Судьба джедая

      — Асока, — начал мастер Винду. Его всегда строгий и холодный голос по отношению к Асоке, звучал в этот раз очень спокойно и ласково, что сильно настораживало ее. — Совет решил, что тебе предстоит очень ответственная миссия. Ты должна будешь прокрасться в самое логово врага и нанести ему удар с тылу.       — Ты должна будешь действовать под прикрытием, — продолжил магистр Пло Кун. — Наверное, тебе известно о единственной дочери Графа Дуку?       Дождавшись от внимательно слушающей девушки утвердительного кивка, он продолжил тем же всегда спокойным тоном.       — Так вот, она полутогрута-получеловек. Несколько часов назад наши представители на Анфоре втайне похитили ее, и теперь ты должна будешь на некоторое время занять ее место. Это очень опасная и рисковая миссия, готова ли ты к ней и ответственности, которую она несет?       — Магистр, а почему вы так уверены, что я смогу, пусть даже на время, занять ее место? Даже если я и внешне хоть чуть-чуть являюсь на нее похожей, рисунок у нас на лице все равно будет отличаться, ибо у каждой тогруты свой особенный рисунок и он никогда не повторяется. К тому же, собственно, в чем состоит моя главная цель? — вслух рассуждала Асока, принимая задумчивое выражение лица и складывая руки на груди.       Мысленно она уже давно согласилась на предложение Совета. Каким бы опасным не представлялось ей это задание, она обязательно попытается его выполнить и как можно лучше. Но также ей хотелось знать, насколько низок процент возможности у нее выжить, ибо ей не совсем хотелось идти на самоубийство, когда ей еще под силу защитить обычных граждан Республики от жестянок и прочего.       — Мудра ты, Рыцарь Тано, — промолвил гранд-мастер, складывая руки на своей деревянной тросточке и всем весом облокачиваясь на нее. — Но особенна девушка та.       — Каким-то образом вышло так, что ее лицо да и все тело было нормального светлого телесного оттенка, как у обычных людей, а во всем остальным она твоя полная копия, — разъяснил девушке Мейс Винду.       На удивление, в его тоне тогрута не почувствовала вечного недовольства к ее скромной персоне. Его тон был холоден, как и обычно, но больше в нем не было вечных неудовлетворения и раздражения. Зная отношение темнокожего Магистра к себе и его обычное настроение, девушке это показалось странным и даже подозрительным.       Неожиданно для самой себя она заметила, что его аура переполнена волнением. Разумеется, не за Асоку, но тогда из-за чего? В тот момент она и поняла, что у Совета возникли какие-то непредвиденные трудности касательно именно ее задания.       — Допустим что это так, но что заставляет вас так беспокоиться? — вопросительно изогнув бровь, спросила Рыцарь, не отрывая взгляда своих пронзительных ярких глаз от мужчины.       Ощутив в его ауре нотки растерянности, она напряглась всем телом и мысленно приготовила себя к самому ужасному что только могла представить, но внешне не показывала виду. Скорее всего ощутив через связывающую их нить Учителя и Ученика, которая к удивлению обоих только укрепилась после ее становления Рыцарем, эмоции переполняющие Тано, Энакин незаметно для остальных ободряюще улыбнулся ей, словно говоря: «Что бы ты ни выбрала, я поддержу и помогу тебе всем чем только смогу».       — Проницательной ты стала, Асока. Даже не вериться, что твоим учителем был Энакин, — тяжело вздыхая и поглаживая свою рыжую бородку, сказал Магистр. — Нас всех тревожит тот факт, что про дочь Дуку известно самую малость, а она категорически отказывается от сотрудничества с нами, что вполне неудивительно ибо скрываясь в ее личности ты должна будешь убить Дуку. Это твоя главная цель, но сейчас вся миссия под угрозой. Если нам не удастся выудить информацию из этой Принцессы, будет слишком опасно отправлять тебя в логово злодея, когда нам не известно почти ничего про ее личность. Ты слишком быстро раскроешь свою настоящую личность, а это неминуемая гибель.       — А вы пробовали джедайский гипноз? — предложила тогрута, внимательно обдумывая слова Магистра Кеноби.       — И не раз, но все наши попытки безуспешны. Мы не ощущаем в ней присутствия Силы, но видимо она обучена трюком по блокировке ее воздействия на собственный организм, — продолжил мужчина, переводя взгляд то на девушку, то на ее бывшего учителя.       Их связь с момента поездки на Аннаж увеличилась в несколько раз. Теперь даже не присматриваясь он с легкостью мог видеть нить Силы, намертво связывающую их. «Ее и вправду сможет разорвать только смерть одного из них» — промелькнула мысль в голове Джедая.       — Тогда можно мне с ней поговорить?       Неожиданно для самой себя со скоростью света выпалила вопрос Асока. Резко она ощутила сильное желание поговорить с этой девушкой. Хоть они не были с ней знакомы и даже находились по разные стороны поля боя, она почувствовала с ней какую-то странную связь, и это ее настораживало.       — Что-то мне подсказывает, что мы найдем с ней общий язык!       — Раз уж ты так уверенна, мы можем попытаться, — согласился Магистр Винду, жестом прося Асоку, а с ней разумеется и Энакина, следовать за ним.       Добравшись до камеры временно заключенных, которая находилась в Храме и была создана для преступников, осмелившихся прокрасться в святыню святых, они увидели более десятка клонов во главе с капитаном Фордо и двумя представителями Сената, невесть зачем присутствующих здесь.       «И это Совет называет тайной миссией?» — мысленно задала себе риторический вопрос девушка и закатила глаза. Слабо улыбнувшись, она кивком поприветствовала бойцов и сенаторов, один из которых являлся ее хорошим другом, подошла к силовому барьеру.       Слабое подобие улыбки мгновенно исчезло с ее личика после лицезрения открывшейся ей картины. За несколько метров от нее, на небольшой стальном выступе заменяющим заключенному стул, сидела молодая тогрута. Ее комплекция была в точности такой как и у Джедайки, даже длина лекки и форма монтралов у них были одинаковы.       Она могла бы подумать, что смотрит на собственное отражение, если бы не богатая длинная одежда и светло-бежевые личико. Даже глаза у них имели один и тот же голубовато-серый оттенок, в которых можно было прочесть все чувства и эмоции, в тот миг посетившие девушки. В них не было страха, она его не испытывала в отличие от многих других политиков, если она конечно таковой являлась, нежданно попадавших в плен к своим противникам. Эта девушка так и излучала спокойствие и безмятежность. Невольно они передались Рыцарю.       Вновь ощутив почти неконтролируемое желание как можно быстрее пообщаться с ней, девушка ввела правильный код и силовое поле исчезло. Когда тогрута вошла в камеру к своей соплеменнице, кроваво-красный барьер мгновенно образовался за ее спиной.       Заметив внезапно вошедшую в ее камеру девушку, и по световым мечам, висящим на ее поясе, она поняла, что ее посетил очередной джедай. По инерции она вскочила на ноги и приняла оборонительную стойку. Конечно, она не была асом в рукопашном бою, но отец все-же обучил ее парочке интересных приемчиков, которые уже не единожды помогали ей в сложных ситуациях.       Перед ней предстала молодая джедайка, явно еще не все познавшая и не всему обучившаяся. Это ее шанс спастись. Она может взять эту девчонку в заложники и договориться с остальными джедаями о ее освобождении. Разумеется она понимала, что иметь в заложниках персону вроде нее, она ведь дочь самого Графа Дуку, Республики очень выгодно, особенно в нынешние военное время, но так же не по наслышке знала (из уст ее отца), что Орден готов пойти на все ради спасения своего представителя, пусть и настолько юного как этот. Не теряя времени, она сделала резкий выпад, но тогрута-джедайка оказалась намного быстрее ее.       — Ты в своем уме?!       Воскликнула Рыцарь, заламывая за спину одну из рук дочери Дуку, а другую она схватила за кисть и крепко-крепко сжала. Не медля, она немного подтолкнула ее вперед и резко отпустила, от чего девушка на время потеряла равновесие и упала на тот самый металлический выступ.       — Я не собираюсь с тобой сражаться, мне нужно поговорить!       — Нам с тобой не о чем разговаривать! — процедила сквозь зубы девушка, поправляя подол своего длинного, вдобавок еще со шлейфом, нежно-голубого платья, и выпрямляясь, лицом перед юным Генералом. — К тому же ты еще слишком мала, чтобы пытаться воздействовать на меня своими джедайскими штучками! И как вы не уйметесь, пойми те наконец, ваши фокусы на меня не действуют! Меня с детства обучали сопротивляться и подавлять воздействие Силы!       — А какого твое детство? Расскажи мне, каким оно было, прошу! — сама не ведая зачем, попросила девушку Джедай.       Медленными движениями она подошла к выступу и села на него. Слабо улыбнувшись, она несколько раз похлопала ладонью по имитируемой лавочке возле себя, словно приглашая тогруту сесть именно здесь.       Обведя Рыцаря недоверчивым взглядом голубых очей, пленница все же села возле нее, но пока не торопилась делиться с ней подробностями своего детства. Гордо вскинув голову и держа превосходную осанку, она неподвижно сидела не говоря ни слова. Просидев в такой напряженной обстановке более пяти минут, Асока не выдержала первой, она никогда не любила бездействовать, и заговорила:       — Я так полагаю, ты не намерена мне ничего рассказывать.       — А тебе то зачем знать мое детство? Оно исключительно мое, и только мне его нужно знать, — грубым тоном холодно ответила девушка, даже не удостоив Тано и взглядом.       — Просто… Понимаешь, не смотря на то, что ты выросла в достатке, я не чувствую что ты довольна своим прошлым. В нем очень много боли и грусти… — словно находясь в прострации, промолвила Джедай.       Если тогда в зале заседаний Совета она еле замечала эту странную связь между ними, то сейчас она ощущала ее всем своим еством. Она не понимала этого необычного факта, из-за чего ее желание узнать о прошлом дочери Дуку только увеличивалась. Возможно, именно в нем кроется разгадка их связи.       — Еще чего вздумала! Я не собираюсь «изливать тебе душу», когда за нами шпионят твои дружки, — в той же довольно грубой форме сказала девушка, наконец поворачиваясь к Асоке лицом и одаривая ее взглядом.       Но лучше бы она того не делала. Столько злости, столько презрения и животной ненависти Ученица Скайуокера не видела даже в глазах Вентресс, когда та еще была приспешницей Дуку. Но если присмотреться, где-то в глубине ее морских глаз она заметила еще кое-что, печаль и почти невидимую любовь. Что еще более странно, Тано не ощущала в ней тьмы, хоть та и была дочерью Дуку, ее сердце не было полностью покрыто Мраком, в нем присутствовал и свет.       Он был едва виден, почти неощутимым, но он был и Асока знала это. Что-то подсказывало Рыцарю, что эта тогрута не так уже и довольна политикой и интригами своего отца, она хочет противостоять ему, но боится. Она поможет ей, Асока только должна достучаться до ее Светлой Стороны.       — Это проблем не составит, — как ни в чем не бывало ответила тогрута, нажимая на свой комлинк и настраивая его на нужную ей частоту. — Мастер, вы не могли бы забрать всех клонов и вместе с ними сенаторов и ненадолго отойти?       — Асока, как понимать твою просьбу? — послышался мужской голос, исходящий из миниатюрного механизма. — Ты что там затеваешь?! — одновременно рассерженно, но Асока мгновенна уловила нотки притворства в его тоне, и заботливо воскликнул Герой-без-Страха-и-Упрека.       — Нет, это не просьба, это приказ! — более уверенно сказала девушка и переключила комлинк на частоту капитана Фордо: — Капитан, приказываю вашему отряду вместе с сенаторами и моим несносным Учителем отойти на приличное расстояние. Приказ обжалованию не подлежит, и вопросов тоже не задавайте. Ясно?       — Есть, Генерал! — командным тоном ответил клон-капитан, а Тано послышались громкие шаги уходящих клонов, слабый протест сенаторов и их быстрое согласие, и, разумеется, ярое сопротивление Энакина. Хвала Силе, он все же послушал ее и через несколько долгих минут наступил покой и тишина.       — Теперь наш с тобой разговор никто не услышит. Обещаю, что все что ты скажешь останется между нами, — начала было уговаривать пленницу Асока, но была прервана ею же.       — Зачем? Зачем тебе это нужно? Я не могу понять, почему ты так яро жаждешь узнать мое детство? — выпалила девушка, крепко сжимая руки в кулаки. — К тому же, разве ты не боишься оставаться со мной наедине, ты ведь еще слишком молода чтобы быть джедаем?       — Ах, снова эти стереотипы касательно возраста! — театрально тяжело вздохнула Генерал и закатив глаза, сложила руки на груди. — Я тут ей помочь хочу, по человечески поговорить, а она начинает мне угрожать! Ну что скажешь, натуральный политик!       — Знаешь, по тебе и не скажешь, что ты — Джедай, — спустя пару минут вновь нависшего молчания, сказала тогрута-пленница. — Начнем с того, что меня зовут Силест. Мне девятнадцать, родилась и выросла я на Серене. Теперь твоя очередь.       — Моя? — недоумевающе переспросила Асока, стараясь не выдавать в своем голосе удивления и непонимания Силест.       — Я согласна тебе что-либо рассказывать про себя с одним условием: в свою очередь ты тоже будешь рассказывать мне про свое детство. Так будет честно, — непреклонно ответила тогрута с нестандартной внешностью и подсела немного поближе к Джедаю.       Удивительно, но она не испытывала к этой девушке неприязни, и присмотревшись, она поняла, что по всей вероятности Джедаи не так уж ужасны и бессердечны, какими их описывал ей отец. Возможно, ее отец был неправ.       — Ну ладно, — немного помедлив, произнесла Тано. — Моя история будет еще короче и нуднее твоей. Мне семнадцать. Отца своего я совсем не помню, мама говорила, что он погиб, когда мне было два, почти три, года. Воспоминания о матери тоже мутны и неясны. Точно помню я только тот момент, когда ее убили на моих глазах. Всего через несколько минут после этого появился Магистр Пло и его отряд бойцов. Конечно, мне до сих пор грустно, что моя мамочка погибла, но, видимо, так велела Сила. Но знаешь, с другой стороны я даже чуточку рада, что моя мама уже находится по ту Сторону, ибо мне было бы слишком больно, если бы я жила одна, вдали от моей живой матери. Тогда-то Магистр и узнал о моей чувствительности к Силы, и с воли Совета я стала частью Ордена Джедаев. Я закончила, теперь снова ты.       — Если по правде, я просто не имею права жаловаться на свою жизнь. Росла в достатке, меня воспитывала целая армия гувернанток, ни в чем себе не отказывала, но я, несмотря на это, так и не почувствовала вкуса настоящей жизни. Только сейчас я поняла, что всю мою жизнь кто-то командовал мной. Те же гувернантки, вечно указывающие мне, что и как правильно нужно делать, отец тоже всегда отдавал мне приказы, даже не пытаясь узнать моего мнения. Я вошла в Сенат Конфедерации, предполагая, что тогда я получу хоть чуть-чуть больше свободы, но ошиблась. Отец и в Сенате нашел способ руководить мною, причем вполне успешно.       Несмотря на попытку Асоки задать девушке волнующий ее вопрос, она продолжала:       — Я ненавижу отца за то, что его жестокие действия привели к тому, что женщина, с которой жил отец и от которой у него была младшая дочь, забрала девочку и сбежала. Некоторое время, если не ошибаюсь, больше года, отец продолжал их упорные поиски и все то время во мне жила надежда, но одним чудесным утром он как ни в чем не бывало сообщил, что он не успел и их убили республиканцы. Он отобрал у меня младшую сестренку!       — Я не зна…       — И не могла, — на полуслове оборвала пораженного Рыцаря Силест. — Хоть у нас и были разные матери, я ее очень любила. Знаешь, а вы чем-то похожи, у нее был схожий рисунок с твоим рисунок на личике. Ладно, что-то я уж слишком отдалась воспоминаниям, — выдавила из себя дочь Дуку, глубоко вздыхая, складывая руки одна на другую и кладя себе на колени. — Так зачем я нужна твоему Ордену?       — Они хотят, чтобы я на время заняла твое место и…       — Убила Графа Дуку! — холодным тоном выговорила девушка, не отводя взгляда от энергетического поля.       Она должна была бы ощутить ускоренное биение своего сердечка, беспокойство за судьбу и безопасность отца, но не ощутила ничего, ни капли тревоги или даже слабого беспокойства.       Ей не было жаль ее родного отца. Это похоже на убеждение монстра, но она себя таковым не считала. Это Граф Дуку монстр, никчемный злобный ситх, именующий себя Дарт Тираниусом.       — Прости, я даже представить себе не могу, как ты себя сейчас чувствуешь. Наверное, с моей стороны было очень глупо полагать, что ты согласишься мне помочь… — оправдывалась Асока.       Еще раз окинув Силест умоляющим взглядом, она направилась к выходу из камеры. Время не ждет, и задание у нее очень тяжелое, а ей еще предстоит уговорить Мастера ее отпустить. Минуточку, а зачем ей вообще спрашивать у него разрешения? Они ведь теперь на равных, и она такой же Рыцарь, как и он. И она вправе сама решать на какую миссию Совета ей соглашаться.       — Ты и вправду странный Джедай! — приглушенно воскликнула Силест, а на ее личике появилась горькая полуулыбка-полуухмылка. — Только что я изливала перед тобой душу, призналась, что ненавижу собственного отца, а ты говоришь что я, по твоему мнению, стопроцентно не соглашусь помочь.       — Так ты мне поможешь? — не совсем веря в слова тогруты, переспросила Генерал, введя нужный код для разблокирования силового барьера.       — С превеликим удовольствием!