Колесо фортуны

Не загадывай надолго, будь в надеждах осторожен: Колесо судьбы коварно, поворот любой возможен. (с) Хусрави

Портал перенес нас в центр другой поляны, находящейся в другом лесу. Она была меньше размером, и мы все еле поместились на ней. - Внимание, - заговорил капитан зычным голосом. – Нам сейчас необходимо выйти из леса. По нашим подсчетам неподалеку должна быть просека. Отправляемся туда. Так мы и сделали. Расчеты не обманули, и уже через пятнадцать минут мы раскидывали лагерь на свободном от деревьев пространстве. Солдаты действовали слаженно и быстро, заметно было, что для них обустройство походного лагеря не в новинку. Буквально через полчаса просека сплошь была заставлена палатками, тут и там горели костры, а над ними уютно бурлили котелки с кашей. Солдаты немного расслабились, а потому, рассевшись вокруг огня с чашками наготове, вели неспешные беседы. Фирол же решил устроить небольшой военный совет перед обедом. Он собрал в своем шатре всех десятников и нашу четверку (саага безжалостно выставили за дверь) и изложил план: - До вражеского лагеря один день пути. Сегодня уже нет смысла отправляться, мы прибудем туда только к утру. Нам же лучше действовать ночью. Поэтому отдыхаем и готовимся к бою, а завтра на рассвете тронемся в путь. Однако отряд разведчиков выдвинется уже сегодня, - он посмотрел на одного из десятников, тот кивнул. – Ваша задача – сверить данные предыдущей разведки. Примерный план атаки у нас уже готов, мы его скорректируем в соответствии с новой информацией. Вы, детишки, пойдете с тем отрядом, который отвечает за освобождение пленных, - он указал на рыжеволосого десятника с бардовыми глазами. – Можете идти отдыхать, а я объясню остальным их задачи. Мы вышли из шатра очень недовольные – Фирол просто послал нас туда, где будет безопаснее всего, уж другие отряды об этом позаботятся. С другой стороны, мы с Кирлом сможем лично убедиться, жив ли Лирл. Я задумчиво потрепал Фара по макушке, пытаясь решить для себя, доволен я или все-таки нет приказом капитана. Не придя ни к каким выводам, вздохнул, бросил Кирлу ободряющую улыбку (не смотри так, Рур, тебе она не предназначалась!) и отправился обедать.

***

П/а: отсюда и до конца главы повествование ведется от третьего лица. Дардрен Мурд задумчиво подпер кулаком щеку и, как всегда в свободное от забот время, мечтал. О нет, не о юных девах, не о богатстве и даже не о славе. Он грезил о возвышении своего народа, которое произойдет в скором времени, с его помощью, конечно. Старый маг долго, бесконечно долго ждал этого момента. Он копил силы, искал единомышленников и строил планы. За это время волосы его покрылись сединой, а в руках не осталось и намека на ту силу, что бурлила в нем в молодости. Пусть! Он с лихвой компенсирует это магическим могуществом и ждущей своего часа армией покорных рабов. Гадкая усмешка выползла на землистое лицо мага, отчего дряблые пористые щеки задрожали, а тусклые голубые глаза зло вспыхнули. Дардрен потер руки в предвкушении и нетерпеливо заерзал костлявой задницей по роскошной красной подушке своего кресла. «Как жаль, что еще не время осуществлять мой план, - подумал он. – Но скоро, совсем скоро этот мир падет к ногам орфинов, как и должно быть, ведь мы величайшая раса во Вселенной». Худые плечи орфина затряслись, и в комнате раздался его смех, сухой, трескучий, будто кто-то рассыпал крупу по полу. В этот момент ликования раздался стук в дверь дома. Для старого мага принесли еще одну радостную весть, хотя он пока об этом не догадывался, потому недовольно поджал губы и излишне строгим голосом велел непрошенному посетителю войти. В дверь робко просунулась зеленая морда, затем показалась рука, а потом вошел и весь гоблин, тут же принимаясь непрерывно кланяться. Дардрен узнал в пришедшем вождя племени и благосклонно кивнул, дозволяя говорить. - Господин Мурд, наши наблюдатели засекли всплеск магии в дне пути от лагеря. Предположительно, он вызван действием портала на большое количество разумных. - Как? – орфин даже приподнялся в своем кресле от удивления, а затем знакомая усмешка обнажила пеньки зубов. – Значит, наши остроухие друзья решили освободить пленников? – сухой смех снова затрещал по комнате. – Их ждет теплый прием. Грумгрбрыг, твои гоблины знают, что делать? – вождь кивнул. – Отлично… Тогда готовьтесь, нам предстоит веселая ночка… «Глупцы, - злобно оскалился маг, когда дверь за гоблином закрылась. – Они недооценили даже этих зеленомордых карликов, не зная, что те могут улавливать их магию, и хотят посоревноваться в хитрости с орфинами? Пусть попробуют…»

***

На деревню, некогда принадлежавшую скайринам, а теперь оккупированную орфинами, медленно опускалась ночь. Она мягко обволакивала своими темными объятиями все сильнее, не считаясь с тем, что жители еще и не думали засыпать, засев в засаде по всему поселению. Накрывала она своим пологом и почти беззвучно двигающуюся в сторону деревни группу вооруженных скайринов. Совсем скоро ночь окончательно вступить в свои права, а тонкий серп месяца станет свидетелем поистине ужасающей битвы. Отряд воинов очень близко подошел к стану врага и остановился. Посыпались беззвучные команды, и строй разделился на несколько частей. Кое-кто остался на местах, а остальные, действуя все так же тихо, стали окружать, казалось бы, спящую деревню. Темные тени рассредоточились вокруг лагеря и стали постепенно смыкать кольцо. Спустя непродолжительный промежуток времени воины одновременно ступили на территорию врага и начали продвигаться вглубь. Почти сразу один из отрядов отделился и двинулся в сторону огромного амбара, где держали пленников. Внезапно огромная фигура во главе другого отряда настороженно замерла и стала оглядываться. Капитану не понравилась царящая в деревне тишина и отсутствие патруля. Однако он опоздал со своими подозрениями. Отовсюду повыскакивали воины, а позади выросла стена из нежити – ловушка захлопнулась. Скайрины, не растерявшись, вскинули мечи, но тут же в ужасе отступили. Они поняли, с кем будут сражаться. Прямо перед ними стояли скайрины, внушая ужас даже в ночи ясно различимыми черными глазами и изборожденными шрамами от слез щеками. Смелые и ни перед чем не отступающие солдаты дрогнули. Всех сковал холод страха. Одно дело умереть, спасая своих соотечественников, совсем другое – стать вечным рабом, лишенным души, врага. Болезненная тоска сжала сердца воинов, жалобно зазвенела в тиши алиньяр. Все понимали: живым отсюда не вернется никто. Твердая решимость забрать с собой страдающих скайринов поселилась в душе каждого. Словно единый организм, войско одновременно выдохнуло и перестроилось. Маги отправились прикрывать спины от нежити, а солдаты вновь подняли мечи. Битва началась. Яростно сверкнули клинки оружия, замелькали первые заклинания. Враги не знали жалости, не чувствовали боли и страха, но не могли сломить осознающих близкую смерть воинов. Руки двигались в непрерывном танце, мечи вспарывали вражеских скайринов одного за другим, и они падали безвольными марионетками, у которых обрезали ниточки. Не отставали и маги. Деревню наполнил дым и смрад от горящих тел нежити, тонкое визжание раздавалось отовсюду. Однако тяжелее всего пришлось тем, кто отправился за пленными, их ждали все гоблины, осевшие в деревне. Как и доложила разведка, их было больше ста, а в отряд состоял всего из двенадцати скайринов, одного человека, двух шайесов и одного саага. Тем не менее сначала преимущество было на их стороне. Главный маг орфинов явно не учел при планировании засады, что к отряду скайринов присоединятся величайшие воины Аэйлиа шайесы. Они, как два миниатюрных торнадо, ворвались в ряды гоблинов, кровь хлестнула во все стороны, будто перевернули бочку, наполненную ею. Враги падали сразу десятками, зажимая, кто горло, кто живот. Дикие крики ужаса зазвучали со всех сторон. Трусливые гоблины попытались отступить, но позади их был амбар с пленниками. И тут в бой вступил щуплый парнишка, совершенно безобидный на первый взгляд, но не теперь… Глаза вспыхнули гневным многоцветием, белая коса всколыхнулась за спиной, в руке появился узкий меч, а затем на врагов посыпался град смертоносных заклинаний. Перепуганные действиями шайесов гоблины заверещали еще громче – в силу своей магической немощи колдовства они боялись больше всего остального. Невероятно, но возможно отряду спасителей и удалось бы окончательно сокрушить врага, если бы орфины не сообразили, что союзникам требуется помощь. Грозные маги смерти выросли перед скайринами будто из-под земли, и ход битвы мгновенно переломился. Сразу трое спасателей рухнули на землю, с ужасом наблюдая, как их почерневшие от злого колдовства руки осыпаются гнилой трухой. Еще двое, захрипев, согнулись пополам, и их начало рвать кровью пополам с зелено-желтым, отвратительно пахнущим гноем. Оставшихся успел прикрыть щитом Кайа. Однако какое-то заклинание, щедро выпущенное орфином, успело задеть Кирла. Испепеляющая ярость вспыхнула в разноцветных глазах. Краски вихрями закрутились в радужке. Дикая, неоформленная волна магии обрушилась на орфинов, и шестеро из них сразу осыпались горстками пепла, еще около пятнадцати катались по земле со страшными ожогами. В строю оставалось еще примерно десять магов, но путь к амбару был свободен, и парень бездумно бросился туда, не прикрывшись даже щитами, с криками: - Лирл! Лирл, отзовись, это Кайа! Легкомыслием скайрина не замедлил воспользоваться небезызвестный Грумгрбрыг, запустив в его сторону метательный кинжал. Парень не успел бы среагировать, даже если бы знал о надвигающейся опасности. Однако ее видел Рур. Он и кинулся наперерез оружию. Ему ничего не грозило, он был прикрыт щитами, если бы не одно но! Один из обожженных орфинов, глядя в радужные глаза шайеса, мстительно выплюнул какое-то заклинание, и щиты с жалобным хрустом обрушились, а кинжал вонзился в грудь Рура. Одновременно с этим Кайа тоже пронзила острая боль в груди. Он обернулся и успел заметить оседающего на землю алиньэ. - Нет! – глаза парня немилосердно защипало, медлить было нельзя, но и о друге стоило подумать. – Маарин, хватай Кирла и спасайте пленных, а я займусь своим алиньэ. Голос Кайа звучал уверенно, а внутри все сотрясалось от нарастающей паники. «Рур умрет? Из-за моей глупости? Нет, ни за что, не позволю! Это мой шайес и на милость Тьмы я его не отдам», - с этими мыслями он опустился на колени возле алиньэ. Битва для него отступила на второй план, в страхе за шайеса он поставил настолько мощные щиты, что к нему даже с мирными намерениями никто не смог бы подойти. - Придурок, - борясь с истерикой, прокричал он Руру. – Почему ты не использовал атакующие заклинания? Ведь успевал же! - Не… мог… целитель… не… воин… - с трудом выговаривая слова, выдавил тот. Кайа не поверил своим ушам. Если бы не опасная ситуация, он бы рассмеялся: какая ирония судьбы, шайес, прирожденный воин, оказался в магическом смысле слаб. Целитель! Надо же. Скайрин нетерпеливо тряхнул головой, прогоняя ненужные мысли, Руру нужна была помощь. Однако сам Кайа-то отнюдь не целитель… Единственное, что он мог сделать, это наложить слабенькие лечебные заклинания. Призыв стихий в данном случае не помог бы, у шайеса просто не было сил сопротивляться их сладкому призыву к единению. Кайа, ругая себя за то, что отпустил лекаря, воспроизвел все известные ему заклинания исцеления. Затем он потерянно огляделся, мимоходом отметив, что из его союзников в живых не осталось никого, а жалкая горстка орфинов методично пытается пробить его щиты. Что делать дальше, он не имел представления. Однако удача не отвернулась от него. В тот момент, когда он решил попытаться пробиться через заслон врагов и осторожно вынести Рура за пределы деревни, из амбара показался Маарин с Кирлом. За ними следовали пленники, среди которых парень с радостью разглядел Лирла. Кайа с облегчением вздохнул было, но тут орфины тоже заметили оживление позади себя. Безоружные пленные показались им более легкой добычей. Хищными птицами они кинулись в их сторону. - Стойте! – отчаянно завопил Кайа, вскакивая с колен. Вдруг что-то с громким хлопком лопнуло, и мир поглотила белая вспышка.

***

Спокойная полноводная река, освещенная луной, неспешно несла свои воды на север. Пологие берега ее были песчаными и так и манили отдохнуть. Далекий лес качал ветвями в такт непоседливому ветру. Тишина нарушалась лишь чуть слышным шуршанием ночных зверей… Романтическая картина, идиллия, которую нарушил громкий всплеск. Он потревожил гладь реки, послав волны на берег и распугав мирно занимающихся своими делами зверей. Там, где только что никого не было, оказались несколько разумных. Они барахтались в холодной воде и жадно хватали ртом воздух. Наконец один из них сориентировался и бодро поплыл к берегу, таща за собой кого-то, пребывающего без сознания. Спустя минуту на берег выбрались шестеро парней и сааг. Отфыркивая воду, они изумленно осматривали окружавшую их местность. - Что произошло? Где мы? – раздался хриплый голос Кирла. - Сейчас это неважно, - панически отозвался Кайа, - Маарин, помоги Руру. Шайес вскочил на ноги и кинулся к ним. Быстро осмотрев рану с так и торчащим вверх кинжалом, он принялся за работу. Приказав Кайа покрепче держать алиньэ, он одним рывком выдернул клинок и тут же зажал рану ладонью, другой рукой он, не глядя, зашарил в сумке, висящей на бедре. Достал оттуда пучок какой-то травы и пузырек с непонятной жидкостью. Трава была осторожно уложена на порез и залита этой жидкостью. Затем лекарь ловкими и уверенными движениями туго перебинтовал грудь. Все это время Кайа с беспокойством следил за ним. - Жить будет и даже поправится достаточно быстро, - поспешил успокоить его шайес. – Только нужен покой. Облегчение отразилось не только на лице Кайа, но и другие тоже заулыбались. Тем более что сражение осталось позади… кстати, об этом. - Где мы все-таки? Кто-нибудь знает? – снова спросил Кирл. - Кажется, я знаю, - раздался тихий, неуверенный голос. Алиньэ Лирла обвел всю компанию робким взглядом розовых глаз и достал из-под рубашки круглую бляху, на которой было что-то нарисовано. Все столпились вокруг стушевавшегося от такого внимания парня. Дрожащей рукой он протянул предмет Кайа. Тот с интересом стал изучать рисунок, а затем неожиданно для всех с проклятьями бросил амулет на землю. Его друзья с еще большим любопытством уставились на загадочный предмет. Он представлял собой круглую эмблему, которая была разделена на пять частей: четыре картинки во внешнем круге и одна в центре. А изображали они богов и… Тьму. Причем боги в мольбе тянули руки к таинственной фигуре, завернутой в черный плащ. - Боги молят Тьму о чем-то? Что за бред? – удивленно спросил Лирл. - Тебя только это удивляет? – в свою очередь изумился Кайа. - А что еще? – не понял друг. Видя такое же недоумение на лицах остальных, парень вздохнул и брезгливо поднял амулет. Сначала ничего не происходило, только Кайа внимательно и зло смотрел куда-то чуть выше круга, затем над изображениями медленно стали появляться символы, складываясь в слова: «Приветствую, странник! Да укажет тебе путь ночь и верховной дейры светлый лик. Тот, кто ищет, найдет». Потом надпись также неторопливо сменило изображение плиты с какими-то письменами на ней. - Что это? – почему-то шепотом задал вопрос Лирл. - А так не понятно? – Кайа в раздражении опять бросил амулет. – Это указатель к Скрижалям Тьмы. Скорее всего, именно он и перенес нас сюда. Пррроклятье Тьмы! Я убью Дариила! Он наверняка именно поэтому послал нас в эту бойню! Все-то он знает, все-то он за нас решает! - То есть теперь мы можем найти ответы на вопросы? – со интонациями господина я-обожаю-приключения сказал Кирл. - Ничего мы искать не будем, понятно? – в ярости крикнул Кайа, сверкая разноцветными глазами. - Но как же?.. Судьба посылает тебе такой подарок… - Плевать я хотел… - начал дошедший до точки кипения скайрин, но закончить не успел, со стороны Рура раздался протяжный стон, и он сразу бросился туда. Непроизвольно схватил алиньэ за руку и обеспокоенно поинтересовался: - Как ты? - Ничего. Бывало и хуже, - последовал ответ. – Из-за чего вы там так кричали? - Мы отправляемся за Скрижалями Тьмы, - не дал и слова сказать человек. - Правда? Здорово! Наконец-то разберемся в природе нашей связи. Кайа, явно желавший опровергнуть слова друга, захлопнул рот и только наградил того убийственным взглядом. - Спи, идиот! С этими дурацкими божественными табличками потом разберемся. Тебе надо сначала поправиться. - Волнуешься за меня? – шутливо спросил Рур. - Да кто… что… еще чего! Я беспокоюсь за себя, ясно? Ни к чему мне щеголять черными провалами глаз, - возмущенно задохнулся его алиньэ и отвернулся, не выпуская, однако, своей руки из слабой хватки руки шайеса. Кирл, заметив это, понимающе ухмыльнулся и ободряюще подмигнул Руру. Что-то подсказывало человеку, что за Скрижалями они все же отправятся…

КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ