Каникулы Альфи, или Вознаграждённое любопытство

Следующие десять минут молодые люди бегали друг за дружкой вокруг фотоаппарата (причём Альфи думал, что он ловит Жана, а Жан – что он ловит Альфи) и кричали нечто невразумительное. Альфи намекал на то, что полученный им снимок несомненно окажется гениальнейшим в истории человечества, а Жан требовал уничтожить пластину, и тогда фотограф возражал: «Ты не посчитался с моими чувствами, так какого чёрта я буду считаться с твоими?!». Наконец Жан зацепился своим кринолином за дерево, упал на Альфи, а Альфи упал на камеру. Компрометирующий снимок был уничтожен, равно как все остальные пластины и склянки с реактивами. – Я всё маме расскажу! – Альфи выкрикнул первое, что пришло ему в голову. Он был уже совсем готов оросить свою бороду слезами. – Не надо маме, – бывшая Жаннетта бухнулась на колени и увлекла за собой Альфи, – сперва выслушай меня, а потом уже к мамочке беги! Ребята устроились поудобнее под тем, что осталось от дерева. – История моих бедствий проста, как квадратное уравнение, – начал Жан свой рассказ, обмахиваясь париком, и Альфи (будучи, как-никак, студентом математического факультета) просиял, услышав такой родной и знакомый термин. – Понравилась мне одна неописуемая барышня, но родня её против: я же всё-таки дворянин, а она из этих, как их там, буржуа (рыбой торгуют, какая гадость). Вот и отправили они её в этот ваш «Пансион для неблагородных девиц». Как говорится, от греха подальше... только решил я составить моей милой компанию. Раздобыл все эти тряпки и бегом сюда. Уже неделю тут кукую. Терплю, представь себе, невыносимые муки, а ты хочешь раскрыть моё инкогнито, как тебе не стыдно! Альфи устыдился своих ужасных намерений и покраснел до ушей. Некоторое время он сидел молча и вдруг подскочил как ошпаренный. – Постой, погоди, это что же получается, у тебя вроде как есть невеста? Жан поднял свой мрачный взгляд и уже хотел было ответить: «Вроде как есть, иначе не влип бы я в такой навоз», но в кустах послышался подозрительный шум, затем слово «чёрт!», произнесённое нежным шёпотом, а в следующую секунду появилась и сама нарушительница спокойствия – вышеупомянутая невеста, весьма яркая брюнетка. – Луиза! – воскликнул Жан. – Жан!– воскликнула Луиза. Альфи не воскликнул ничего, так как был слишком близок к обмороку. Поэтому он улёгся под то, что осталось от дерева, демонстративно накрылся своей соломенной шляпой-канотье и приготовился шпионить (в надежде, что Луиза его не заметит, а Жан забудет о его присутствии). В самом деле, со стороны Луизы и Жана стали доноситься подозрительные звуки. Альфи заинтересованно выглянул из-под шляпы, но увидел, что звуки были всего лишь звуками пощёчин, которыми Луиза награждала своего жениха. Сперва Альфи немного разочаровался, но тут он внимательнее поглядел на Луизу, такую прекрасную в своём гневе… и у него начал созревать очень коварный план.