Anybody Seen My Baby

она ходит на стадионы и на базары пряча в куртке своей телефон и флягу (c) Первый раз они сталкиваются утром. Дерек, зазевавшийся в очереди желающих получить кофе, скорее почуял, чем почувствовал чужую руку в своем кармане. Воровка стоит тут же, у самого его локтя, и на стиснувшие её запястье мужские пальцы смотрит с изумлением, не меньшим, чем Хейл – на неё. - Поосторожнее, здоровяк, - неожиданно улыбается она. Темноволосая, сероглазая; кожаная куртка на ней – словно с чужого плеча. Аккуратным скользким движением высвободив руку, девушка растворяется в толпе, а пару минут спустя Дерек обнаруживает пропажу зажигалки и сигарет – из другого кармана. Второй раз – вечером. Подмигивающая лампочками вывеска мюзик-холла обещает «фокусы, жонглеров и пожирателей огня». Зрители, набившиеся битком, восторженно ахают и обмирают, а Дерек как раз размышляет о том, что было бы, покажи он им фокус с превращением, когда в помощнице метателя ножей – тонкой, блестящей как серебряная рыбка в своем чешуйчатом платье – узнает утреннюю воровку. Он поджидает её у двери черного хода, достаточно долго, чтобы придумать причину посерьёзнее зажигалки. Волк – как всегда рядом, невозмутимый, только чуть подрагивающие уши и выдают его любопытство. До полнолуния ещё далеко, и сейчас Хейл сам по себе, а волк – сам по себе; безмолвная серая тень, безжалостные золотые глаза и неслышная поступь убийцы. Дерек мог бы поклясться, что пару раз его видел. Когда тяжелая дверь наконец распахивается, зверь узнаёт появившегося на пороге раньше, чем человек. Легко сбежав по ступенькам, девушка останавливается, чтобы закурить. Она улыбается поверх сложенных лодочкой ладоней, и огонек зажигалки – его, Дерека, зажигалки! – освещает бледное лицо с ярко подведенными глазами. - Привет, громила. Дерек напоминает себе, что он а) Хмурый Волк и б) нахально обворованный, так что можно и не здороваться. - Что ещё ты умеешь делать? Кроме трюков с ножиками и чужими карманами? - Могу погадать тебе, если хочешь. Она подходит к нему почти вплотную, скрестив на груди руки и неторопливо затягиваясь. Дерек с недоумением разглядывает её растянутую футболку, из-под которой едва видны куцые шортики, длинные ноги в кое-где «поехавших» колготках, небрежно зашнурованные ботинки. Тощей, как подросток, воровке вряд ли больше 17. - Может, просто вернешь зажигалку? - Может быть. Потом, когда поедим. - Поедим? - Ну да. Любишь лапшу, здоровяк? - Дерек. Меня зовут Дерек. - Эффи.