BDSM для сердца

      Прошло уже две недели, но ничего нового полиция не узнала. Как назло задний двор этого странного клуба не был оборудован камерами. - Если ничего не изменится, нам придётся искать сессионного гитариста. - Руки, ты в своём уме?! Если не найдём Юу, нам придётся искать двух гитаристов. - Рэй, я всё понимаю, но сколько ещё мы можем скрывать? Можно перенести концерты, запись, отменить фотосессии. Но что дальше? - Так ли это важно? Уруха всё равно не будет играть без Аоя. Руки опустил глаза и прошептал сам для себя: - Никто не будет. Будем искать до конца.

***

      Иду по стене, по красной кирпичной стене шириной в один кирпич и высотой… Я посмотрел вниз – там ничего не было, ни земли, ни дна не было. Кирпичная стена уходила вниз в непроглядный туман, как будто росла из него. Я прекрасно понимал, что там нет ничего, и если даже я упаду, то не разобьюсь, так и буду лететь вечно.       Лучше бы я мог разбиться.       Я продолжаю шагать по стене, уже медленнее, становится интересно, как я вообще мог тут оказаться. Оглядываюсь назад – за моей спиной белая дверь. Просто закрытая белая дверь. Меня охватывает ужас, я понимаю, что не должен входить в эту дверь ни за что! Там смерть. Чистая смерть, где каждая клеточка моего тела осыплется на пороге серым пеплом.       Я поворачиваюсь и продолжаю идти. Впереди стена, так же молча уходит в туман. Недалеко, должен дойти. Я отмеряю шагами метры стены, но к туману не приближаюсь, только белая дверь пожалуй стала немного, чуть-чуть дальше.       Неожиданно стена под ногами начинает таять. Или это туман начинает приближаться. Видимо ему надоело ждать, пока я сам подойду к нему. Я кожей ощущаю его липкую дымку. Я так хотел коснуться тумана, теперь он сам идёт ко мне, но я понимаю, что тогда я исчезну, сам стану туманом, сольюсь с ним. Оглядываюсь. Дверь наверное могла бы защитить хотя бы моё сознание. Туман или пепел? Вот уж не думал, что придётся выбирать, чем стать после смерти. Но всё таки я разворачиваюсь и кидаюсь к двери, прекрасно понимая, что не успеваю. Туман ласково и мягко поглощает меня, обнимая за плечи.       Мой крик в пустой квартире некому услышать.

***

      Аой потерял счёт дням. Просто не считал, пара недель или месяц – ничего не меняло. К его удивлению Юджи по-своему берёг его и после каждого раза давал время на затягивание синяков и ссадин. Боль он просто перестал чувствовать.       В очередной вечер очередной клиент, которого Аой уже «видел», немного опоздал и было видно, что он торопится. Кинув вещи на пол, он просто нагнул гитариста возле кровати, входя без всякой подготовки и начиная двигаться технично и быстро. Поддаваясь ещё сохранившимся инстинктам Аой сжался, но мужчина своим весом пригвоздил его к кровати и руками отвёл назад его плечи, заставляя полностью выпрямится. Прижимаясь всем телом к спине Аоя он довольно быстро кончил. Выпустив бессильно сползшего на пол гитариста, он направился к мини-бару за выпивкой. Падая, Аой скользнул взглядом по валяющейся на полу одежде «клиента», из кармана брюк выглядывал корпус мобильного, мигающий боковым сигналом работающей сети. «Идиот, кто же трахается с включённым телефоном?» Нервным движением Аой махнул рукой, запуская телефон в плавный полёт под кровать. «Только бы не зазвонил» Клиент по-хозяйски потрепал гитариста по голове, оделся и вышел. Телефон остался нем.

***

      Блондин нехотя встал с дивана, на котором пару минут назад его разбудил очередной кошмар, сгрёб со столика пронзительно воющий мобильник и уставился на экран. Номера он не знал, но раз уж всё равно поднялся.. - Алло. - Кою. Тук. - Кою, ты слышишь меня? Ответь пожалуйста, - шептал беспокойный голос. Тук-тук. - Юу, где ты, что случилось? – Уруха принялся нарезать круги по комнате, жалея, что его телефон не оснащён функцией телепорта. - Я… я не знаю. Я соскучился по тебе… - Как тебя найти? - Не знаю, тот человек..это телефон одного из его друзей.       Аой понимал, что не может долго говорить, Юджи мог войти в любой момент. - Я рад, что ты в порядке. Найди меня.. – Он отключил телефон. Такой родной голос из такого уже кажется очень далёкого прошлого вывел его из апатии, кидая на жёсткий пол реальности.       Уруха немигающе смотрел на погасший экран телефона. Что это было? Почему Аой не смог разговаривать? Или он начал видеть сны на яву? Нет, это не могло быть шуткой или издевательством, они оба в жизни уже достаточно нашутились. Уруха нажал клавишу быстрого доступа для Рэйты.       Вычислить по номеру этого «друга» не составило особого труда для полиции, тем более разговорить этого труса. Через несколько часов после звонка Аой услышал чужие голоса и звуки борьбы за стеной. Решив, что попытка удалась, он снова провалился в спасительное беспамятство.       Юу открыл глаза и ощутил стойкое де жа вю. Белый потолок, белые стены, запах свежести и ноющая боль во всём теле. - Юу! – Уруха обхватил ладонями лицо любимого, целуя в пересохшие губы. – Как ты себя чувствуешь? - Живым, - гитарист попытался улыбнуться, насколько хватило сил. – Давно я тут? - Нет, всего одну ночь. – Уру смотрел на него полными счастливых слёз глазами. – Я так рад, что ты вернулся.. - Поверь, я рад этому больше тебя. - Юу.. – Уруха боялся спросить, но полные боли глаза любимого пугали его ещё больше. - Ты можешь рассказать мне, что произошло?       Аою пришлось собрать в кулак всю свою волю, чтобы ответить. - Нет, – Аой отвёл взгляд в сторону. – Ты как никто имеешь право знать, но.. я не могу, может потом.. Уруха понимающе вздохнул: - Хорошо, лишь бы с тобой все было в порядке. Я с тобой, – Аой пресёк дальнейшие разговоры поцелуем. Через пару дней Уру смог забрать Аоя из больницы и тот вернулся домой, к себе.

***

POV Аой       Прости. Прости, я просто не могу. Не могу сейчас вернуться в твой дом, наш дом. Я столько времени провёл среди чужих стен, что даже стены твоего дома кажутся мне чужими и враждебными.       Захожу в свою квартиру и кидаю ключи на журнальный столик. Просто чтобы услышать звук, звук своих собственных действий, звук моего дома. Ты привёз меня, но я не позволил тебе остаться. Я виноват, но ты понимаешь, пытаешься понять. Я хочу немного побыть один, хочу снова ощутить способность управлять своим временем, своими действиями, своей жизнью. Захожу на кухню, в спальню, в ванную. Здесь всё моё, только моё и никто не имеет на это право! Хм, наверное, надо было воспользоваться услугами психотерапевта…       Одно плохо, здесь нет тебя, Кою. Тут ничего не напоминает о тебе, о том, что ты по прежнему со мной. Сжимаю в руках подушку и иду на балкон. Я так хочу прикоснуться к тебе, обнять тебя крепко-крепко. Но разве я теперь имею на это право. Выдержишь ли ты моё презрение к себе и моё отчаяние? Наверняка постараешься. Но много ли тепла даст тебе моя мёртвая кожа? Все эти люди растащили и разграбили меня, моё тепло. Может быть, нам хватило бы твоего тепла на двоих, но сейчас я не могу его принять. Слишком нечестно по отношению к тебе. POV Уруха.       «Что с тобой случилось, Юу? Я так старался заботиться о тебе, о нас. Я расслабился, утопая в нашем счастье. Даже представить не мог, что ещё не все наши беды закончились. Тебе больно, но ты молчишь, тебе плохо настолько, что ты не хочешь разговаривать. Но как тогда я смогу помочь тебе? Сторонишься меня, позволяешь обнять только через одежду, но целуешь. Целуешь так, как в последний раз. Сколько я смогу мириться с этим? Ты вернулся, ты рядом, но, кажется, стал ещё дальше от меня, чем был в плену. Как же мне хочется почувствовать, как ты спокойно засыпаешь на моих руках. Если тебе нужно время, я буду ждать. Но мне надоело быть сторонним наблюдателем, смотреть на твои страдания. Ты не позволяешь мне приблизиться, боишься, что я почувствую твою боль. Но она нужна мне! И твоя боль, и твоя любовь. Ты нужен мне весь! Я не могу войти к тебе в дом, но я не могу просто уехать. Лучше я проведу эту ночь в машине, но я буду рядом».       Через пару дней Аой уже явился на репетицию, бодрый и весёлый. До этого он не общался с согрупниками, и до его прихода на них лица не было. Каждый думал о своём молча. Появление улыбающегося Аоя мгновенно разрядило обстановку. Руки, Кай и Рэйта одновременно кинулись его обнимать, так что Аой чуть не упал под тяжестью тел своих друзей. Витающий в воздухе привкус недосказанности решил пока улететь куда подальше. Но Аой знал, что по окончании репетиции разговора ему не избежать. - Отлично выглядишь, Аой, – Руки улыбнулся и велел всем занять свои места.       Даже Уруха немного успокоился. Аой вёл себя так, будто ничего не случилось. Будто с ними ничего не случилось. Может, всё ещё будет в порядке, с началом репетиций к Аою вернётся его жажда жизни. Правда какой-то голос внутри тихо шептал, что так просто такие раны не проходят.       После репетиции Рэйта собрался поужинать у Кая, они звали и всех остальных, но Аой с Уру, ясное дело, отказались. Пока Кою убирал гитары, Аой вышел покурить. Он не услышал шагов сзади , только щелчок зажигалки… мелкий. - Ты точно не хочешь с нами к Каю? Мы все соскучились по тебе. И волнуемся. Аой вздохнул «Ну вот, сейчас начнётся»: - Спасибо, я очень хотел бы побыть с вами, но не могу, правда, своим настроением я просто испорчу вам вечер. - Я понимаю, побыть с Урухой тебе сейчас надо больше. Но если что-то нужно, или мы как-то можем помочь, только скажи. - Всё в порядке, Ру-сан, я справлюсь, – Аой мягко улыбнулся, Руки потрепал его по плечу и ушёл.       Аой облегчённо вздохнул, сегодня он останется у Урухи, попробует остаться. До дома Урухи они доехали молча. Аой застыл на пороге, не решаясь пройти дальше. - Юу, что с тобой? – Уру обнял его сзади за плечи. - Ничего… - Аой боялся. Это место было его последней надеждой вернуть былое счастье, вернуть веру в себя и надежду на будущее. Он боялся, что этого не случится. Но перед смертью, как говорится, не надышишься. Аой толкнул дверь, вошёл в прихожую, прошёл через гостиную на кухню, проводя кончиками пальцев по знакомым обоям. Проходя мимо столика в спальне, он заметил на нём свои солнечные очки, они лежали там, где гитарист оставил их месяц назад. Внезапный укол ревности и злости взорвался в его голове, как будто всё это время Уруха изменял ему и жил с кем-то другим. Потому что это были не его очки, это были очки какого-то другого Аоя. Он понял, что теряет сознание, когда тонкие руки уверенно подхватили его и уложили на кровать. Но сознание он не потерял, он видел встревоженное лицо Кою, но не слышал звука его шевелящихся губ. Кою покрывал поцелуями его щёки и постепенно чувства возвращались. - Прости, я снова напугал тебя.. - Ты не виноват. Что мне сделать для тебя? – как давно он не ощущал веса этого тела, не видел этой россыпи вороных волос на своей подушке. - Принеси мне выпить. - Сейчас, – Кою на автомате сгонял на кухню и принёс два бокала виски. Это быстро вернуло румянец на щёки Аоя. - Тебе лучше? - Вполне.. – прошептал Аой и потянулся за поцелуем, немного приторным от виски. Уру целовал его жарко, но осторожно, пробуя вкус его губ как в первый раз , надеясь вернуть любимому воспоминания о проведённом вместе времени.       Уруха осторожно запустил руки под его рубашку. Аой вздрогнул, в свою очередь проводя ладонью по груди Урухи. Лид-гитарист немного приподнялся, нависая над Аоем и становясь коленом между его бёдер. Аой почти растворился в происходящем, но когда рука Кою легла на бугорок его брюк.. - Нет! – выкрикнул Аой, резко подскакивая на кровати, нервно дыша и отстраняясь. – Кою.. – Уруха легонько тронул его за плечо: - Эй, что с тобой случилось? Почему ты не можешь довериться мне? – Он понимал, что делает Аою больно, но другого выхода не было.       «Я не могу, Кою, просто не могу даже думать о сексе. Не хочу, чтобы тебя коснулась эта грязь, не хочу помнить об этом, находясь рядом с тобой». Но это уже слишком жестоко по отношению к тебе!»       Аой обхватил руками голову, зарывшись в колени, и высказал всё, что помнил, стараясь не сбиваться на рыдания..       Уруха молчал, просто молчал, крепко сжимая в объятьях опустошённого Аоя. Осознание того, что кто-то вообще мог так относиться к его сокровищу, к смыслу всей его жизни не помещалось в голове. Аой и не ждал от него ответа, у него больше не было сил, и он почти сразу провалился в сон.       Уру ещё долго сидел на кровати с незажжённой сигаретой в зубах. Курить он бросил, но даже рефлекс немного успокаивал. «Да, этого ты наверное и боялся – я не знаю, как к этому относится, я не могу почувствовать всё то, через что тебе пришлось пройти. И от этого ещё больнее, ведь ты нужен мне весь, все твои чувства! Как глупо… Мой Юу, ты всё равно мой, я никогда от тебя не откажусь».       Уруха тихонечко лёг рядом с крепко спящим Аоем и так же крепко его обнял. Случайно он заметил несколько блестящих капелек в уголках его глаз. «Как давно ты плачешь во сне, Юу?» Гитарист прижал его голову к свой груди и поцеловал в висок. Обняв его покрепче, он тоже задремал.

***

      Больше они не говорили об этом. Юу сказал всё, что мог, Кою боялся спрашивать то, о чем мог не знать. В компании своих коллег и друзей они вели себя как обычно. Казалось, ничего и не было, даже Кай успокоился.       Аой продолжал жить с Урухой. Один дома он не мог оставаться. В одиночестве на него наваливались воспоминания и мысли о будущем, которые теперь были ещё страшнее воспоминаний о прошлом. Уру постоянно старался прикоснуться к нему, обнять. И Аой позволял ему быть таким назойливым, хотя его самого это раздражало. Но это было единственное, что Аой вообще мог ему позволить, нельзя было лишать Кою и этого.       Так продолжалось ещё месяц, пока однажды Аой не сказал, что ему надо заскочить по делам и не ушёл сразу после репетиции. Обеспокоенный Уруха звонил ему весь вечер, телефон чётко передавал гудки положенные 30 секунд, что немного успокаивало. Просто не берёт трубку. Заехав на квартиру Аоя, он убедился, что тот был в ней не так давно, о чём свидетельствовал едва тёплый кофе и множество окурков в пепельнице, все недокуренные, как будто человек нервничал и зажигал сигареты рефлекторно. На всякиё случай прождав его пару часов и поняв, что Аой уже скорее всего сегодня сюда не вернётся, Уруха вернулся к себе. Может Аой и был не совсем в порядке, но сумасшедшим точно не был.       Аой вернулся уже поздним вечером, или ранней ночью.. Присев на корточки рядом с уснувшим на диване в гостиной Урухой. Кою проснулся, вскакивая от неожиданности: - Юу, где ты был, я же?… Аой хотел сказать «прости, я хотел побыть один», но не смог. Не за это ему нужно было извиняться. - Мне нужно было подумать. - Но почему ты не поговорил со мной? Неужели я совсем ничем не могу помочь тебе? - Я.. не важно, всё... - Юу, мы оба знаем, что далеко не всё в порядке! – Уруха обхватил его лицо ладонями, заставляя смотреть в глаза. - Ты ничего не изменишь, – абсолютно спокойный голос. - Потому что ты этого не хочешь! Почему ты себя хоронишь? Почему не принимаешь больше моих чувств? Я ведь всё так же люблю тебя! Уруха говорил быстро и сбивчиво, не замечая вкуса слёз, катившихся из глаз по губам. Аой резко встал, откидывая его руки и закрывая глаза: - Я тоже тебя люблю.       В одно мгновение его не стало рядом. Только громко хлопнула дверь. Не от злости, а просто чтобы Кою понял – всё кончено.       «Я не могу так больше. Я не могу к тебе прикасаться. Не могу смотреть в твои глаза уже не теми глазами. Тот ли я ещё человек? Возможно, меня уже давно зовут по-другому. Я боялся смерти по тому, что боялся потерять тебя, но я не боялся, что тогда и ты потеряешь меня. Но.. я потерял тебя уже тогда, где-то внутри себя. Я жив из-за тебя, но теперь это не имеет значения. Любой из вариантов моей жизни сейчас кажется мне неправильным и невозможным. Ты заслуживаешь большего, чем утонувшего в собственном презрении эгоиста».       «Нет, этого просто не может быть, Аой! Думаешь, я смогу забыть. Целый год единственного для меня счастья, думаешь, смогу забыть? Как легко, оказывается, потерять веру, когда не видишь дальше себя. Но я заставлю тебя понять твои собственные ошибки». Уруха посылал слова в пустоту. Наверное. Он сам их не слышал, боль была слишком громкой.

Я, кажется, тону в мелодии дождя.. Это обещание..чья-то мечта? Хочу увидеть всё в тебе…хочу любить всё в тебе.. Это так, разве нет? (Calm Envy)

      «Но что я теперь могу сделать. Любовь – всё, что я мог дать тебе. Но она тебе, видимо, не нужна. Но я не сдался, потому что всё равно люблю.. тебя.»       Наверное, он мог бы поехать за Аоем, или догнать его. Сейчас уже наверняка тот пошёл именно домой. Но Уруха не надеялся ни на что другое, кроме как на очередной пинок и закрытую дверь. Слова уже давно перестали иметь значение. Только один человек мог ему помочь, он всегда был для него как сидящий в стороне автор и рассказчик. Как будто он знал, что должно быть дальше по сюжету.       Звонок в дверь застал басиста за чашкой кофе. - Уру, ты что так рано? Что-то случилось? – никогда ещё Рей не видел столь холодных и решительных глаз. Он замолчал и жестом пригласил друга на кухню. - Может кофе? Уруха медленно покачал головой, присаживаясь на стул. Рэйта присел на корточки рядом с ним: - Уру.. - Он ушёл. Рэйта прижал его голову к своей груди и почти сразу почувствовал, как начала промокать его футболка: - Неужели он так тебе нужен? - Акира.. - Что? - Без нас ведь группа не развалится? – Снова этот спокойный как вечная мерзлота взгляд.       Рэйта мог бы ответить, что для них это станет ударом, что Уруха не имеет права даже думать об этом. Но он прекрасно понял, что Уруха имел в виду не это. Аой был для него очень важен, но он не может просто предать группу. Только боли от этого ему сейчас не хватало. Её нужно хоть с кем-то разделить. И что ему, Рэйте, остаётся делать? Выбрать между благополучием The Gazette и сердцем Урухи? Нет, для Кою судьба группы уже давно не зависит от него. «Как же быстро ты делаешь выбор, Рэй». - Нет. « Я сделаю всё для этого».       Рэйта приподнял голову Урухи, желая заглянуть в его глаза, но на миг их губы оказались слишком близко. Кою вздрогнул от прикосновения горячих губ друга, ещё хранивших вкус горького кофе. А губы Аоя всегда были немного прохладными. Рэйта не стал углублять поцелуй, ему не это было нужно от Урухи. Им обоим было нужно не это. Он целовал его мокрые щёки, гладя друга по спине, проводя ногтем по позвоночнику. - Рэй… - Я же вижу, как ты устал. «Устал надеяться».       Когда губы басиста коснулись шеи Урухи, тот глубоко выдохнул, не заметив, как ловкие руки расправляются с его застёжкой на джинсах. «Как же быстро ты возбудился. Но мы оба знаем, о ком ты сейчас думаешь»..       Тёплые губы басиста касаются головки члена Урухи, заставляя гитариста опереться спиной в подоконник. «Что ты делаешь, Акира..?» - слова бились в голове гитариста, слова, но не их смысл.       Язык друга ловко скользил по стволу, беспорядочно задевая чувствительную точку-ямочку на головке, заставляя Кою тихо, но непрерывно постанывать. Сильные пальцы басиста уверенно водили по стволу в такт движениям языка, иногда останавливаясь и заставляя Уруху дрожать от перевозбуждения. Судорожно вцепившись руками в край стола, Уруха кончил, вталкивая себя глубже в рот Рэйты. «Так тепло, так хорошо. Так спокойно рядом с тобой. А ведь ты всегда рядом. Готов на всё для меня. Почему же мне не нужно это? Мне не нужны твои губы. Они не те, они – чужие. Они – не его».       Рэйта поднялся с колен и опустился на стул рядом, ожидая, когда Кою восстановит дыхание. Тот поднялся, одеваясь, провёл ладонью по шее друга, и тихо прошептал, уходя: - Спасибо. Рэйта знал, за что было это «спасибо». Как только дверь закрылась за Урухой, он набрал номер Аоя. Как ни странно, тот поднял трубку. - Да, – прозвучал бесцветный голос. - Кою решил уйти. Гудки. « Что же ты делаешь, Кою? Я же не этого хотел! Я надеялся, ты поймёшь. Поймёшь, что я этого не стою. Не стою ни твоей любви, ни твоей боли, ни твоей жизни. Почему?» Зачем ты спрашиваешь, ты же знаешь. Взять ключи от машины, забыть закрыть дверь…       Уруха сидел на полу в гостиной, со злостью вырывая струны из своей гитары. Пальцы изрезались до кости, смешивая кровь со слезами, но он уже не чувствовал. Отчаянный взгляд, полный другой боли, медленно угасает, превращаясь в бездушную пустоту. Дрожащие руки перестают дрожать. Там, где уже есть твоя кровь, уже нет места страху. Последняя струна ещё держится на последнем креплении, в несколько раз обвивая тонкое запястье. Последние силы в остервенелом рывке. Последний звук и последний выдох. Вот и узнаем, что крепче, ты – или твоя гитара. Но сил, кажется, не хватило, и это явно не гитарный звук… Последняя мысль на грани гаснущего сознания. « У него ведь всё ещё есть ключи… хорошо, что у него есть ключи». I’m needing .. All of you

***

- Если хочешь, мы уедем. Только скажи. - Уехать, но зачем. Сбежать? От себя не убежишь. - От боли, от прошлого… - Кою, это невозможно. Если мы уедем, то всегда будем помнить причину, из-за чего это сделали. А я хочу жить. Я хочу снова стать собой, со всем своим прошлым. Ради тебя. - Ты же знаешь, для меня ты – это ты. Навсегда. - Я верю тебе. - Значит, остаёмся? - Спи, любимый, кое-что в жизни всё-таки надо изменить. - Что? - Перестать опаздывать на репетиции.