Сквозь тени

Голубые глаза нередко таят обман...

Если бы Атанаши Коичи сказали, что сегодня его жизнь круто изменит свой ход, он бы посмеялся над глупцом, который решил высказать подобную шутку. Но сейчас глядя на пятилетнего ребенка, который скукожившись, продолжал сидеть на диване и смотреть невидящим взором в одну точку, мужчина понимал, что его беззаботная холостяцкая жизнь закончилась. Все события, что произошли на протяжении сегодняшнего дня, были будто сокрыты в тумане. Он помнил как утром забрал своего племянника на прогулку. Как улыбался ребенок, подбрасывая в воздух пожелтевшие листья, - легкую позолоту осени, и будто вьюн кружился под искусственным звездопадом, радуясь такой, с точки зрения взрослого, мелочи. Как мелкий, сидя на лавочке, поглощал ванильный коктейль, размахивая ножками в воздухе, и все время жмурился, делая новый глоток. Рядом в парке на открытой сцене проходил какой-то концерт. И Коичи наслаждаясь звуками скрипки, пытался согреть пальцы о бумажный стаканчик с дешевым, горьковатым на вкус, кофе. Музыка звучала отрывисто, иногда надрывно. Пробивалась сквозь солнечную листву, она наполняла осенний, с нотками прохлады, воздух светлой тоской. Но, не смотря на это, мужчине было хорошо. В голове даже проскользнула мысль, что семья это не так уж и плохо. И что, может быть, пора остепенится и женится на красивой милой девушке, сменить квартиру в многоэтажке на небольшой домик в тихом районе, подальше от шумного центра, и дождаться появления на свет наследника, с которым можно будет также весело и беззаботно проводить время. Коичи тогда лишь улыбнулся своим мыслям, и потрепав парнишку по голове, взъерошивая и без того непослушные голубоватые пряди, потащил его к ближайшим фото автоматам. Хотелось запечатлить этот день, создать хотя бы одну удачную открытку памяти, с надеждой на то, что она будет не единственной. И именно эта фотография станет главным звеном изменений в его прогульной жизни. Получилось. Даже больше чем хотелось. По крайней мере этот день мужчина не забудет никогда. Ведь кто знал, что беззаботно солнечное утро, сменится ослепительно-кровавым вечером… День пролетел на удивление быстро: племянник был доставлен домой, и мужчина поспешил к себе. Сегодня еще планировался гоукон, на который университетский приятель, наплевав на мнение хозяина, в очередной раз притащит бедовую кучу малознакомого народу. Мужчина каждый раз одергивал себя, говоря, что это в последний раз. Да и где еще как не на групповом свидании, запоздалом пире юности, можно отыскать свою вторую половинку. Тогда Коичи рассматривая собравшихся девушек, похожих больше на похотливых баб, готовых заняться сексуальной благотворительностью, подумал, что видно не судьба. Поэтому жизненно важную встречу, которая перевернет весь его мир, придется отложить до лучших времен. А если уж быть точным, то где-то так на годик, не меньше. Да и с подобными вечеринками пора завязывать. Пока в дверном проеме не заметил ее. На первый взгляд девушка показалась ему прекрасным ангелом, спустившимся с небес, с именем подобно музыке – Канаде. Да и спустя пару часов, впечатление о ней не изменилось. Мелькнула лишь мысль, что забыл ангел на этой вечеринке, перешедшую в бездарную пьянку. Канаде тихонечко сидела на диванчике, крутя в руках баночку пива, к которой так и не притронулась. В то время как другие раскрасневшиеся девицы выпивали одну стопку за другой и бессовестно курили прямо в квартире, вырывая сигареты у не отстающих в этом деле, мужчин. Кто-то, заикаясь, признавался в любви, без стеснения доказывая свои чувства в соседней комнате. Кто-то ссорился на балконе, разбавляя наполненный сигаретным дымом воздух ругательствами и стоном сирены скорой помощи, проносящейся в этот момент мимо окон его дома. Коичи не отрываясь, наблюдал за девушкой: за небольшими ямочками на щечках, которые появлялись вместе с робкой улыбкой, за выбившейся из идеальной прически светлой прядкой, которую она каждый раз забирала за ухо. Мужчина не был поклонником так называемой любви с первого взгляда. И лишь смеялся над многочисленными изречениями бывших подруг – мол, увидела – и все! Вспышка, молния, горная лавина, накрывающая посреди лета, бабочки в животе и резкая потеря координации движений. Все эти последствия любви с первого взгляда проходили мимо него стороной. Да и он был убежден, что такая любовь быстро заканчивается. Да и после любви с первого взгляда обычно следует со второго, с третьего, четвертого и так до бесконечности. Но сейчас на 24-году своей жизни, Атанаши Коичи резко осознал, что пал жертвой так долго обсмеянного ним эффекта. - Ты мне нравишься, - не задумываясь, выпалил мужчина, с облегчением осознавая, что бабочек, вспышек, а, самое главное, обморока, вызванного сердечным томлением, не последовало. А значит вся эта любовь - пресловутые выдумки мечтателей, не иначе. - Ты правда так думаешь или это мысль на одну ночь? Атанаши лишь улыбнулся, понимая, что не ошибся. И что девушка слишком загадочная, чтобы ее узнать за пять минут. А за красивой внешностью скрывается не только робкая улыбка, но и остренькие зубки. И почему-то глядя в ясные, ярко голубые глаза, которые, казалось, видят любого человека насквозь, мужчина четко ощутил, как его охватывает раздражение. И все из-за того, что один лишь взгляд дымчато-голубых глаз всего на секунду, но весьма ощутимую секунду, заставил его замереть на месте. - Пойдем, - Коичи поднялся и протянул девушке руку, оставляя ей право принять окончательно решение. И видя, как она тут же нахмурилась, улыбаясь, добавил. – Это не вопрос. Я просто помогу тебе выбраться отсюда. В комнате загалдели, и прежде чем каждый из присутствующих успел бы высказаться в их сторону, в калейдоскоп звуков ворвался еще один – настойчивая трель мобильного телефона. Мужчина поморщился, мысленно сделав себе заметку сменить рингтон. А еще лучше не поднимать трубку, отдав эту прерогативу автоответчику. Ведь именно сейчас, в своей ладони он сжимает ее, на удивление маленькую и хрупкую. Но видно его решение не оценили. Телефон продолжал разрываться, замолкая лишь на несколько секунд. Было наивно полагать, что человек так настойчиво пытающейся до него дозвонится, явит в этот волшебно заканчивающийся вечер хорошие новости. Поэтому больше немедля, слишком быстро отпуская руку Канаде, он мигом вышел на лестничную площадку отчего-то трясущимися пальцами, нажимая на кнопку приема входящего вызова. А дальше был лишь надрывно истерический женский голос, который, даже искажаясь мобильной связью, вызывал у мужчины приступ отчаянья и панического ужаса; секунда тишины, спустя которую пришло осознание происходящего. Коичи влетел в квартиру, одним резким словом выставляя всю компанию на улицу, не обращая внимания на Канаде, которая единственная спросила, нуждается ли он в помощи. Просто схватил свою куртку и кинулся к дому сестры. Он не помнил, как добрался до необходимого ему места, не слышал пожарных и толпящихся вокруг санитаров. А видел лишь небольшой двухэтажный домик поглощенный пламенем. С широко раскрытыми глазами Коичи наблюдал, как постепенно распространяется огонь, захватывая в свой плен все новые участки здания, как приклоняется напору разошедшейся стихии второй этаж и огромная балка обрушивается с оглушительным треском на землю, поднимая в небо столб из красных искр. Пламя, будто живое, с остервенением отвоевывает себе право на существование, прибирая в свои руки все новые и новые еще нетронутые им участки, не смотря на мелко моросящий дождик и старания спасателей. Лишь когда до его ушей начали долетать обрывки фраз высыпавшихся на улицу соседей, мужчина скосил взгляд в сторону и увидел своего племянника. Мальчишка сидел на вытоптанной земле, весь в копоти и грязи, смотрел в одну точку, и, казалось бы, даже не дышал. На негнущихся ногах Коичи подошел ближе и почувствовал, как у него холодеет все тело. Из-под черного брезента выглядывала обугленная рука, которую сжимали детские пальчики, боясь даже на секунду отпустить необходимую для них опору. Мужчина с трудом сдерживался, чтобы не заорать на бестактных людишек, будто пчелиный рой, столпившихся на охваченном отчаяньем участке улицы. Хотелось устроить локальный конец света и избавится от назойливых зрителей одной мощной взрывной волной. Но в первую очередь, хотелось спрятать племянника от всего мира, уберечь от боли, которая без слов читалась на детском личике. Закрыть ему глаза и, не переставая, кричать «Не смотри». Коичи стянул с себя куртку и присев на корточки перед ребенком накинул ее на крохотные, в один миг потяжелевшие от накатившего горя плечики. Отвратительно пахло горелой плотью, и мужчина сдерживался, чтобы не сплюнуть в сторону от горьковатого вкуса, появившегося на кончике языка. Вздохнув через рот, он аккуратно сжал маленькие продрогшие пальчики своей рукой и медленно высвободил их из мертвой хватки обуглившегося трупа, обернул мальчишку в куртку, будто в кокон, и прижал к своей груди. - Прости, - слова, которые он говорил, будто доносились до него со стороны. - Прости, - они в бессвязном шепоте, незаметно срывались с губ. - Прости, - Коичи даже не понимал, за что просит прощение: за то, что он, тот, кто так безрассудно прожигал свою жизнь, продолжает существовать, а жизни его сестры, самого доброго человека на свете, и ее мужа, который всегда был рад приходу непутевого родственника, резко прекратились. За то, что спасатели даже не удосужились пощадить чувства пятилетнего ребенка, в один миг ставшего сиротой и всего лишь небрежно завернули его родителей в старые покрывала, оставив на всеобщее обозрение отдельные сильно поврежденные огнем части тела. За то, что уже ничего нельзя изменить, перемотать время вспять, как обычную кинопленку, и вернуть Тецуе семью. Вернуть нет. Но распрощаться с прошлым, создав новую семью - вполне возможно. Мужчина поежился. Теперь, не отрывая взгляда от прикрытого обугленного тела, он молился всем известным ему богам, чтобы те дали ему сил, не сдаваясь, преодолеть эту черную полосу. Сил на борьбу за свою жизнь и жизнь оставленного на него ребенка. - Вы родственник? – Коичи мрачно уставился на спросившего мужчину в форме и лишь кивнул в ответ, еще крепче прижимая к себе крошечное тельце. Спасатель задавал кучу вопросов, на которые Атанаши отвечал односложно, периодически бросая «Возможно» или лишь качая головой. Вопросы казались бесконечными. Спустя полчаса такой экзекуции, его попросили завтра же явиться в участок, для закрепления показаний и, предложив предоставить медицинскую помощь ребенку, мужчина скрылся из виду. Вмешательства врачей Коичи не желал, поэтому быстро поднявшись на ноги и подхватив племянника на руки, двинулся прочь от места, которое погребло под завалами дома самые лучшие и теплые воспоминания о семье Куроко... Теперь же Атанаши смотрел на ребенка, похожего на восковую фигуру из музея, не произнесшую ни единого слова на протяжении всего времени. Коичи мысленно выругался, и стремительно понесся в ванну в поисках аптечки. Необходимый белый чемоданчик был найден. И Атанаши быстренько вернулся в комнату. Мужчина закусил губу, коря себя за оплошность и за безрассудное решение отказаться от осмотра ребенка специалистом. Но некое шестое чувство подсказывало, что еще и вмешательство врачей Тецуя просто не перенесет. Сняв грязную одежду с Куроко и начав обтирать худенькое тельце влажными салфетками, Коичи подумал, что лучше бы принять ванну. Но решил повременить, отложив решение этого вопроса на завтра, когда малыш хоть немного придет в себя. Все оказалось не так уж плохо: пару ссадин на коленях и локтях, которые мужчина незамедлительно обработал ваткой с антисептиком во избежание заражения. Наклеив последний пластырь на разодранную коленку, Коичи еще раз решил осмотреть ребенка на наличие других повреждений. - Тецуя, где-нибудь болит? – аккуратно осматривая руки малыша, мужчина поднял взгляд на племянника и замер. Мальчик напоминал безвольную сломленную куклу, с остекленевшим, неживым взглядом. - Тецуя…, - прошептал мужчина, обхватывая ладонями голову ребенка и заглядывая в потухшие глаза. Никакой реакции. Малыш продолжал смотреть в одну точку пустым взглядом. Атанаши сжал зубы до болезненного скрежета и, повинуясь порыву, стиснул мальчишку в объятьях, поглаживая одной рукой его голову. - Мы справимся. Вот увидишь. Коичи и сам не понимал, кого он хочет переубедить. Ребенка, в одно мгновение лишившегося семьи, или себя. Хотелось, так же, как и Тецуя, замереть на месте, скукожиться, стать маленьким и неприметным и просто дождаться, когда чувства опасности и незащищенности, бесследно исчезнуть, оставив место себя привычный холод и одиночество. Да и глупо было полагать, что такие бессмысленные слова помогут разрешить проблемы в один миг. Коичи привык быть один. И лишь встречаясь по выходным с сестрой, которая каждый раз давала ему подзатыльники за подобные мысли, он ощущал себя необходимым, важным и бескорыстно любимым. А сейчас он испытывал лишь страх. А это раздражало еще больше. Коичи злился на себя: на свой страх, за то, что подался секундному порыву и хотел, будто нашкодивший ребенок просто спастись бегством еще в тот миг, когда просто ответил на входящий звонок. Он и был ребенком. «Взрослым ребенком», как любила, улыбаясь, повторять его сестра. Как ни странно, теперь сказанные ранее слова не вызывали обиду. Коичи все бы отдал, чтобы еще раз почувствовать теплую руку сестры на своем плече и услышать ее мягкий голос. Почувствовать ее любовь и заботу, которою равными долями она дарила каждому члену семьи. Но даже теперь, когда ее нет, некогда думать о себе. Атанаши мысленно обещал стать сильным, способным защитить не только себя, но и доверенную ему жизнь. Но лишь сегодня, еще чуть-чуть он просил разрешение у сестры воспользоваться возможностью и последний раз побыть слабым. С глазами полные слез, мужчина больше не мог выговорить ни слова. Он просто перенес племянника на кровать и укрыл его пледом, продолжая поглаживать ребенка по голове, пока голубые глаза не закрылись под напором сна. Коичи хотелось так же рухнуть на кровать и забыться в сновидениях, всего на несколько часов отстрочившие суровую реальность. Но не сейчас. Подцепив грязную одежду и наполовину полную бутылку, одиноко стоявшую на журнальном столике, мужчина отправился в ванную. Заглатывая остатки коньяка, и растирая по лицу несдерживаемые ничем слезы, он скидывал в мусорную корзину одежду, фотографии, тщательно заливая все остатками спиртного. Чиркнула зажигалка. И вот уже все поглотило пламя. Запустив длинные тонкие пальцы в волосы, мужчина отрешено наблюдал, как исчезают в горящей пасти зверя все его воспоминания. Теперь в голове крутился один единственный вопрос: на что были потрачены прожитые им годы. Изо дня в день он ходил на работу, которая не приносила должного удовольствия, но давала вполне приличное жалование, которое он бездарно тратил на осуществление своих прогульных желаний. Его это устраивало. До сегодняшнего дня, пока Тецуя в очередной раз не показал ему другую сторону жизни. Уже с последними искрами, выбрасывая выпитую бутылку, мужчина мысленно клялся, что это была последняя. А следующее что он выпьет, будет любимый ванильный коктейль его племянника. И что они вдвоем создадут новую семью, о которой он так мечтал, глядя на Тецую. В другом городе, в небольшом уютном домике, может быть даже где-то на берегу океана, где он сможет спокойно воспитывать ребенка. Они будут гулять по побережью, собирать ракушки, а по вечерам запускать фейерверки. Идя рука об руку по дороге на холм, на котором будет находиться младшая школа, Атанаши впервые поведет Тецую в первый класс. И приходя с работы, он часто будет слышать в ответ на произнесенные слова - «Я дома», радостное – « С возвращением». Засыпая уже под утро на твердом полу, Коичи, почему то вспомнилось, как в юношестве он мечтал, что будет профессионально заниматься баскетболом. Так почему не осуществить и это желание, научив играть Тецую. *** «Причиной пожара стало короткое замыкание»… Коичи плюхнулся на скамейку, возводя глаза в небо. Напряжение последних дней резко дало о себе знать накатившей, будто лавина, усталостью. Беспокойные ночи, наполненные кошмарами о случившемся. Бессмысленные допросы. Да и судя по потерянному взгляду следователя, который нервно курил сигарету, то и дело, поглядывая на часы, ответы его мало интересовали. Да и когда Атанаши не выдержал и поинтересовался, что же на самом деле произошло в тот роковой вечер, следователь резко очнулся ото сна и, отмахнувшись от него будто от назойливой мухи, выставил за дверь. Что же это было? Поджог или несчастный случай? И действительно причиной тому стало банальное короткое замыканные, забравшие жизни самых дорогих для него людей. А если это не так, то кто же, в конце концов, виноват? И как всего за несколько часов, все так смогло измениться? Коичи не мог понять. Да и когда очередная попытка обратится к следователю, закончилась провалом, мужчина понял, что он зря теряет здесь время – правды ему не добиться. Кроме того, топтаться на месте, продолжая искать истину, погребенную под остатками дома, он не мог. Первым делом надо было позаботиться о Тецу. На протяжении всех этих дней племянник продолжал молчать, не реагируя на окружение. Будто жил в своем собственном придуманном мире. Каждый раз, просыпаясь или возвращаясь, он заставал ребенка в той самой неизменной позе – неподвижно сидящего на кровати и неотрывно смотрящего в одну точку. На вопросы он не отвечал, к еде не притрагивался. Лишь когда вечером, Коичи присаживался рядом, и начинал гладить голубоволосую макушку, шепча всякую успокаивающую ерунду, которая вряд ли доходила до сознания ребенка, Тецуя будто осознавал, что день его терзаний подошел к концу. Поэтому закрывал глаза и засыпал. Тогда предпринимая последнюю попытку расшевелить племянника, Коичи не придумал ничего лучшего, как зайти в детский магазинчик и купить все, о чем мечтает обыкновенный ребенок в таком возрасте. Но Тецуя не отреагировал даже на громадного мягкого медведя. - Прости, плюшевый, но другом тебе не быть,- выдохнул мужчина, обнимая медведя и кладя сверху на его мордашку подбородок. Коичи, щелкнув игрушку по пластмассовому носику, принялся собирать принесенные вещи в пакет. И лишь когда рука потянулась за разноцветными карандашами, мужчина заметил, как до этого пустой взгляд ребенка сфокусировался на этом предмете. Мужчина медленно, чтобы не спугнуть Тецую, пододвинул к нему карандаши. Но и спустя пять минут ничего не изменилось. Племянник продолжал все так же, не шевелясь, сидеть на месте, но взгляда от пастели не отвел. Коичи лишь покачал головой и поплелся на кухню заваривать чай. Жмурясь от солнечных зайчиков, пробивающихся сквозь запотевшее окошко и вслушиваясь в свист закипающего чайника, мужчина больше ничего лучшего не придумал, как засесть за ноутбук. Каждый из проверенных им сайтов, твердил об одном и том же – что это исключительно эффективная реакция мозга на стресс. Может это и вполне нормальная реакция на стресс, но не для пятилетнего ребенка, который в один миг лишился всего. Коичи устало потер виски, и поплелся заваривать чай, желательно с мятой. Все-таки стоит показать Тецую врачу, и чем скорее тем, лучше. Мужчина зашел в комнату, попутно делая глоток горячего чая и кидая мимолетный взгляд на племянника. Он и сам не заметил, как чашка выскользнула из рук и разбилась вдребезги. А сам он с широко раскрытыми глазами наблюдает, как Тецуя сидя на кровати в той самой неизменной позе, спрятав пустые глаза под пологом тени из-за нависшей на них челки, рисовал. Тогда Коичи показалось, что лед его замкнутости дал крошечную, но весьма заметную трещину. Ох, как он ошибался, когда на следующий день, вернувшись, наткнулся на весьма ужасающую картину. Коичи почувствовал, как ему становится дурно. На абсолютно плоских стенах разгорелся настоящий пожар. Уже спустя минуту он перестал различать предметы, что находились в его комнате. Все что он видел перед собой это красные языки пламени, поглощающие все вокруг и черный дым заволакивающий пространство. В ушах возник странный шум, голова закружилась, и Коичи упал на колени, широко раскрытыми глазами наблюдая за иллюзионным танцем губительной стихии. Впервые мужчина испытывал такой жуткий страх. Тошнота подступила к горлу и уже где на грани сознания, мелькнула отчетливая мысль, что в этой комнате он должен быть не один. Что есть человек, который нуждается в защите. И что если он даст панике поглотить себя, то как справится с остальными трудностями. Игнорируя ряд светящихся точек, мужчина огляделся вокруг, цепляясь взглядом среди этого калейдоскопа цвета за голубоволосую макушку. Куроко лежал на полу, свернувшись клубочком и обхватив колени руками. Кое-как, переставляя дрожащие руки, мужчина подполз ближе, беря ребенка и прижимая его к своей груди. Руки Тецуи, будто у безвольной куклы повисли вдоль тела, пальцы разжались, и по полу покатился исписанный огрызок красного карандаша. - Я умер, - тихонько прошептал Тецуя, и мужчина вздрогнул, еще крепче прижимая к себе ребенка. - Нет. - Я умер, - повторил племянник. - Нет! Ты не умер! Ты здесь! Со мной! Еще долгое время, вот так раскачиваясь, подобно маятнику, из стороны в сторону, прижимая к своей груди маленькое тельце, Коичи просидел на полу, повторяя, будто мантру, одни и те же слова. И лишь когда племянник заснул, Атанаши начал с остервенением отмывать разукрашенные стены. Когда на месте языков пламени образовались лишь красные разводы, Атанаши не придумал ничего лучшего, как просто начать обрывать обои. Ближе к утру, сидя на полу, оперившись об разодранные стены спиной, и наблюдая за рождением девственно молочного рассвета, Коичи понял, что ему ни за что не избавиться от последствий того злополучного вечера. Мужчина поднялся на ноги и, забыв о куртке, успев лишь прихватить с тумбочки ключи, вышел на улицу. Игнорируя укоризненные взгляды прохожих, которые видели сейчас перед собой не молодого мужчину, а помятого бродяжку с кругами под глазами и недельной щетиной, с остервенением затягивающийся сигаретой, Коичи и сам не заметил, как подошел к тому месту в парке, где в последний раз видел ребенка счастливым. И вот сейчас, сидя на скамейке, он ощутил на себе весь груз прошедших недель. Казалось бы, не было тех дней, когда Тецуя беззаботно смеялся. Все осталось в прошлом. Растаяла, будто прошлогодний снег, и улыбка ребенка. Не было и тех беззаботных дней, когда мужчина радовался, что племянник наконец-то хоть на что-то обратил внимание после столь долгого периода затворничества в себе. Былая вера в лучшее улетучилась без следа. Все что осталось это фантом мальчика, отдаленно напоминающий Тецую. Мужчина ухватился за голову, сжав до боли пальцами волосы. Хотелось завыть, как бездомная побитая собака. Коичи почувствовал, как его начинает бить нервный озноб. А перед глазами восстала яркая неописуемая картинка разрисованных стен, где среди языков пламени отчетливо проскальзывал силуэт человека в огне, который неосознанно пытался изобразить ребенок. Коичи зажал рот рукой, пытаясь сдержать рвотные позывы от осознания того, что Тецуя в тот день видел многое. А он не замечал или не хотел замечать очевидное - все произошло неспроста… Он бы так и продолжал сидеть, не реагируя ни на холод, ни на редких прохожих, занимаясь самобичеванием, если бы его не окликнули. - Коичи?- мужчина поднял голову и встретился взглядом с Канаде. – Что с тобой произошло? Атанаши поморщился, и поднялся со скамейки, с твердым намереньем побыстрее сбежать отсюда. - Подожди, - девушка ухватила его за руку, - пошли, поговорим. Тут недалеко есть кафе. И Коичи согласился. Просто резко возникла потребность рассказать все малознакомому человеку. Попытаться хоть так разобраться в накопившихся проблемах. Его рассказ был долгим, а слова звучали глухо. Иногда он просто срывался на крик, не замечая, как другие посетители обращают внимание на их столик. Временами переходил на шепот, так что Канаде приходилось, буквально вслушиваться в каждое ненароком брошенное слово. Пока Коичи говорил, неотрывно глядя в пространство перед собой, девушка терпеливо слушала, не перебивая, не задавая вопросов. Не подталкивая его на продолжение рассказа, когда он периодически замолкал, чтобы перевести дыхание. И будто забывая о чем речь всего на несколько секунд, делал глоток воды со стоящего перед ним стакана, смотря пустым взглядов в окно. - …все что я хочу - это вновь увидеть улыбку Тецуи, - закончил мужчина свой рассказ и, боясь посмотреть Канаде в глаза, уставился на свои руки. - Я помогу, - после минуты раздумий, выдала девушка, тут же доставая телефон. Пока Канаде разговаривала с кем-то по мобильному, Коичи неотрывно смотрел в окно: на последние хризантемы на помятой клумбе; на мчащихся мимо кафе людишек, прощаясь сегодня с еще одним бездумно прожитым днем. Но вместе с зажигающими на улице фонарями, впервые за столь долгое время в душе Атанаши зародилась уверенность, что он справится. *** Прошло три дня, с тех пор как мужчина, замкнувшись в себе, бездумно шатался по улицам города в поисках ответов. Коичи устало выдохнул, наблюдая, как маленькое белое облачко растворяется в холодном воздухе. Сколько же воды утекло. Вроде бы еще вчера, они в этом же парке играли с Тецуей и кормили на озере уток. А теперь теплая осень незаметно для него превратилась в янтарь. Лед тоненькой корочкой покрыл лужи. Раздетые деревья, склонились над лавочками, посеревшими от длительных дождей. Сегодня были закончены все заботы связанные с похоронами сестры и ее мужа, и улажены все вопросы, касающиеся опеки Тецуи. И теперь надо было быстрее возвращаться домой, ведь через два часа отходит автобус, и они наконец-то смогут покинуть этот город. Коичи поднялся и, слушая, как хрустят льдинки под подошвами ботинок, направился в сторону своего жилища, сделав себе пометку – не забыть купить ванильный коктейль, который так любит его племянник. Уже заходя в квартиру, он услышал спокойный голос Тецуи и звонкий смех Канады. В прихожей стояли собранные чемоданы. Коичи осторожно заглянул в комнату, с улыбкой наблюдая за двумя ангелами, которые решили спуститься с небес и разделить с ним существование на этой грешной земле. Глядя на малыша, без эмоционально доказывающего, что плюшевые медведи не умеют разговаривать и на скрывающуюся за игрушкой Канаде, Коичи осознал, почему ему тогда так приглянулась эта девушка. Мужчина кашлянул, привлекая к себе внимание, и две пары голубых бездонных глаз уставились на него: одни с теплотой, другие – с холодностью и отчужденностью, которые навсегда поселились в ребенке. - Нам пора. - Хорошо, дядя, - малыш кивнул, принимаясь забрасывать в небольшой рюкзачок оставшиеся вещи. - Не забудь мишку, - Канаде потрепала мальчишку по голове, и подошла к мужчине. - Наверно бессмысленно просить тебя бросить все и поехать с нами. Да я и так свалил достаточно на тебя своих проблем, но попытаться ведь можно? – Коичи скосил взгляд на девушку стоящую рядом. - Можно, но ты ведь знаешь, что я откажусь. - Прости, я редкостный эгоист. Но все равно спасибо. Спасибо за все. Канаде лишь кивнула, протягивая ему свою руку. Позволив еще раз, прикоснутся к себе. Ощутить тепло маленькой, по-детски хрупкой ладошки. - Я никогда не привыкну к такому Тецуе, - выдохнул Коичи, переводя взгляд на мальчика, который наконец-то заметил принесенный ванильный коктейль и, не проявляя эмоций, принялся за поглощение напитка. – Но это ведь лучше чем ничего. И снова кивок. Коичи медленно обвел взглядом квартиру, пристанище неизменного мечтателя и холостяка, мысленно прощаясь с каждым предметом, хранившие воспоминания о его юности. Здесь он веселился с друзьями, играл с племянником, пока сестра готовила для непутевого брата полноценный обед. Здесь он впервые влюбился. Коичи усмехнулся, украдкой поглядывая на Канаде. А он ведь так и не признался, да и вряд ли судьба сведет их снова. А он ведь знал, что любовь, да и еще с первого взгляда ничего хорошего не принесет. Мужчина перевел взор на ободранные стены, ощущая вмиг накатившую горечь. И сжав ладошку Тецуи, без сожаления покинул квартиру – последнюю остановку его жалкого существования. Уже на станции, Канаде протянула Тецу пакет. – Надеюсь, он поможет найти тебе друзей, - девушка потрепала мальчика по голове, радуясь, что хотя бы на миг в холодных глазах ребенка промелькнула искорка по-настоящему детского восторга. - И для тебя у меня подарок, - она перевела взгляд на Коичи и тут же склонилась к его щеке, даря невесомый поцелуй. - Если нужна будет помощь, - прошептала Канаде, не отодвигаясь от мужчины, - Ты всегда сможешь меня найти. Я буду здесь. Но, ни в коем случае не привози в этот город Тецую. Надеюсь, ты все помнишь? - Конечно. - И еще… - девушка подошла ближе, так, что Коичи ощутил теплое дыхание на своей шее и легкое прикосновение губ к мочке уха. – Я, кажется, влюбилась. - С первого взгляда? – его глаза расширились от услышанного. - Нет, - мужчина был уверен, что сейчас ее губы тронула тень улыбки. – С первого глупого предложения. - Тебе пора, - девушка стремительно отступила на шаг назад. И Коичи нечего не оставалось другого, как помочь племяннику взобраться в автобус. Но, уже занося ногу на ступеньку, он не выдержал и произнес « Я не хочу уходить». Услышав в ответ: «Я знаю». Автобус тронулся с места, чтобы отвезти его с племянником в город их новой спокойной жизни. Коичи впервые искренне улыбнется за столь долгое время, прижимая к своему боку спящего ребенка, который так и не выпустил из рук подаренный ему Канаде баскетбольный мяч. И, кто знает, может эта девушка будет не единственным человеком, который сможет достучаться до замкнутого сердца Тецуи.