Never mind

На Асгард уже давным-давно опустилась ночь, но город продолжал мерцать яркими огоньками фонарей и свеч. Слышался лай собак, тихое ржание потревоженных лошадей в дворцовой конюшне. Где-то на нижних этажах, кажется, до сих пор не окончился ужин, и мужи горланили песни. Громче всех, конечно, орал Вольштагг, его зычный голос нельзя было спутать с другими. Вся эта вечерняя какофония сливалась в один непрерывный тихий поток шума, обволакивающий золотой город каждый вечер. Иногда такое продолжалось до самого утра, иногда только до середины ночи. Сколько сейчас было времени, Сиф не знала и хотя бы в этот раз предпочитала не задумываться. Она тихонько лежала на плече у мужа, прижимаясь к нему всем телом, стараясь быть чуть ближе, снова чувствовать нити его волшебства окутывающие ее, ласкающие, оплетающие. Но Локи продолжал невозмутимо читать какой-то древний трактат, не обращая внимания на жену. Если раньше воительница неизменно ощущала исходящие от него потоки, то сейчас маг будто закрылся, не желая иметь с женщиной ничего общего, раскрывать свои замыслы. "Вот до чего тебя довело желание быть к нему ближе", - противно прошептал внутренний голос. Асиня только поморщилась и мысленно попыталась отмахнуться от него. С одной стороны, ей не хотелось разрушать создавшееся тихое уединение, прерываемое лишь шелестом страниц... Они впервые за последний месяц обошлись без скандала, без рукоприкладства (со стороны Сиф, конечно же), и ей совсем не хотелось начинать все заново, поднимая неприятные темы для разговора. С другой же стороны, это было совершенно необходимо. Воительница не могла позволить трикстеру и дальше отмалчиваться, никак не комментируя происходящее. Дело было даже не в самих отношениях, не в том, что они отдалились друг от друга. Насчет этого Сиф убедила себя не волноваться и не поднимать панику, ведь они и до женитьбы не были лучшими друзьями, да и друзьями вообще. Ей не привыкать. Так зачем зря бередить душу? Воительницу скорее интересовало, куда же ее дражайший супруг ходит по ночам. Женщина так хотела бы, чтоб ей было плевать на это, даже если обнаружится, что Локи ночует у какой-нибудь фрейлины, но, увы... Она не могла заставить свое сердце перестать болеть. На душе поселилась орава скребущих кошек и ей было противно от осознания, что она снова... снова никому не нужна. Как не нужна была когда-то Тору, так теперь не нужна его брату. Беременная, размякшая, вспыльчивая, стремящаяся получить все внимание и все доверие мужа - она сама загнала себя в эту яму, заставила его променять жену на любовницу. - Локи, - начала женщина, первой разорвав тишину. - Да? - маг не отрывался от чтения, даже глаз не скосил в сторону жены, будто ее здесь и не было. Сиф вообще слабо понимала, почему она до сих пор имеет право лежать у него на плече, зачем принц позволяет ей находиться так близко. Из жалости или, быть может, все-таки из симпатии, из оставшейся симпатии к ней прошлой? - Ты ничего не хочешь мне сказать? - она легонько провела по его плечу ногтями, заставляя все-таки повернуть голову. - Что именно? - трикстер с явным сожалением захлопнул книгу и отложил ее в сторону. - Например, о том, куда ты сбегаешь по ночам, - Сиф приподнялась на локте и внимательно посмотрела в глаза супругу, пытаясь уловить удивление, сожаление, хоть что-то, хоть какие-то эмоции. Ничего. На то он и Бог Обмана. - Я не хожу по любовницам, Сиф. И я уже не раз говорил, что верен тебе, - маг без тени эмоций в бездонных голубых глазах, провел ладонью по волосам супруги. - Ты врешь, Локи. Врешь и не краснеешь, как всегда. Неужели так сложно хоть раз сказать правду? Ты перестал вообще что-либо говорить мне, - воительница села на кровати, не обратив внимания на то, как потянулась за ней рука Лофта, пытаясь удержать. - У нас будет ребенок. Твой наследник, который тебе нужен для твоего хваленого плана. Но тебе плевать. - Ты опять закатываешь истерики, - трикстер недовольно поморщился, тоже приподнимаясь на кровати. - Мне не нужны женщины, как не нужны были и раньше. Мне нужна ты. - Я не хочу слушать, - воительница сама себя не слишком-то понимала. Зачем спрашивала, если не хочет слышать ответ? Зачем, если знала, что все равно соврет? - Не надо включать дуру, Сиф! - трикстер зло схватил ее за плечо так, что стало ощутимо больно. Женщина даже подумала, что немудрено, если останутся следы... - Ты прекрасно знаешь, что я люблю, когда ты выглядишь как воительница, когда ты это ты, а не глупая фрейлина или придворная лизоблюдка. И меня не волнуют твои оправдания по поводу беременности и твоих истерик. Что ты хочешь знать? - Тебя вообще не волнует моя беременность, - Асиня дернула плечом, вырываясь, но маг держал крепко. - Если бы не волновала, ты бы здесь не лежала. Или ты думаешь, я пригрел бы тебя, если бы не нуждался в тебе и ребенке? - принц потянулся к женщине, но она отстранилась, отодвигаясь почти на край ложа. - Тогда ответь, куда ты ходишь по ночам? Почему ты молчишь все время? Почему не говоришь со мной? - с каждым вопросом воительница все повышала голос. - Наши отношения вернулись туда, откуда начинались много лет назад. Мы чужие друг другу, хотя спим в одной кровати. - Если ты прекратишь свои вопли, я скажу, - на этот раз Сиф не уворачивалась от поцелуя, она просто обмякла в руках мага. - Я слушаю, - женщина отстранилась и, повернувшись, спустила ноги с кровати, зябко ежась от холода. - Думаешь, у тебя одной мандраж от твоей беременности? Ребенок мне нужен, но я не могу даже представить здесь это орущее, визжащее существо, которое будет пачкать пеленки и сосать твою грудь... Вместо меня, кстати... - за спиной воительницы послышался легкий смешок. - Не одна ты здесь мучаешься от кошмаров. - Тебя мучают кошмары? - Сиф удивленно обернулась и увидела наконец в глазах мужа прежние веселые заинтересованные искры. - Да. Кстати, дорогая моя, что ты узнала от Фандрала? Ты ведь пошла к нему, дабы узнать, чей это ребенок, - казалось, Лофт сдерживается, чтобы так знакомо не прищурить глаза, как обычно он делает, когда что-то задумывал. - Откуда он может знать, Локи? - настроение, которое, казалось, поднялось, снова начало стремительно ухудшаться. Принц хотел что-то сказать, даже открыл рот, но, видимо, это было что-то настолько язвительное и неприятное, что трикстер не осмелился это произнести, дабы не схлопотать с тяжелой руки воительницы. Вместо этого он предпочел прожечь жену ну очень нехорошим взглядом и откинуться обратно на кровать, положив на лицо подушку и обняв ее. - Мне все равно... - Что ты сказал? - Сиф воззрилась на бормочущую подушку, пока не зная как отнестись к этим словам. - Мне все равно, чей это ребенок. - Что значит все равно? - воительница попыталась отобрать у мага подушку, но он цеплялся в нее, как в родную. - А если он родится блондином? - Тебя это тоже мучает? - подушка сдавленно фыркнула. - Даже если так и будет, ты когда-то была белокурой, не забывай об этом. Спишем все на твои доминантные гены. - На мои... что? - женщина с силой надавила на живот трикстера так, что тот сдавленно выдохнул и напрягся, но подушку все равно не отдал. - И вообще, тебя совсем не трогает, что я ношу, возможно, совсем не твоего ребенка? - Ты все равно слишком глупая, чтобы понять. Оу... - кулаком по ребрам получить было не очень приятно. - Успокойся. Я все равно не буду любить его, от кого бы он ни был. Ас наконец высунул голову из-под подушки и выжидающе посмотрел на воительницу, ожидая, что она как минимум обидится. Но Сиф, казалось, даже не удивилась. Она только выдохнула так, будто знала об этом с самого начала. - Что насчет твоих планов на трон? - вот все, что женщина смогла выдавить из себя. Как бы она не готовила себя к этому, но слова трикстера больно ударили под дых, выбив весь воздух. - Ты в них больше не участвуешь. Мне нужен ребенок, не ты, - Ас пожал плечами. Сиф ничего на это не ответила, только затушила свечи и легла рядом с мужем, проваливаясь в тяжелый и неприятный сон.

***

Один мерил шагами свои покои. Уже довольно долго. В ширину они оказались шагов тридцать, а в длину он дошел только до половины. Впрочем, его мысли витали далеко от габаритов его опочивальни. Разум Всеотца был занят размышлениями о сыновьях, что в последнее время случалось довольно часто. Старший принц отправился в Мидгард, но теперь от него хотя бы шли вести, и вроде как пока все было хорошо. Жена его успешно переносила все тяготы беременности от Бога, но Тор часто спрашивал в своих посланиях, не сможет ли Отец прислать лекарей, если что-то пойдет не так. Один был склонен думать, что не сможет. Однако отказать сыну означало вылить все в очередной семейный скандал, а Всеотец пока слишком хорошо помнил, как такое заканчивается. А вот младший принц отличался в последнее время абсолютной покорностью и не чинил никому препятствий, что снова начинало беспокоить Царя. Когда Локи вел себя тише воды, ниже травы, это не предвещало ничего хорошего. Впрочем, надежда была и на то, что Сиф смогла-таки образумить его, да и ее вторая беременность могла побудить мага с большим вниманием относиться к супруге и пока забыть о каких-либо дворцовых дрязгах. Надежда на это не оставляла Всеотца, но младший принц вызывал сейчас больше подозрений тем, что не вызывал их... Кажется, мысли Царя начинали путаться. Мужчина остановился и устало потер лоб морщинистой ладонью. Он чувствовал непомерную усталость и приближающееся время... Время Сна. Совсем скоро он снова погрузится в него. В последнее время это происходило слишком часто, и Асгард иногда на несколько дней оставался без правителя. Но все это были небольшие приступы, не стоящие особого внимания. Но скоро, очень скоро придет настоящий Сон и до этого времени Одину стоило подыскать себе наместника. Он не хотел отдавать трон Локи, чего бы это ни стоило. Уж лучше его сыну, который будет воспитан советниками и Сиф, а не лживым магом. Но до того, как он подрастет, кто-то должен сидеть на троне. Посадить воительницу? Но сможет ли она противостоять трикстеру? Сможет ли обмануть его? Или, быть может, будет легче убрать Локи с дороги, подстроить его случайную смерть на охоте?

***

Фандрал с тоской смотрел наверх в голубое, затянутое сизыми и серыми облаками, небо. Кажется, к вечеру соберется гроза. По крайней мере, набухающие тучи на востоке недвусмысленно на это намекали. Ветер шевелил листья на яблоневом древе, под которым и стоял воин. Один из румяных плодов лениво покачивался, норовя в любую секунду сорваться. Воин протянул к нему руку и сорвал с ветки. Надкусив сочную мякоть, Фандрал вдохнул аромат фруктов и цветов, расплывающийся по саду. Ракель любила этот запах. Ракель... Эта женщина заворожила его, околдовала... Не в прямом, конечно, смысле. Ей это было не нужно. Она хотела от него только сотрудничества, даже не рассчитывала ни на что большее, открывая перед ним свое лицо. Обезображенное лицо юной, некогда прекрасной девы. Когда он неосознанно протянул руку и провел пальцами по ее щеке, она задрожала, затрепетала от давно забытой ласки чужих рук, потеряла на миг контроль. Но уже через секунду ее глазам вернулась былая холодность, и она попыталась оттолкнуть мужчину. Фандрал не дал ей уйти. Он покрывал поцелуями ее лицо, каждый шрам, припадал к губам и оставлял следы на шее. А она окончательно обмякла в его объятиях, совершенно забыв о том, кто она и что хочет сделать. Ночи, проведенные с ней, были прекрасны. Ракель оказалась умелой любовницей, правда забывшей, что значит быть любимой мужчиной, который может доставлять ей удовольствие. Но какой бы чувственной и нежной в постели не была эта женщина, она напоминала ему Локи своей жестокостью, обидой и злобой. Ракель суждено было окончить свою жизнь так, как она ее закончила. Стражники нашли ее в старой библиотеке со сломанной шеей. Тор никак не прокомментировал ее смерть, когда Фандрал попытался спросить его об этом, до того, как его засадили за решетку. Никто не мог сказать ему, что там случилось на самом деле. Кто-то поговаривал, что женщина просто неудачно упала, другие, что кто-то ее убил. Но они просто не знали, кто она. А воин был уверен, что Лофт свернул ее прекрасную лебединую шейку. Казалось, Фандрал слышал в своих кошмарах, как хрустят ее позвонки... Не то, чтобы это были настоящие кошмары, но Ас часто видел ее лицо во сне, ее ухмылку, ее губы. Некоторые, правда, говорили, что Леди Сиф сама ее прикончила. Но воину было все равно, даже если этот слух был правдивым. Он от Асини взял все, что хотел и мог. Она отвергала его любовь столько лет, не понимала очевидных намеков. На что ей сдался этот трикстер?! Ведь Фандрал столько раз говорил ей, что любит, что сделает для нее все... Он же мог ей жизнь дать. Ту жизнь, которой она так жаждала. Дети? Они бы обождали. Обождали до того момента, пока воительница сама не захотела бы, наигравшись в войну. Но она, свободная птичка, зачем-то предпочла неволю и объятия предателя...

***

Сиф неспешно прогуливалась по коридору. Мышцы на ногах слабо ныли, но это было даже приятно, хотя то, что она так быстро уставала, начинало немного раздражать. Впрочем, разминаться все равно надо было. Не сидеть же весь день за шитьем? Вот сейчас она еще немного походит и спустится в кухню, может, поварам чего нужно... Леди снова печально вздохнула от осознания своих мыслей. Лучше бы она пошла в оружейную и немного потренировалась с кинжалом. Но Локи запретил давать ей холодное оружие и всегда знал, когда она получала его и неизменно отбирал. Тело воительницы просило тренировок, а трикстер продолжал запирать ее в золотой клетке, стремясь оградить наследника от возможной опасности. Он-то ему нужен, в любом случае, а вот насчет самой себя Сиф все равно была не уверена, что бы там принц ни говорил. Она завернула за угол и уже собралась присесть на мягкий диван у окна, но вдруг резко остановилась и снова зашла обратно. В конце коридора, у лестницы, стоял ее супруг в полном парадном облачении со своим рогатым шлемом, видимо, только что с совета. Но одно дело, если бы стоял один, однако, рядом с ним стояла прехорошенькая фрейлина и явно строила ему глазки. Девушка улыбалась и даже смеялась, чего обычно тяжело было ожидать в присутствии мага. Лофт что-то сказал ей, и она стыдливо отвела глаза, затем Ас взял руку девушки и легко коснулся губами тыльной стороны ладони. - Лофт! - больше прятаться не было сил. Она, в конце концов, законная жена его и имеет полное право вот прямо сейчас возмутиться. Девушка, только заслышав ее голос, упорхнула, будто ее и не было, а трикстер развернулся, закатив глаза. Он сложил руки на груди и, видимо, ждал, когда супруга подойдет к нему, чтобы залепить смачную пощечину, как минимум. Но Сиф была настолько зла на очередной обман, что просто развернулась и ушла. Весь оставшийся срок беременности воительница решила жить в своих покоях. Зачем зря терять время, втолковывая что-то магу, если надо начинать собирать вещи... Младший принц притворно застонал и прикрыл лицо ладонью. Ощущение было, будто каждый кусочек мироздания норовит подтолкнуть Сиф к нему именно тогда, когда он начинает осуществлять свои планы, в которых иногда есть место легкому, ничего не значащему флирту. Ревнующая воительница сейчас была жутко зла, и он это знал. Именно поэтому она ушла, но, если он сейчас вернется в опочивальню, его ждет, как минимум, что-то тяжелое прямиком на голову. Оставить женщину, чтобы она перебесилась или все-таки попытаться ей все объяснить, как обидевшемуся ребенку? Вот в чем теперь его вечный вопрос новой, семейной и непривычной жизни.