Калеки

I don’t know what more to ask for I was given just one wish Royksopp

День был изнуряюще тяжелым. Три встречи с послами с других планет, очередное обсуждение и внесение дополнений в договора о сотрудничестве, которое, казалось, никогда не кончится, открытие нового туристического маршрута через почти полностью покрытый льдом Атлантический океан, на котором обязательно нужно было поприсутствовать, долгая и нудная встреча с советниками и несколько новых указов как ее результат… Усаги и не заметила, как наступил тот момент, когда все искренне стали считать ее королевой. Сначала вновь прибывшие люди, выжившие после войны и Судного дня (таким незамысловатым названием они именовали день ее смерти и возрождения), просто старались находиться поближе к ней. Они считали ее святой, посланником бога на земле, который умер мученической смертью, чтобы искупить их грехи, но потом воскрес. Потом выяснилось, что благодаря силе Серебряного кристалла исчезли все серьезные болезни, хотя было бы логичным, что в условиях жуткого холода, а также нехватки продуктов и лекарств могла разразиться эпидемия, и не одна. Ами именно этого и опасалась больше всего. Но, как оказалось, зря. Людям не угрожало ничего, кроме травм, полученных по неосторожности. В то же время Какю буквально силком заставила ее обратиться с просьбой о помощи к тем планетам, которые когда-то оказывали поддержку Серебряному Тысячелетию. Спустя какое-то время были налажены поставки продовольствия и сырья. Земляне обрабатывали это сырье, создавали готовую продукцию, которая отправлялась обратно, а взамен на это инопланетные партнеры помогали им построить и оборудовать их жилища для более-менее комфортного проживания. Потом Ами – с подачи Усаги - организовала нечто вроде научно-исследовательского института, который занимался разработкой обширных систем отопления. Через несколько десятков лет усилиями ученых мужей было построено и запущено в эксплуатацию несколько огромных по своей площади искусственных сельскохозяйственных угодий на территории мелких островов Японского архипелага. Земляне теперь могли сами обеспечивать себя продовольствием. Большая часть населения Токио, к тому времени составлявшего несколько тысяч человек, рассредоточилось по населенным пунктам, возникшим возле полей и ферм, но город по-прежнему считался столицей. За это люди благодарили почему-то только Усаги, хотя она считала, что не причастна ни к чему, кроме идеи. Потом оказалось, что все тот же Серебряный кристалл не только не дает людям болеть, но еще и продлевает их жизнь на очень, очень долгий срок. Это было настоящим взрывом страстей. Люди со всех концов страны совершали паломничества, чтобы посмотреть на святую и вознести ей молитвы. Бедная девушка разрывалась на части. С одной стороны, она пыталась доказать им, что никакая она не святая, что не нужно ей поклоняться, но никто не слушал ее. С другой же стороны, она просто физически не могла препятствовать обезумевшим в своей религиозности толпам. Поэтому приходилось покорно мириться со своей участью. Но волнения довольно-таки быстро улеглись, и жизнь вернулась в прежнее спокойное русло. Человечество возрождалось и увеличивалось в численности, заселяя новые территории на островах и приспосабливая их под себя. Торговля процветала, на Землю прилетали туристы из других миров, и это вносило ощутимые средства в бюджет Токио, которые потом расходовались на постройку новых домов и предприятий. Промышленность начинала понемногу вставать на ноги, хотя добывать ресурсы было делом очень трудным. Все продолжали обращаться к Усаги за советами, и к ее собственному удивлению, эти советы действительно работали. Не зря все свое свободное время она проводила в библиотеке, читая подряд все книжки, которые ей попадались. Она не хотела падать в грязь лицом перед более эрудированными друзьями, поэтому делала над собой усилие и старалась заучить наизусть любое предложение, которое, как ей казалось, несло в себе зерно истины. Какое-то время спустя она поняла, что это ей доставляет удовольствие. Не сам процесс чтения, но тот факт, что теперь она без труда понимала суть возникавших проблем, предлагала пути их решения и была в состоянии аргументировать свой выбор. И вот, сейчас она была вождем, главой государства – или, если угодно, королевой. Только не коронованной. Люди начали говорить об этом еще, когда воины решили перебраться в Хрустальный дворец, чтобы вновь прибывшим поселенцам было, где жить. Видимо, от судьбы не уйти, как бы ты ни старался… Усаги вздохнула и, не раздеваясь, упала на кровать. «Мне ведь даже толком поесть сегодня не удалось», - запоздало вспомнила она, но на то, чтобы встать и заглянуть к Макото, сил уже не было совсем. Глаза слипались, и впервые за долгое время девушка поймала момент засыпания. Краем падающего в пучину сна сознания она услышала в коридоре чьи-то шаги. «Только бы не Сейя», - всплыла мысль в ее голове. Она подняла голову и внимательно прислушалась. Последнее время Сейя обзавелся скверной привычкой появляться в самое неподходящее время. Как будто знал, когда ей плохо. Она никогда не прогоняла его, но и не хотела, чтоб он находился рядом. Усаги не желала, чтобы кто-нибудь видел, что до конца оправиться от произошедшего почти тысячу лет назад она так и не смогла, но, тем не менее, терпела присутствие парня, его теплые объятия, тихий голос, все это время уверявший ее, что все будет хорошо. Она не могла ему запретить быть рядом с собой, хотя знала, что это причиняет ему боль. Однажды он попытался избавиться от всего этого - улетел путешествовать и не возвращался несколько лет. Усаги начала думать, что он наконец-то смог забыть ее и стать счастливым, и эта мысль очень радовала ее, даже несмотря на то, что в глубине души ей очень не хватало Сейи. Но он все-таки вернулся, и теперь, когда Усаги знала, что в любой момент может его увидеть, как раз этого-то она и стала хотеть меньше всего. Причин такого своего поведения она не знала, хотя поначалу честно пыталась их найти, но единственное, что она могла сказать определенно: это выматывало куда сильнее, чем самая тяжелая физическая работа. Шаги стихли, в дверь никто не постучался, никто не нарушил ее покой. Девушка облегченно вздохнула, уронила голову на подушку и мгновенно уснула. Но не прошло и нескольких минут по ее ощущениям, как она почувствовала, что что-то происходит. Как будто кто-то стоял возле нее и орал в самое ухо, пытаясь разбудить. Усаги открыла глаза. В комнате не было никого, кроме нее самой. Странно, но она вдруг почувствовала себя отдохнувшей и полной сил. Приятный прохладный воздух проникал через приоткрытое окно, принося с собой такой особенный аромат свежести, который бывает только перед рассветом. Где-то слева небо уже начинало светлеть. Усаги проспала часов пять как минимум. - Что ж, пять так пять, - пробормотала она, подходя к окну, и довольно улыбнулась. Но ощущение чьего-то присутствия не оставляло ее, девушка чувствовала, что должна где-то быть, иначе пропустит нечто очень важное. Она быстро перебрала в голове расписание грядущего дня, но еще раз убедилась, что никуда не опаздывает. Внезапно перед мысленным взором возникла картинка с изображением Северной башни Хрустального дворца. Все помещения в ней были отведены под научные лаборатории, и лишь одна комната была жилой – ее занимали Ами и Таики. Неужели с ними что-то произошло?.. Усаги было рванулась туда, но на миг замерла. Если это действительно так, нужно было быть осторожной. Она метнулась к столику и схватила брошь. Все эти годы она пользовалась своей силой только лишь для того, чтобы путешествовать между мирами. Но если ее друзьям угрожает опасность, она готова была нарушить данное себе обещание никогда больше не вступать в бой. В коридорах было пусто и тихо, все обитатели дворца крепко спали. Бесшумной стремительной тенью Усаги пронеслась по запутанным помещениям и оказалась в длинной крытой галерее, соединяющей Северную башню с центральным комплексом. Девушка миновала ее, оказалась в просторном холле и в тот же момент поняла, что тревожилась напрасно. За прошедшие годы она научилась чувствовать своих воинов - это было сродни той связи, что когда-то существовала между ней и Мамору, и сейчас она совершенно точно знала, что с Ами и Таики все в порядке. Усаги прислонилась к теплой стене и перевела дух. И чего она так перепугалась? В течение восьми с половиной веков никто не нападал на Землю. Кому нужна мертвая планета? Скорее всего, ей что-то приснилось, но сон не запомнился, а тревожный осадок остался, вот она и переполошилась… «Вернусь к себе, может быть, удастся поспать еще хотя бы пару часов», - решила она и уже собралась было уйти, как обратила внимание, что одна из стен, скрывавшаяся в густой тени, была почему-то темнее обычного. Усаги приблизилась, и когда глаза немного привыкли к темноте, увидела ведущий вниз ход. Она совершенно точно знала, что раньше его на этом месте не было. Откуда же он взялся? Подгоняемая любопытством, девушка осторожно двинулась вниз по крутой винтовой лестнице. Граненые, угловатые, как и во всем Дворце, стены, казалось, слегка фосфоресцировали в темноте, слабо освещая путь. Усаги насчитала больше двухсот ступеней, прежде чем ступила на гладкий ровный пол. Девушка подняла глаза и увидела огромные, массивные двустворчатые двери и фигуру того, кто ждал ее здесь. Страха не было, но Усаги напряглась, ожидая худшего. - Ты боишься меня? – с усмешкой проговорил ожидающий и сделал шаг вперед. Но за миг до того, как тусклый свет, идущий от стен, осветил лицо говорившего, Усаги поняла, кто это. Она узнала бы этот ровный, без тени эмоций голос из миллионов. Воспоминания, казавшиеся давно и безнадежно забытыми, упругой волной ворвались в сознание, ожившие призраки прошлого заплясали вокруг в каком-то дьявольском танце, и от всего этого сбилось дыхание. Но Усаги быстро справилась с нахлынувшими чувствами. - Ким, - почти ровным голосом проговорила она. Гостья кивнула и улыбнулась. - Время пришло, Серенити, - прошелестел ее шепот. - Время чего? - Я хочу тебе кое-что показать, - Ким снова улыбнулась, и двери за ее спиной начали открываться. Она взяла Усаги за руку и повела за собой. Помещение, куда они попали было огромным и пустым, в нем не было ничего, кроме густого молочно-сизого тумана, стелившегося под ногами. Хоть она никогда не бывала здесь раньше, Усаги без труда узнала его. Когда-то она не один раз перечитала летопись, написанную Минако. Точка перехода. - Умница, - похвалила Ким. Через минуту перед ними словно из ниоткуда возникли Врата. - А где Сатурн? – полюбопытствовала Усаги. - В гостях у Плутона. Нам с тобой нужно о многом поговорить, Серенити. - Не называй меня так. Меня зовут Усаги. - Тебя зовут Серенити, - Ким покачала головой, - как бы ты ни сопротивлялась этому, оно так. Рано или поздно тебе придется принять это имя. Черноволосая девушка взмахнула рукой, и Врата медленно открылись. У Усаги перехватило дух от открывшегося зрелища. Галактический котел сверкал всеми цветами радуги, с его бурлящей поверхности взмывали ввысь яркие искры, вспыхивали и возвращались обратно, оставляя на сетчатке пылающие следы, которые складывались в диковинные картины. Ким подождала, пока ее спутница налюбуется великолепием этого светопреставления, и коснулась пальцами ее плеча. - Пора. Слушай тишину. Усаги обратила на нее непонимающий взгляд. - Впусти в свое сознание музыку вселенной и найди среди бесконечного разнообразия мелодий одну-единственную. Слушай тишину. Усаги была слишком ошарашена, чтобы задавать какие-то вопросы и потому послушно закрыла глаза, сосредотачиваясь на непрерывно звучащем оркестре. Через минуту две яркие искры прочертили темный бархат космоса, устремляясь вдаль…

***

- Что это за планета? – прокричала Усаги, оглядываясь по сторонам. Она стояла посреди поросшего травой плато, опоясанного кольцом высоких гор. Несмотря на ночную пору, видимость была отличная. Луны здесь не было, но ее заменял Галактический котел, казавшийся совсем крохотным в черном беззвездном небе; его свет разгонял чернильную густоту ночи и придавал окружающему пейзажу манящую таинственность. Это походило на написанную маслом картину: скалы глубокого темно-сиреневого цвета, трава всевозможных зеленых оттенков – от изумрудного до миртового; тонкие сине-черные облака, крупные капли росы, казавшиеся удивительными самоцветами… - Это Альфа, - весело ответила Ким. - Что? – не расслышала Усаги и быстрым шагом направилась к девушке, которая совершенно как ребенок взбежала на вершину холма и упала в густую траву. - Альфа, - повторила Ким, приподнимаясь на локтях. - Не помню, чтобы Хотару упоминала о планетах возле Галактического котла. - Ага, ее раньше не было. - Откуда же она взялась? - Я ее воссоздала. Здесь нет солнца, никогда не бывает дня, и жизни никогда не будет. - Но зачем же тогда… - Иногда очень приятно вернуться домой, - весело рассмеялась Ким. - Это твой дом? – поразилась Усаги. - Не совсем. Моей планеты уже давно не существует. Но когда-то она выглядела именно так. - А зачем ты привела меня сюда? - Я хотела показать тебе Галактический котел. К тому же, нам необходимо о многом поговорить. Я полагаю, у тебя накопилось множество вопросов за время моего отсутствия. Усаги опешила. Конечно, у нее был миллион вопросов, но она никак не ожидала, что когда-нибудь вообще получит на них ответы. А сейчас – внезапное появление Ким, ее готовность рассказать все (хотя раньше она и двух слов не могла нормально связать), да еще и в этом месте… Это в голове не укладывалось! Зачем? - Я должна открыть тебе глаза на некоторые вещи, - серьезно сказала Ким, - собственно, это и есть та причина, по которой я позвала тебя сюда. То, что произошло тогда, восемьсот пятьдесят лет назад, не было случайностью. Истина открылась мне в самый последний момент, и я не смогла рассказать тебе все. А потом… Потом я была занята. - Чем? - Отбывала наказание, - уклончиво ответила Ким. - Какое? – Усаги не понимала, кто может наказать исполнителя. - Давай по порядку, - Ким бросила взгляд на Котел, висевший высоко в небе подобно звезде, - Я начну свой рассказ с самого начала. С начала этой вселенной. Я надеюсь, что как можно более доступно смогу объяснить тебе суть, но для этого мне нужно, чтобы ты, Серенити, на минуту представила себе две вещи: салют и дерево. Усаги поперхнулась, но ее собеседница оставалась серьезна. - Что из себя представляет салют до того, как взорвется? Одна точка, взмывающая в небеса. Но потом наступает момент, когда эта единственная точка рассыпается на тысячи новых. Теперь представь, что потом каждая из этих новых точек точно так же взрывается, рождая новые искры, а те, в свою очередь, рождают еще, и так далее. И все это происходит в течение одной невыразимо краткой, неделимой единицы времени. Мироздание, метавселенная, включающая в себя все существующие минивселенные, является неким подобием такого салюта. Это невероятно сложная структура, и вообразить ее масштабы для ограниченного человеческого сознания не представляется возможным. Тем не менее, это так. Только минивселенные не похожи на искры салюта, разлетающиеся в стороны, скорее - на ветви. Это фантастическое дерево. Я не знаю, когда и как появилась самая первая вселенная, которая является корнем этого дерева, но спустя ту самую неделимую единицу времени после своего появления она начала делиться на альтернативные. И продолжает до сих пор. Каждый раз новых реальностей возникает ровно столько, сколько возможностей заложено в предыдущем моменте. Сложно, да? Усаги молча кивнула, тщетно пытаясь вообразить то, о чем говорила Ким. - Ну вот, к примеру. Вспомним эпизод, когда ты, объединив в себе силы всех воинов, хотела уничтожить фронт. В тот момент возникло несколько новых реальностей, где ты, скажем, не удержала Серебряный кристалл, и он треснул; где ты в последнюю секунду передумала и покинула сторону Света; где твои друзья не захотели отдавать тебе энергию; где я опоздала и не смогла защитить фронт от твоего удара, и так далее, и тому подобное. Даже я не знаю всех вариантов, их действительно очень, очень много. Все возможности, заложенные в предыдущем моменте, реализуются в одной из этих новых вселенных. Я знаю, что мой пример ни на йоту не облегчил понимание, но как я уже сказала, человеческое воображение слишком ограничено, чтобы в полной мере представить себе древо мироздания. Я и сама не могу этого сделать, я лишь знаю принцип. Существуют вселенные очень похожие на нашу, отличия в них составляют лишь мелочи, а существуют и такие, где нет совершенно ничего похожего. Там даже физические законы другие. Многие из новорожденных реальностей живут совсем недолго, поскольку часто причины, послужившие толчком к их рождению, имеют одинаковые последствия. И тогда новорожденные ветви опять сливаются с исходной, поэтому все они – все, без исключения – покрыты своеобразными наростами из этих минивселенных. Многие ветви, прямо как на настоящем дереве, высыхают и исчезают. Высыхание происходит, когда нарушается один из фундаментальных законов этой ветви, каким бы он ни был. Ким вздохнула, и этот звук на миг вывел Усаги из оцепенения. Она обнаружила себя сидящей на земле, среди мягкой густой травы, которая тихо шелестела, пригибаясь к земле под легким дыханием ветра изумрудными волнами. - Знаешь, - задумчиво пробормотала Ким, - я и не знала, что мне так трудно будет это объяснить, пока не начала… Ваш язык слишком плоский, слишком примитивный, мне сложно подобрать слова, чтобы передать то, что мне когда-то открылось. - Это грандиозно… - одними губами ответила Усаги, - это… просто… - она не нашла слов. - Да, я тоже думала так же, когда мне открыли глаза. - Кто? Кто рассказал тебе об этом? Ким легла на траву, вздохнула и продолжила рассказ. - Когда-то, в той ветви реальности, от которой впоследствии отделилась наша, существовали… некие сущности. Я не знаю, как они выглядят и что из себя представляют. Но они были, есть – и обладают силами, достаточными для создания новой вселенной. Они - экспериментаторы, и однажды они создали нашу ветвь, нашу вселенную, со своими уникальными законами. Сейчас я думаю, что во всем древе мироздания таких прецедентов великое множество, но раньше я знала только об этих экспериментаторах. Четырнадцать с половиной миллиардов лет назад они создали нашу вселенную с целью проследить ее развитие на определенных условиях. Помимо всем известных законов физики, они вложили в нее еще несколько. Закон равновесия сил – первый из них. Но о нем ты уже наслышана. А вот про свободу воли тебе еще никто толком не рассказывал. - Вообще-то, про свободу воли говорится во многих религиях на Земле. У меня было время их изучить. - Я знаю, у меня тоже было время, чтобы вплотную заняться изучением истории твоей планеты, - Ким усмехнулась, - в общем-то, ваши религии говорят правду, хотя и слишком ее упрощают. Никто – ни исполнитель, ни сами экспериментаторы, и вообще все, у кого есть возможность, - не могут использовать эту самую возможность, чтобы изменить выбор любого разумного существа. Любой из живущих является полноправным хозяином своей судьбы и творит будущее своими руками, когда наступает время выбора. - Это радует, - хмыкнула Усаги, думая, что этот закон не всегда действует. - Ты сейчас мне не веришь… Что ж, это ничего не меняет. Как я сказала, ваши религии все упрощают. Если добавить сюда те самые пресловутые возможности, заложенные в предыдущем моменте, а еще причинно-следственную связь, а потом приправить тем, что выбор одного отдельно взятого человека не всегда может соответствовать выбору другого человека, то рецепт этой солянки становится более-менее ясным. Итак, четырнадцать с половиной миллиардов лет назад экспериментаторы создали нашу минивселенную, и она начала стремительно развиваться. Сразу скажу, что все теории о том, что она бесконечна – чушь собачья. Вселенная конечна, просто невероятно огромна. А еще она имеет свойство расширяться. Я не буду загружать тебя описанием событий, которые происходили в первые секунды и годы ее существования, хотя это и очень интересно. Если захочешь, почитаешь литературу об этом. Спустя примерно один-полтора миллиарда лет из облаков раскаленного газа, неравномерно распределившегося в пространстве, стали зажигаться первые звезды. Они были огромными, а жизнь их была очень короткой. В космических масштабах, конечно. Это были звезды первого поколения. Потом из остатков вещества, которое не пошло на их строительство, возникли планеты, а на планетах впоследствии и жизнь. Тогда же появились и первые сейлор воины, носители энергии звезд. Как небесные тела, энергия этих воинов была велика, очень велика. И именно тогда было положено начало вечному противостоянию света и тьмы. - И ты принадлежишь к числу тех первых сейлор воинов, - догадалась Усаги. Ким покачала головой и почесала татуировку на щеке. - Не просто принадлежу. Я – самый первый сейлор воин в этой вселенной. Если бы с земли можно было куда-то упасть, Усаги непременно сделала бы это. - Ты? Первый?... Боже… - выдохнула она, - сколько же тебе лет… - Время не имеет значения, - немного вымученно улыбнулась Ким, - оно все равно ничто в сравнении с вечностью. - Это грандиозно! - Да, наверное. Вторым воином была Сейлор Омега. И она тоже обладала чудовищной силой. Но, тем не менее, мы не нарушали закона равновесия. Тысячами лет мы сражались друг с другом, прошли длительную череду воплощений, благодаря которым наши силы только росли. И в итоге, этому был положен конец. Даже несмотря на то, что вселенная расширяется с невероятной быстротой, этого все же оказалось недостаточным, чтобы вместить наши с Омегой силы. К тому же, тогда уже существовали и другие воины, которые тоже имели вес в этом уравнении. Представь себе, что вселенная (на тот момент) - надутый до предела шарик. Мы с Омегой дошли до того, что еще один шаг наверх – и все! Последнее слово Ким подкрепила звонким хлопком в ладоши. Усаги вздрогнула. - Но этого не случилось, - прошептала Усаги, - почему? - Это был первый и последний раз, когда вмешались экспериментаторы, - тихим голосом ответила Ким, - они открыли нам обеим глаза на то, что есть наша вселенная, и по каким принципам она существует. И именно тогда я и стала исполнителем. Они сделали меня такой. Моя сила осталась при мне, и даже увеличилась, но я была изъята из общего уравнения. С того момента моей обязанностью стало сохранение фундаментальных законов. Я лишилась тела и звездного зерна, но осталась существовать. Я стала исполнителем воли создателей. Хотя слово «оператор» больше соответствует роду моей деятельности... - А что же тень? То есть Омега? – спросила Усаги, - неужели она согласилась отступить ради сохранения ветви? - В том-то и дело, что нет, - Ким вздохнула и отвернулась, - Экспериментаторы – по одним лишь им известным причинам – погрузили ее в спячку. - Против ее воли? - Да. - Но как же… - Да, - кивнула черноволосая девушка, - они сами нарушили придуманный ими же закон. Последствия были катастрофическими. Все погибло. Вся жизнь, все планеты, и почти все звезды. Тотальное разрушение. Но вселенная выдержала этот удар. Спустя миллиарды лет из вещества, оставшегося после взрывов звезд первого поколения, стали возникать новые. Они были куда меньшего размера, зато гораздо стабильнее, а значит, продолжительность жизни у них была во много раз больше, чем у первых. Развитие вселенной всегда шло по спирали. Вокруг молодых звезд появились планеты, на них снова зародилась жизнь, и начался новый этап противостояния света и тьмы. - С ума сойти, - пробормотала Усаги. От полученной информации кружилась и болела голова. - Точно, - кивнула Ким. - А почему Омега вернулась? - А вот это самое интересное в нашей истории. Видишь ли, Серенити, экспериментаторы погрузили Омегу в спячку против ее воли, и проснуться она должна была тогда, когда появился бы свет, равный ей по силе. К тому времени, по замыслу создателей, вселенная должна была расшириться до таких размеров, которые могли бы вместить этих двоих. И тут на Земле появилась возрожденная принцесса Луны и вступила в битву с Темным королевством. Помнишь? - Помнишь, - подтвердила Усаги. - Так вот. По всем законам жанра, в конце ты должна была погибнуть. - Но я… - А вот еще одна простая истина: сейлор воин должен получать новую силу раз в жизни. Если бы ты не воскресила себя и всех своих подруг после битвы с Темным королевством, все было бы в порядке. Но ты выбрала жизнь. Это было твоей первой ошибкой, которая привела к таким последствиям, которые мы сейчас наблюдаем. Далее, - Ким немного повысила голос, давай Усаги понять, что перебивать не нужно, - вы воскресли, но ничего не помнили. Это не была причуда Серебряного кристалла, а своего рода защитный механизм против подобных ситуаций. Даже несмотря на то, что использовать свои силы вы не могли, чаши весов все же изменили свое положение. Нападение Эйла и Анны могло бы все исправить, вернуть их в исходную позицию, опять же, если бы не ты. Мало того, что к тебе вернулась память, а вместе с ней и возможность снова бороться, так ты еще и поднялась на одну ступеньку. А, оставив их в живых, ты не просто уменьшила количество тьмы во вселенной, а увеличила количество света. Потом что у нас было? Правильно, Братство Темной Луны. Если ты помнишь, они атаковали Землю тридцатого века. Но какого дьявола они полезли в прошлое?! Опять же, треклятый закон свободы выбора. Изначально планировалось, что сражаться с ними будет твоя дочь, это испытание было для нее. Именно благодаря мне, кстати, она смогла попасть в прошлое. Я думала, что место не имеет значения, что не в будущем, так в прошлом она сможет исполнить предначертанное. Но ты, видимо, решила объявить бойкот законам вселенной и внести свою лепту в победу над Призраком Смерти. Потом на Землю напали Апостолы. Эти чудики вообще пришли сюда из соседней ветви, но благодаря ним ситуация на время уравновесилась. Ровно до тех пор, пока ты не взошла на еще одну ступеньку силы и сбила равновесие ко всем чертям. К тому же, еще и умудрилась обратить к Свету Воина Разрушения. В ответ на твои действия мне пришлось вызволить из заточения Нехелению, после чего я отправилась за Хаосом, поскольку уже догадывалась, что и это препятствие ты сможешь преодолеть. И снова повторилась та же история, что с Эйлом и Анной. Света стало больше, Тьмы – меньше. Оставалась одна надежда – что Хаос восстановит нарушенное равновесие. Он начал свое победное шествие по галактике, забирая себе светлые звездные зерна, и восстанавливая то, что было нарушено. Но итог нам всем известен. Не нужно было ему на Землю нападать… Получив очередной левел-ап, ты сравнялась силой с воинами первого поколения и даже превзошла их. И вот тут-то наступил момент пробуждения Омеги. Но случилось то, чего я не ожидала. За миллиарды лет, проведенных в забвении, она изменила свои цели и тактику. Теперь она больше не хотела сражаться, она хотела лишь отомстить экспериментаторам за то, что они сделали с ней. Ей не нужны были чужие звездные зерна – только твое, самое сильное. Она знала, что когда подобно черной дыре поглотит твою силу, чаши весов резко изменят свое положение, и это событие станет роковым в истории развития ветви. - Она мне так и сказала, - тихо проговорила Усаги, - она сказала, что во всем виновата я. - Да. А я оказалась в ловушке. Любое мое вмешательство послужило бы причиной нарушения закона свободы воли. Но и равновесие необходимо было восстановить. Я искала окольные пути, но результата моих действий было недостаточно. - Что ты имеешь в виду под окольными путями? - Я имею в виду Рэй, - глухо ответила Ким. - Это из-за тебя она заболела? – воскликнула Усаги и вскочила на ноги. - Нет. Но из-за меня ее зерно вернулось в Котел. Я думала, что это заставит тебя охладить пыл, но ошиблась. - Ты!... – взревела Усаги и кинулась к Ким, но уткнулась в невидимую преграду. - Я советую тебе не вынуждать меня защищаться, - с едва заметной угрозой проговорила она. - А Мамору? Это твоих рук дело?! - Нет. Это дело рук Омеги. Она знала, что когда его не станет, ты сломаешься и высвободишь энергию своего зерна. Напоминаю, что ее целью было поглощение этой силы. Ты так и сделала, но я защитила Омегу, и тем самым дала себе время для поисков выхода из ситуации. - Все равно! – не успокаивалась Усаги и продолжала биться о невидимую преграду, как муха о стекло, - Разве ты не нарушила эти чертовы законы, когда убила Рэй? - Я ее не убивала. И нарушения законов не было. Она сама хотела освобождения. - Что?... Усаги замерла, с недоверием глядя не собеседницу. - Она хотела отдыха. Возможно, она не понимала последствий этого желания, но оно имело место быть. - Почему я должна тебе верить? - Я не умею обманывать. Первое поколение общается на языке мыслей и эмоций, он не предполагает лжи. Даже несмотря на то, что я сейчас разговариваю с тобой с помощью звуков, в их истоках лежат мыслеобразы. Мы можем юлить, уходить от ответов, умалчивать или говорить то, что может только показаться ответом, но обман нам не свойственен. - Но Омега смогла меня обмануть! - непонимающе воскликнула Усаги. - Нет. Она сказала тебе лишь то, что ты сама хотела услышать. - Она обещала не оставить моих друзей, оставить мою планету. - А разве она этого не сделала? Твои друзья ее не интересовали, и в тот момент, когда вы общались, тень находилась за пределами Солнечной системы. Она и не собиралась угрожать их существованию, - пожала плечами Ким. - Но она говорила, что… - Что бы она ни говорила – это все уловки. Ты же не спросила ее напрямую, чем может обернуться ваша сделка, так ведь? - Не спросила… Ким развела руками, подтверждая свою правоту. - А какова твоя роль во всем этом? Я так до конца и не поняла, - Усаги опять села на траву и посмотрела в бездонные черные глаза исполнителя. - Я была в ловушке и не знала, как исправить положение. Все мои действия сводились лишь к тому, чтобы на максимально возможное время отсрочить развязку. - Какие, например, действия? - Какие? – вздохнула Ким, - Например, я спасла Сейлор Целителя из гравитационного капкана черной дыры. Усаги удивленно вскинула брови. - Тебе лучше не знать, чем могла обернуться его гибель. Я вывела тебя из состояния кататонии, чтобы ты могла сопротивляться влиянию тени. Иначе она бы высосала твою силу до остатка, и нельзя было бы уже ничего исправить. Я разбудила того черноволосого тем утром, чтобы он не дал тебе покончить с собой… - Сейю? - Ага. Странный он… - Но зачем нужно было отсрочивать развязку? - Мне нужно было время, чтобы придумать выход. Но его не было. - Почему же мы живы? – Усаги совершенно ничего не понимала. Ким рассмеялась каким-то жутковатым смехом, в котором слышались и радость с облегчением, и горечь с обреченностью. - За миг до того, как все кончилось, я поняла, что все это было спланировано заранее. Ты же читала, что написала твоя подруга? Помнишь момент, когда Сатурн наблюдала рождение моего зерна? Усаги кивнула. - Страж времени потом пыталась выведать у меня, зачем мне нужно физическое тело. Я и сама тогда не знала, я получила приказ от экспериментаторов и исполнила его. Зачем оно мне нужно, я не понимала, да и особенно об этом не думала, просто беспрекословно подчинилась. Теперь я знаю, что они пытались заставить меня понять одну вещь. Когда я стала исполнителем, я была исключена из общего уравнения законов этой вселенной. Я думала, что это касается всего. Но они хотели, чтобы я поняла, что свободу выбора у меня никто не отбирал, что именно она может сыграть решающую партию в судьбе ветви. И я поняла это за миг до конца. Когда ты уничтожила тень… - Что?! Я уничтожила тень?! - Да, а ты как думала? У Серебряного кристалла такой потенциал, какого не было ни у кого и никогда. И он весь был высвобожден. Тень просто-напросто не выдержала напора твоей энергии. В этот момент равновесие рухнуло окончательно, и вселенная перестала существовать – но всего лишь на краткий миг. Ты помнишь его? Ошарашенная Усаги снова кивнула. - В ту единицу планковского времени, пока наши сознания были единым целым, я решила, что ветвь должна жить. У каждого из вас я забрала частичку силы – лишней силы, и у тебя тоже, а потом повернула поток вспять. Вы выжили. Наступила долгая-долгая тишина. Усаги переваривала услышанное, а Ким любовалась видом Галактического котла в пустом черном небе. - А наказание? - Что, прости? А… Да, меня наказали за то, что я слишком долго соображаю, - усмехнулась Ким, - в течение всего прошедшего с того момента времени я металась по вселенной, восстанавливая все, что было разрушено. Моя работа уже почти закончена, остались лишь незначительные мелочи. - Ами говорила, что звезды зажигаются вновь… - Да-да, все правильно. Усаги снова замолчала. Теперь все стало на свои места. Груз неизвестности и недосказанности, мучавший ее на протяжении веков, наконец, отпустил, а на его место пришло понимание – понимание того, зачем Ким сюда явилась. - Что ж, - проговорила Усаги, вставая и отряхивая брюки, - я готова. - Что? - Я готова, - твердо проговорила златовласка и грустно улыбнулась, - ты ведь не просто так меня сюда привела? – она бросила взгляд на Галактический котел. - Не просто так. - Мне будет приятно, если это сделаешь именно ты. Только у меня есть одна просьба. Пожалуйста, проследи, чтобы у девочек было все в порядке. И пусть Сейя сильно не переживает. Он хороший, я хочу, чтоб он был счастлив. - Ээээ…. - И не заставляй меня мучиться ожиданием, хорошо? – тихим голосом попросила Усаги. - Ладно, - Ким поднялась с травы и взяла ее за руку.

***

Хрустальный дворец стоял на ушах. Воины разыскивали Усаги повсюду, но ее нигде не было. Они обошли все помещения, исследовали все запутанные коридоры, осмотрели каждый закоулок в городе, но безрезультатно. Конечно же, они обнаружили неизвестно откуда взявшийся проем в стене и винтовую лестницу, которая привела их к надежно закрытой двери. Обычными средствами открыть ее не получилось. Атаки тоже не наносили ей совершенно никакого вреда. С течением минут паника росла все больше и больше, и когда она достигла своего пика, створки двери медленно и бесшумно отворились. Взорам воинов предстала Точка перехода с открытыми к Котлу Вратами, на пороге которых стояли две темные на фоне его света фигуры. Они ринулись туда, и остановились в метре от Усаги. На ее губах играла улыбка, а веки были опущены. Через миг девушка почувствовала прикованные к себе взгляды и открыла глаза. - Девочки? Что такое?... – она обернулась к Ким. - Я думала, ты гораздо любопытнее, Серенити, - укоряюще произнесла она. - Ты разве не должна была меня отвести туда? - Нет, я же сказала, что должна была открыть тебе глаза. Ты меня не слушала? - Тогда я не понимаю, в чем смысл… - Смысл в том, Серенити, что я возвращаю тебе отобранную силу. - А как же закон равновесия? - Теперь ты вне его. - Что-о? - Когда я поняла, что право выбора все еще со мной, я сделала тот последний шаг, который отделял меня от создателей ветви. Теперь и я могу создавать эксперименты. Но мое место должен кто-то занять. Ты – новый исполнитель. - Но я не хочу! - Ты стала им восемьсот пятьдесят лет назад. Пройдет еще немало времени, прежде чем ты осознаешь свое предназначение полностью. Но рано или поздно этот момент наступит, и до тех пор я не покину пределы этой вселенной. - Ты собираешься лишить меня тела и зерна? - Это совсем необязательно. Я собираюсь замкнуть петлю. - Какую петлю? - Временную. Ты никогда не задумывалась о том, почему твоя дочь стала сейлор воином? Новой планеты в вашей системе нет, ты была хранительницей Луны, почему же у нее истинное звездное зерно? Отвечу на этот вопрос. У сейлор воинов очень редко рождаются дети с даром силы. Твоя дочь станет хранителем Луны вместо тебя. Ты же будешь – уже являешься – исполнителем. - Этого никогда не будет. Мамору… - Будет, - Ким улыбнулась, - от лица создателей ветви я с полным правом заявляю, что им не нужны эти жертвы. Она протянула руку и вложила в раскрытую ладонь Усаги два крохотных зернышка – красное и золотое. И в этот момент Котел взорвался светом. Тысячи, миллионы искр выстрелили с его поверхности, ринулись к Вратам, огибая застывших в немом изумлении воинов, и, оказавшись в точке перехода, становились людьми. В миг стало тесно, уши заложило от их восклицаний, откуда-то из толпы выскочила рыжеволосая женщина и с рыданиями повисла на шее у Ятена, а седовласый молодой человек сдержанно пожал ему руку, вытирая слезы счастья и радости, выступившие на его мудрых глазах. А Усаги заворожено наблюдала за тем, как два зерна на ее ладони уплыли в сторону, засияли, а из яркого сияния к ней навстречу выходили высокий черноволосый парень и девушка с глазами цвета грозовых туч… *Я не знаю, чего еще мне просить – Мне дали всего одно желание.