месте. Время остановилось, только Мэри продолжала жить своей жизнью. Девушка оглянулась и увидела знакомый силуэт человека-звезды. - Как хорошо тебе живётся, я смотрю. - В его голосе проскальзывал сарказм. - Да, не жалуюсь. - Мэри предпочла притвориться, что она не услышала этой саркастической ноты. - А что? - Нет, что ты. У меня просто новости. Ты можешь отправиться назад в прошлое прямо сейчас, но перенесёшься уже в 1969 год. - То есть, я могу в любой момент вернуться назад? - Да! Хочешь, полетели сейчас! Он сменил сарказм на энтузиазм и побуждение, но это слабо подействовало. Мэри лишь покраснела и посмотрела вниз. - Ты что, не рада? - Рада... Я просто не хочу сейчас лететь. - Не хочешь? То есть, на Пола уже наплевать? - Нет, что ты! Просто я... - Мэри даже не знала какая сила заставляет её сидеть здесь. - Если передумаешь, просто позови меня. - Джей презрительно фыркнул и растворился в воздухе. Мэри осталась сидеть в комнате, задумчиво глядя в никуда. Внезапно зазвучала мелодия танго, и в комнату вошёл Эмануэле с непонятно откуда взявшейся розой в зубах. Он протянул девушке руку, налепив на лицо свою самую обаятельную итальянскую улыбку. - Синьорина, позвольте пригласить вас на танец! - Роза немного искажала его речь, и звучало это достаточно забавно. - Конечно! - Мэри усмехнулась и встала. - Только я не умею танцевать. Эмануэле помог ей подняться с пола и переключил танго на более медленную и приятную мелодию, после чего положил руки на талию журналистки и задвигался в ритм. Оба молчали, оба просто смотрели друг другу в глаза, пытаясь изучить их, возможно даже увидеть какой-то смысл, скрытый за этими стеклянными порталами в астрал. Ману медленно приблизился к её губам, и в следующий миг в его внутреннем мире словно произошёл взрыв. Всех цветов не хватило бы, чтобы изобразить его эмоции, то, что он сейчас испытывал. Оторвавшись от её губ, музыкант приблизился к её уху и, несколько раз нежно дотронувшись до него губами, робко прошептал на итальянском: "Ti amo". Мэри была несколько ошарашена, но в душе она знала, что тоже что-то испытывает к Эмануэле. - Ману, я... Право, даже не знаю что сказать... Это так не вовремя... - Что-то не так? - Итальянец робко поцеловал её в щёку. - Да. - Мэри отошла к окну и отодвинула штору, заслонявшую обзор на звёзды. - Ко мне приходил Джей. Он сказал, что я могу вернуться назад в прошлое в любой момент, но я пока не дала ответа. - Ты не хочешь лететь? - Я должна. Меня там ждут друзья, Пол... - То есть, ты летишь. - С немного грустным лицом произнёс Ману. - Да. - Мэри повернулась к нему и чмокнула в щёку. - Ты очень милый, правда... Но мы не можем быть вместе. Услышав эту фразу, Эмануэле вздохнул и, взяв сигареты, вышел на балкон. Он просто молча смотрел на звёзды, словно пытаясь узнать, что ему делать в этой ситуации. - Это всё из-за него? Из-за Маккартни? - Ману нервно затянулся. - Я люблю его. - А я? Чем я хуже? - Ты не хуже. Просто мы не можем быть вместе. - Аргументный аргумент! - Не повышай, пожалуйста, голос. - Кто повышает? Никто! Пойми ты, он тебе не нужен! - Нужен! - Мэри тоже повысила тон. - У меня там незавершённые дела, друзья, дом, собака, жених в конце концов! - Ты стоишь миллиона таких женихов, как он! Ты достойна большего! - Что же по-твоему большее? - Уж точно не Маккартни! - Его зовут Пол! - Ну и катись к своему Полу! - Ну и покачусь! - Катись! Я больше не хочу думать о тебе! - Джей! - Мэри совсем не хотела звать человека звезду. Она сделала это сгоряча, эмоции лились через край. В следующее мгновение Эмануэле ослепила яркая вспышка белого света, а ещё через секунду он остался один стоять в комнате. "Что же ты наделала, Мэри... Что же ты наделала...", - Он упал на колени и схватился за голову. Один в пустой квартире. Он корил себя за всё, что сказал ей сегодня, за всю причинённую боль. Он желал бы чтобы та машина сбила его насмерть... Но нет. Поздно. Слово - не воробей. Яркая вспышка, и Мэри открыла глаза. Пейзаж вокруг был знакомым - озеро, деревья, дикие кустарники. Всё это было таким же, как в будущем, лишь моложе. Мэри стояла у подножия горы Свободы. "Ману? Ману!", - Только сейчас она осознала, что снова оказалась в прошлом. Больше она не увидит своих друзей, начальника и остальных. Девушка дала волю слезам. Она ведь даже не успела попрощаться! Но содеянного не воротишь. В большом доме, отделанном под старинный замок, в гостиной сидел внушительного вида парень и играл на пианино. Густая шевелюра и борода придавали ему некую изюминку, совсем не свойственную этому субъекту. За окном лил дождь, такой же унылый, как и сам хозяин дома. Его игру прервал звонок в дверь. Музыкант подошёл и с неохотой дёрнул за дверную ручку, но в следующий момент его лицо прояснилось, а по щеке пробежала крупная слеза. Он только тихо прошептал: "Мэри". Перед ним стояла девушка. Её волосы были мокрыми насквозь, а блузка и джинсы прилипли к телу. Она посмотрела на него и тихо прошептала: "Можно мне войти?". Не говоря ни слова, парень схватил её на руки и закружил вокруг себя, покрывая её щёки поцелуями и плача. Она прижималась к нему и не переставая шептала: "Я здесь. Я вернулась. Я никогда больше не покину тебя, Полли..".