Катерина

Песня: Lorde – Everybody Wants To Rule the World Мужчина стоит спиной, молча глядя в тишину ночного города, с видом умудренного жизнью старца. Хотя на первый взгляд ему не больше тридцати. Хм, внешность зачастую обманчива, особенно в этой ситуации. Из-за полумрака, царившего в комнате, можно разглядеть лишь очертания силуэта незнакомца: высокий, широкоплечий, в дорогом костюме, с фальшивой улыбкой на точеном лице. Легкая небрежность в движениях, едва уловимое безразличие, которое стало так модно в последнее время у обычных людей. Несмотря на все это, он не выглядит фальшивым, скорее наоборот. Все смотрится так органично… пожалуй, даже слишком. Словно детально продуманный образ, маска, ставшая настоящим лицом. Есть в нем что-то неуловимо притягательное и в тоже время опасное. Неимоверное количество женщин влюблявшихся в него, были похожи на бабочек, слепо и наивно летевших примиков к огню. Мужчина и был тем самым огнем, дотла сжигающий все на своем пути. Клаус медленно, почти лениво отворачивается от окна, не спеша допивая виски в граненом стакане. Словно только что вспомнив, что он не один, мужчина хмурится. Молодая девушка стоит прямо перед ним, гордо вскинув подбородок, самонадеянно думая, что сможет скрыть страх от столь проницательно существа, как Никлаус. Ее руки сжаты в кулаки, а сердце беспокойно трепещет в груди, с головой выдавая девушку. Она понимает, что проиграла, но все же, надежда где-то теплеет внутри брюнетки, словно монстр, в чьи цепкие лапы она угадила, мог внезапно переменить свою точку зрения касательно ее судьбы. Брюнетка была так молода, так красива и… так наивна. Бороться на этот раз бессмысленно. Ее роль сыграна с триумфом, пора закончить спектакль и опустить занавес, но все же монстр, в обличье мужчины, медлит. - Просто убей меня, - шепчет девушка, пересохшими губами. Страх противным комком подступает к горлу, когда мужчина делает несколько шагов по направлению к ней. Девушка инстинктивно отступает, словно это может спасти ей жизнь. - Это будет слишком просто, - Никалаус специально растягивает слова, будто пробуя их на вкус. Ему нравятся моменты, подобные этому. Сейчас он чувствует абсолютную власть, в его руках все карты и лишь ему дано решать каким будет следующий ход. - Тогда что? – брюнетка приподнимает голову, видимо хочет казаться выше и чуть смелее, чем есть на самом деле. По правде говоря, ей всегда нравились игры, в конце концов, она сама провела немало времени, манипулируя людьми, словно фигурами на шахматной доске, но вот оказаться самой на их месте было довольно неприятно. - Настолько сильно хочешь умереть? Девушка едва заметно отрицательно качает головой. Нет, она не хочет и никогда не хотела. Скорее наоборот, все, за что она когда-либо боролась – ее собственная жизнь. - Я хочу жить… больше всего на свете, - поддаваясь неизвестному порыву, брюнетка буквально выплевывает эти слова, что вызывает довольную ухмылку на точеном лице мужчины. Так интереснее. Он отставляет стакан на журнальный столик и вновь приближается к девушке. На этот раз она не отстраняется и не отступает назад ни на дюйм. Страх по-прежнему цепкими оковами окутывает ее тело, но теперь в кровь выбрасывается неимоверное количество адреналина. Брюнетка закусывает губу, чувствуя возбуждение, от такой близости со своим новоиспеченным тюремщиком. Никалаус медленно дотрагивается до девушки, тыльной стороной руки, глядя прямо в карие глаза. Он – охотник, она – жертва. Хотя, по правде говоря, такая роль ей в новинку, и девушка ловит себя на мысли, что ей это даже нравится. Мужчина наклоняется все ближе, и теперь брюнетка может почувствовать его обжигающее дыхание на своей коже. Волна мурашек разносится по всему телу, от чего девушка вздрагивает. Ей кажется, что вот-вот Никалаус поцелует ее, но этого не происходит. Резко и неожиданно он до боли сжимает горло девушки и шепчет, вновь растягивая слова. - Я подарю тебе вечность, Катерина, после которой ты будешь молить меня о смерти.