Полосатое счастье

Как оказалось, Миша очень расчётливый человек. Пока я пребывал под его «наркозом», мой телохранитель пораскидал всё моё барахло по сумкам и забрал с собой. Наверное, чтобы похоронить меня вместе с моими богатствами. Вон из сумки торчат мои любимые трусишки. А вот и коробочка с ножом, который подарил мне Филипп Александрович. Даже моя сенсорная лопата здесь. Остаётся только найти к ней зарядку, вызвать 911, и дело в шляпе. Разодевшись, словно царь на праздник, я осторожно выглянул из-за двери. Вроде бы всё спокойно. Витя что-то готовит. Петя читает книгу. А Митенька сидит в кресле и вяжет. Да, вяжет. Или я слепой, или он в самом деле умело орудует спицами. Но мало ли чем может увлекаться взрослый мужчина. А вот Михаила почему-то не видать. Когда я переодевался, всё время слышал «Марина». Или у костолома есть девушка, или он любезничал с Мариной Игнатьевной. Даже у Миши есть девушка, а у меня нет. - Ребят, мне скучно… - я уселся на обеденный стол, а Митя оторвался от вязания и с удивлением вытаращил на меня глаза. - И что вы, сэр, от нас хотите? - Давайте не так официально, - небрежно отмахнулся я. – Я царь, но не настолько. Давайте как-нибудь повеселимся. Можно поразгадывать загадки. На этом моменте мои тюремщики оживились и пооткладывали свои дела, уместившись втроём на диване. Значит, загадываю я. Чтобы вы не удивлялись моим следующим действиям, хочу окунуться в воспоминания. Однажды я очень сильно поссорился с папой. Наговорив друг другу всяких гадостей, мы разошлись по разным углам нашего особняка. Но Фил разрулил ситуацию и вызвал на дом лучшего московского психолога. Громко сопя, мы с папой уселись в кресла, а наш мучитель с улыбкой достал внушительный по размерам водяной пистолет. Он объяснил правила так: нам поочерёдно будут задаваться различные вопросы. И если хоть кто-то из нас проявит хотя бы намёк на агрессию, то этого несчастного окатят водой. А магазин у пистолета далеко не маленький. Мы с папкой изобразили оскорблённую добродетель, а психолог начал: - Вы любите своего сына? – обратился он к папе. - Конечно, люблю. Но иногда он… - и на этом моменте доктор пустил мощную струю в лицо моего папочки. Если бы вы знали, как больно вода врезалась в нежную кожу. Так тигров в цирке дрессируют. Папа раскрыл рот от возмущения, и туда залилась новая струя воды. - Что вам не нравится в своём отце? – доктор обратился ко мне. Мне показалось, что психологу я приглянулся, и тот специально смягчит мне условия. Как же я тогда ошибся… Стоило мне было раскрыть рот, как несколько мощных залпов полетели мне в лицо. Стало обидно. Папку окатили один раз, а меня три. - Вы же сами попросили назвать его минусы! – обиженно буркнул я. - Агрессия по отношению к доктору! – и этот доктор пустил в меня новый залп. Это продолжалось долго. Почему-то все вопросы сейчас были адресованы только мне. В какой-то момент мне стало так сильно обидно, что я заревел, а папа вскочил на ноги и треснул в отместку за меня психологу по носу. С тех пор мы редко ссоримся. Так что теперь вы не удивитесь той игре, которую я придумал. Один из моих рабов очень хозяйственный мужчина, но такой же неумелый, как и я, раз поливает домашние цветы в горшках из зелёного шланга. Я воспользовался этой прекрасной возможностью и воткнул шланг в кран, уселся на столешницу и нацелил своё оружие на заволновавшихся мужчин. - Итак, братки, кто отвечает неправильно на мой вопрос – тот принимает холодный душ. Ясно? «Братки» закивали головами, вжавшись в диван. - Что же, начнём. Зимой и летом, одним цветом? - ЁЛКА!!! – заорали в один голос рабы-дауны, а я окатил их ледяной струёй воды. - Неправильно! – я ехидно засмеялся. – Деньги! Дальше. Висит груша, да нельзя скушать? - Лампочка… - послышался осторожный ответ Виктора, за что я окатил его мощной струёй. - Неправильно! Гнилая груша! – нет, я прекрасно знаю эти загадки, но надо же над ними поиздеваться. – Расстояние от Земли до Луны? Поскольку ответа не последовало, я окатил уже дрожащих рабов новой порцией душа. - Расстояние такое же, как и от Луны до Земли. Почему люди на кладбище молчат? - Им грустно?.. – чуть не плача, прошептал Митя, но я с громким смехом повторил свои предыдущие действия. - Неправильно! Потому, что они мёртвые! Ещё один вопрос… На этом моменте участники «викторины на выживание» почему-то с криками повскакивали на ноги и бросились врассыпную. Только вот Митенька, мужичок, который мне понравился больше всех, поскользнулся на огромной луже и упал на пол с неистовым грохотом. Оставшиеся два болвана оглянулись и бросились к своему товарищу. Даже я заволновался. Ведь меня уже могут посадить в тюрьму за убийство. - Кажется, он умер… - растерянно пробормотал Витенька, нащупывая пульс моей жертвы около локтя. – Я ничего не чувствую. - И что же нам делать, мужики? – поинтересовался я, и тут же радостно воскликнул: - Надо вызывать скорую! Я бросился к телефону, кое-как набрал «03» и стал ждать. Соучастники преступления уселись на мокрый диван и прислушались. Раздалось несколько долгих гудков, а затем послышался недовольный голос: - Да, восьмое отделение слушает. - Женщина! Женщина, у нас тут человек умер!!! – заорал я, плюхаясь в кресло почему-то с самой спокойной совестью. - И чё? – такого ответа я никак не ожидал. Представьте, приходите вы в похоронное агентство и с рёвом бросаетесь на хороняку, в красках описывает ему всю ситуацию, а тот спрашивает «И чё?». - Что значит «чё»? Вы его как бы забрать должны… - Вы где находитесь? Звонок не из города? - Нет. Мы в какой-то деревне… - Ну и вот. Мы сможем забрать труп только через два дня. Либо везите сами, либо ищите способы мумификации в домашних условиях. У нас одна машина сломана, а остальные водители в отпусках. Кстати, если повезёте, то замотайте во что-нибудь. Мы тряпки не выдаём. Оказывается, та деревня, в которой расположились мои похитители, находится не так уж и далеко от «Серебряных прудов». Мне даже показалось, что именно здесь проживает та самая знахарка. Оставив «вазик» у ржавой калитки, наша фантастическая четвёрка (мёртвого Митеньку я тоже посчитал) направилась в сторону двухэтажного деревянного домика. Даже и не скажешь, что это больница. Я гордым шагом потопал к дверям, а Петя с Витей несли труп, замотанный в белоснежную простыню. Мафия. Мы зашли в кабинет с распахнутой дверью, и перед нами предстала потрясающая картина: из радиоприёмника играет печальная мелодия песни «Привыкли руки к топорам», а в такт ей кивают головами три врача, в серых от грязи халатах. Одна врачиха, размешивая градусником чай, томно вздохнула и обратила пустой взгляд на двух своих товарищей. Врачи, как видно жившие неделю на одной водке, вздрогнули и повернулись к нам. Правильно говорят, что чтобы болеть, надо иметь лошадиное здоровье. - Ребят, мы тут труп привезли, - вымолвил я, усаживаясь на обшарпанный клеёнчатый стульчик. - И чё? – немного недопоняла меня врачиха, откладывая градусник в сторону. - Мы работаем с живыми. Или, в крайнем случае, с полудохлыми. - Мы звонили вам, и вы сказали, что его надо везти к вам. - Хм… - задумчиво протянула женщина, прикрывая опухшие глаза. – У нас в холодильнике нет места. Ладно, кидайте своего мертвеца в чулан, - она указала пальцем на маленькую белую дверь, - уложите на кушетку. Завтра отправим его в Москву. - Рабы, заносите! – Витя и Петя послушно, даже бережно уложили Митеньку на дряхлую кушетку. – Ладно, идёмте домой. Мы в полном молчании покинули группу алкашей и направились к двери. Мои рабы жалели Митю, а я жалел себя. А если меня посадят в тюрьму за убийство и за жестокое обращение с даунами? Вдруг мимо нас с громким криком промчался один из врачей. Я, конечно, знал, что алкаши буйные, но ведь не до такой степени. Мы резко обернулись. Следом за своим собутыльником с диким ором промчался второй врач, теряя по дороге пару ароматных ботинок. А в качестве финального шика из кабинета выскочила толстая врачиха. То ли ноги её подкосились от страха, то ли количество алкоголя в её крови было слишком большим, но женщина с протяжным хрюканьем упала к моим ногам, хватаясь за них, словно за лиану над пропастью. И что вызвало такую панику? Водка закончилась? Но тут появился ответ на мои вопросы. Какой-то человек, разодетый, словно римлянин в белоснежной тоге, с нечленораздельным звуком выскочил из кабинета и зашагал к нам. Только сейчас я понял, что это Митька… «Зомби!» - вырвалось у меня. Мои рабы повторили это слово и, поняв, что им не послышалось, заорали и в панике заметались по холлу. В руке у «трупа» красовался разбитый градусник. Наверное, врачиха оборонялась от внезапно ожившего Митьки. Алкаши и мои рабы продолжали носиться по холлу, не додумываясь открыть входную дверь. - Зомби! Мы все умрём! – чуть ли не плача от смеха крикнул я, облокачиваясь спиной о стену. – Зомби наступают! - Чего это они?.. – Митя встал рядом со мной. Наверное, ему всё ещё плохо. - Твоему выздоровлению радуются. Женщина, громко хрюкая, переползла под ногами мужчин в какой-то кабинет. - Ничего не помню… - Митька устало потёр глаза. Но тут произошло нечто неожиданное – врачиха со скоростью дикой лани подбежала к моему любимому холопу и двинула лопатой ему по лицу. Я охнул и съехал по стенке на пол. Митя упал без сознания со сломанным носом, откуда заструилась кровь. Все мужчины успокоились и подошли к «зомби». - Дебилы, он же живой был… - вынес дельное умозаключение один из докторов. – Теперь его в палату ложить надо. - Класть, - автоматически поправил я, а Витя громко шмыгнул носом. Так, один уже есть. Осталось всего трое.