В изгнании

Зуко уже устал дожидаться, когда к нему, наконец, соизволят прийти. Что за слуги на этом проклятом корабле? Он проснулся два часа назад, дома за это время его успели бы и переодеть, и доставить завтрак в спальню, если он того захочет, а здесь? И ведь Зуко явственно слышал чужие шаги за дверью: кто-то стремительно проходил мимо, изредка переговариваясь, но даже не задерживался у двери, что за наглость?! Парнишка, конечно, мог бы выйти так, в чем есть, но на улице со вчерашнего дня накрапывал мелкий, но крайне неприятный дождичек и выходить под его ледяные уколы в одном лишь тонком кимоно для сна не было никакого желания. Пару раз Зуко окликал слуг: «Эй, где вы там?», но на его зов никто не отзывался. «Какие нахалы! — в который раз возмущенно подумал опальный принц. — Нужно будет поговорить с дядей или капитаном о замене слуг на более вышколенных… Тем более, что я уже хочу есть, в животе бурчать начинает…» Морщась, парнишка прижал ладонь к животу и слегка поскреб кожу ногтями. Мало ему было голодного урчания — так нет же, корабль начало слегка покачивать, и голова у Зуко начала подозрительно кружиться. Мальчик замученно огляделся, ища взглядом тазик, какой всегда ставили в его каюте во время путешествий на Угольный Остров (принц страдал морской болезнью), но и того не отыскал. Что за слуг дал ему отец?! Или это продолжение наказания за то его выступление на совете?.. Воспоминание об этом окончательно испортило Зуко настроение. Нахмурившись, он сполз ниже по койке, морщась от ощущения соприкосновения позвоночника с тощим, жестким матрасом, и накрыл себя одеялом до самой макушки. Под закрытыми веками вновь и вновь вставали те самые картины: взвившееся почти до потолка яркое пламя огненной стены, властный, требовательный голос отца, а затем его величественная фигура на площадке для Агни Кай. Едва увидев его, Зуко понял, что обречен и может рассчитывать только на милосердие великого Хозяина Огня. Милосердие, которым Озай никогда не отличался… «А может, все это было подстроено? — внезапно мелькнула пронзительная мысль. — Если бы я атаковал, то был бы государственным преступником, никто не имеет права вызывать Лорда Огня на Агни Кай. Но не выполнить его приказ тоже никто не имеет права. И отец наверняка об этом знал… Тьфу ты! Нет! Хватит! Ты так дойдешь до того, что и дядя был с ним в сговоре. У них просто нет причин так делать… Разве нет? Я же его сын… Его наследник. Пусть даже он никогда не проявлял ко мне особенно нежных чувств, но он просто такой человек, вот и все!» Сжав кулаки, Зуко свернулся под одеялом в комочек и обхватил руками колени, впиваясь в кожу обгрызенными в приступах нервозности ногтями. «Просто такой человек, — повторил он про себя. — Просто такой человек.» Опальному принцу очень хотелось верить в это, но чем чаще Зуко повторял про себя эту нехитрую фразу, тем сильнее становилось внутреннее раздражение. Поэтому, когда его слуха достиг деликатный, но настойчивый стук в дверь — звук показался ему ножом, воткнувшимся в барабанную перепонку. Вынырнув из-под одеяла, Зуко вперил пылающий раздражением взгляд в вошедшего — это оказался его дядя. Он выглядел обеспокоенным и даже встревоженным. — Зуко? Время уже близится к обеду, а ты даже не выходил из каюты. Тебе стало хуже? — заботливо поинтересовался Айро, проходя вглубь комнаты и присаживаясь на край койки его владельца. Мужчина хотел коснуться лба Зуко ладонью, проверяя температуру, но мальчик резким движением отпихнул его руку. — Все нормально со мной. Где слуги? Я дожидаюсь их уже два часа. Кто будет меня переодевать? — Пере... — на лице бывшего генерала отразилось недоумение, а затем он расплылся в веселой улыбке: — Ах, вот в чем дело! — которая тут же сменилась выражением некоторого смущения. Кашлянув, он произнес: — Дело в том, мой дорогой племянник, что здесь у тебя не будет слуг. — Чего?! — Зуко изумленно распахнул глаза, резко садясь на койке и подаваясь вперед всем телом. Он не заметил этого, но Айро пришлось сдерживать смешок: так до забавного искренне возмутился опальный принц. Усмехнувшись, мужчина сложил руки на животе и мягко пояснил: — Здесь у тебя будут только подчиненные, и я сомневаюсь в том, что кто-то из наших заматеревших во всевозможных морских боях матросов будет так любезен, что окажет тебе помощь в переодевании. Тебе придется учиться самому. Я понимаю, это довольно сложно, ведь только вчера тебя одевала прислуга, но выбора у тебя нет, — Айро поднялся на ноги и протянул Зуко раскрытую ладонь, предлагая опереться на нее и встать. — Сегодня я помогу тебе одеться, но с завтрашнего дня ты будешь делать это самостоятельно. Тихо прошипев что-то недовольным тоном, Зуко отодвинул руку дяди и поднялся на ноги сам… В ту же секунду его настигло понимание того, что это была ошибка. Пока мальчик еще лежал на койке, переносить ненавязчивую, но более чем ощутимую качку было довольно просто, но стоило ему принять вертикальное положение, как к горлу сразу же подкатила тошнота, и опальный принц согнулся пополам, издавая пренеприятнейшие звуки. Айро едва успел шагнуть назад, иначе вчерашний ужин юного изгнанника оказался бы на его одежде. С трудом распрямившись, Зуко покачнулся и упал обратно на койку, болезненно стукнувшись об нее копчиком, и с трудом поднял на дядю мутный взгляд заслезившихся глаз. На его бледных щеках маками горел румянец: еще бы, его вырвало под ноги постороннему человеку, пусть даже и его родственнику! Парнишка ожидал увидеть на лице дяди отвращение или хотя бы возмущенный укор, но Айро только сочувственно похлопал его по плечу и, взяв за запястье, помог подняться, сразу же подставляя плечо, чтобы Зуко не упал прямо в собственные рвотные массы. — Пойдем-ка лучше в мою каюту, — мягко произнес бывший генерал. — Я приготовлю тебе отвар из мяты, это помогает от морской болезни. И там же помогу тебе переодеться, думаю, находиться в этой комнате неприятно как мне, так и тебе. Ослабший после тошноты, Зуко податливо кивнул и поплелся следом за дядей, бессознательно прижавшись к его горячему плечу, когда и без того мокрой от холодного пота спины коснулись ледяные капли дождя. Тот постепенно усиливался, грозя перейти в ливень, а то и в бурю — Зуко кисло отметил это про себя и тяжело вздохнул. Его путешествие в поисках аватара начиналось просто замечательно. Спустя сорок минут, одетый и напоенный мятным отваром, Зуко чувствовал себя уже значительно лучше: как ни странно, дядины «зелья» действительно помогали, и его желудок не порывался вывернуться наизнанку после каждого неудачного или слишком резкого движения. Мальчик уже хотел сытно позавтракать (или уже пообедать?) какой-нибудь отбивной или чем-то подобным, однако Айро настоял на курином бульоне и слабо заваренном жасминовом чае. После недолгого спора Зуко согласился и, немного поворчав на эту тему, принялся с несчастным видом хлебать пресное кушанье. Выглядел он не только несчастным, но и несколько задумчивым, и то и дело поглядывал то на дверь, то в сторону окна. Айро хотел уже спросить, что его тревожит, но Зуко опередил его: — Дядя… — мальчик с резким звуком поставил на столик чашку с чаем, расплескав вокруг немного теплого напитка. — Я хотел поговорить. — Я слушаю, — улыбнулся бывший генерал, устраиваясь поудобнее и сплетая пальцы на животе. — Вчера рулевой как-то странно смотрел на меня… С какой-то жалостью, — Зуко неприязненно скривился, забавно сморщил лоб, и руки его непроизвольно сжались в кулаки. — Я бы назвал это сочувствием, племянник, — мягко поправил его дядя… И Зуко тут же взвился, причем в прямом смысле: он вскочил на ноги так резко, что, если бы Айро не придержал стол, он отлетел бы на несколько шагов к стене. Парнишка вскричал: — Мне все равно, сочувствие, жалость! За что меня жалеть?! Я изгнанник, но я по-прежнему принц! Или, может быть, они уже так не считают, а?! В кулаках Зуко полыхнули огненные кинжалы. В свое время это был первый прием, которым овладел тогда еще совсем крошечный маг огня, и в минуты ярости кинжалы сами вспыхивали в его руках — и благодаря им опальный принц в минуты гнева всегда выглядел так, будто уже готов кинуться в схватку с воображаемым или реальным противником. Но сейчас противника у него не было — был дядя, который спокойно отпил чаю и миролюбиво заметил: — О, все гораздо проще, чем Вы думаете… Принц Зуко. Почему бы вам не сесть и не послушать меня? Все еще немного раздраженный, Зуко скрестил руки на груди и буркнул, что постоит. Айро с сожалением вздохнул и слегка пожал плечами: — Что ж, хорошо. Вы можете мне поверить, Ваше Высочество: господин лейтенант отнюдь не принижает Ваше положение на этом корабле. Вы — несомненный командир и лидер. Но наш рулевой — опытный и знающий человек. Он осознает, в какую незавидную ситуацию мы с Вами попали. — То есть? — Зуко недоуменно поднял бровь. Влекомый тихой, размеренной речью бывшего генерала, он сам не заметил, как разжал руки и опустил их по швам, только пальцы его еще оставались сжатыми в кулаки, и ногти изредка царапали кожу ладоней. Айро глубоко вздохнул. Говорить это племяннику было очень неприятно, но, к сожалению, необходимо. — То есть… Сейчас Вы лишены почти всех привилегий монаршей особы. С первым досадным конфузом Вы столкнулись утром, — мужчина сдержал усмешку, не позволяя ей прорваться на лицо. — Но отсутствие прислуги и привычной Вам роскоши — отнюдь не главный минус нашего положения. Главное: Вы будете путешествовать по вражеским территориям и… — Айро прикрыл глаза, не желая видеть ужас на лице племянника. — Вы лишены права неприкосновенности. — Что?! — Зуко едва не подпрыгнул. — Ты хочешь сказать, что… Что на нас будут нападать?! Закрыть глаза было определенно правильным решением: судя по звенящей интонации, лицо Зуко выражало искренний ужас пополам с возмущением и изумлением. — Именно. Более того, нападения едва ли станут редкостью: одиночно курсирующее вражеское судно — легкая мишень как для пиратов, так и для флота Царства Земли или, что еще хуже, Северного Племени Воды. Справиться с ними в их родной стихии непросто. Именно поэтому, — только теперь Айро открыл глаза и взглянул племяннику в лицо, — рулевой, как Вы выразились, «жалеет» нас. Наше положение и впрямь оставляет желать лучшего, принц Зуко. Зуко хотел было нервно провести рукой по волосам или потеребить постоянно падающую на глаза непослушную короткую прядку, но его раскрытая ладонь натолкнулась на горячую обнаженную кожу. Мальчик хотел было выругаться, но не решился: его дядя всегда строго следил за тем, чтобы юный принц соблюдал каноны этикета. Поэтому Зуко, не желая слушать нравоучительных лекций, только тяжело вздохнул и бессильно опустился за столик. Айро с готовностью подлил ему еще чаю (своим резким движением несколько минут назад опальный принц расплескал почти все, что было в его чашке) и пододвинул ближе к нервно подрагивающим бледным пальцам. Парнишка с благодарностью принял напиток из его рук и сделал несколько больших, щедрых глотков. — И… Управлять кораблем в случае таких… Нападений… Буду я? — тихим, даже, кажется, немного дрожащим голосом поинтересовался он. Айро молча кивнул и, чуть помедлив, добавил: — Разумеется, экипаж корабля и я лично будем счастливы помочь. Если Вы разрешите, — в почтительно опущенном взгляде затаилась невеселая, даже горькая усмешка: Айро осознавал, что помогать он будет и с разрешением, и без, но всего тяжелее было понимать, что помощь будет Зуко жизненно необходима, и здесь слово «жизненно» — отнюдь не фигура речи. Несколько длинных секунд Зуко молчал, поворачивая чашку в нервно подрагивающих пальцах. В голове у него было звеняще-пусто — и в то же время виски гудели от наплыва эмоций и хаотично мелькающих мыслей. Что ему теперь делать? Ведь он никогда не командовал даже небольшим отрядом солдат, даже в командных играх он никогда не занимал позиции лидера (эта роль всегда доставалась Азуле), а теперь от его лидерских навыков зависит… Зависит все! Включая его собственную жизнь! Чрезмерно живое воображение тут же подкинуло Зуко несколько ярких и четких картинок: их корабль захвачен пиратами, они пытают и убивают всех членов команды по отдельности, постепенно добираясь до него с дядей; их корабль посреди моря в окружении флотилии Царства Земли; их корабль закован в ледники на Северном Полюсе... И везде, в каждом из этих видений, Зуко видел себя самого — растерянного, даже отдаленно не представляющего, что ему теперь делать. Он стоял под обстрелом вопросительных взглядов команды: «Что нам делать, принц Зуко? Отдавайте приказ, мы ждем». Отдавать приказ… Но какой?! Зуко не представлял даже отдаленно. Застонав, парнишка уронил голову на руки и прикрыл беззащитно обнаженный затылок горячими ладонями. Он совершенно не знал, что ему теперь делать. Знал он только одно: он должен поймать аватара… Но как, если он даже толком не представляет куда плыть и как избежать опасностей не пути? Да тут еще и качка значительно усиливается, и тошнота подкатывает с каждым разом все сильнее и сильнее... Айро едва успел пододвинуть к Зуко тазик — принца вновь вывернуло недавно съеденным куриным бульоном. Держась за неприятно-прохладные металлические края, парнишка с трудом разогнулся и, утирая рот ладонью, сдавленно прохрипел: — Блестящие перспективы, дядя… Айро развел руками и чуточку виновато, совсем не весело усмехнулся.