Я демон.

Существует два мира: мир демонов и мир людей, Геенна и Ассия. И как светлое не существует без темного, один мир не может существовать без другого. Обычно существа одного мира не способны пересечь границу другого, но если демон обладает чем-либо в материальном мире, он способен попасть в него. Первое, что увидел Рин, очнувшись, — это серая каменная стена, с встроенными в неё кандалами. Первое, что он ощутил — оковы холодного металла на руках. Первое, что стало понятным — он пленён. Воспоминания нахлынули на него бурным потоком, смывая все прочие мысли с дороги. Слёзы застилали пеленой глаза — его старик мёртв. Он умер, пытаясь спасти своего сына. Рин очень сильно сожалел о своих словах, сказанных прежде, чем Широ стал одержим самим Сатаной. Рин сожалел. Цепи гулко звякнули от попытки парня разорвать оковы, весьма тщетной попытки. Рин чувствовал себя ужасно вымотанным, будто кто-то высосал все жизненные силы из его тела. Из горла вырвался сдавленный стон бессилия, отражаясь от стен камеры и множась эхом. Синеглазый парень, обшарив своё место заключения глазами, в попытках найти хоть что-нибудь, что поможет высвободиться из ограничивающих его свободу цепей, подвёл как итог, что кроме него, ещё пару висящих с потолка цепей, аналогичных тем, на которых висит он, и «настенных» цепей да, пожалуй, соломы на полу, ничего путного не было. Ещё раз подтянувшись на ободах цепи, Рин гортанно взвыл, проклиная про себя Богов. Сейчас он начинал верить в них. Грузно обвиснув, сдирая кожу на запястьях, парень прислушался к происходящему снаружи, за тяжёлой, обитой чёрным железом, дверью.  Там, за стенами его камеры, раздавались шаги, звон металла, стоны, видимо, таких же заключённых и окрики стражи. Звук удара о дверь заставил Рина содрогнуться от неожиданности.  — Заткнись. И без твоего нытья хорошо. А продолжишь — получишь десяток — другой ударов плетью! — Голос был грубым, хриплым и негромким. А сказанные слова давали новые поводы для раздумий. И от чего-то Рин не сомневался, что слова были адресованы ему, а уж тем более, сомнений не возникало в том, что угроза будет исполнена. «Это не шутка, всё всерьёз». — мысль билась в голове, подобно птице, привыкшей к свободе и бьющейся о прутья своей золотой клетки, в попытке освободиться. Со стороны предполагаемого коридора раздался крик. Его было слышно сквозь толстые стены и, чёрт знает, через сколько таких же он уже прошёл. Крику вторил издевательский смех. Рину стало мутно. Он снова потерял сознание… Повторно очнулся парень уже непроизвольно. Его разбудили, окатив холодной водой. Чёрные волосы прилипли к щекам, синие глаза в непонимании уставились на… человека? Было ли это существо представителем людской расы? Нет. Об этом говорили его рога, удлинённые уши и копыта вместо ступней ног. Рин дёрнулся назад, но цепи, раскачавшись, только приблизили паренька к существу.  — Он очнулся, господин. — О! Рину был знаком этот голос. Он был точно таким же, что и у грозящего стража.  — Что же, ты можешь быть свободным. — Властный и тоже знакомый, до жути страшащий и ненавистный. Синева глаз полыхнула яростью, цепи натужно скрипнули под попыткой парня высвободиться.  — Ты! Я убью тебя, ненавижу! Мразь! — Рин потянулся к лицу стоящего перед ним мужчины. Он узнал его, это он. Он! Его вина в смерти отца даже больше, чем Рина. Всё из-за этого…  — Ты? Как самонадеянно. Ты даже высвободиться не можешь, мерзкий мальчишка. Посмотри на себя, — сказав это, мужчина сделал неопределённый взмах рукой, и страж внёс округлой формы зеркало. — Видишь, на что ты похож? В отражении на цепях висел тощий парень, круги под глазами сильно выделялись на фоне его мертвецки бледной кожи. Рин с неверием и страхом осматривал своё отражение. Как такое было возможным? Он же здесь от силы сутки. Почему?  — Это то, что делает с людьми Геенна. Сейчас твоя жизнь полностью в моих руках. Благодаря мне ты жив.  — Если ждёшь от меня благодарности, ты никогда её не услышишь. — Рин говорил тихо, но слова словно были пропитаны ядом.  — Жалкое отродье, — щёку черноволосого парня обожгло болью.- Посмотрим, как ты заговоришь после. Внесите Курикару! На этот раз в темницу вошёл парень, с виду возраста одного с Рином. Его голову венчали рожки, а из-за спины виднелся хвост. Он нёс катану. Именно ту, что старик вручил сыну незадолго до своей кончины.  — Что ты хочешь сделать? — Рин был напряжён.  — Хм, дай-ка подумать, — мужчина в задумчивом жесте поднёс к лицу руку.- Придумал! — восторженно восклицая, развёл он в стороны руки, — мы её сломаем. — Зелёные глаза сверкнули азартом. Рин широко распахнул глаза, снова дёрнувшись по направлению к мужчине. Это существо хочет сломать последний дар отца. Отчего-то пареньку вспомнились слова Широ про силу, запечатанную в Курикаре, и что этот меч сдерживает демона внутри парня.  — Мы освободим твою сущность, сломав катану. Тебе не стоит беспокоиться — мы перекуём её так, что только наилучший мастер кузнечного дела сможет заметить поломку. — Сатана протянул руку к катане, ласково проводя по резной поверхности ножен. Взяв меч двумя руками, Сатана потянул за цуку*, вынимая лезвие из ножен. Меч покрылся языками синего пламенени. Рина выгнуло под невообразимом углом. Его тело полыхало синим пламенем, лишний раз доказывая о принадлежности мальчишки к верховному роду Богов Ада. Он — наследный принц. Стражник, до сих пор держащий зеркало, едва сдержал порыв преклонить колено перед высшим демоном. Дивна вещь: сколько бы не рождалось принцев и принцесс Ада, ни у одного из них не наблюдалось божественного пламени. Вдруг из ниоткуда, а точнее из Ассии, в Геенну затягивает человека, ребёнка. У которого есть доказательство принадлежности к знати. Из горла синеглазого парня вырывались крики. Его уши вытягивались и заострялись на концах. Начинал расти хвост, принося Рину ещё больше боли. Он выгибался, дёргал цепи и стонал. Пожалуй, наименьшую боль ему приносили только его зубы. Верхние клыки, с не так заметной болью на фоне растущего позвоночника, отрасли до нужного им размера и замерли. Пламя начинало концентрироваться на голове, формируя небольшие рожки, и в районе поясницы, отходя вниз по пока ещё не сформированному хвосту. Мальчишка — служка глотал слёзы, смотря на страдания новоявленного высшего. Он уже сейчас чувствовал, что его судьба переплетена с этим странным полудемоном. Рядом стоящий Сатана ухмылялся, наблюдая за эмоциями на лице своего кровного сына. Его забавляла мысль о тех муках, которые переживёт его наследник при полном обращении. Хвост Рина уже отрос, а сам парень обессилено обвис на цепях. Он сорвал голос, крича от боли, но не только физической. Его также мучила боль от обид, издёвок и ударов из прошлого. Он вылил всю свою накопленную за долгие годы душевную боль. Ах, как правы были те, кто звал его демоном. Губы Рина изогнулись в ироничной ухмылке. Он усталым взглядом вперился в лицо Сатаны, такое ненавистное ему лицо. Синим горели рога и кончик хвоста, все метаморфозы закончились, оставляя после себя память мышцам в виде тупой ноющей боли.  — Что же. Пора сломать и лезвие, — с улыбкой проговорил Сатана и занёс руку для удара по закалённой стали. Слуга в ожидании зажмурился, а Рин лишь недоверчиво смотрел на будто замедленный, удар. Сатана всего лишь щёлкнул указательным пальцем, как по мечу поползла трещина. Рина снова выгнуло. Казалось, что боль увеличилась в несколько раз. Зрачки глаз меняли форму, принося боль и жжение глаз. Рин взвыл раненным зверем. Из его глаз брызнули слёзы. Синее пламя, до сего момента не вредящее, обжигало кожу, оставляя чуть заметное покраснение. Начиная от лопаток начинали формироваться два синепламенных крыла. Ногти на руках принимали форму звериных когтей, отрастая и заворачиваясь вовнутрь. Они впивались в подушечки пальцев, прорывая их и не давая срастись. Когда последнее изменение окончилось, Рин уже был в бессознательном состоянии. Сатана приказал стражу постелить на пол подле настенных цепей плотную ткань и перезаковать принца в них. Треснувшую катану мужчина вручил демонёнку, наказав снести на починку в кузню, а после возвратиться и обработать раны парня. После сего он развернулся и покинул помещение с совершенно беспристрастным лицом, отправился по своим несомненно важным делам. _____ Цука — рукоять катаны, насколько понял автор. _____ Автор полнейший неудачник. Не сохранить часть? Могу, умею, практикую. Переписывалось в общем. Обещаю раскачаться и писать главы размером побольше. Чёрт знает, когда это будет, правда… Тапки в студию! Мне очень нравятся отзывы. Дайте мне их!