Северное королевство

Солнце медленно садилось, и его последние лучи освещали долину Ованс. Маленький дракончик неуклюже гонялся за уходящими солнечными зайчиками, выпуская клубы дыма. Блики танцевали на его черной спине и белом брюхе. Недосягаемость этих ярких кружков злила дракона, он строил засады, пытался ловко прыгать, растопыривая крылья. Но неокрепшие и маленькие, они не могли поднять хозяина, и погоня остановилась возле Северного ущелья. Это была огромная щель с торчащими скалами, уступами и шумящей где-то далеко внизу водой. Перелететь его было под силу не каждому взрослому дракону. Раздосадованный дракончик остановился у края обрыва, скатывая вниз мелкие камешки. Вдруг за его спиной раздался шорох крыльев, и на землю опустился крупный чёрный дракон. - Анабет, летим домой, - мягко произнесла спустившаяся дракониха и легла на землю. Недовольно ворча, Анабет влезла матери на спину, и два чёрных крыла подняли её в воздух. Свежий вечерний воздух приятно щекотал чешую. Дракончик закрыл жёлтые глаза и представил, что это его собственные крылья рассекают воздух и создают этот приятный поток. Толчок лапой, и Анабет кубарем скатилась с Гнейзи. Это сразу заметили Седрик и Терк, два её брата, и, бросив спорный кусок мяса, устремились к сестре. Старше и крупнее, они всегда лезли в драку, что хорошо для Анабет не заканчивалось, хотя Гнейзи обычно успевала их разнять до того, как дело дойдёт до серьёзных увечий. Сейчас она полетела на охоту, но ещё раз сказала детям, что отходить от пещеры смертельно опасно. Конец лета, пищи становится меньше, и опасные враги драконов - волкороги - сбиваются в стаи. Крупные мощные волки с острейшими клыками, тяжёлыми лапами, двумя золотистыми рогами и крепкими крыльями представляли большую угрозу для всех обитателей Ованса. Их вой напоминает предсмертный крик дракона, поэтому, слыша его, Анабет дрожала и пряталась глубже в пещеру. А поют волкороги лишь в двух случаях: голод или удачная охота. В очередной раз услышав жуткую песню, Анабет помчалась к дальней стенке пещеры, уворачиваясь от клыков Седрика. Братья окружили её, басовито рыча и выпуская искры из распахнутых пастей. Вдруг удар чёрного хвоста сшиб задир с лап, и они откатились к стене логова. Из пасти Гнейзи выкатились туша лани и странный серый комок. Анабет сейчас же подбежала к нему и толкнула лапой. С лязгом клыков комок развернулся и превратился в волчонка-волкорога. Испуганный дракон отскочил от него, подняв небольшой гребень. - Он ещё не опасен, пойдёмте есть добычу, - успокоила и позвала мать драконов. Братья моментально отхватили себе лучшие куски лани, а Анабет достался окорок, который полностью её устроил. Вороватой походкой волчонок тоже хотел подобраться к лани, но Гнейзи хвостом отбросила его назад: - Не смей есть вместе с драконами! - прорычала она. Волчонок оскалился в ответ и попытался вцепиться в хвост, но получил более ощутимый удар и остыл. Анабет, наевшись, оттащила свой окорок ближе к нему. Ей хотелось познакомиться с новым сожителем, ведь он совсем не был похож на тех огромных волкорогов, что крали маленьких дракончиков, да и нередко загрызали взрослых. - Возьми, - дружелюбно сказала она. Недоверчиво мигая голубыми глазами, волчонок приблизился к мясу и впился в него, не опуская глаз. - Твоё имя? - спросила Анабет, разглядывая чужака. Волчонок прорычал что-то длинное и неясное языку драконов. Язык волкорогов известен очень немногим народам, но они понимают как миниум три языка с рождения. Позже овладевают навыками речи. Волкороги любят говорить со своими жертвами. Собственно, они похищают детёнышей именно с этой целью: обучить своих. Например, принести дракончика. Кормить его, относительно заботиться. В первую очередь, чтобы не убежал. Когда он подрастёт, вырвать зубы, возможно, сломать крылья, чтобы не доводить уровень опасности до смертельного. А потом Бой. Подросшие волчата пробуют свои клыки на искалеченном враге. Пусть он не может улетететь, не может перекусить хрупкую шею, но противник ведь. Настоящий, сопротивляющийся. Анабет, конечно, этого не знала, но мать принесла волчонка именно для Боя. Гнейзи целенаправленно летела на Скалистое плато, чтобы утащить детёныша из лап зазевавшейся матери. Он подвернулся ей на склоне Семи Копыт. Сбежал из логовища, чтобы поохотиться самому. Дракониха помнила, как он испуганно повернулся на шорох крыльев. Но воинственно поднятый хвост не поджался. Как волкороги самоуверенны и глупо бесстрашны. Они не умеют отступить, сдаться. Всегда бьются до конца. И этот пытался. Он даже прокусил ей чешую на губе. Смотря на действия дочери, Гнейзи отметила: "Она пытается подружиться с ним... Ну что ж, тогда с одним шагом сближения каждый укус на Бою будет цениться намного больше. Она ведь не пойдёт против рода. Не может..." Тут Анабет почувствовала, что в её загривок мягко вцепились зубы матери. Дракониха перенесла детёнышей к своему боку и обернула хвостом. Волкорог остался в дальнем конце пещеры с недоеденным окороком Анабет. Его вроде бы маленькие клыки рвали ткани так, как клыки дракона смогут только лет через пять. Едва дракончики угомонились, Гнейзи начала свой неторопливый, печальный рассказ. - Сегодня я вам расскажу о далёком королевстве, что намного севернее нашего ущелья. Это земля драконов, там нет врагов, огромные стада ланей, вековые леса, бурлящие водопады. Я когда-то сама там жила. - А почему тогда мы живём в этой бесплодной долине? - спросил Сэдрик. - Не торопи меня, узнаешь! - мягко улыбнулась Гнейзи и продолжила рассказ, - Очень давно в Северном королевстве правил Царь Драконов, он был могуч и силён, но жаден и трусоват. У него было много детей и, опасаясь за свою власть, он изгнал их всех в пустоши, скалы и долины, надеясь на их скорую смерть от голода, от лап врагов. И его надежды почти сбылись: жива осталась только одна дочь. С морды Гнейзи упала большая прозрачная слеза прямо на дремавшую Анабет, и та подскочила. - Когда мои крылья поднимут меня, я найду это королевство! - Анабет была полна решимости. - Спокойно, дочь моя, в этом нет нужды: наша жизнь спокойна и в этой долине, - голосом полным нежности и печали отвечала ей мать. Не став прекословить, Анабет закрыла глаза и стала мечтать о далеком, неизвестном, но вместе с тем прекрасном Северном королевстве.