Сводный

В комнате брата я была впервые. За исключением того злосчастного раза, когда украдкой заглядывала к нему, чтобы проверить, насколько крепко тот спит. На удивление здесь был порядок: каждая вещь аккуратно лежала на своём месте, никакого творческого хаоса и типичного мальчишеского бунта. Возможно, я рассуждала стереотипами, а может, просто Влад был уже не в том возрасте, чтобы жить в бардаке. У окна стоял компьютерный стол, левее по стене расположился невысокий шкаф, скорее всего для одежды, близ шкафа стоял комбик от гитары и стул с бережно сложенными проводами. По другую сторону от окна находилась кровать, а у её изголовья – небольшой синтезатор, лежащий на гладильной доске. Комната выглядела минималистично, ничего лишнего. Даже штор не было, отчего помещение становилось достаточно светлым и выглядело просторно, хоть и непривычно. Брат жестом указал на кровать: – Присаживайся. Стульев у меня дефицит. За компом сижу на этом, – он махнул рукой в сторону стула с проводами. – На кровати будет проще, чем по очереди стоять. Я ещё не совсем представляла, как будет проходить наш урок. Успела захватить из своей комнаты тетрадки по музыке и учебник, но Влад сказал, что он не пригодится. Осторожно сев на край кровати, положила книгу с тетрадями рядом, на случай, если всё же понадобятся. Сводный одной рукой подхватил доску с синтезатором и приставил к кровати. Сам сел с другого края инструмента так, что нас разделяла лишь кипа принесённой мной макулатуры. Он включил электронное пианино в розетку и повернулся ко мне: – Ты когда-нибудь писала свою музыку? – Бывало, но редко, – промямлила я, потянувшись к тетрадям, где обитали некоторые наброски. – Здесь есть парочка, – вручила ему одну тетрадь. – И здесь, – протянула вторую. – Замечательно. Та-а-ак, – брат зашелестел листами и бегло пробежался глазами по исписанным нотным станам. – Попробуем. Он выставил тетрадь на одном из разворотов на пюпитр. Руки сложились в типичную игровую стойку и принялись играть. Влад умело обращался с инструментом, играл так, будто не только что прочитал ноты, а знал их наизусть. Учитывал каждую паузу, каждый прописанный элемент и совершенно не жаловался на почерк и «летящие как попало» ноты (так говорила про мои записи преподавательница). Я в восхищении поглядывала то на брата, то на синтезатор. Клавиши с лёгкостью поддавались его рукам, а мелодия текла чисто и неразрывно. Вспоминая, как эту же композицию наигрывала я, казалось, что в исполнение не закладывалось столь глубокого смысла. – Ва-а-у, – протянула я, когда Влад закончил. Гордо и немного бахвалясь, он посмотрел на меня: – Браво композитору, – он ухмыльнулся. – Давно не музицировал, думал, разучился. Теперь ты. Выбери что-то другое. Он встал из-за инструмента и подошёл к окну. Мой выбор пал на последний написанный этюд. Он был черновым, незаконченным, но на мой взгляд самым удачным. Пальцы не держались так уверенно, как у брата, но я постаралась вложить всю душу в исполнение. В какой-то момент даже перестала дышать, сосредоточившись на игре. Хотелось показать все свои возможности. – Тебе не стоит тратить время на обучение. Всё необходимое ты и так уже можешь, – брат повернулся ко мне и похлопал. С одной стороны, мне была лестна его похвала. Чувствовалось, что музыку он воспринимает профессионально, с трепетом, и ему можно доверять в этом вопросе. С другой... маме явно не понравится, если я брошу музыкалку. Хотя она ничего не понимала в музыке и даже неумелую игру слушала с восторгом. – Спасибо, но мама вряд ли будет "за" эту идею. – Скажи, что с этого дня учить тебя буду я. Вряд ли она будет "против" идеи сэкономить. В какие дни у тебя занятия? – Вторник, четверг и воскресенье. – Насчёт вторника не уверен, но среда, четверг и воскресенье – норм, – он улыбнулся уголками губ. – По рукам? Я замялась. Это и правда было неплохое предложение, учитывая тот факт, что мама хотела «семейного сближения», а ещё то, что в виду пополнения каждая копейка была на счету. Выигрывали все. Даже я, так как частенько было лень куда-то ехать после школы или в выходной, особенно зимой по сугробам. Но какой резон был тратить время на это Владу? – По рукам. Только вот... в чём подвох? – сказала я, прищурившись и наклонив голову набок. Влад задумчиво посмотрел в пол и поводил носком по ламинату туда-сюда. Затем пожал плечами и, глядя на меня, произнёс: – Подвоха нет. Но небольшую плату я всё же попрошу.