Превратности судьбы

Обращение автора! Уважаемые читатели! Так случилось, что мой соавтор Настя удалила свой профиль. Жизненные обстоятельства у всех бывают разными. Вплоть до 9 главы и часть 10 написана совместными усилиями, а вот дальше пойдет исключительно моя работа. Так как в 9 главе меня саму многое не устраивало, я ее переписала так, как вижу ее у себя в голове. Вышло немного по-другому. Так же в работе появилась новая бета - Лера, которая приступила к исправлению с 9 главы. Вы не поверите, у меня никогда еще не было все таким красным, как с ней. Спасибо, тебе Лера! ))) Приятного прочтения! С уважением, ваша Ксюша! ***** Утро наступило совсем неожиданно. Сульпиция с трудом могла пошевелиться: тело нещадно ломило, кровь на спине запеклась, и ранки покрылись темной коркой. Чуть приподнявшись с пола, девушка попыталась встать, но ей это оказалось ей не под силу. В голове постоянно всплывали картинки того, что произошло вчера. Девушке хотелось плакать от отчаянья и боли, но слез не было, была только какая-то внутренняя пустота. Неожиданно дверь наверху приоткрылась, пропуская в темный погреб полосу яркого света, заставившего Сульпицию зажмуриться. Сквозь чуть приоткрытые глаза девушка увидела мужской силуэт, и тело невольно сжалось в комок, ожидая новые побои. Послышались быстрые шаги спускающегося по ступеням человека. Сульпиция сильнее зажмурила глаза, мысленно прося всевышнего о спасении. Теплые руки прикоснулись к ней и обеспокоенный голос спросил: — Мисс, как вы? — это был Мартин. — Барон приказал вас выпустить. Мужчина попытался поднять девушку, но она с тихим стоном опустилась на пол. Мартину было больно видеть свою юную хозяйку такой разбитой. Он бережно подхватил ее под руки и поставил на ноги. Когда его рука обвила талию девушки, то с губ Сульпиции сорвался слабый стон боли. — Потерпите, мисс, — прошептал мужчина, — сейчас я вам помогу. Они медленно поднимались по лестнице. С каждым шагом боль в спине становилась сильнее. Голова постоянно кружилась, и, если бы не поддержка Мартина, то девушка уже давно бы упала. Когда они добрались до кухни, на плечи Сульпиции неожиданно легла прохладная ткань — это горничная Мэри накинула шелковую шаль на оголённую спину. Девушка смутно помнила, как добралась до своей комнаты, как ее бережно уложили на кровать, как Мэри омывала ее спину теплой водой и обрабатывала раны. Потом чьи-то руки подняли ее голову и влили в нее стакан воды с лаундаумом. Постепенно тело девушки расслабилось, и она погрузилась в глубокий сон без сновидений. Несколько дней девушка провела в беспамятстве. Она просыпалась и тут же вновь проваливалась в сон, сквозь который слышала, как приходил дядя и интересовался ее состоянием, как Мэри обрабатывала и смазывала раны, как пыталась накормить ее бульоном. Сознание совершенно не хотело возвращаться в ее тело, ей было удобно и хорошо находиться на грани и не думать ни о чем. Боль, как душевная, так и физическая, растекалась по всему телу, вытесняя из головы разумные мысли. Спустя неделю, девушка наконец-то смогла самостоятельно встать с кровати и пройтись по комнате. Голова кружилась от бессилия, спина ныла от соприкосновения с тканью сорочки, но она мужественно шла к своей цели. Умыв лицо холодной водой, Сульпиция посмотрела на себя в зеркало. Отражение заставило ее ужаснуться: на нее смотрела исхудавшая девушка с синяками под глазами и впалыми щеками. Ее человеком-то назвать в этот момент было трудно. Какая-то телесная оболочка обтянутая кожей, и больше ничего, но сильнее всего ее напугал собственный взгляд — пустой и отрешенный. Приспустив рукава рубашки и сморщившись от боли, она увидела еще свежие кровоподтеки на спине — раны еще не совсем затянулись и выглядели ужасно на белой коже. — Рассматриваешь мои труды? — ехидно спросил голос за спиной. Девушка резко обернулась и попыталась натянуть на плечи рубашку, чем причинила себе еще большую боль. В дверях стоял сам барон Грей, расплывшись в слащавой улыбке и наслаждаясь открывшейся его взгляду картиной. Оторвавшись от дверного косяка, дядя не спеша подошел к племяннице, заставляя ее отступить на шаг назад. Подняв руку, он коснулся пальцами щеки девушки и, проведя ими до подбородка, несильно сжал его, заставив ее поднять свои глаза. — Ты подумала? — чуть слышно спросил он, внимательно следя за ее реакцией. Сульпиция нервно кивнула головой, барон наклонился к ней ближе. — Хорошо, моя милая, — ласково прошептал Грей, обдавая щеку девушки горячим дыханием. — Сегодня состоится твоя помолвка. Помни о своем обещании, и не расстраивай меня. Голос его звучал сладко и приторно, словно патока, но от этого был не менее зловещим. Сульпиции было страшно, она была готова согласиться на все, лишь бы дядя больше не запирал ее в погребе. Барон, увидев реакцию племянницы, остался доволен и, нежно поцеловав ее в лоб, отчего девушка вся сжалась, покинул комнату. Как только дверь за ним закрылась, девушка привалилась спиной к стене и медленно сползла по ней. Ее била мелкая дрожь, ладони вспотели, а сердце того и гляди готово было выпрыгнуть из груди. Она сидела, обхватив колени руками, и смотрела в одну точку. Боль в спине была ничем по сравнению с болью в душе. Она понимала, что проиграла в этой битве и теперь придется просто смириться и плыть по течению. Сульпиция не знала, сколько так просидела, пока не почувствовала, как чья-то рука прикоснулась к ее плечу. Вздрогнув, девушка подняла свои голубые глаза и увидела обеспокоенное лицо Мэри. — Мисс, барон приказал начать ваше приготовление к предстоящей помолвке, — произнесла горничная, помогая девушке подняться. Укрыв Сульпицию шалью и открыв дверь, Мэри приказала лакеям внести ванну и ведра с горячей водой. Девушка наблюдала за всем этим с отрешенным видом, словно все мысли ее были далеко отсюда. Мэри тем временем закончила приготовления и, выпроводив лакеев, подошла к хозяйке. Подведя девушку к ванной, от которой шел пар, горничная помогла ей раздеться. Глядя на спину Сульпиции, сердце ее обливалось кровью, она до сих пор не могла поверить в то, что произошло. Только одна надежда теплилась в ней, что герцог Сент-Ивз не будет мучить ее любимую хозяйку, и она все-таки освободиться из цепких пальцев Грея. Сульпиция опустилась в воду, спину стало покалывать и щипать, она чувствовала, как теплая вода успокаивает ее раны и позволила себе немного расслабиться. Мэри намылив кусок ткани лавандовым мылом, начала аккуратно тереть тело хозяйки, смывая с нее весе напряжение и боль. Голова девушки покоилась на бортике, глаза были прикрыты, она вдыхала ароматный пар и немного успокаивалась. Мэри тем временем намылила длинные волосы девушки, после чего Сульпиция погрузилась с головой в воду. Сразу же закралась мысль остаться здесь так, наглотаться мыльной воды и умереть, чтобы отпустить себя, стать свободной и больше не мучиться. Горничная поняла намерения юной хозяйки и резко выдернула ее на поверхность. — Даже не думайте об этом мисс, — строго произнесла девушка. — Его светлость не такой, он и пальцем вас не тронет. Подумайте, — продолжала Мэри, — благодаря этому браку, вы станете свободной. Не стоит радовать барона своей смертью, лучше будьте счастливой ему назло. — Я боюсь, — прошептала девушка. — Не стоит, — твердо ответила Мэри, — лучше расскажите герцогу правду. Вот увидите, он поймет все и накажет барона. Сульпиция лишь кивнула головой, и наконец-то из ее глаз потекли долгожданные слезы, которые приносили хоть какое-то облегчение. — Ну, полно вам, мисс, — прошептала горничная, прижимая сырую голову хозяйки к своей груди. — Вы не виноваты в том, что произошло. Родственников не выбирают, зато теперь у вас есть шанс вырваться из плена и попытаться быть счастливой. — Мэри улыбнулась хозяйке и ободряюще произнесла: — Сегодня вы станете герцогиней, разве это не прекрасное событие? Сульпиция все плакала и плакала, омывая своими горькими слезами израненную душу. Ей становилось легче, ненамного, но легче. Юная мисс не знала, сколько просидела так, но вода, как полагается, остыла, и тело девушки покрылось мурашками. С помощью Мэри она встала, и та омыла ее чистой водой. Горничная подала руку и, как только юная леди аккуратно вылезла из ванны, сразу укутала ее в полотенце и усадила к камину. Высушив волосы, Мэри обработала раны на спине юной мисс, надела тонкую шелковую сорочку и достала платье нежно-розового цвета, которое недавно принесли от портнихи. Волосы горничная закрепила на затылке и спустила тяжелыми локонами по плечам, украсив их тонкой ниткой жемчуга. Сульпиция выглядела прекрасно-нежно, такая юная и красивая, изящная и тонкая. — Спасибо, Мэри, — произнесла девушка, молчавшая все это время. — Очень красиво, — вот только в голосе не слышалось радости. Когда был нанесен последний штрих в виде румян на щечках и капельки лавандовой воды на запястья, раздался резкий стук в дверь. Мэри тут же поспешила открыть ее. На пороге стоял Грей и буравил прислугу свирепым взглядом. — Я надеюсь, все готово? — недовольно спросил он. — Да, сэр, — произнесла Мэри, делая быстрый книксен. — Тогда скажи своей хозяйке, чтобы немедленно спускалась вниз, — сказав это, барон развернулся и направился к лестнице. — Слушаюсь, — только и смогла промолвить служанка. Она вернулась к Сульпиции и помогла ей накинуть шаль, после чего проводила на первый этаж, где ждал раздраженный барон. Взглянув на племянницу, Джозеф расплылся в улыбке, но, увидев затравленный взор Сульпиции, он вмиг посуровел. — Немедленно, надень на свое лицо улыбку, и покажи, что ты радуешься помолвке, — рявкнул Джозеф и уже тихо добавил: — а иначе будешь до конца своих дней сидеть в погребе. Угроза подействовала, как пощечина и девушка, вздрогнув, выдавила из себя подобие улыбки. — Так-то лучше, — одобрил барон и подставил ей свой локоть. — Помни о лице и будь учтива с герцогом. Дядя с племянницей вышли из дома и направились к экипажу. Всю дорогу до особняка Сент-Ивза, девушка не проронила ни слова, а Джозеф не больно-то и рассчитывал. Сульпиция сидела, выпрямившись, боясь облокотиться о спинку сиденья. Спину ломило, а ткань сорочки нещадно натирала нежную кожу. Прибыв на место, девушка увидела все тот же особняк, все тот же свет из окон, и сердце ее сжалось. Как вытерпеть это все? Как устоять и не сорваться? Она поднималась под руку с дядей по лестнице, но мысли ее были только о том, что спина болит все сильнее. Когда они вошли в зал и дворецкий объявил об их приходе, взгляды гостей устремились на Сульпицию, но ей было все равно. На лице застыла маска учтивости, только в глазах, если присмотреться, можно было увидеть отголоски боли. Как только барон с племянницей прошли в зал и стали обходить гостей, к ним тут же подошел герцог Сент-Ивз. Мужчина ослепительно улыбнулся. — Как я рад видеть вас, дорогая мисс Грей, — поклонившись и поцеловав ручку, произнес он. — Вы великолепно выглядите. — Благодарю, ваша светлость, — промолвила девушка и поспешила сделать реверанс, вот только поднимаясь, она задела спиной локоть Грей, и боль волной накатила на нее. Она с трудом смогла сдержать на лице невозмутимую маску. Герцог украдкой наблюдал за девушкой, и от его проницательного взгляда не ускользнуло изменение, промелькнувшее на мгновение на лице Сульпиции. — Мисс Грей, — начал Сент-Ивз, — не желаете ли пройтись по залу? — С удовольствием, милорд! — девушка склонила голову и приняла протянутую Вольтури руку. Джозеф, оставшись довольным, что девушка послушала его, поспешил удалиться к столу с напитками. Герцог под руку со своей будущей женой прогуливался по залу, изредка останавливаясь, чтобы поприветствовать гостей. Однако он видел, что движения Сульпиции были скованны, и каждый раз, когда он приобнимал ее за талию, она вздрагивала и отстранялась. — С вами все в порядке? — учтиво спросил он, когда они остановились около алькова*, и девушка перевела дух. — Да, все хорошо, — промолвила она, пряча свои глаза. Он понял, что она ему врет. Встав перед ней, чтобы закрыть их от любопытных глаз, Аро внимательно посмотрел на девушку и тихо произнес: — Зачем вы врете? Сульпиция подняла на него свой лазурный взгляд, и он увидел в нем страх. — В чем дело, Сульпиция? — вновь спросил он. — Я вижу, как вы шарахаетесь от меня. Стоит мне прикоснуться к вам, то на лице появляются признаки боли. Что это с вами? Или вы так страдаете по Эдварду? Эдвард… Это имя прозвучало, как ушат ледяной воды, заставляя тело покрыться взявшимися из неоткуда мурашками. За своей болью она совсем не вспоминала о нем, а он, наверное, ждал ее и верил. Ей стало стыдно. Герцог наблюдал за ней и видел, какие перемены вызвало одно только имя лейтенанта. Ему вдруг стало неприятно все это, и даже промелькнула мысль бросить этот фарс и найти себе другую кандидатуру... Но она просуществовала только мгновение, чтобы потом исчезнуть навсегда. Он никуда не отпустит Сульпицию, она принадлежит только ему. — Нет… нет, — поспешно ответила девушка. — Лейтенант Каллен тут не причем. Просто… я… Герцог видел смятение на прекрасном лице, и в голову ему закралось страшное подозрение. — Это он, да?! — он не спрашивал уже, а утверждал. Мужчина видел по затравленному взгляду девушки, что попал точно в цель. — Что он сделал с вами? — глаза Вольтури сверкали недобрым огнем, он готов был разорвать барона на тысячу кусков. — Ни… ничего, — она еще ниже опустила голову. Взяв ее за подбородок, мужчина приподнял его, чтобы встретится с глазами Сульпиции. Он долго всматривался, чтобы понять, что произошло, и когда на него снизошло озарение, девушка увидела, как глаза герцога потемнели. — Он избил вас, — утвердительно сказал Аро. — За ваш неудавшийся побег. Она ничего не ответила, а только молча стояла и смотрела на него. — Я убью его! — Сент-Ивз сказал это так тихо и спокойно, что Сульпиция невольно вздрогнула. Девушка поняла, что если его сейчас не остановить, то герцог исполнит свою угрозу. Мужчин уже хотел развернуться, но юная мисс вцепилась ему в рукав сюртука. Он оглянулся и увидел, что в ее глазах стоят слезы. — Милорд, прошу вас, — прошептала она. – Не стоит. — Почему, Сульпиция? — приподняв одну бровь, спросил он. — Может, надо дождаться, когда он изобьет вас до смерти? — Нет, нет, — зачастила она, — давайте лучше поскорее поженимся. Я не хочу быть причиной вашей гибели. В этот момент, в его сердце зажглась искорка тепла по отношению к этой юной леди. Он-то думал, что она беспокоится о своем дяде, а оказалось, что девушку волновала его судьба. Повинуясь инстинкту, мужчина поднял руку и нежно прикоснулся в щеке Сульпиции. Эта короткая ласка обнадежила ее, она робко и несмело улыбнулась в ответ. — Хорошо, — тихо промолвил герцог. — Я сделаю, так как вы желаете. Он хотел было прикоснуться к ней губами. Но не так, как тогда в карете, а нежно и трепетно, прогнать печаль из ее глаз и увидеть в них вновь озорные огоньки. Поддавшись искушению, мужчина стал наклонятся к ней, но приветственный возглас графини Каллен не дал ему сделать это. — Сульпиция! — глаза графини блестели, и она лукаво улыбалась герцогу, стоя под руку со своим мужем. — Как я рада тебя видеть, — женщина тепло улыбнулась и, чуть приобняв девушку, прикоснулась надушенной щекой к ее щеке. — Я тоже рада вас видеть, — ответила взаимностью юная леди и учтиво спросила. — Как вы поживаете? — Хвала Всевышнему, у нас все хорошо, — ответила Эсми и, подхватив девушку под руку, поспешила дальше, мужчины же следовали за дамами. – Вас давно не было видно, вы приболели? — Немного, но теперь все хорошо. Неожиданно гул голосов в зале перекрыл звучный контральто графини Барлоу, которая просила минуточку внимания. — Дамы и господа! — воскликнула она, когда в зале воцарилась тишина. — Мы собрались в этом месте не просто так, — улыбка озарила ее лицо, глаза заблестели от предвкушения. — Его светлость герцог Сент-Ивз оказал мне большую честь сообщить прекрасную новость, — женщина замолчала, выдерживая паузу. — Сегодня в этом месте и в этот час состоится помолвка пятого герцога Сент-Ивза Аро Маркуса Вольтури и племянницы барона Джозефа Грей мисс Сульпиции Джейн Грей. Пусть их союз будет счастливым. Графиня Барлоу захлопала в ладоши и первая поспешила к жениху и невесте с поздравлениями. Зал взорвался аплодисментами, все давно уже ожидали такого исхода, ведь неспроста герцог стал обхаживать молодую мисс. Лишь Сульпиция была ошарашена этой новостью, она совершенно забыла по какому поводу пришла сюда. В душу вновь закралась тоска и страх, быть может, защита герцога это всего лишь уловка, чтобы расположить ее к себе? Первой поздравила молодых чета Каллен, так как стояли рядом с ними. — Дорогая! — воскликнула графиня. — Поздравляю от всей души! — и, наклонившись обнять ее, прошептала на ухо: — Не стоит выглядеть такой потерянной, а то некоторые гарпии подумают, что вас заставили это сделать. Вы же не хотите этого? Как могла Сульпиция объяснить, что так оно и есть, что никакой любви нет, а это всего лишь договор о купле-продаже? Герцог слышал слова Эсми и был рад, что нашелся хоть кто-то разумный, и тактично подсказал девушке, как надо себя вести. Его губ коснулась легкая улыбка, что немного преобразила его суровое лицо. Гости, один за другим, стали подходить к молодым и поздравлять их. — А теперь, — вновь воскликнула графиня Барлоу, — по традиции, обрученные открывают наш бал вальсом. Это было еще одно испытание, которое девушке предстояло выдержать. Герцог поклонился и протянул ей руку, Сульпиция неуверенно сделала реверанс и вложила ему свою, после чего мужчина вывел ее на середину зала. Зазвучали первые аккорды скрипок. Аро бережно положил руку на талию девушки и закружил ее по залу. Он был искусным танцором и умело вел ее за собой. Спина девушки горела огнем, ей казалось, еще чуть-чуть и кровь начнет сочиться из открывшихся ран. В некоторых местах спина начала зудеть, что доставляло еще большее неудобство. Поглощенная своими ощущениями, Сульпиция несколько раз споткнулась и чуть не упала, но герцог вовремя подхватил ее. На губах его застыла светская улыбка, но вот глаза полыхали уже неприкрытым гневом: в своих мыслях он уже убивал барона безжалостно и медленно. Со стороны можно было подумать, что они счастливы вместе, а девушка споткнулась случайно, немного перенервничала и все. Но это было только со стороны… Как только вальс закончился, гости вновь зааплодировали. Герцог поклонился своей невесте, припал поцелуем к ее ручке. — Не хотите ли выйти на воздух? — спросил он у нее. — Было бы прекрасно, — ответила Сульпиция, пряча глаза. Положив ее руку на сгиб локтя, Вольтури вывел юную леди через балконные двери в сад. Ночь уже давно властвовала над городом, воздух был свеж, слышалось пение цикад. Многие гости уже прогуливались по дорожкам сада, которые были освещены десятками свечей. Герцог со своей невестой прогуливались не спеша, встречая гостей, молодые люди принимали поздравления и двигались дальше. Все мысли герцога были о том, что ему хочется плюнуть на общественные устои и пожениться немедленно. Ему отчаянно хотелось освободить девушку от непутевого дяди. А Сульпиция думала о том, что, чтобы ни говорил Сент-Ивз графу Каллену, ее уже это не волнует, ведь лучше быть женой герцога, чем терпеть побои дяди. А любовь? Она быть может, придет позже, со временем. Молча, они дошли до небольшой беседки, укрытой в тени деревьев. Герцог плавно повернул туда, подальше от посторонних глаз. Поднявшись по ступеням, они оказались в изящном помещении, выполненном в светлых тонах. Посередине стоял большой резной стол, а по периметру были расположены скамейки. Вся беседка была украшена живыми цветами, что гармонично смотрелись тут. Внутри стоял пьянящий аромат, который кружил голову. Сульпиция подошла к раскрытому окну и посмотрела на особняк, что утопал в свете свечей. Герцог прислонился плечом к колонне и стал наблюдать за невестой. Она была чудесна в отблесках падавшего на нее лунного света. Она была так юна и чиста, мужчина восхищался ее силой духа. — Спасибо вам, — неожиданно произнесла девушка, не оборачиваясь к нему. — Я еще ничего не сделал для вас, чтобы меня благодарить, — сказал мужчина и, оторвавшись от колоны медленно подошел к девушке вплотную. Запах лаванды, что исходил от нее, манил его, он наклонился к ней, чтобы вдохнуть этот аромат. Аккуратно мужчина развернул девушку к себе лицом, тонкие пальцы коснулись подбородка Сульпиции и приподняли его. Темные глаза смотрели внимательно, улавливая мимолетные эмоции юной мисс: страх, сомнение, смущение — все это было в голубых глазах, а еще он увидел там промелькнувшую искорку надежды. — Мисс Грей, — полушепотом произнес Вольтури, — с сегодняшнего дня вы официально находитесь под моей защитой. И ваш дядя должен это понимать, поэтому, прошу вас, больше не бойтесь его, он не посмеет тронуть вас. А если такое случится, то вы смело можете сказать мне, и я найду на него управу. Девушка боялась поверить его словам, боялась пустить в свое сердце надежду. Аро осторожно приобнял Сульпицию, стараясь не испугать ее. Она не знала, как реагировать на его действия, мужчина почувствовал ее напряжение и улыбнулся, придавая ей некую уверенность в себе. Она была так юна и не искушена в любовных делах, что его охватило возбуждение от осознания того, что скоро этот прекрасный цветок будет полностью принадлежать ему. Герцог осторожно коснулся ее губ, нежно, бережно. Потом, отстранившись, он посмотрел на девушку. Сульпиция провела кончиком языка по пересохшим от волнения губам, не спуская с него широко раскрытых глаз, в которых читался испуг и любопытство. Герцог вновь коснулся ее губ, поцелуй его становился все более страстным, и Сульпиция начала робко отвечать ему. У Аро перехватило дыхание, когда он провел кончиком языка по нижней губе Сульпиции, и девушка несмело приоткрыла рот. Его язык стал ласкать ее рот, несмотря на то, что он был искушен в делах любовных, мужчина, тем не менее, возбуждался еще больше. У Сульпиции кружилась голова, ее мысли путались, она ухватилась за лацканы его сюртука, чтобы не упасть. Сердце бешено колотилось в груди, готовое выпрыгнуть наружу. Чем дольше длился поцелуй, тем сильнее подкашивались ноги девушки. Обвив руками его шею, она крепко прижалась к груди герцога, его руки начали слегка поглаживать спину девушки. С губ ее сорвался стон боли, и мужчина резко отстранился от нее. — Простите, Сульпиция! — хрипло прошептал он. Девушка подняла на него свои голубые глаза, в которых еще полыхало желание с отголосками боли, и увидела, что глаза Вольтури почернели еще больше. Неожиданно для себя она поняла, что ей было приятно, и что ей хочется продолжения. — Нам надо возвращаться, — так же тихо произнес он. Юная мисс, слегка кивнула головой, вся еще находясь в смущении, и вложила свою руку в протянутую руку Вольтури. Мужчина крепко обхватил тонкие пальцы и помог девушке выйти из беседки. Вечер продолжался. За танцами последовал ужин, на котором произносились тосты в честь обрученных, после чего вновь были танцы. Отказать кому-либо было верхом неприличия на помолвке, поэтому Сульпиция протанцевала почти все танцы с разными кавалерами, только лишь звуки последнего вальса унесли ее с герцогом по залу. Когда вечер подошел к концу, девушке казалось, что она сейчас потеряет сознание. Она вцепилась мертвой хваткой в рукав сюртука Аро, чтобы не упасть, когда он провожал ее к экипажу, в котором ждал барон Грей. — Вы были прелестны этим вечером, — сказал он ей на прощанье и помог залезть в карету. — Джозеф! — обратился герцог к дяде. — Отойдем на минутку. Когда барон последовал за Сент-Ивзом, то в душе у него начинала подниматься паника. Резко остановившись, герцог быстро развернулся лицом к Грею и глядя прямо в его заблестевшие от выпитого глаза прошипел: — Если до свадьбы с Сульпицией что-нибудь случится, то вы пожалеете, что родились на свет. Вы не получите ни копейки из моих денег и закончите жизнь в долговой тюрьме. Вам все ясно? Барон нервно кивнул. Глаза герцога пылали гневом. — Я надеюсь, мы поняли друг друга, — добавил Аро и, развернувшись на каблуках, ушел в дом. Грей трясущимися руками достал белоснежный платок и вытер испарину на лбу. Весь хмель выветрился из его головы и, сделав несколько глубоких вдохов, барон вернулся к карете и, сев в нее, приказал кучеру трогать. Сульпиция украдкой посмотрела на дядю: тот был бледнее обычного. Она понимала, что герцог припугнул его. Девушке стало страшно, если дядя не послушает Сент-Ивза, он вновь изобьет ее. Но все-таки в глубине души уже начинала верить Аро, что он в обиду ее не даст. Начинался этап ее новой жизни. Через несколько дней после помолвки, герцог Сент-Ивз навестил свою юную невесту. Девушка встретила его приветливой улыбкой, сидя на тахте в малой гостиной. Герцог прошел внутрь и поклонился ей. Он видел, что со дня их последней встречи у девушки на щеках появился румянец, а в глазах не было той затравленности при виде него. — Дорогая, Сульпиция! — произнес Волтури, подходя к окну и глядя на летний сад. — Вчера я получил аудиенцию у архиепископа Кентерберийского*, и он любезно подписал лицензию на нашу свадьбу, — развернувшись к девушке, он внимательно посмотрел на нее. — Теперь остается только решить, когда она состоится. — Чем скорее, тем лучше, — тихо произнесла девушка, глядя прямо ему в глаза. В них он видел зародившеюся надежду. Он подошел к девушке и, присев рядом, тихо произнес: — Тогда через три дня я буду ждать вас в церкви. Сульпиция кивнула, и лицо ее озарила радостная улыбка. Уже давно она не была так счастлива. Герцог еще немного посидел с ней и, распрощавшись, покинул их дом. Предстояло решить немало организационных вопросов. Когда настал день свадьбы, горничная Мэри вошла в комнату юной мисс в приподнятом настроении. Ее радовало то, что девушка наконец-то освободиться от тирании дяди. Она мурлыкала веселую мелодию себе под нос, пока раздвигала тяжелые портьеры на окнах. Солнечные лучи вмиг проникли в темную комнату, медленно побежали к постели хозяйки, коснулись ее красивого лица и радостно заиграли на нем. Сульпиция, поморщившись, зашевелилась и приоткрыла один глаз. — Доброе утро, мисс! — произнесла, улыбаясь, Мэри. — Посмотрите, какая чудесная погода, это хороший знак. Сульпиция слабо улыбнулась и перевернулась на другой бок, зарываясь лицом в подушки. Мэри принесла с кухни чашку горячего шоколада, который должен был взбодрить девушку. Аромат шоколада заставил юную леди сесть на кровати. Сделав глоток, который чуть обжег ее горло, девушка в блаженстве прикрыла глаза и отдалась на волю ощущениям. Она представляла себе, какой будет ее жизнь после замужества, и начинала верить, что герцог сможет ее полюбить. Когда последняя капля шоколада попала на язык, Сульпиция открыла глаза и тяжело вздохнула. Мечты закончились, уступая место реальности, в которой ей предстояло под многочисленными взглядами пройтись к алтарю и сказать слова клятвы человеку, который ее не любит. Отбросив гнетущие мысли, девушка проворно соскочила с кровати и подошла к ванной. Спина за эти несколько дней уже более или менее зажила. Конечно, остались еще кое-где кровоподтеки и наверняка, останутся уродливые шрамы. Теперь юную мисс стало волновать то, как воспримет это Вольтури и не станет ли ему противно прикасаться к ней. Приняв благоухающую ванну, девушка вылезла из воды и завернулась в полотенце. Мэри тотчас принялась расчесывать ее прекрасные волосы, напевая что-то себе под нос. Настроение горничной передалось Сульпиции, и она мило улыбнулась, впервые за несколько этих дней. Когда волосы были высушены и расчесаны, Мэри убрала их наверх, оставив заманчивые локоны по бокам, и украсила прическу бежевыми цветами, а потом помогла девушке облачиться в платье цвета слоновой кости. Платье было легким и струящимся по телу, оно красиво сидело на Сульпиции. — Последний штрих, — пробормотала Мэри и закрепила на голове девушки фату, полностью скрывшую лицо невесты от окружающих. Сульпиция придирчиво оглядела себя в зеркале. Платье было все расшито мелким жемчугом, его квадратный вырез очень красиво подчеркивал грудь. Прическа открывала лебединую шею, а спускавшиеся волнистые локоны, придавали ее лицу особый шарм. Выглядела она невинно, но в тоже время очень женственно. Бросив последний взгляд на зеркало, она вышла из комнаты навстречу своей новой жизни. Церковь Святого Георгия* на Ганновер-сквер встретила девушку шумной толпой. Ведь не каждый день можно было увидеть свадьбу самого завидного холостяка Лондона. Девушка окинула взглядом величественный собор, который утопал в солнечном свете, и сердце ее сжалось. Герцог Сент-Ивз находился уже здесь и ожидал свою невесту, наблюдая за рассаживающимися по своим местам гостями. Здесь были близкие друзья Вольтури, товарищи по партии. Со стороны невесты присутствовал лишь барон Грей. Ровно в полдень Сульпиция Грей под руку со своим дядей вошла в церковь. Сердце девушки то замирало в груди, то начинало стучать быстро-быстро — того гляди и выпрыгнет. Она не сводила глаз с Аро, который поджидал ее у степеней, ведущих к алтарю. Собрав всю волю в кулак, она шла прямо и ни разу не споткнулась. Кровь стучала в висках, отдаваясь набатом в голове, к горлу подкатывала предательская тошнота. Лишь бы выдержать все это. Лицо Вольтури было сосредоточено и даже немного сурово, но вот глаза… Глаза пылали огнем предвкушения. Подойдя к ступеням, барон Грей торжественно передал руку своей племянницы герцогу Сент-Ивзу. Мужчина крепко обхватил пальцы девушки и несильно сжал их. Она посмотрела ему в глаза и, смущенно улыбнувшись, повернулась вместе с ним лицом к священнику. Все мысли вылетели из головы юной особы, даже боль отошла на второй план, осталось лишь тепло его руки, которое согревало ее. Он был ее спасением, и она надеялась, что все у нее еще наладится, надо только выдержать этот день… и ночь. С замиранием сердца она слушала священника и повторяла за ним слова клятвы. «И в болезни и здравии… Чтить и повиноваться… Уважать… Пока смерть не разлучит их». Вольтури надел ей на палец обручальное кольцо с большим голубым сапфиром, окруженным россыпью бриллиантов. Священник объявил их мужем и женой и она стала герцогиней Сент-Ивз. Ее новоиспеченный муж повернулся к ней лицом и, подняв руки, медленно откинул с ее лица фату. Наклонившись, мужчина прикоснулся своими губами к ее и поцеловал. Этот поцелуй должен был стать простой формальностью. Легким соприкосновением уст, но все произошло иначе. Его рука напряглась, удерживая Сульпицию. Язык скользнул сквозь преграду зубов. Невинная ласка превратилась в поцелуй обладания, утверждавший права мужа на жену, напоминавший о данных обетах, которые отныне следует исполнять. Оторвавшись от молодой жены, Аро посмотрел на нее и отметил зарумянившиеся щечки, сбившиеся дыхание и смущение. Мужчина ободряюще улыбнулся ей и мягко развернул к гостям. Тут же на молодоженов обрушились поздравления от окружающих их друзей. Поцелуи, объятия — это было неотъемлемая часть свадебной церемонии. Когда поздравления были закончены, Взяв руку девушки, он положил ее на сгиб своего локтя и повел ее к выходу. Под громкие восторженные возгласы и крики «Ура!» Аро помог жене сесть в открытый экипаж и занял место рядом с ней. Сульпиция уже немного пришла в себя и попыталась улыбнуться. Открытый экипаж тронулся, и новобрачные помахали тем, кто остался около церкви. Вдохнув свежий воздух, девушка ощутила в нем слабый аромат. На дворе стояло лето, пора перемен и исполнения надежд. Это время года было созвучно радостному настроению Сульпиции. Вскоре она приедет в свой новый дом, где начнется ее семейная жизнь. Но вот какая она будет, девушка еще не знала.