Рука в руке

- Джон… Джон… Осторожный стук. Джону не хотелось подниматься в такую рань, тем более, судя по тому, как ненастойчиво его будят, причина, по которой это происходит, совсем не срочная. Или не очень срочная... Не чьи-то роды, не чей-то приступ и не конец света. Не конец света, потому что, в принципе, он уже наступил. Так что Джон собирался закрыть глаза и еще немного подумать, прежде чем что-нибудь ответить тому, кто стучал и звал его, и прежде чем встать, тем более. Он думал полночи, пока не заснул – а подумать ему было над чем. Например, стоит ли им вшестером, то есть ему и клону Шолто, соваться на когда-то охраняемую, а теперь неизвестно, охраняемую или нет, территорию складских помещений одной корпорации по производству пищевых концентратов, и на что им грозит там наткнуться. (Заминированные входы? Сигнализация с ловушками? Самоотверженные охранники?) А если так, то не лучше ли продолжить рейды по складам магазинов? И что делать с теми двумя, на которых они наткнулись в подвале давно разоренного и пустующего банка – с хозяином и его подручным? (Их нашли Молли с одним из братьев. Когда Джон и остальные подоспели на ее сигнал, землянин стоял в центре подвала и держал обеими руками пистолет, на боковой панели которого мигал ярко-оранжевый квадратик, говорящий о том, что оружие переведено в режим самоуничтожения. «Если вы его тронете, я вас тут всех взорву…» - тихо сказал землянин. Подручный без движения лежал на сложенном в несколько раз ковровой дорожки, отодранной, видимо, с ведущей в подвал лестницы. Он был на пятом или шестом месяце беременности. Джон прогнал клон Шолто наверх, а сам остался поговорить. Землянин неохотно отвечал на вопросы, но все же рассказал, что ребенок, которого носит гетенианец – от него, и что он ни разу не включал его ошейник, что он любит его и что не знает, к кому податься – к своим или к гетенианцам, потому что ни те, ни другие, возможно, его не примут, а расставаться они не хотят. Джон посмотрел на подручного и, подыскивая слова, не очень уверенно, составил корявую фразу по-гетениански: «Хозяин. Говорить. Правда?». Гетенианец удивленно расширил глаза и даже приподнял голову. Джон повторил эту фразу громче. «Да, это все правда!» - ответил гетенианец и добавил еще что-то, быстро и неразборчиво. Джон покачал головой. «Много. Слово. Не знаю. Плохой» - выдал он все, что смог припомнить. Гетенианец улыбнулся и ответил уже на земном: «Да, он говорит правду. Ни разу меня не наказывал. Я ношу его ребенка. Ты поможешь нам?» Джон кивнул. «Откуда вы знаете гетенианский?» - спросил землянин, опуская пистолет и отключая боевую готовность (оранжевый квадратик мигнул, сменился на желто-зеленый, потом погас). «Я два года жил с ними» - ответил Джон. Он уверил землянина в том, что не причинит ему с его подручным никакого вреда, оставил им немного еды и воды, сказал, что наведается чуть позже и велел никуда не уходить отсюда. Провожая его взглядом, землянин недоверчиво усмехнулся. «Привет, я Джон Уотсон!» - с издевкой произнес он в спину Джону. – «Значит, два года, говорите? А как же лотерея? Правда, я в эти дела никогда не верил, и в вашу лотерею не играл, и в Бесплатной не принял участия!» «Лотерея Джона Уотсона – это афера», - ответил ему Джон, оборачиваясь на пороге. – «Кто-то воспользовался моим именем… А вы, стало быть, в Бесплатной Лотерее тоже не участвовали» - «Нет!» - «Значит, его ошейник все еще работает?». Джон указал на гетенианца. «У меня нет никаких инструментов» - ответил на это землянин. «У меня есть. Я принесу. Завтра. Не уходите никуда» - сказал Джон. И он пришел назавтра и разрезал ошейник. Но что с этими двумя делать дальше – не представлял. В лагере людей им, очевидно, было не место… Несмотря на все влияние Джона). Кроме этого, Джону было еще о чем подумать. С самого основания лагеря все подходили со своими проблемами именно к Джону – как будто то, что его лицо мелькало на рекламных плакатах, сделало его не просто человеком, которого все знают, а человеком, который знает все. Джон стеснялся отказывать, пытался всем помочь, а делал только себе хуже. Его чуть ли не в генералы произвели, когда он – еще в самом начале - во время одного уличного сражения вывел из окружения группу людей. Теперь весь лагерь знал – как Джон Уотсон скажет, так и будет. Джон был необходим, когда надо было кого-то вылечить. Джон всегда знал, как разработать план по поиску еды и воды. Джон нашел музей, в котором хранилась огромная подробная карта Города, и перенес ее в лагерь. Джон научил, как делать градозащитные сетки и как выращивать под ними овощи. Джон нашел склад с семенами овощей и зелени. Джон разрешал споры. А клон-пять Тадеуш Шолто все воспринимали как его личную гвардию. Еще Джон думал о том, каким он ослом был, когда пошел на поводу у Мориарти. И почему не бросился сразу покупать билеты на поезд, пока поезда еще ходили, когда не смог связаться с Дженли и Антеем (опустошенный АИ-кошелек означал еще и немедленное отключение коммуникатора на ферме Джона, как выяснилось). А потом уже не было никакого шанса выбраться из города и дойти до фермы, потому что начался сезон града, и силовое поле Города отключилось, и вообще, вокруг воцарился хаос, и еще его подстрелили во время уличной стычки и он до сих пор залечивает эту легкую, но все же болезненную рану в ноге… А еще Джон хотел подумать о том, что… Но осторожный стук повторился. И снова: - Джон! - Ну да, здесь я! – без энтузиазма отозвался Джон. – И что? - Вы не спите? - Какой глупый вопрос, - фыркнул Джон и поднялся с постели. – Заходи. Хорошо, что одеваться ему не нужно – было холодно, и Джон спал одетым. А одеваться ему было бы сейчас ужасно лень. Один из братьев Шолто робко приоткрыл дверь. - Там такое дело, - сказал он. – Коммуникатор… - Что коммуникатор? – зевая, спросил Джон, стаскивая с постели плед и размышляя, накрыться им сразу или после того, как умоется. - Он включился. Сам собой. И там показывают… что-то… - Что? – Джон застыл на середине зевка. – Не может… Пошли. Где он? Который включился? - Все, Джон. И в том доме, что над нами, и в соседних… по всему лагерю. Мы еще не проверяли в тех домах, которые за границами нашего поселения, но я думаю… Наверное, все - которые целы, конечно... Они побежали по подземному коридору, соединяющему два здания, туда, где в самом обширном из обжитых ими подвале располагалось нечто вроде места для общих собраний. Там уже собралась треть лагеря, несмотря на раннее время. - Что наверху? Град? – спросил Джон. – Отсюда не слышно. - Нет, града нет, - ответили ему. – Хотя давно должен был уже пойти. - Тогда поднимаемся… - Джон оглядел всех. – Шолто, со мной. Кто еще хочет? Человек десять не очень уверенно подняли руки. - Ну, и вы. Молли, и вы двое – следите за входом, ты – лестница, вы – окна. Остальных очень прошу – не разговаривать, не шуметь и держаться вместе. Никто не знает, что нас ждет наверху. Кто первым заметил, что коммуникатор включился? – спросил он, уже когда они стали подниматься из подвала в дом. - Я, - сказала Молли, стараясь не отстать от Джона. - Он включился, не так, как обычно, а как будто… - Что ты делала наверху? - Я просто… - Ладно, потом объяснишь. А что ты увидела? - Вдруг на весь экран – лицо, - начала Молли. – Гетенианец. - Гетенианец? - Да. А потом появился второй, они говорили друг с другом, потом стали смотреть в экран… - А что они говорили? - Откуда я знаю? Они на своем, на гетенианском говорили. Да вот, видите? Все то же самое. Продолжается. Джон, что это? Вы понимаете, о чем они говорят? - Следите за окнами, - выдавил из себя Джон, чуть дыша и медленно опускаясь в засыпанное мусором и осколками кресло. С экрана на него смотрел Шерлок. Он хмурился и кусал губы, выстукивал что-то на клавиатуре, а потом долго ожидающе вглядывался в экран. Потом снова принимался стучать по клавишам. Рядом мелькало другое лицо – Антей. Или Дженли… Джон и сейчас не мог разобрать.. Они негромко переговаривались, но Джон не понял ни слова. Потом кто-то невидимый что-то крикнул им, Шерлок и Антей (или Дженли) синхронно повернули к тому невидимому головы и тут же вместе придвинулись к экрану. Потом Дженли (или Антей) встал и шагнул куда-то вбок, а Шерлок снова что-то сказал, и на этот раз Джон различил слово «начинать». Шерлок прокашлялся, выпрямился, пригладил ладонями майку на груди и сказал: - Всем, кто меня слышит! Земляне! И жители Гетена! Есть хорошие новости… Мы тут сейчас восстановили Единую Коммуникативную Сеть. Не совсем в таком виде, в каком она была раньше. Но вы можете связываться по ней друг с другом. Если вы захотите связаться с нами – набирайте вот этот номер. – Шерлок поднял картонку, на которой стилом был нацарапан какой-то код. – Если мы не сможем ответить всем сразу, ваш звонок будет записан, и мы вам обязательно ответим. - Джон? – спросил кто-то из клона-пять. – Джон! - Это ведь не запись? Это ведь не запись, да, Молли? – прошептал Джон, поднимаясь с кресла. От его движения на пол соскользнули потревоженные осколки и мусор. - Не думаю, - сказала Молли. – Они, видимо, только что починили сеть... Клон Тадеуш Шолто в недоумении смотрел на Джона, который, склонившись в неудобной позе над клавиатурой, сосредоточенно, почти бережно нажимал одну за другой цифры, сверяясь с экраном. Шерлок держал картонку перед собой и продолжал говорить. - Мы находимся в центральном офисе Единой Коммуникативной Сети. Мы хотим наладить ее окончательно. Потом посмотрим, что можно сделать с водопроводом. Мы еще хотели восстановить силовое поле, которое защищает ваши города от града, и обнаружили очень интересную вещь... Сейчас разгар сезона града, но почему-то на небе ни облачка. Вы ведь заметили? - Да, мы заметили, - отозвалась Молли, глядя в экран. – Это странно. - Мы провели тщательный анализ установок, генерирующих силовое поле, - говорил тем временем Шерлок. - Мы обнаружили прямую связь. Силовые поля, защищающие ваши города от града, на самом деле – настоящая и единственная причина того, что наступает сезон града. Если вы думаете, что неправильно поняли мои слова, я повторю то, что сказал: сезон града вызывается включением силового поля над Городом. Джон с отчаянием глядел на значок, загоревшийся в уголке экрана: там мигал белый треугольник и надпись «Ваш звонок записывается. Говорите». - Шерлок, - сказал Джон и вытер ладонью глаза. – Шерлок... Клон-пять и остальные земляне, поднявшиеся сюда вместе с ними, с изумлением наблюдали странное явление: уравновешенный Джон Уотсон смеялся, выпрямившись перед коммуникатором во весь рост, и то и дело смахивал скачущие по щекам слезы. Гетенианец попрощался с экрана, обещал выйти на связь в ближайшее время и сообщить новости, пожелал всем – и землянам, и гетенианцам, - мира и отключился. - Будем брать центральный офис Коммуникативной Сети штурмом, - со знающим видом шепнула Молли братьям. - Отставить штурм, - устало произнес Джон, услышав ее слова и мгновенно становясь прежним – серьезным и рассудительным. – Я пойду на переговоры. Один. Шолто, оставаться на месте, охранять лагерь. - Есть! - синхронно отозвался весь клон. - Вы хотите пойти один? – спросил кто-то из землян. - Да, - сказал Джон. – Только кто-то должен меня подвезти. Рана на ноге что-то разболелась.