Фол последней надежды

Я часто задумывался на тему любви. Конечно же, мне это свойственно, как никак я нахожусь в подростковом возрасте, когда все эмоции и чувства порой выходят за рамки разумных, и ты уже не отвечаешь за свои поступки, а только махаешь в знак прощания своим мозгам и окунаешься в прекрасное чувство под названием любовь. Знаете, когда- то я думал, что со мной такое точно не случится: я никогда не буду кидать эти влюбленные взгляды на предмет своего обожания, никогда не буду грезить о том, как, все тот же предмет воздыхания берет тебя за лицо и притягивает к своему, чтобы слиться в горячем поцелуе, ну и конечно никогда не думал, что буду представлять себя в постели с любимым человеком. Ох, как я ошибался. Что самое ужасное, я влюбился в своего лучшего друга. Проснувшись после очередного приступа ночных грёз, где Дмитрий уже в который раз признается мне в своих чувствах, я выключил будильник, на котором мигало электронными точечками 7 часов утра и пошел в ванну. Там, приняв холодный душ, дабы взбодриться окончательно, я принялся чистить зубы, смотря на себя в зеркало. Там я видел худощавого парня, с серыми глазами и русыми растрепанными волосами, в майке и в шортах, которые еще больше подчеркивали мое далеко не спортивное телосложение. Уж извините, но не люблю я спорт и считаю глупым бегать за мячом по всему полю. Хотя, наверное, нежелание заниматься спортом, а точнее, спортом, в котором присутствовал мяч, связано со страхом из детства. Я помню только как ко мне, а точнее, к моему лицу приближался мяч, летевший на огромной скорости, который, кстати, был кинут в мою сторону ни кем иным как Димкой. Суть в том, что мяч попал мне в голову, и я упал в обморок, а также у меня обильно пошла носом кровь. Спасибо маме Димы, она быстро сообразила, что ее «драгоценный мальчик», судя по истеричным воплям его родимого, убил своего друга на заднем дворе их загородного дома. Женщина позвонила в скорую, и тем самым спасла меня от рыданий, а точнее, криков Димы: «Кирилл, не умирай! Прости меня! Я отдам тебе мою машинку, которая так тебе нравится, но ты только живи!». Крепким здоровьем я никогда не отличался, да и сейчас не отличаюсь, поэтому я легко могу упасть в обморок даже от легкого удара головой. В больнице я пролежал неделю и после этого случая я боялся мячей. Да, вот такая глупая история и глупая фобия. Некоторые люди, к примеру, боятся высоты, темноты, замкнутого пространства, крыс, клоунов и еще много чего или кого, а вот я, индивидуум, который боится мячиков, летящих в мою сторону. Именно по этой причине в начальной школе я как последний трус не играл даже в «Вышибалы». Правда, сейчас я не так уж и противлюсь тому, чтобы поиграть в баскетбол. Хотя причина моей игры в этот вид спорта кроется в имени моего объекта обожания: Дима является капитаном нашей школьной команды по баскетболу. Я до сих пор помню, как загорелись его глаза, когда мы впервые пришли на тренировку нашей школьной команды. Стоит, кстати, отметить, что наша директриса, Людмила Георгиевна, и директор одного спортивного клуба нашего города являлись продолжительное время очень хорошими друзьями. Благодаря их нерушимой дружбе, наша школа обновила весь свой спортивный инвентарь. Даже накупили скакалок для младшеклассников. И именно поэтому всяким спортивным секциям в нашей школе уделялось крайне особое внимание. Ведь женщине было бы обидно, если бы деньги ее любезного друга были бы вложены впустую. Особенно подавала надежды на призовое будущее наша команда по баскетболу. Им щедрый спонсор регулярно закупал спортивную форму и новые, первоклассные мячи. А они, взамен, не ленились привносить в копилку нашей школы такое желанное золото в виде медалей и кубков. Валерий Сергеевич, наш физрук, пригласил нас с Димкой вступить в его спортивный клуб. Тогда мы еще учились только в седьмом классе. Первое, что я услышал, едва зашел в спортивный зал: это скрип пола и биения мяча об этот пресловутый пол. Я уже готов был убежать, так как детские страхи на тот момент еще не достаточно притупились и давали о себе знать крайне настойчиво, но Дима остановил меня. Тот сжал мою руку в своей ладони, от чего я немного поежился, так как рукопожатие у него было сильным даже на то время. Он довольно уверенно мне тогда сказал: - Не убегай! Неужели ты всю жизнь будешь бояться этого мяча? - А кто в этом виноват? - тут его лицо изменилось из гримасы «Да прекращай уже бояться, трус несчастный!» в «Ну, Кирюша, не предавай своего друга и пошли хотя бы посмотрим». Так сказать, включил свое подобие «щенячьих глазок». - Ладно! Пошли. – ответил я, после многострадальческого взгляда Димы. - Ура! И вот дверь в зал открылась, и мы прошли внутрь. Там уже вовсю шла тренировка. Физрук как всегда был строг, за что его, честно сказать, многие и не любили. Но если бы не эта строгость, то, возможно, мы бы все вконец обленились и не сдавали нормативы как положено. У меня, конечно, поначалу была маниакальная идея спрятаться за Диму, закрыть глаза, и лишь физически прибывать там. Но как только я повернулся к Диме, то увидел, как он с придыханием наблюдает за игрой. Можно сказать, он наматывал на ус все действия, которые происходили там. Тренировка длилась 1 час. Мой друг все так же с интересом и даже азартом наблюдал за игрой. Ну а я тупо пялился как мяч из пункта А в пункт В совершает свои передвижения. После всего к нам подошел Валерий Сергеевич и спросил: - Ну как мальчики? Надумали вступить в наш клуб? - Да! Записываете и запомните этот день, как день, когда в вашу команду ступил самый сильный игрок! - с горящими глазами, и с румянцем на щеках, которые не скрывали его стеснения, произнес Дима. - Хорошо! - потрепав по голове мальчика, ответил физрук и пошел к себе в подсобку, чтобы принести заявление на зачисление. Я же молча стоял и смотрел на своего друга. Он просто светился от предвкушения. Наверное, глупо было задаваться вопросом, почему я вместе с ним не вступил тогда в клуб, ведь как-никак мы были лучшими друзьями. Хотя для меня он уже тогда был больше, чем друг. Но как бы печально это не звучало, не мог я пересилить на тот момент свой детский страх. Именно поэтому у нас были довольно таки разные увлечения. Тем не менее, мы всегда поддерживали друг друга, и я был искренне рад за него. Позавтракав, я стал быстро собираться в школу. Спасибо моей маме, что удачно выбрала квартиру в этом районе - мы жили недалеко, так что я спокойным прогулочным шагом отправился в это ненавистное мне здание. Прошла всего неделя после летних каникул, а школа уже отбила у меня всякое желание прибывать там. Я не люблю учиться, а точнее, не люблю, как нас учат. Взять, к примеру, нашу физичку, тот еще Петросян в юбке. Мы даже с Димой хотели ей на день рождение заказать халат с надписью на спине «Петросян forever», но порешили, что денег у нас мало, да и на такого человека как Татьяна Петровна их жалко тратить. Потому она обошлась без подарка, а мы все так же продолжали тупо сидеть на ее уроках, вслушиваясь лишь изредка в ее слова. Мои размышления нарушил так знакомый мне крик из-за спины, оно же приветствие: - Привет! Ну что, готов к новому дню? Знаешь, мне надо столько всего тебе рассказать! - как всегда с бурей эмоций прокричал Дима. - Привет! - ответил я и, кажется, улыбнулся. «Блин! Кирилл, а ну хватит тут строить глупую морду!» - скомандовал я себе внутренне и полностью сосредоточил свой слух на звуковой волне друга, - Как всегда весь во внимании. Дима начал разговор про какую-то статью, которую он нарыл в инете про каких-то там фашистов или националистов, честно говоря, я ничего не смыслил в его словах, но поддакивал где нужно в знак согласия. Я не понимал все эти его закидоны, но он был таким милым, когда рассказывал об этом. Его лицо было наполнено неутолимой энергией, а резкая жестикуляция только подтверждала, что эта тема настолько глубоко затронуло его душу. Дима был очень красивым. Правда- правда. У него было спортивное телосложение, которое он поддерживал постоянными тренировками; высокий рост, ну, наверно, на 10 см выше меня, из-за чего я раньше жутко комплексовал, но, спустя столько лет, меня уже это даже забавляло; глаза были карие, а волосы имели шоколадный оттенок. Я и не заметил за его рассказами, как мы уже подошли и оказались в поднадоевшем уже за неделю коридоре «любимой» школы. Поправив челку, которая за лето успела вырасти на безупречном лице Димки до переносицы, он поспешно взял меня за руку и потащил в кабинет. Мы с ним были одноклассниками, а также соседями по парте. Из-за вечной болтовни на уроках учителя старались сажать нас подальше друг от друга, желательно, в разные концы класса. Но это не останавливало нас на пути к беседе, которую мы продолжали, независимо от того сколько замечаний нам делали и от того сидели мы вместе или нет. Теперь меня не так сильно удивляет, почему моя голова забита только им, да и тем какие сны мне снятся. Опять же, с его участием, прошу вас заметить. И вот начался урок. К сожалению, это была история. Не то, чтобы я ее не любил, но она слишком сложна для запоминания. Да и еще «Дьявол Камидзе» как всегда была строга к своим ученикам. При одном только вопросе, исходящем из ее уст: «Кто будет отвечать?», почти все становятся будто бы ниже и сравниваются с уровнем парты, другие же делают вид, что упорно повторяют, а сами, скрестив пальцы, молятся, чтобы их пронесло. Ну а еще некоторые индивидуумы, такие, как, например, Дима и Руслан - болтают на весь класс, что слышно только их. Вы спросите, почему у учителя обществознания и истории Людмилы Сергеевны такое странное прозвище? Дело в том, что во всем виноваты наши долбанные яойщицы. Да-да-да, вы не ослышались. Еще какие яойщицы. Поначалу мы не понимали что это, но Дима мне ВСЁ объяснил. Почему он? Да потому что его подруга Тори, или по-нормальному Вика, (почему-то Димка зовет ее Тори) входит в ту самую группу яойщиц. Сначала мне это было противно, но теперь......Я даже читал различную литературу, которая относится к этому жанру (ну, вы понимаете, о чем я). Это именно они сказали, что учительница ну уж очень похожа характером на «миленького укешечку Камидзе из Чистой романтики». Да они ей прям в лицо это говорили, а она только отшучивалась и говорила, чтобы в свободное от учебы время они читали газеты и смотрели новости, а не тратили свободные часы на эту дребедень. А я смотрел. Да, я смотрел яой. Ну, конечно, сначала просмотр вызывал тошнотворные рефлексы, да и вообще как-то все смущало. Но стоило мне представить Диму на месте томно вздыхающего и покрытого капельками пота «пассива», которые, хочу сказать, выглядели довольно эротично, я тут же растекался в глупой улыбке. «Ну все, прощайте, мозги! Походу, вы взяли отпуск надолго. Как вернетесь- предупредите, окей?» За всеми этими раздумьями прошел урок, на котором меня не спросили, за что я был премного благодарен. Затем уроки пронеслись очень быстро. Но каждый отличался одинаковой медлительностью и монотонностью учеников- все выглядели сонными до конца всего учебного дня. На протяжение этих нескольких часов я лишь изредка посматривал как Дима неуклюже поправляет челку и рисует что-то в тетрадке. Самого последнего звонка я ждал как никогда, так как после него я должен был пойти с Димой на тренировку. Да, мячиков я панически боюсь, но увидеть Диму в спортивной форме, которая хоть как-то открывала его безупречное тело, я был только «за». Так что мы довольно быстро попрощались с нашими одноклассниками и пошли вместе с Димкой за Женей из параллели, нашим общим другом. Он тоже играл в баскетбол. Потому, встретив его, мы все вместе отправились на тренировку наших «бурундучков».