Драко Малфой и спальня родителей

Еще один год: снова бездари гриффиндорцы, удивленные – в какой раз? - писклявые возгласы первокурсников, вызывающие мигрень. Не преминув помянуть стаканчиком огневиски спокойные летние деньки, профессор зельеварения, в очередной раз не допущенный к преподаванию ЗОТИ - как и в прошлом году, и за год до этого, да и за десяток лет преподавания зельеварения, что уж душой кривить, - поднялся в Большой зал. Множество зажженных свечей парили над четырьмя длинными с различными яствами столами. А над свечами по всему потолку ярко горели знакомые созвездия. Снейп без труда разглядел длинную вереницу испуганных первокурсников, входящих один за другим в зал. Профессор МакГонаглл, как и из года в год, поставила на табурет знаменитую Шляпу, распределявшую новичков по факультетам. Эта древняя Шляпа решала судьбу будущих выпускников Хогвардса. Северус хорошо помнил, как в одиннадцать лет он надел ее и с замиранием сердца ожидал решения своей участи, провожая взглядом Лили. Он очень не хотел, чтобы Шляпа послала его в Гриффиндор, к этим зазнайкам. Но сейчас, несмотря на привычную неприязнь к факультету, давно возмужавший Снейп глазами в зале искал двух детей: Драко Малфоя, сына Люциуса, и Гарри Поттера, сына Лили. Первого успешно нашел, потому что паренек всегда привлекал к себе внимание. Второго же нигде не было. "Во что еще вляпался этот несносный мальчишка?" с этой мыслью Снейп стремительно покинул свое место за преподавательским столом, не без удовольствия оставляя Локонса Златопуста купаться в лучах его собственного самомнения. Северусу выпало несчастье учиться с ним в одно время, но, слава Мерлину, на разных факультетах. Снейп заглядывал в каждый зал на своем пути, надеясь, что Поттер просто отстал, а не попал в беду. Лучше бы мальчику вообще держаться подальше отсюда, как и устроил изначально Дамблдор, отдав его магглам. Да, там ему было несладко, и у Снейпа почему-то ныло от этого сердце, но он хотя бы был жив. В коридоре профессора нагнал Филч, сообщив об акте вандализма на территории школы: предположительно, старшекурсники "украсили" маггловской повозкой Дракучую Иву, так любимую профессором зельеварения. Именно из-за этой любви Филч и не мог не сообщить ему первым до разбора завала. Все преподаватели знали, что Снейп трепетно относился к растению, но никто не знал, почему. Когда Снейп уже возвращался в Большой зал после осмотра ивы, чтобы доложить директору, удача улыбнулась ему: Поттер и Уизли, пыльные, но живые, прятались неподалеку от зала, увлеченно наблюдая. Кусочки головоломки мгновенно сложились. Снейп направился к мальчишкам, поправляя манжеты. — Может, он заболел, — донесся голос Уизли. — А может, совсем ушёл? Из-за того, что место преподавателя защиты от тёмных искусств снова досталось не ему? - промямлил Поттер. — А может, его выгнали? — вдохновенно произнёс Рон. — Его все терпеть не могут… — А может быть... — процедил Снейп, не желая больше слушать, — он сейчас стоит и ждёт, когда вы, двое, расскажете ему, почему вернулись в школу не поездом! Поттер обернулся, подпрыгнув, как ужаленный. — Следуйте за мной! — приказал профессор, не скрывая улыбки, не предвещающей ничего хорошего. Снейп повел ребят прочь от тепла и света вниз по узкой каменной лестнице, в подземелья. — Заходите, — Северус отворил дверь в свой кабинет на первой площадке. Камин здесь почти никогда не горел: слизеринцы согревались заклинаниями, а старшекурсники еще и огневиски. Полки вдоль стен были уставлены стеклянными банками, в которых плавали редкие препараты, стоящие сотни галеонов для знающих людей. Снейп захлопнул дверь и взглянул на своих невольных пленников. — Значит, поезд, — начал зельевар тихим голосом, заставляя вслушиваться в каждое слово, — недостаточно хорош для знаменитого Гарри Поттера и его верного подпевалы Рона Уизли. Захотелось явиться в школу с представлением, а?! - голос набрал нетерпения и громкости под конец. — Нет, сэр, это все барьер на вокзале Кингс-Кросс… - промямлил Поттер. — Молчать! Так что же вы такое сделали с этим автомобилем? - Северус собственнопалочково только что снял его с невинного дерева, поэтому говорил с такой уверенностью. И в доказательство своей правоты профессор развернул сегодняшний выпуск газеты «Вечерний пророк». — Вас видели магглы, — прошипел он, указывая на заголовок. Снейпа это волновало даже больше, чем поломанная Дракучая Ива. — «Магглов изумил летящий в небе форд „Англия“, — громко начал он читать. — Два лондонца уверяют, что видели, как над башней почты пролетел старенький фордик… в полдень в Норфолке миссис Хетти Бейлисс, развешивая во дворе белье… Мистер Ангус Флит из Пиблза сообщил полиции…» И таких сообщений шесть или семь. Если не ошибаюсь, твой отец работает в отделе «Противозаконное использование изобретений простецов?» — обратился Снейп к Уизли, злобно ухмыляясь. — Нет, вы только подумайте… его собственный сын… Северус, разделяющий нелюбовь Малфоев к Уизли, правда, из-за их бестолковости, смаковал все происходящее, потому что планировал рассказать Люциусу: тот должен был остаться доволен. — Осматривая парк, — продолжал Снейп, — я обнаружил, что был нанесён значительный ущерб бесценной Дракучей Иве, редчайшему экземпляру подвида плакучих ив. — Эта ваша Дракучая Ива нанесла нам куда больший ущерб! — выпалил Рон и насупился. — Молчать! — опять рявкнул Снейп. — К моему огромному сожалению, вы не на моем факультете, и я не могу вас отчислить. Но я сейчас же пойду и приведу тех, кто обладает этими счастливыми полномочиями. А вы пока будете ждать здесь. Северус скрылся за дверью и, стремительно вернувшись в Большой Зал, перекинулся парой фраз с Дамблдором, тот жестом отправил Минерву со Снейпом Профессор, поджав губы, открыл дверь для женщины, покидающей зал. Он-то надеялся, что после рассказа о вокзале, Дамблдор отправит Гарри в безопасное место. Снейп вернулся в сопровождении профессора МакГонаггл. Войдя в кабинет, она тотчас взмахом волшебной палочки разожгла в камине огонь, который ободряюще загудел. Мальчишки еще раз пересказали историю своему декану, пока Северус слушал все это, пытаясь извлечь нужные факты. В дверь постучали, и Снейп, излучая счастье, отпер её. В комнату вошел директор школы, профессор Дамблдор. После продолжительного молчания, вызванного его появлением, Альбус, наконец, сказал: — Сделайте милость, объясните всё-таки, почему вы так поступили? Северус терпеливо выслушал всю эту чушь еще раз. Особенно про случайно найденный на площади летающий автомобиль. - Я делаю вам обоим последнее предупреждение. Вы совершили очень серьезный проступок. Я сегодня же напишу вашим семьям. И, если подобное повторится, буду вынуждена вас исключить, - прервала лепетание юнцов Минерва МакГонаггл. С лица Снейпа схлынуло воодушевление. Прокашлявшись, он обратился к директору: — Профессор Дамблдор, эти юнцы нарушили закон, ограничивающий магию несовершеннолетних, нанесли серьёзный урон старой, очень ценной иве… этот акт вандализма… — Профессору МакГонаггл решать вопрос об их наказании, — спокойно прервал Снейпа Дамблдор. — Они учатся на её факультете, она несёт за них ответственность. Так, я пошёл на банкет, Минерва, — повернулся он к даме в остроконечной шляпе. — Надо сделать несколько объявлений. Идёмте, Северус. Какой нас ожидает восхитительный торт! Северус ненавидел сладкое, в особенности лимонные дольки, но что поделать, если только под них у Директора шли серьезные разговоры? А если уж он заикнулся о торте, то о размерах проблемы можно было только догадываться. Окинув Гарри и Рона разочарованным взглядом, Снейп выскользнул из кабинета вслед за директором. Северус шел за Дамблдором в полной тишине, и ему ничего не оставалось, кроме как попечалиться о судьбе Дракучей Ивы, не раз сыгравшей важную роль в его жизни. *** Конец четвертого курса для Северуса Снейпа не предвещал ничего хорошего, как и все три курса для этого: столкновения с Мародерами становились все изощреннее и травмоопаснее. Чего только стоили сломанные на прошлой неделе из-за них ребра! Как же, как же - безобидная шутка, и сам виноват, что так отреагировал. А как реагировать на фестрала? Или как реагировать бедному животному? Немудрено, что тот ударил копытами в грудь, когда его ужалили заклинанием эти неучи. Куда только смотрит Дамблдор? Конечно же, в сторону, когда его любимчики правят балом в замке. Говорят, что, когда он еще преподавал трансфигурацию, то был деканом этого факультета. Должность ушла, а привязанность осталась. На его место пришла чопорная симпатичная дама, с которой Слизнорт был не прочь пропустить чашечку-другую чая. Снейп, в потрепанной мантии, с убранными за уши давно не стриженными сальными волосами, стоял, переминаясь с ноги на ногу и ожидая Лили. Его щенячий взгляд был устремлен на горящие окна гриффиндорской спальни для девочек. Как только свет погас, Снейп занервничал еще больше, теребя ремешок потертой полотняной сумки, перекинутой через плечо. Какой боггард его дернул ночью идти в запретный лес искать цветки папоротника, которых даже не существует?! О, он имел свое, вполне законное, имя. - Лили! - подпрыгнул на месте от неожиданности молодой слизеринец, когда в свете луны теплые ладони закрыли ему глаза. Подтверждением послужил негромкий, но заливистый смех. - Север, не будь таким недотрогой, - рыжеволосая девушка взяла парня за вспотевшую прохладную ладонь и потащила в сторону леса. Северус натужно улыбнулся, чувствуя, что от непринужденной теплоты руки девушки сердце забилось чаще, подступая к горлу. - Ты же знаешь, что мы все равно не найдем этих цветов? - принялся занудствовать Северус, послушно плетясь следом за бесшабашной гриффиндоркой. - А меня ваш Слизнорт пригласил в "клуб Слизней", - не в тему откликнулась девушка, храбро идя вперед. Снейп об этом элитном клубе слышал от Люциуса, но ему самому туда дорога была заказана. В клуб могли попасть только перспективные и публичные студенты, ни тем, ни другим Снейп не являлся. - Поздравляю, - все же буркнул в ответ Снейп, смотря себе и заодно девушке под ноги. Луна освещала им путь. Стояла теплая, не по сезону, погода. - А еще у нас на следующей неделе зачет по зельям, не поможешь мне подготовиться? - Лили резко развернулась, останавливаясь так, что Снейп чуть ли не врезался в нее. - Прости... задумался, наверное, - стал оправдываться ссутулившийся парень. - И да, разумеется, помогу. - Я что-то слышала, - заволновалась вдруг Лили, прижимаясь ближе к Снейпу, неуклюже достающему из рукава палочку. - Мне так страшно. Ты ведь защитишь меня? - Давай вернемся, - не заметив и намека на потайной смысл действий Лили, предложил Снейп и, прокладывая дорогу сквозь чащу, повел девушку за собой обратно. - Подожди немного, я устала, - взмолилась гриффиндорка, ловя его руку и рассматривая ладонь в свете полной луны. - Тебе линии на руке сулят любовь, - Лили прикусила губу, закатывая рукав худощавого парня немного выше. - В ближайшее время... - Не издевайся хоть ты, - буркнул Северус, понурив голову и становясь от этого почему-то более долговязым. - И в мыслях не имела! – уязвлено встрепенулась Лили, с гордо вздернутым носом уходя вперед Снейпа. Северус рванулся следом, но, зацепившись за корень, чуть было не упал к ногам девушки. И замер, уткнувшись носом в ее голые коленки. Лили застенчиво одернула юбку и подала руку слизеринцу, чтобы тот выпрямился. - Ммм... ты такой теплый, - Эванс приблизилась к нему, беззастенчиво кладя руки на плечи. Северус заметил торчащие бугорки сосков, пробивающихся даже сквозь жилетку с эмблемой Гриффиндора, смешался, чуть ли не краснея. - Ты же замерзла, - ударил он ладонью себя по лбу, скидывая сумку и укутывая плечи девушки в свою мантию. Он с удовольствием заботился о Лили, но не всегда замечал ее потребности, из-за чего и выходили досадные недоразумения. Как это, например. - Спасибо, - без обычного позитива отозвалась девушка. - Ой, смотри - это уже наша Дракучая Ива! - Мы уже пришли, - ободряюще, как мог, улыбнулся незадачливый слизеринец. - Смотри, какая полянка! – Эванс снова перевела в нужное ей русло разговор, указывая на сухую мшистую опушку с гигантским поваленным стволом дерева рядом. Достаточно далеко от опасных ветвей Дракучей Ивы с дурным характером. Девушка тут же присела на ствол, жестом предлагая парню сесть рядом. Северус, сняв сумку, сел, положив руки на колени и смотря на носки своих вымазанных в грязи ботинок. Его отношение к Лили как-то поменялось в этом году. Ее простое пребывание рядом стало вызывать дрожь, а прикосновения принялись доводить чуть ли не до лихорадки. Поэтому он сидел на стволе старого дерева, болтая ногами и пиная старый корень, старательно глядя в сторону. Вдруг его снова взяли за руку, с трудом отдирая последнюю от брючины, на которой она покоилась. Жест Лили застиг Северуса врасплох, ровно как и следующий, когда голова с копной рыжих волос опустилась ему на колени. Снейп дрогнул, смотря в бездонные улыбающиеся глаза. - Север, гляди, какие чудесные звезды на небе... - Лили указала куда-то вверх, но слизеринец, словно завороженный, смотрел на ее кожу, видневшуюся из под расстегнутых верхних пуговиц рубашки с сильно ослабленным полосатым галстуком в красно-золотистых тонах. - Сеееев, ты меня вообще слушаешь? - заулыбалась Лили, запрокидывая голову так, что показалась ложбинка между грудей. Снейп сглотнул, открывая для себя абсолютно новое ощущение. Ощущение того, что брюки сейчас треснут, и не где-то, а в ширинке! Паника настигла парня. Он где-то что-то слышал, что-то видел и даже, возможно, читал, но никогда не испытывал. В голову категорически отказывалась поступать хоть какая-то полезная информация. Парень заерзал, но это лишь прибавило проблем. - Север, все нормально? - поинтересовалась Лили с неподдельной заботой. - П-палочка в ногу воткнулась, - процедил Снейп, краснея и моля Мерлина, чтобы этого не было заметно в бледном, как он сам обычно, свете луны. Поверившая ему, Лили убрала голову с его колен, а затем и вовсе с ногами забралась на ствол, всматриваясь куда-то сквозь ветви Дракучей Ивы. Как только Лили поднялась, место ее головы заняла холщовая сумка, оказавшаяся как нельзя более кстати. Как только Снейп доберется до книг - он сразу изучит проблему, выявив все причины и следствия, а сейчас просто следует избежать огласки. Конечно, Лили была его другом, но она была еще и девчонкой, а им далеко не все можно было рассказать. Для этого скорее подходил бывший староста Слизерина - Люциус Малфой, почему-то всегда открытый для беседы, пусть порой и глупой. - О, нет, - Лили прикрыла рот руками. - В спальне горит свет. Если МакГонаглл обнаружит, что меня нет - меня исключат. И Петуния окажется права... – голос девушки уже сквозил отчаянием. Снейп подал ей руку, и они побежали через поле, минуя плети Дракучей Ивы. Просто так, держась за руки под лунным светом. Маленькое счастье - такое же как в детстве, когда они запускали сотни цветков-летунков, а потом просто лежали, наблюдая за ними. Но вот и Хогвардс. Лестницы. Ей, яркой, с лучезарной улыбкой, наверх - к солнцу, а ему, бледному и холодному, в его промозглые подземелья. Такую судьбу для них выбрала распределяющая шляпа. Лили помахала Снейпу рукой на прощание с лесенки, уходя чем-то недовольной. Конечно, они же не нашли цветков папоротника. И она не получила желаемого. Именно это выражение лица у нее было, когда она обернулась посмотреть, не обернулся ли Северус. А он обернулся. И ее лицо он все еще мог читать как книгу. Но сложно прочесть то, что написано на еще не изученном языке. И ничего не поделаешь с тем, что девочки созревают раньше мальчиков.