Проклятье белой волчицы

      Я просыпаюсь сразу же, как превращаюсь обратно в человека. Опять эта лживая лёгкость. Ненавижу её. Я много чего ненавижу, заметили? Медленно приподнимаю ресницы, только-только очухавшееся сознание пытается понять, где же мы с ним находимся. Меня вот тоже интересует этот вопрос. Так, сейчас главное понять в каком положении я нахожусь. Лежу на животе, укрытая чем-то похожим на простынь. Да, это точно простынь. Я не чувствую боли, и это самое главное. Я не умерла. Я жива.       Осторожно приподнимаюсь на локтях и осматриваюсь. Какая-то странная… квартира? А квартира ли? На стенах голые кирпичи, дверей вообще не вижу. Но лежу я на кровати, да. Рядом с ней стена, а в стене огромное окно, поделённое на более маленькие. Они заляпанные и грязные. Недовольно морщусь. Хоть я и не чистюля, но своё жильё настолько запускать бы не стала.       Голова гудит, протестуя против всяких действий, призывая меня остаться в этой постели и забить, что сейчас может кто-нибудь войти. Нет, ни за что я здесь не останусь! Брэдли может запаниковать, если не найдёт меня. Он ведь в глубине, покрытой этими мышцами, души, очень любит меня. И я не могу заставлять его волноваться.       Переворачиваюсь на спину, сажусь на кровати и убираю мешающиеся волосы с лица. Собираюсь потереть глаза, как пальцы нащупывают что-то более занятное. Поморщившись, я достаю из клока волос листик какого-то дерева. Не смотрясь в зеркало я могу с полной уверенностью сказать, что у меня на голове «мечта макаронного подрывника».       Отпустив простыню, съехавшую мне на грудь, я встаю. Остаток ткани съезжает на пол. Хватаю её и обматываюсь. Так, сейчас главное – найти выход. Мой взгляд блуждает по помещению, и я замечаю что-то похожее на коридор. Он справа от меня. Иду босыми ногами по холодному бетонному полу. Неприятный шарпающий звук разносится по помещению. Заворачиваю за угол и врезаюсь в кого-то. А если это маньяк? Черт, я даже об этом не подумала. Но ничего… Если меня кто-то изнасилует, то я приду к нему прямо перед закатом и волчица сожрёт этого человека с потрохами. А если нет, то я её заставлю. Такова моя месть всяким гадам.       - О, кто проснулся! Не уж то волчи… - насмешливый, чересчур ласковый, но тем не менее, мужской голос режет слух. Он осекается и отступает на шаг назад, чтобы получше разглядеть меня. Чёртов извращенец. – Нет, я бы назвал тебя куколкой. Да, точно куколкой! – будто восхищаясь собственной изобретательности эта временная особь мужского пола, хлопает в ладоши. Поднимаю на него хвойные глаза и морщусь. Да он ещё и педофил что ли? Он похож на Брэдли, только без тех угрожающих мышц. Сеточка небольших морщин, голубые глаза, которые как-то странно светятся в темноте. Примерно также, как мои светятся фиолетовым во время заката. Не знаю из-за чего, но я его боюсь. Может этот образ доброго дядечки меня напугал до чертиков? Или же какое-то чутьё животного, которое учуяло более сильного врага.       - А я бы вас назвала старичком, да только сделать это мне мешает отсутствие одежды и незнание выхода из этой дыры. – нахмурилась я и поджала губы. Если от первых слов в его глазах промелькнули искорки злости, то с окончанием фразы они стали такими же как и были, а именно: лукавыми, оценивающими. Ненавижу этот взгляд. Такое ощущение, что он вешает на меня ярлык «куколка». Черт, я уже ненавижу это прозвище.       - Ой, да брось, это квартира моего племянника, который и притащил тебя сюда. – мужчина махнул рукой и развернувшись на 180 градусов, сделав несколько шагов по коридору, он зашёл в какую-то комнату. Я уже хотела пойти за ним, как он вышел из той же самой комнаты и протянул мою одежду. Но сложно назвать одеждой уцелевшие шорты и кеды. Отдав это мне, он повторил свои манипуляции с комнатой и снова выйдя из неё, сунул мне чьё-то нижнее бельё и мужскую футболку.       - Это, - он ткнул пальцем в бельё – осталось от подружки Дерека. Но не беспокойся, мы его постирали. А это, - взглядом указав на футболку, он продолжил: - моё. И зови меня дядюшка Питер. Дружелюбно улыбнувшись, он сделал выпроваживающий жест руками, и я вернулась обратно, на место, где проснулась. Положив вещи на постель, я размоталась и заметила, что уже презираю этого Дерека. В какой-то мере, я даже пожалела, что спасла его, чуть ли не ценой своей жизни. Бельё было мне немного маловато в груди, но я забила, благодаря бога, что оно вообще оказалось в этом холостятском гадюшнике.       Полностью одевшись, я решила, что пора отсюда сматываться. Мало ли что появится в голове странного Питера. Закончив шнуровать кед, я разогнулась и направилась туда, сама не зная куда. Пораскинув мозгами, я решила, что дверь должна быть где-то рядом.       Больше всего в этом странном помещении меня привлекал пульт с очень заманчиво мигающей красной лампочкой. Проследив откуда идёт большая часть проводов, я подошла к какой-то железной стене и приложив к ней ухо, постучала. Раздался глухой звук, и я с полными радости глазами приняла попытки её открыть.       В конце концов эта «дверь» отодвинулась в бок и я собиралась уже вырваться на свободу, как наткнулась на преграду в виде серьёзных светло-зелёных глаз. Удивление не отразилось на моём лице, и лишь приподнятая бровь в немом вопросе «И кто же ты?» оповещала о том, что я не столб. Против моей воли взгляд начал блуждать по телу мужчины, и я заметила его рельефные мышцы. Фу, да почему меня окружает одна мышечная масса без мозгов? Глаза зацепились за пакет из ветеринарной аптеки. Серьёзно? Он собрался лечить волчицу этой чушью? Я не смогла сдержать усмешки и подавшись вперёд, собралась его обойти. Но этот кабель ухватил меня за локоть и довольно больно сжал его. Зашипев, я обернулась.       - Ты куда собралась? – процедил он сквозь зубы. А, значит ты у нас ещё и плохиш, да? Отличная компания! Судя по голосу и выражению лица ты один из тех, кто озлоблен на весь мир. Привет, я такая же! Но друзьями нам не быть, прости. Как же мне чертовски хочется ударить тебя и посмотреть, дёрнется ли что-нибудь на твоём каменно-угрюмом лице.       - Отпусти. – это звучало скорее как мольба. Я ощутила, как его пальцы сильнее сдавили мой локоть. Злость за то, что этот незнакомец себе так много позволяет, буквально захлестнула меня волной. Сжав зубы, я дёрнула локоть на себя, пытаясь высвободиться, но из-за того, что он не отпускал лишь сильнее разозлилась. – Я сказала: Отпусти! Или что, по буквам повторить? – огрызнулась я и пыхтя от безграничной ненависти к этому тупому барану, я почувствовала, как румянец касается моих щёк. – Да что я тебе сделала, что ты такой упрямый? Но имей в виду, извиняться я не собираюсь! – я выкрикнула это ему в лицо, на котором ни один мускул не пошевелился. Сделав последнюю, решающую попытку вырвать свою руку, я наконец освободила её, но тут же услышала его голос.       - Ты спасла меня. Я не люблю оставаться в долгу. – о, так это тот самый Дерек. Замечательно! Он ещё больше упал в моих глазах.       - Засунь свою благодарность куда подальше. – фыркнула я, и развернувшись, пошла искать выход. Этим самым выходом послужил лифт, и я смогла спокойно вздохнуть, когда дверь холостятского гадюшника захлопнулась. Никогда сюда не вернусь. Ни за что не хочу видеть этого нахала ещё раз. Лучше уж вечно останусь волчицей.       Я пешком добралась до дома за полтора часа. Боже, спасибо, что я ношу удобную обувь! Хорошо, что пересечь круг из рябины мне не составляет труда. Тогда же зачем он вообще нужен? – спросите вы. Сама не знаю, но его приходится обновлять каждые два-три дня, смотря как дожди идут.       Брэдли был немного в шоке, что я пришла под утро, но ничего не сказал. Привычно позавтракав, я вспомнила, что сегодня опять же физкультура. Ну нельзя же столько раз прогуливать, и тем более 13 – несчастливое число. Все эти доводы показались мне существенными и я решила размяться и не дать себе заснуть с утра пораньше.       Мистическим образом оказалось, что физкультура была лишь третьим уроком. И все-таки я заснула на литературе Мисс Блэйк, которая так любит расхаживать по классу. На французском я проспала недолго и где-то посередине урока меня разбудила учительница.       И вот он, заветный урок, который поможет мне растрястись – физкультура. Захожу в раздевалку под девичий трёп. Ненавижу своих одноклассниц, который так и думают, как бы вильнуть задницей перед первым встречным красавчиком. Я похоже одна, кто думает, что любовь – это надолго. А такой дурью как влюбленность я не занимаюсь. Это слишком мелко, чтобы тратить время.       Тренер орал на меня больше чем обычно. Но от этого я испытывала какое-то мазохистское чувство удовлетворённости. В конце концов он заставил меня сдавать все зачёты за пропущенные занятия. Первые три мне удалось сдать на уроке, но я измоталась очень сильно. Я ошибалась. От этой усталости захотелось спать ещё больше, так ещё и Финсток настоял на том, чтобы я осталась после уроков и сдала ему оставшиеся пять. Он точно хочет, чтобы я его убила…       Конечно же, я шучу. Я никогда бы не отняла жизнь человека без существенной причины. Оставшиеся пять уроков я клевала носом и морально готовилась к унижениям тренера. И не зря готовилась… Он настоящий дьявол, который постоянно перебивает, грубит, орёт и вообще делает всё, чтобы я возненавидела его. Как же кулаки чешутся!       Во время седьмого круга вокруг поля, я наткнулась взглядом на парочку, что стояла на парковке. В смутных очертаниях я узнала Мисс Блэйк и Дерека. Господи, я так никогда не смеялась. У меня в голове что-то щёлкнуло и я поняла, чьё это было бельё. Наверное, я хохотала слишком громко, потому что Дерек оторвался от своей «ненаглядной» и посмотрел на меня. Удивлённо заткнувшись, я состроила презрительное выражение лица и побежала дальше. В моей голове созрел план мести за то, что хотел напичкать меня этими ветеринарными примочками.       Выйдя из дома, когда солнце только начинало клониться к закату, я задрожала словно осиновый лист. Температура была приемлемой, если бы я хотела прогуляться в джинсах и лёгкой кофте, но никак не голышом. Вздохнув, я сказала сама себе, что так нужно. Именно. Так нужно, так что нечего морозиться, надо уходить глубже в лес. Переступив через круг из рябины, я подметила, что завтра нужно будет его обновить.       В этот раз мне было ужасно тревожно, будто со всех сторон на меня набросятся страшные чудища. Да что за глупые мысли? Никто на меня не набросится, ведь я одна в лесу, или же… нет? Солнце рухнуло за полосу горизонта и я обняла себя руками. Куда же делась вся та смелость, нахальность? Это было лишь прикрытием? Да, это лишь моя маска.       В этот раз всё начинается с позвоночника. Я выгибаюсь дугой, и стиснув зубы, падаю на землю. Стискиваю зубы и мну листья в ладонях. Стон вырывается у меня из груди, когда тазовая кость смещается и дробится. Ненавижу эти превращения, ненавижу их!       - Да чтобы все в аду горели! – выкрикнула я, впиваясь руками в голову и крича. Всё тело покрылось липким потом. В этот раз всё идёт дольше. С чем это связано? Не знаю. Я ничего про себя не знаю. Как же меня достало переживать это раз за разом.       Мех покрывает каждую клетку, череп вытягивается, приплющивается. Господи, как же это больно… Последними были руки и когти. Мне казалось, что вот-вот и меня вывернет наизнанку, но неожиданно я уже ощущаю себя плывущей в пустоте. Волчица проснулась.       Она собралась сорваться с места, как какой-то несуществующий звук привлек её внимание. Спросите, почему несуществующий? Да потому что я его не услышала. Хотя это может быть запах или что-то ещё, но мне кажется, что это был звук. Я ощутила, как она напряглась. Всё тело будто вытянулось по струне, и волчица прижала уши к голове. Её светящиеся фиолетовые глаза внимательно вглядывались в ночную темноту. Простояв так пару минут, она сорвалась бегом в противоположном направлении. Да что же ты делаешь?! Я никогда тебя не пойму…       Мы бежим час, два, три. Даже я уже чувствую нехватку кислорода. Почему ты метаешься из одной стороны в другую? Что происходит? Ты не отвечаешь мне. Ты никогда не отвечаешь. Вот поэтому я тебя ненавижу! Всё равно что со стенкой разговаривать. Наконец, ты останавливаешься и приваливаешься к дереву. Тебе плохо? Твою мать, ответь мне! Конечно же, ты опять молчишь. Ну и черт с тобой, а я же могла тебе помочь…       Я улавливаю чьи-то шаги впереди. У тебя уже не осталось сил на то, чтобы бежать. Я прошу тебя, открой глаза! У этого человека может оказаться оружие. Он же ранит тебя. Открой глаза, умоляю! Волчица медленно приподнимает веки и я вижу лишь чёрный силуэт. Женская фигура в черном плаще. Я не вижу её лица. Она присаживается напротив нас и кладёт руку на голову, гладит.       - Белая волчица, как занятно. – низкий, противный, хрипящий голос. Волчица тоже улавливает эти угрожающие нотки. Я понимаю, почему она мне не понравилась, но ты-то почему рычишь? Ладно. Не разговаривай со мной, но дай почувствовать, что у тебя внутри. Волчица даёт мне ощутить лишь маленькую щепотку того, что она чувствует. Это похоже на какие-то волны, исходящие от этой женщины. Угрожающие, злые волны. Мне хочется убежать отсюда. Она меня пугает. Волчица противится усталости, она прижимает уши к голове и обнажая зубы, рычит. – Ну же, тише. Я не причиню тебе вреда. – Ложь! Это ложь! «Убери от нас свои руки» - будто говоря это, волчица клацнула челюстями и поднялась в вертикальное положение. Её слегка раскачивает, а в глазах мутит. Женщина тоже поднимается. – Знаешь, а тебя трудно найти. Ты умеешь скрываться от чужих глаз, дрянная волчица. – злость и ярость смешиваются в её голосе, она откидывает капюшон и я вижу лицо. Точнее то, что от него осталось. На первое мгновение меня охватывает страх, а потом отвращение. Исполосованное швами и ранами, яркие голубые глаза, которые почти не видны в темноте, так что мне кажется, будто это пустые белки глаз. Рот, ей оторвали губы? Зубы выглядывают вместе с дёснами.       Отвращение, страх, ужас смешались во мне воедино, выливаясь в одно единственное слово: «Беги!». Но у волчицы другие планы. Пара шагов назад, она прижимает уши к голове. Будет нападать? Спятила что ли? Но вместо прыжка вперёд последовал оглушительный вой. Какого чёрта ты воешь? Беги!       Теперь я поняла, этот вой отвлек эту женщину. И мы смогли убежать. Мы бежим уже не так быстро, как раньше, но тем не менее – бежим. Выбегаем на подъездную дорожку и бежим по направлению к городу. Знаешь, а я даже не против. Волчица даже не в состоянии нормально бежать, что уж говорить о том, чтобы на кого-то напасть.       Маленькие улочки города наполнены людьми, парочками и прочими. Высокие фонари освещают их. А мы бежим от этого ужасного лица. Знаешь, волчица, если бы не ты, то меня наверное уже вырвало от того зрелища. Нервно смеюсь у себя в голове. Разве я не сумасшедшая?       Мы пугаем людей тем, что бежим по улицам. Ты понимаешь, как это выглядит? Белая волчица с фиолетовыми глазами и светящейся татуровкой. А знаешь, она красивая. Чем-то похожа на бабочку. Я не раз её рассматривала. Эта татуировка появилась у меня вместе с проклятьем. Однажды меня посетила мысль отрезать кожу вместе с ней. Может быть тогда я зажила бы обычной жизнью?       Я хочу быть такой же как эти люди. Не бояться того, что со мной сделает луна. Хочу вечером ходить в кафе, а ночью в клубы. Я хочу жить жизнью обычного подростка, а не быть проклятой. Хочу наслаждаться своей жизнью.       Мы пересекли город и направляемся к дому. Вот так, хорошо. Сколько сейчас? Перевалило ли время за полночь? Не знаю. Мне хочется домой, оказаться в тёплых объятиях кровати. Сейчас мы кое-как идём по дороге. Ноги заплетаются. Дыхание давно сбилось и теперь из пасти волчицы вырывается лишь хрип. Но это не мешает ей лечь посреди дороги и положить голову на лапы. Не смей отдыхать. Нас же могут сбить! А ты опять не слушаешь меня. Ты набираешь в лёгкие побольше воздуха и задрав голову воешь. Ну и что это тебе даст? Я не знаю зачем ты воешь. Волчица отключается и я вместе с ней. Мне уже все ровно, что нас могут переехать. Всё равно это глушь.       Но я не могу заснуть, как бы мне не хотелось. Стоит лишь настроиться на волну сна, как я вижу это лицо. А ещё те ощущения, что передала мне волчица… Они такие странные. И что, она всех так чувствует? Как это вообще называется?       Все мои тёмные мысли прерывает звук приближающейся машины. Я пытаюсь кричать внутри сознания волчице, чтобы она проснулась. Но эта тварь спит очень крепко… Мы вообще первый раз спим. Всё время превращений она делала что-то, но точно не спала.       Машина медленно останавливается. Я могу спокойно выдохнуть. Всё в порядке. Меня не переедут и то хорошо. Слышу, как дверь открывается. Ну ладно, подойдите, посмотрите. Подумаешь, белая волчица у которой что-то светится под шерстью. Всего лишь!       Но вместо этого, тело подхватывают на руки и куда-то несут. А вот теперь я против! Да и почему волчица не просыпается?! Вообще-то волки чутко спят, а она вообще без задних лап.       - Куколка, ну зачем нужно было так громко выть? Все аж перепугались. – кто «все»? Кто эти «все» мать вашу? И кто меня вообще несёт? И что это за… «куколка»? Питер?! Всё, я пропала. P.S. Татуировка: http://occultizm.net/uploads/posts/2013-09/1379896563_celt-butterfly.jpg Ее смысл заключается в том, что несет трансформацию, перерождение.