Промты

Она сама развела его ноги и подошла ближе, обхватив его лицо, расплывшееся в улыбке, ладонями. Что-то было в этом возбуждающее, но одновременно ещё и милое, детское – как если бы какая-нибудь пятилетняя девочка взяла поиграть чужую куклу без спроса. Нагнувшись, резко, очень по-девчачьи, она нагло усмехается, глядя ему прямо в глаза, прежде чем как бы ненароком поцеловать в губы. Она нежная, даже, может, пугливая, когда дело касается целого ряда вещей, и почему-то поцелуи вклиниваются в этот список, а розовая помада только акцентирует на этом его внимание. Майлз чувствует себя первоклассником, над которым ставит эксперименты его соседка по парте – так же неловко как-то он прижимает ее к себе за осиную талию, так же прерывисто извлекает из себя несуразные смешки один за другим, так же неохотно закусывает губу на секунду после, чтобы обновить вкус этой её помады в памяти. Честно говоря, он ещё и не успел забыть его – на так уж и давно они стали знакомы. «Ты играешь с огнем» звучит глупо, но это ему даже на руку. Она улыбается и становится истинно куколкой. Майлз подается вперед, ловит ртом воздух, но Суки смыкает его губы одним лишь движением большого пальца, чем вызывает восторженный хохот. Кейн, не мешкая, опускает ее руки и вскакивает со стула – спустя мгновение он уже сам ее целует и именно так, как хочет ее целовать. Её ресницы, громадные и черные-черные, трепещутся, что неудивительно. Алекс хочет было зайти к Майлзу перед выступлением, предложить потом всем вместе двинуть в сторону какого-нибудь шумного, не особенно людного места, но слышит приглушенный смех из-за двери. Даже не разбирая кто в комнате, Тёрнер на каблуках разворачивается и идет обратно. На выступлении Алекс блистает замечательно четким следом от губной помады пунцового цвета – Ариэль недоумевающе обновляет ее на своих губах после сдавшегося зачем-то Алексу поцелуя в щеку.