Дневник

      – До свиданья, Любовь Петровна! – попрощалась я и, взяв сумку, вышла из дома.       На улице весна, погода прелестная. Солнце светит ярко, ветер обдувает шею.       Я пошла вдоль по улице до кафе «Алые паруса», где мы с Асей (моей подругой детства) договорились встретиться.       С Асей я дружу еще с 12 лет. В 1-ом классе мы были очень отдалены, редко переговаривались, но через несколько лет нас сдружила одна тема. Я, как мы уже знаем, обожала Дэниела Рэдклиффа до неимоверности. Ася тоже обожала одного актёра. Его зовут Томас Крантс. Мы так много историй придумывали о ней и Томасе, обо мне и Дэниеле... И всё это было так мило! Мы даже надеялись, что когда-нибудь их встретим. Поэтому сейчас этот вопрос и решится, поеду ли я за НИМ или просижу всю жизнь в съёмной квартире? Я думаю, сейчас мы с Асей решим именно это.       Увидев яркие белые буквы на синей вывеске «Алые паруса», я ускорила свой шаг и заняла свой столик. Тааак, без пятнадцати два. Ладно, сейчас она подойдёт.       Не прошло и минуты, как за столик села яркая девушка с чёрными вьющимися волосами, которая очень мило улыбалась мне. – Надо же! Какие люди! Я тебя даже не узнала! – проговорила она. Я улыбнулась. – Ты тоже прекрасно выглядишь,– ответила я. Ася заметно засмущалась. – Да ладно! В общем, – на этот раз она приняла серьёзный вид.– Я тебе должна кое-что рассказать и не могла тебе не позвонить и не встретиться.       Она выдохнула и положила свою сумку на стол. Я удивлённо на неё посмотрела. – Эмм...       Она закатила глаза и достала из сумки... Ну что она может достать из сумки? Конечно, ежедневник! Он был не чёрный, как у меня, а оранжевый с надписью "London". Я хитро улыбнулась и достала из моей сумки мой ежедневник. Она, конечно, удивилась. – И ты тоже его нашла? - спросила она. – И не только. Так что ты хотела этим сказать?       Девушка заметно погрустнела, т.к. хотела произвести некое впечатление. Она продолжила: – В общем. Я тут подумала, эм... Я хочу поехать за ним. – Что?!       Я удивилась утверждению девушки. Честно говоря, это полный абсурд: зачем следовать условиям, которые ты ставил в детстве? Хотя, может... Так и надо бы... – Да. Понимаешь, я так всё это вспоминала, и... Наверное, я влюблена во всю идею этой поездки. Я очень хочу встретить его. Хочу увидеть, обнять... – Ась, я не хочу разрушать мечты, но ты сама встань на его место: припёрлась какая-то девчушка, сразу бросается в объятья... Ну это же не так просто!       Ася обиженно надула губки. – А я думаю, что всё получится. Я постараюсь объяснить ему всю ситуацию. Понимаешь, мы же... Я думаю, что я влюбилась в него. Сколько лет я уже его люблю? Лет... Девять? Ну не каждый так может! Любовь проверяется временем! – Кхэм, дружба проверяется временем. – Суть одна и та же. Короче говоря, я пытаюсь предложить и тебе это: ты же в 12 лет мечтала об этом даже больше меня! Ты так хотела его увидеть! Ты хотела, чтобы он тебя обнимал, целовал...       Я высунула язык. Какая гадость! Неужели не мы одни с Асей были такими? – Вот ты высовываешь язык, а если бы ты поехала... Увидела... Ты просто предала свою мечту.       Услышанные слова я крутила в голове долго. Я просто предала свою мечту. Хмм... А может, она права? – Ты могла бы сейчас жить с ним, чтобы он нежно целовал тебя, ласкал... Тебе не обидно? Ты можешь занять своё место!       Я промолчала. Вот это уже правда. – В общем, я покупаю билеты и скоро улетаю. Если ты со мной – звони,- и с этими словами она вспорхнула со стула и ушла.       Времени четыре часа. Долго же мы просидели... Я встала со стула и, медленно переводя ноги, поплелась домой.       – Беллочка, покушаешь? - прозвенел голосок Любови Петровны. – Нет, спасибо. Я очень устала сегодня. Пойду, прилягу. – Ну иди, иди,– недоверчиво произнесла женщина.       Войдя в комнату, я немедленно достала лист бумаги с ручкой и стала чертить. Что? Платья, схемы... Зачем платья? А в чём я к любимому пойду? К чему схемы? Какова вероятность того, если я соглашусь поехать.       Так, это уже перебор. Я никуда не поеду. Я никуда не поеду. Я НИКУДА НЕ ПОЕДУ!       Но какая-то часть меня всё-таки желает это сделать. И это маленькая часть даёт мне надежду. Я собираю вещи. Все, которые только вместятся в чемодан.       Вещи летят в него одна за другой. – И носки,– про себя проговорила я.       Покончив с вещами, я села на чемодан и закрыла его. Он так набух, что это стоило мне тяжёлых усилий.       Я достала телефон и позвонила подруге: – Заказывай билеты, я лечу.