Рука в руке

Они почему-то отказались назвать свои имена. Ну... не то, чтобы отказались - просто не сочли нужным. Все, кроме Молли. Тадеуш Молли Шолто, одна из клона. Одна сестра, четыре брата – стандартный клон-пять. Такой же, каким был клон-пять Джон Уотсон. Молли виновато улыбнулась, произнося свое имя и обернулась к своим, убедиться, что не перешла границ. Остальные не были против, но сами не представились. А Джон и не настаивал. Он даже нашел потом оправдание их решению и повернул все так, будто это была его идея - не называть их по именам. «Я не запомню, кто из вас кто. Буду путать. И вообще, кого бы из вас я ни позвал, оборачиваться будут все. Уж я-то знаю, о чем говорю! - объяснил он им в тот день, когда они впервые решили сделать совместную вылазку. – Так что, будете у меня все – Шолто. И точка!». Клон-пять Тадеуш Шолто не был против. Им, кажется, вообще было все равно – как обращается к ним Джон. И командовать собой они позволили только потому, что он был таким же, как они. Был когда-то… А может, потому, что, несмотря на самодостаточность и сплоченность их клона, никто из них не любил проявлять инициативу. Джон – так получилось – повел их за собой однажды, и Тадеуш Шолто сообща решил, что может доверять такому командиру, что вот теперь-то их долгая подготовка найдет применение… Тадеуш Шолто представлял собой редкое явление – полностью выживший клон. Он был создан в числе последних - и нужного возраста достиг только к концу активных военных действий, когда Гетен был полностью разгромлен и флот землян был занят обнаружением и захватом жалких остатков противника. Клон-пять Тадеуш Шолто был выращен, прошел все необходимые тренировки и обучение, но так и не был использован по назначению из-за отпавшей надобности сражаться, завоевывать и убивать. Так и остались они не у дел, как новенькое, начищенное и смазанное оружие, готовое к бою, но так в бою и не испытанное. В наступившее внезапно мирное время клон-пять Тадеуш Шолто переживал довольно непростые времена, так как понятия не имел, как себя в это мирное время вести, чем заниматься и как зарабатывать на жизнь, не умея ничего, кроме проведения разведывательных, оборонительных или штурмовых операций. Они искали работу, где были бы задействованы все пятеро, потому что с детства были подготовлены действовать только группой. Возможность того, что кто-то из них может остаться невостребованным, когда одному или двум другим из клона предложат работу, ставила их в тупик. Ни на строительстве, ни для ремонтных работ, ни в любом другом месте, какую бы тяжелую и грязную работу им не предлагали, никто никогда не соглашался взять весь клон целиком. Они слышали, что другие клоны разделялись и работали в разных местах, поступившись главным принципом клона – всегда быть вместе. Но клон-пять Тадеуш Шолто не шел на это. В итоге им нашлась работа в одном из моргов Города, специализированном заведении, куда поступали только трупы гетенианцев. Морг располагался на минус третьем этаже пустующего здания, в котором когда-то был учебный центр для клонов-пилотов. Минус второй и минус первый этажи тоже пустовали, хотя первоначально им тоже намеревались найти применение. Усопших подручных требовалось раздеть, избавить от ошейника, занести данные в базу данных морга и подготовить для дальнейшей утилизации. Трупы поступали в обыкновенный мусорный конвертер с увеличенным приемным люком. Ошейники тоже учитывались, а потом укладывались в специальные контейнеры и их забирали на перепрограммирование, чтобы потом надеть на новых подручных. Работа была не из приятных, поэтому обычные люди на ней долго не задерживались. Клон-пять выполнял ее добросовестно и без лишних эмоций. Трупов было не особенно много, и, чтобы как-то заполнить свободное время, Тадеуш Молли Шолто пыталась осмотреть труп перед утилизацией, чтобы узнать причину смерти – правда, никаких специальных знаний у нее в этой области не было, но она все равно обследовала тела, и если находила какие-то подозрительные следы на теле, обязательно рассказывала братьям. Те относились к ее увлечению снисходительно, но без одобрения. Им было все равно. Когда Джон впервые пришел к ним, они как раз собрались в дежурке и обсуждали, что им следует предпринять в связи с двумя странными явлениями: первое - в течение полутора недель не поступило ни одного нового трупа, и второе - стал барахлить и вконец заглох коммуникатор. (Вначале они не придали этому особого значения, пока у них не кончилась питьевая вода. Коммуникатор по прежнему не работал, и – ни одного нового трупа!) Кто-то из них высказал предположение, что неплохо бы подняться на поверхность и узнать, почему с ними никто не связывается. Все задумались и надолго замолчали. Молли предположила, что наверху эпидемия, и трупы просто боятся трогать, не то чтобы свозить в морг. Братья предложили ей самой сходить и проверить. Молли пожала плечами и ничего не сказала. Тут они и услышали шаги. «А вот и труп привезли!» - с улыбкой произнес один из пятерых. «Или коммуникатор наш пришли чинить», - отозвался эхом другой. Они сдержанно засмеялись. Но вместо сотрудников «Очистки и транспортировки» или ремонтника, посланного из Единой Коммуникативной Сети, на пороге дежурки возник взъерошенный, с отросшей рыжеватой щетиной на щеках, серьезный, очень напряженный человек в дорогом (но запыленном и мятом) костюме, придерживая на плече набитый чем-то потрепанный рюкзак, и произнес: «Я тут ищу одного человека…». Правда, Молли готова была поспорить с кем угодно, что ей не показалось: вначале гость выглядел озадаченным и даже пораженным. «Вы ведь тут... работаете... то есть, это ведь морг?.. У вас ведь сохранились данные о поступивших?..» Когда Тадеуш Молли Шолто прервала его, уточнив, что он находится в морге для гетенианцев, гость сначала смешался, а потом кивнул и как ни в чем не бывало стал перечислять – «выше меня, худой, волосы слегка вьются, кожа светлая…». Молли прервала его снова, спросив, уверен ли он, что ищет именно гетенианца, потому что, судя по описанию, ему нужен землянин. Тогда гость разозлился и стал кричать на нее, обозвал ее дурехой, а потом вдруг замолчал и закусил губу. И извинился. И скинул рюкзак с плеча. Молли покачала головой, усадила гостя на стул и принесла записи за последние три месяца. Гость ожил и впился в кусок пластика, перелистывая проецирующиеся в пространство над ним изображения принятых моргом трупов. Молли сначала комментировала, указывая на очередного мертвого гетенианца, от чего, по ее мнению, он умер, как выглядело тело и как она его обследовала, но гость реагировал на ее слова странно, вздыхал, закрывал глаза и на какое-то время прекращал просмотр. Наконец, Молли поняла, что ему неприятны эти подробности, и отошла, сделав вид, что прибирает в их импровизированной кухне. Остальные просто сидели каждый в своем углу и молчали. На гостя они не смотрели, он не был им интересен. Ничего не найдя, гость встал, вежливо поблагодарил Молли и стал прощаться. «Его тут нет?» - поинтересовалась Молли, просто из вежливости. Гость покачал головой. «Это ведь хорошо!» - решила она подсказать ему. – «Это значит, что он жив!» Гость слабо улыбнулся и ответил, что да, возможно, он жив, если не валяется где-нибудь на улице, и что он просто решил исключить морг, что до этого он побывал в других моргах, куда свозили трупы землян, потому что его могли принять за землянина. Это насторожило Молли. Она попросила объяснить: каким образом гетенианца с ошейником могли принять за землянина, даже если он высокий и не такой смуглый? Гость ей ответил, что, как он думает, возможно, его гетенианец мог оказаться без ошейника... Когда Молли расхохоталась, гость то ли отшатнулся от нее, то ли его просто качнуло, он заторопился и попросил сказать, сколько он им должен за информацию. Потом гость стал нести какой-то бред – доставать из рюкзака то упаковку с шоколадом, то лекарства, то пищевой концентрат в упаковке из фольги, и называть их. «У меня есть еще нож, если этого не хватит» - добавил он, решив, что вытянувшиеся лица означают именно то, что он подумал – слишком низкую цену. «Вы ничего не должны нам...» Первой опомнилась Молли. «Разве с вас там, наверху, не взяли положенную плату за вход и за получение информации?» - спросила она. На что гость очень удивился и спросил – где это, «там, наверху»? Молли терпеливо объяснила, что «там, наверху» - это на входе в здание, и что до того, как спуститься на лифте на их минус третий, он должен был наткнуться на пропускной пункт, где его и должны были проверить на предмет допуска, взять плату и выдать разрешение на спуск. Гость признался, что никого на входе не встретил, лифтом не пользовался, а спустился по лестнице. Тут клон-пять претерпел серьезную метаморфозу. Все пятеро внезапно уставились на гостя в полном недоумении. До этого они просто смотрели сквозь него, а теперь как будто впервые увидели и осознали, что он сказал. Гостя стали уверять, что быть такого не может, что на посту обязательно должен быть в крайнем случае один дежурный, и что его никто никуда бы просто так не пропустил, тем более бесплатно. «Они хотя бы проверили ваш АИ-кошелек?» - поинтересовалась Молли. Тут до гостя кое-что дошло. «Вы давно отсюда не выходили?» - спросил он у клона. – «Вас не удивило, что на экране коммуникатора - шипение и хаос из цветных точек? Вы не знаете, что произошло наверху? Что там сейчас никакого порядка, никаких АИ-кошельков? Вы НИЧЕГО НЕ ЗНАЕТЕ?» «Эпидемия?» - выдохнула Молли, а остальные, подчиняясь инстинкту, не сговариваясь встали, пытаясь держаться поближе друг к другу. «Вы и правда не знаете?» И гость рассказал им все – и как внезапно повсюду, неизвестно отчего, стали выходить из строя ошейники подручных, как, осознав, что им уже не угрожает наказание, они взбунтовались, ушли от своих хозяев и объединились. Он рассказал, как начались уличные бои и так же быстро прекратились, потому что гетенианцы просто уходили из города, и драться не входило в их планы. Как потом оказалось, что все остались без связи, потому что Единая Коммуникативная Сеть прекратила свое существование. Гость сказал и про то, что власти вначале попытались усмирить гетенианцев, потом им пришлось усмирять землян, бывших хозяев, которые хотели устроить поход на временный лагерь гетенианцев, разбитый на окраине города. Как потом властям показалось, что более разумным выходом будет убраться куда-нибудь в безопасное комфортабельное место, и что, видимо, они так и поступили. Во всяком случае, гость видел своими глазами процессию из шикарных бронированных автомобилей, включая грузовые, которые под охраной военных торжественно покидали Город. Как потом оказалось, что силовое поле больше не охраняет их от сезона града, и как он сам чуть не погиб, когда его накрыло, и он прятался от убийственных ударов градин под брошенным автомобилем. Он рассказал, что больше нет никаких АИ-кошельков, потому что нет банков, нет магазинов и нет вообще ничего. Припасы приходится добывать, грабя какой-нибудь еще никем не обнаруженный склад, при этом часто - отбиваясь от других желающих. Он рассказал и то, что теперь новости передаются устно, и никак невозможно отделить их от слухов, но что говорят, будто свободные гетенианцы захватили соседний город и живут там, а землян сделали рабами. Но это рассказывают не беженцы из соседнего города, а местные. А беженцы из соседнего города говорят другое – что гетенианцы никого не грабили и не убивали, просто вежливо посоветовали землянам убираться из того города в этот, что те и сделали, многие – с удобствами, на автомобилях, с имуществом и запасами еды. - Я вас узнал, - вдруг сказал кто-то из клона, прерывая гостя. – Вы – тот самый Джон Хэмиш Уотсон, из Лотереи. - На плакатах вы были без бороды, - сказал другой. - А я Молли, - сказала Молли. – Тадеуш Молли Шолто. И обернулась к своим, приглашая и их представиться. Но они не спешили. - Мы – клон-пять Тадеуш Шолто, - продолжила Молли. – Мы не знали, что там наверху происходит. Нам было неинтересно. - Поехали отсюда, - предложил Джон. – Вы же не собираетесь тут оставаться? Удивляюсь еще, как к вам сюда до сих пор никто не вломился в поисках чего-нибудь съестного... В автомобиль мой как-нибудь втиснемся. Мы приварили на крышу и с боков градозащитные сетки, так что передвигаться на нем безопасно. У вас есть запасы еды? Возьмите с собой. В багажник впихнем. Воды нет? Плохо... - Послушайте, - спросил еще кто-то из клона. – Джон... А почему отключились ошейники? Это была какая-то диверсия? На нас напали? - А.. Я не сказал? – Джон облизнул губы и стал складывать в рюкзак все, что оттуда достал. – Это сделал как раз тот, кого я ищу. Гетенианец. Это было его изобретение, он мне показывал. Ему как-то удалось распространить сигнал, отключающий... Ну, видимо, с помощью этой самой Бесплатной Лотереи... Его зовут Шерлок. - Он был вашим подручным? – вежливо поинтересовалась Молли. - Да... - Но вы сказали, он мог быть без ошейника! - Я снял с него ошейник. - Потому он от вас и удрал, - сделал вывод кто-то из клона. - Он... не удрал... Мы были... Он мой друг... Он... я чувствую его, как чувствовал своих, из клона. Я обязательно его найду. - Джон, - осторожно поинтересовалась Молли. – А вы разве... - Клон-пять, Джон Уотсон. Как и вы. - А где ваш клон? - Их нет, - просто ответил Джон, а потом, чтобы они поняли, повторил немного по-другому: - Их нет... Клон-пять Тадеуш Шолто застыл, не зная, как реагировать. Их не учили таким дисциплинам, как сочувствие, утешение или деликатность. - Что же вы, как истуканы какие-то, честное слово! - вдруг возмутился Джон. – А ну быстро собираться и на выход. - А куда? – спросила Молли. - В наш лагерь. Лагерь землян. Он тоже под землей. Есть вода, еда, оружие. Только учтите, клонов у нас не очень любят, так что постарайтесь сдерживать свою общительность и дружелюбие. На первых порах. Молли первой поняла, что Джон пошутил, и улыбнулась. Остальные четверо последовали ее примеру, не вникая в суть.