Дэниэль. Книга 1.

Придя после окончания вечеринки к себе в комнату, я попросила принести мне чай и, даже не раздеваясь, начала тискать Терри. Если бы не он, половину моей жизни можно было бы выкинуть на помойку – мне просто иногда НАДО его потрепать, погладить, расцеловать и побеседовать с ним, иначе просто никак, кот – это моя вторая половинка. Горничная с моим чаем почему-то задерживалась, а мне было скучно сидеть на одном месте, идти в ванную, смывать с себя всю натянутую радость хозяйки прошедшего сборища просто не хотелось, так что я решила побродить по дому, иногда, в самых неожиданных местах, я могу найти что-то до жути интересное. Как, например, старый сундук с моими детскими нарядами, которые мама ни в жизнь не хотела выкидывать и зажилила в дальней комнате под грудой ненужных, неиспользованных вещей. У нас двадцать комнат, из которых постоянно используются только семь, все остальные просто есть, в них никто не заходит, предметы интерьера покрываются пылью, и только иногда, когда у меня есть настроение, я захожу к ним, как редкий гость. Вот и сейчас с Терри на руках я бродила по второму этажу, наугад открывая двери. Чаще всего я делала в комнату ровно полтора шага, после чего котейка хрипло мяукал и мы с ним выходили обратно, но, дойдя до конца крыла, Терри словно поймал глюк. Царапнув меня, он подлетел к одной из кладовок и начал возить лапой по двери, прося её открыть. С удивлением посмотрев на него, вечного пофигиста, которому в жизни всегда было важнее поспать и поесть, чем подвигаться, я послушно дернула ручку. Со слабым скрипом створка приоткрылась. Терри, как под хвост ужаленный, тут же просунулся в проем, я вошла следом, нашаривая справа на стене выключатель. Когда я дотронулась до него пальцами, он послушно щелкнул, но свет решил, что я обойдусь без него, жалобно мигнул и погас. Хмыкнув, я позвала Терри и по его хриплому «Мяу» двинулась на звук вперед, выставив в темноте руки как можно дальше. Несколько раз я спотыкалась и чуть не падала, все это время ведя полу-диалог с котом, но, в конце концов, по тому, как взвизгнул Терри, когда я на него наступила, я поняла, что пропажа нашлась сама собой. Однако уходить отсюда кот явно не хотел, царапая мне руки и немного покусывая пальцы. Это было странно, из всех существующих на свете представителей семейства кошачьих мой Терри - самый спокойный и пофигистичный, лояльнее его во всем мире не найти. Спрыгнув с моих ладоней, Терри снова завертелся около большого предмета, завешенного белой простыней, холодно бликующей в темноте, под упорными коготочками кота она начала понемногу слезать вниз. Я, нахмурившись, стояла и смотрела на толстую коричневую спину, которая делала сейчас что-то невообразимое, и, когда простынь свалилась вниз, даже немного дернулась от мимолетного испуга. Но в следующую секунду я забыла и про Терри, который что-то недовольно ворчал под пыльной простыней, и про то, что надо сказать горничным про свет, и про все остальное – мое внимание целиком и полностью сосредоточилось на огромном, в мой рост, зеркале. Оно было не старинным – само слово «старина» даже рядом не стояло с этой древностью. Оно не было причудливым и винтажным – дизайн словно сам подобрался к этому белому, молочному стеклу, облепив его железной рамой со всех сторон. Я не могла оторваться, такой потрясающей находки я еще никогда не видела. Отодвинув Терри носком своих сияющих стразами туфель, я подошла вплотную к зеркалу и положила руки на кованные листочки, скромно обрамляющие этот шедевр. Все было так красиво и необычно, что даже без света я выискивала все подробности сия произведения, ломая голову, откуда вообще в нашем особняке могла взяться такая вещь и почему ею никто не пользуется. Внезапно я услышала звук льющейся воды и завертела головой. Все ванные находятся далеко отсюда, может быть, что-то протекло? Но рядом ничего подозрительного не находилось, я прислушалась еще тщательней… Странное дело, но журчание доносилось от зеркала, я прислонилась ухом к стеклу, звук усилился, сейчас я явственно слышала прибой. Волны словно бились об камни на берегу, заслушавшись, я чуть надавила на стекло руками, звук стал еще более громким, я на автомате отшатнулась. Проморгавшись, я снова приблизилась к зеркалу, внимательно смотря в него, но, вопреки всем законам, молочная дымка на стекле не рассеивалась, я не видела своего отражения. Терри, как ненормальный, размяукался, начиная тереться о мои ноги, а я, вытянув пальцы, попыталась стереть пыль с серебра зеркала. Но ничего не произошло, оно все так же не отражало меня. Разозлившись на все непонятки, которые сейчас происходили, я чуть стукнула ногой по раме, к звукам прибоя, все так же не покидавшего меня, присоединилось щелканье, а белесая пелена начала растворяться. - Терри, что вообще происходит? – зло спросила я кота, но его, секунду назад трущегося о мои ноги, уже не было рядом. – Вот же гадость-то… Что ты за зеркало такое неправильное, а?! От досады я ткнула каблуком по раме еще раз, посмотрела в отражение и увидела… себя. Странная дымка рассеялась, сейчас я видела и комнату, и вещи за своей спиной, и свое потерянное лицо. Вот только оно почему-то ехидно улыбалось, хотя мои губы сейчас явно были не в той позиции… В следующую секунду, мое отражение, презрев все законы физики, протянуло руку прямо через стекло, схватило меня за запястье и сильно дернуло внутрь. Испугавшись, я что-то попыталась прокричать, но из горла не донеслось ни звука, стало еще страшнее. Втянув меня, как Алису, в Зазеркалье, мое отражение карикатурно сделало книксен и испарилось, а я начала падать. Ветер бил меня по ногам, платье поднималось, да и вообще создавалось ощущение, что меня скинули с вертолета в шторм. Рев воды, уже не прибоя, а настоящего цунами, оглушал меня, но перед глазами стояла непроглядная тьма. Я обхватила себя за плечи, понимая, что куда бы я не упала, я все равно сейчас расшибусь насмерть, даже если я упаду в море, но через секунду меня ослепил яркий зеленый свет. А еще через секунду я поняла, что сижу на чем-то мягком и матерящемся. *** «Меня же предупреждали в зеркало не смотреться, вот я идиотка…» - это была первая мысль, после того, как «матерящееся и мягкое» создание катапультировало меня в ближайший куст. Место, куда я попала, впечатляло – густой, непроглядный лес со столетними деревьями. Правда, сквозь листву все равно пробивалось солнце, именно его свет меня и ослепил при падении, все вокруг было залито зелеными, радостными лучами. Под ногами росли мох и папоротники, кустарники аккуратно окаймляли небольшую полянку, на которой, путаясь сапогами в высокой траве, сейчас разгуливали… Три странных, замотанных в какие-то темные тряпки, существа, одно из которых, с каким-то мечом за спиной, отчаянно материлось, растирая себе бок. Видимо, это на него я свалилась с неба. Вылезая из кустов, я испуганно ойкнула, поймав на себе три недобрых взгляда, и поспешила спрятаться обратно, прежде чем кто-нибудь в меня чем-нибудь запустит. Однако тому созданию, на которое я упала, было сейчас не до смеха – двое других, зазвенев какими-то железками, кинулись на него, целясь в горло и живот. Я сидела, как в кинозале, затаив дыхание, наблюдая за тем, как бойцы «неведомого фронта» сходятся и снова расходятся по сторонам. Кстати, тот, единственный матершинник, был силен – сначала один, а затем и второй из нападавших вскоре пали, огласив полянку какими-то пронзительными птичьими воплями. Оставшийся тип, вытерев клинок об траву и забросив его снова себе за спину, направился ко мне. Я же, судорожно завертев головой в поисках укрытия и не найдя оного, быстро поползла куда подальше, но, налетев спиной на огромный ствол дерева, замерла в ужасе – кажется, меня сейчас убьют так же, как и тех двоих неизвестных, лежащих лицами вниз на зеленой траве. - Ты кто? – присев около меня, господин матершинник стянул вниз темный платок, закрывавший половину лица и уставился на меня недобрыми, подозрительными глазами. – Человек? Альтмер? Данмерка? А, нет, для данмера светловата будешь… - Э-э-э-э… Человек, – перестав трястись, я отжалась от дерева, но приближаться все равно не торопилась. Хорошо, что хоть заговорил, раз интересуется, кто я, убивать уже не будет. - Жрица? Или в замке работаешь? – длинноволосый лохматый парень прошелся глазами по моему платью, я, смутившись, машинально одернула длинный подол, который, разорвавшись, сейчас оголял мне все ноги. - Какая жрица? В каком замке? О чем вы? – я осмотрела его одежду, но ничего знакомого не смогла найти. Я еще не видела, чтобы парни так одевались куда-нибудь, кроме маскарада. Черные штаны из плотной, грубой ткани, темный плащ с большим капюшоном и двумя кожаными завязками, заляпанный бурыми, запекшимися пятнами, высокие сапоги, темно-коричневая рубаха. И повязка, закрывавшая его лицо, сейчас зажатая в руке. Широкую шею украшал какой-то замысловатый круглый медальон с желтым камнем, а пальцы были унизаны разномастными кольцами, что совсем не вязалось с его общим обликом. - Простите, а вы кто? – его внешность меня несколько пугала, особенно рукоятка двуручника, выглядывающего из-за плеча. - Не важно. Ладно, жрица, так и быть, живи, - он тут же свернул допрос и выпрямился, нахлобучив на голову капюшон, – хотя за то, что ты на меня откуда-то грохнулась, стоило бы тебя как следует… - Не стоит! – тут же запаниковала я, поднимая вверх скрещенные руки. После того, как он расправился с теми двумя странными созданиями, я не сомневаюсь, что отдам Богу душу сразу, как он до меня дотронется. - Не больно-то и хотелось! – фыркнул парень, уходя обратно к неподвижно лежащим телам. Что-то взяв у них из карманов, он довольно покачал головой, после чего направился дальше, в зелень леса, а я осталась сидеть, огорошенная всем происходящим. Куда я попала? Что это за место? Что это за парень, который интересуется, человек я или кто еще. Ну а кем я еще могу быть? Да еще и жрицей обозвал… Меня затрясло, как осиновый лист. Страшно было неимоверно. Оказаться из своего дома, ночью, в дневном лесу как по мановению волшебной палочки... Просто невозможно. Может, я сплю? Может все это идиотский сон, начавшийся для меня совершенно незаметно, например, в тот момент, когда я решила пройтись по дому? И сейчас я тоже сплю? И нет никаких странных созданий, которых убил тот парень, нет и его самого, нет и этого дурацкого леса, так непохожего на любой лес моей Кореи? Трясущимися пальцами я нашла рядом валяющуюся ветку и, сильно сжав её в руке, изо всех сил провела ей по голой ноге, открытой огромным разрезом платья. Провела, взвизгнула от резкой плоской боли и откинула её подальше – это не сон. Во сне себе не навредишь, по крайней мере, не почувствуешь ничего такого реального, это не сон… Я чуть не заплакала. И что мне теперь делать? Куда идти? Где я вообще?! Что происходит?! Обняв себя за плечи, я поднялась с мха, на котором до сих пор сидела, одернула безнадежно запачканное травой и землей платье и, спотыкаясь о выпирающие корни, пошла в ту сторону, куда ушел тот парень, единственный человек, которого я уже знала в этом затянувшемся кошмаре, и который меня не убьет. По крайней мере, пока не убил. В любом случае, куда бы я не попала, надо что-то делать, само собой все не образумится, и я не вернусь домой. *** Я бродила по лесу еще очень долго. Сломала каблук, разодрала себе плечи о сучья и ветки, пару раз расплакалась, а того странного человека так и не нашла. Он как сквозь землю провалился, даже забравшись на пригорок, чтобы рассмотреть местность, я не нашла ни единого признака его присутствия. Зато где-то на северо-западе я заметила дымок, скорее всего, это был чей-нибудь дом, так что я отправилась туда. Этот слабый ориентир придал мне ровно столько сил, чтобы в конец не расплавиться от страха ровно до того момента, как я нашла этот дом. И входящего в него парня, замотанного в темно-бордовый плащ. У меня с души свалился огромный булыжник. Отлично… Я нашла его. И место, где могу немного прийти в себя, долгое шастанье по незнакомому, пугающему лесу окончательно добило меня, я не привыкла быть в подобных ситуациях… - Подожди… – из последних сил прошептала я, протягивая руку к этому парню, который в этот момент толкнул дверь внутрь, – пожалуйста, подожди… На большее сил не хватило. Изображение поплыло, а я, так и продолжая тянуться к нему, упала в обморок. *** - Вставай, жрица… Эй, вставай, че развалилась-то, уже 3 часа прошло! Эй! – кто-то сильно потряс меня за плечи, я сморщила нос. - Мам, еще 5 минут… Скажи Эрику, пусть машину пока прогреет… - вяло отмахнулась я, зарываясь в почему-то колючее одеяло. Послышался сдавленный смешок, после чего моя одежда, без моего вмешательства, начала понемногу сползать вниз. Этого в обычном утреннем подъеме не было, пискнув, я открыла глаза и наткнулась на руку в перчатке, которая без спроса стягивала с меня платье. - О, очнулась. А я уже решил развлечься, так даже не интересно, – прокомментировал парень, сидящий рядом. Шлепнув ему по руке, я возмущенно вернула одежду на место, села на кровать и огляделась. Деревянные стены, одна узкая постель с неказистым покрывалом, шкафчик о трех ящиках, какой-то сундук и стул, больше в комнате ничего не было. Ну, не считая засранца, который решил «поразвлечься». - Не к тому ты человеку полез настроение поднимать, - краснея, пробубнила я. – Да и вообще, что ты себе позволяешь? Я тебе что, проститутка какая-то? - Хватит херню нести. Раз проснулась, говори, что тебе от меня надо, – мгновенно обрубил разговор парень, без интереса разглядывая мое лицо. - Э-э-э-э-э… Я не знаю, с чего начать… - потеряно отозвалась я, снова закутываясь в одеяло от греха подальше. - С начала и начни. Ты, говоришь, человек. Имперка? Норд? Бретонка? – он начал загибать пальцы, но, посмотрев на мое не догоняющее лицо, вздохнул. – Ладно, заново. Ты где родилась? - В Сеуле, – лицо парня помрачнело, – ну, в Южной Корее. - Это где? – хмуро осведомился он, а я схватилась за голову. Мы как на разных языках говорим… - Не важно. Ладно, я просто человек, видимо не отсюда… - теперь уже пальцы загибала я. – Какой сейчас год, хоть это ты мне можешь сказать? - 3Е 4333, – пытливо посмотрев на меня, сказал парень, я опешила. – Что, и это ты не знаешь? - Было бы странно подобное знать, - огорошено ответила я, уже даже боясь спрашивать о месяце и времени, вдруг он мне еще что-нибудь инопланетное назовет… - А что, у тебя он другой? Ну, в смысле год, - заинтересовался парень, перебираясь ко мне на кровать. Отодвинувшись от него на приличное расстояние, я пробубнила «две тысячи четырнадцатый» и надолго задумалась. Где я? Что это за мир такой? Здесь нет ничего знакомого… Совершенно. Даже года не человеческие, так что я не могу ничего понять. Это не прошлое и не будущее, это вообще не Земля, но, в таком случае, куда меня занесло? - Слушай, жрица, долго ты будешь занимать кровать? Она не казенная, я за нее 15 монет отдал, так что если пришла в себя, вали отсюда! – внезапно прервал меня голос парня, а в следующую секунду меня нагло столкнули с кровати. - Да хватит уже меня жрицей называть! Я просто обычная девушка, ни к чему мистическому отношения не имею! – рассердилась я, вставая и разыскивая свои туфли. Они оказались в сундуке у стены, вот только один каблук был сломан и носить их больше не представлялось возможным. - Ага. Вот только такие погремушки, как у тебя, даже Императорская семья не носит. И одежда твоя, и обувь… Выглядишь ты, как бабочка, у нас так никто не одевается. Значит, жрица дейдра, в священники тебя бы не взяли. Пришла ты со стороны Морровинда, значит, служишь либо Боэтии, либо Ноктюрнал, их святилища как раз в тех краях. Ну, что молчишь, я отгадал? – парень закончил распутывать клубок моих действий, присобачивая к ним непонятные, неизвестные мне названия не пойми чего и вопросительно уставился на меня. – Зовут как? - Меня? – я икнула. В этой суматохе я и забыла, кто я, утонув в диком желании хоть что-нибудь понять. – Эм… Дэниэль. - Вот это имя! – расхохотался парень. – Как у высоких эльфов! Ты уверена, что ты не из Валенвуда? - Уверена, уверена… - пробубнила я, прислушиваясь к своему урчащему животу. Он сильно проголодался и сейчас проклинал меня на чем свет стоит. – Слушай, рыцарь, или кто ты там есть, а тут есть что-нибудь пожевать? - Ну ты и наглая, – восхитился парень. – Ладно, раз уж я подцепил такое интересный беспамятный экземпляр, мнящий себя «человеком», придется за ним поухаживать. Короче, так, создание, я тебя накормлю, доведу до города, а дальше сама, мне совершенно наплевать, что с тобой станет в дальнейшем, но будешь мешаться под ногами – прибью в момент, ясно? - Более чем, - пискнула я, соглашаясь на все, лишь бы меня сейчас не бросили в этом неизвестном мире на произвол судьбы, – кстати, а как тебя зовут? Парень, уже выходящий за дверь, криво усмехнулся, не поворачивая на меня головы. - Можешь звать меня Шиу. И, кстати, создание, - он недовольно сощурился, опять же не поворачиваясь на меня, – будешь проявлять неуемное любопытство – итог тот же, как и в случая путания под ногами, придется твоей голове хлопать глазами отдельно от туловища, я понятно объясняю? - Да понятно, понятно! – разозлилась я, в секунду преодолевая расстояние до двери и начиная подталкивать Шиу к выходу коридора, туда, где слышались чьи-то голоса и треск поленьев в камине. – Потом мне поугрожаешь, сначала ты обещал меня накормить! - Вот наглый найденыш, - удивленно проговорил парень, сдаваясь напору моих слабых ручонок и продвигаясь в нужную сторону. Я глубокомысленно промолчала. Даже если Шиу и редкостный козел, который и секунды не может прожить без того, чтобы мне не поугрожать или не поприставать, я все равно смогу извлечь из него выгоду. Сначала надо поесть, потом добраться до города. А там уж я пойму как себя вести, чтобы вернуться к своей обычной жизни, в свой мир. Не может же быть, что я, залетевшая в этот средневековый ужас с непонятным строением мироздания, так бы здесь и осталась навсегда? Энциклопедия мира Elder Scroll 4: Oblivion special for Choi He Joon: Альтмеры - Высокие Эльфы - относят себя к наиболее высокоразвитой культуре Тамриэля; общий для Империи язык, Тамриэльский, основан на речи и письменности Альтмеров, и большинство искусств, ремесел, наук Империи происходят из культурной традиции Высоких Эльфов. Ловкие, интеллигентные, и волевые, Высокие Эльфы часто оказываются одарены в тайных искусствах, а также сами Высокие Эльфы утверждают, что их "чистая" физическая природа предохраняет их от болезней лучше, чем прочие "низшие" расы. Босмеры – лесные эльфы – раса эльфов-варваров, обитающих в Валенвуде, лесистой провинции на юго-западе Тамриэля. В Империи их часто называют лесными эльфами, а они сами называют себя "босмерами" или "бойчи" или "людьми живицы". Босмеры отклонили формальные традиции альдмерской культуры, предпочитая более романтичное, простое существование в гармонии с землей, своей дикой красотой и дикими существами. Они относительно проворные и быстрые по телу и уму по сравнению со своими более "цивилизованными" эльфийскими собратьями, что делает их подходящими для самых разных профессий, в том числе в качестве разведчиков, воров, торговцев и ученых. Босмеры считаются лучшими лучниками во всем Тамриэле, по слухам, это они изобрели лук. У них есть много природных и уникальных способностей; частности, они могут командовать существами и, почти как хамелеон, скрываться в лесных районах. Бретонцы - человеческая раса ныне проживающие в провинции Хай Рок. Они едины в аспектах культуры и языка, не смотря на политическую разрозненность. Общество бретонов состоит из крестьянства, военных и магической элиты феодальных королевств, борющихся за власть. Многие из них – способные и талантливые маги. Бретоны известны мастерством абстрактного мышления и уникальным способностям. Выглядят они, в общем и целом, как большинство светлокожих людей. Обычно они невысоки и не так мускулисты, как к примеру Норды или Редгарды. Их эльфийская родословная заметна, если только присмотреться к бровям, ушам и высоким скулам, хотя, сейчас много Бретонов, всё же, больше похожи на Нордов или Имперцев, чем на кого-либо другого. Разница во внешнем виде неудивительна, учитывая разделение социума и регионов по политическому признаку. Тем не менее, их одежды, акцент и имена весьма однообразны. Данмер (данмеры; букв. - проклятый народ) – самоназвание серокожих красноглазых эльфов, населявших земли Морровинда в период с 700г. IЭ. до нач. IVЭ. Имперское название - тёмные эльфы. Характером данмеры горды и независимы, свысока относятся к другим расам; большинство из них считают рабовладение нормой. Данмеры поклоняются предкам, Добрым Даэдра и Трибуналу, негативно относятся к Дому Забот и некромантам. Имперцы (imperial), иногда их так же называют Сиродиильцы - хорошо развитая цивилизация населяющая провинцию Сиродиил. Имперцы хорошо известны своими организационными качествами, которые широко применяются для создания боеспособных и дисциплинированных войск. Уступая физически некоторым другим расам, Имперцы оказались лучше приспособлены к ведению торговли и дипломатии, и благодаря этим и другим в меру хорошо развитым навыкам, они смогли подчинить себе другие народы Тамриэля. И хотя это преимущество и являлось в разные периоды непостоянным, власть неизменно возвращалась в руки Имперского народа. Норды, или как они сами себя называют Дети Небес - раса людей, коренных жителей провинции Скайрим, страны вечного холода. Выросшие в суровых условиях вечной мерзлоты, Норды отличаются высокой выносливостью, сопротивлением холоду и магии. Полуобщинный образ жизни сделали из Нордов отличных воинов и наемников, высоко ценящихся по всему Тамриэлю. Возможно, Норды так преуспели в этом, что являются лучшими по боям на традиционных видах оружия. Являясь также хорошими мореплавателями, этот народ одним из первых стал покорять морские торговые пути, разъединяющие Атмору и Тамриэль. Таким образом, Норды часто занимают высшие ранги на торговых судах, плавающих по всей Империи. Принцы Даэдра - могущественные языческие демоны-повелители, их можно назвать и богами. Принцы Даэдра правят каждый своим Планом Обливиона (страны по ту сторону врат Мира). Обычно насчитывают шестнадцать Даэдрических Принцев (обладающих женским началом тоже называют Принцами, иногда Принцессами). В одной из книг написаны шестнадцать допустимых проклятий по отношению к Даэдрическим Принцам: Боэтии, Источнику Вдохновения. Гирцину, владеющему Половиной Сознания Людей. Малакату, кто говорит на всех Языках со стороны. Мехруну Дагону, любовнику Слепящего Солнца. Шеогорату, Утешителю людей. Молаг Балу, чьё Дыхание самое отвратительное. Намире, чьи деяния вечны. Мефале, кто продевает в Иглу волосы жён. Клавикусу Вайлу, кто всегда отвечает. Ноктюрнал, чьи прикосновения подобны норке. Перияту, чьи основания — Падающая Скала. Азуре, кто Оправа всех Отверстий. Меридии, кто содержит Наполненность. Хермеусу Море, кто подносит Бумагу к Свету. Сангвину, кто вкушает очищенные Плоды. Вермине, Прядильщице пышных Одежд.

— «Карманный путеводитель по Империи, 1-е изд.»