Counting Stars

Молодой Принц восседал в своих покоях, спокойно наблюдая за пейзажем. Он глубоко вдыхает, ощущая слабый запах фрезий из сада. Теплый ветер пробирается сквозь хлопковую рубашку, которая сияла белизной. Кенсу слышит позади себя тихий кашель. - Ваше Высочество, пора готовится к встрече. - Я буду через некоторое время, Лухан, - не оборачиваясь произносит До. - Как пожелаете, Ваше Высочество, - китаец кланяется, последний раз позволяя задержать свой взгляд на Принце чуть дольше положенного. Грусть тяжестью давит на грудную клетку, а нутро в который раз восхищается идеальной внешностью будущего Короля. - Лухан, – Кенсу ловит взгляд чайного цвета глаз. Он держится как может, потому что сердце и разум должны принадлежать Королевству, а не простому слуге. Он медленно подходит к своему подданному, который теперь опустил свои глаза. – Посмотри на меня. Хань поднимает большие глаза, наслаждаясь тем, что видит. Алые и сочные губы, которые он целовал до безумия темными ночами, длинные ресницы, которые трепетали от частого дыхания и сладких поцелуев. Кончики пальцев покалывают от жадности вновь коснуться молочной кожи, которая вот-вот сольется с белоснежной рубашкой. - Не оставляй, не отдаляйся от меня, - голос Кенсу немного ломается от напора чувств. Кажется, еще немного и он сорвется в гневе и отчаянии. - Я обещал Вам это много раз, мой Принц. Кенсу крепко обнимает китайца, вдыхая нежный аромат, напоминающий белую фрезию.

***

- Мой Принц, я привел к Вам нового друга, который станет отныне и навсегда Вашим личным подданным, - мужчина кланяется невысокому мальчишке, который сидел за столом, тренируя написание иностранных слов. Кенсу отрывается от своего занятия, его взору предстает худой мальчишка. Который не смеет поднять глаза, на будущего Короля. Мужчина оставляет двоих в комнате, а китайский мальчишка содрогается от звука, закрывшейся двери. - Как тебя зовут? – До подходит ближе, чтобы детально рассмотреть аккуратные черты лица и острые коленки. - Лухан, Мой Принц. - Сколько тебе лет, Лухан? - Двенадцать, Мой Принц. – Китаец смотрит на мальчика из под челки. - Ты старше меня на два года, - Кенсу задумывается на несколько секунд, затем хватает мальчишку за руку и заставляет посмотреть в глаза. - Ты навсегда будешь со мной? – в голосе принца нет и толики высокомерности, лишь любопытство. - Да, Мой Принц. – Лухан безоговорочно кивает. - Зови меня Кенсу, когда рядом с нами никого нет, - улыбается Принц. В этот день обезоруживающая улыбка и смех До разрушила стены вокруг Ханя. И он отдал себя без остатка мальчишке с большими глазами и сердцем.

***

Проходит немного времени, чтобы Кенсу смог привыкнуть к китайцу настолько, что приказывает того заселить рядом со своими покоями. Он любил засыпать после обеда под нежный голос Лу, когда длинные пальцы перебирали темные пряди волос. А сердце подданного нещадно билось в конвульсиях, когда он мог прикоснуться к Его Высочеству, когда чужая улыбка заставляла сделать кувырок желудка и щеки алели под теплым взглядом Принца. После шумного празднования в честь пятнадцатилетия Его Высочества, они были в покоях Принца. Хань подготавливал того ко сну. Но обоим спать вовсе не хотелось. - Лухан, ты не подарил мне ничего на День рождения, - тихо произносит Кенсу, смотря на белый снег, который хлопьями орошал владения Короля. Снег делал ночь светлее, сказочнее в какой-то мере. - Мне не хватит всех сил и возможностей, чтобы подарить Вам что-то, что могло бы быть достойным Вас. - Не льсти, Лухан, мы не в обществе и не перед Королем. Будь честным со мной. Ты обещал это. Лухан мнется доли секунды, но смеет подойти к Принцу так близко, что ощущает тепло чужого тела своей грудью. - Могу ли я позволить себе это, Кенсу? – Парень произносит так тихо, но отчетливо. А сердце гулко стучит, будто в последний раз. - Сегодня мой День. И я позволяю, Лухан. – Кенсу оборачивается, смотря идеально округлыми глазами на парня, который чуть выше его. В темноте их кожа, будто матовая от блеска мерцающего снега. Принцу, кажется, что Хань сошедший из страниц сказок: светлые и правильные черты лица, которым позавидует любая девушка и парень. Но Лу принадлежит Принцу, и этот факт невероятно счастливит Его Высочество. - Закрой глаза и досчитай до трех, Мой Принц, - тихо шепчет китаец, оставляя невесомый акцент между ними. Кенсу подчиняется, а Лу до дрожи влюбляется вновь. Он медленно приближается, слыша тихие: один, два и три. Он позволяет себе коснуться этих проклятых губ, что снятся ему каждую ночь. И на вкус они такие же сладкие, как он себе представлял. До безумия мягкие, от чего их хочется целовать и целовать. Где-то в районе сердца создается трепещущее чувство, которое разрастается теплом до самых кончиков. Руки Кенсу обнимают за торс, словно боясь упасть, а Хань медленно скользит ладонями по хрупкой спине младшего. Лу приоткрывает чуть губы, чтобы коснуться кончиком языка, на что Принц соглашается и поцелуй становится более открытым и раскрепощенным. Их языки пока неумело движутся, а желание растет, как снежный ком. Неопытность сейчас является чем-то очень ценным и Кенсу счастлив, что все это происходит с тем, кого он бережно хранит глубоко в сердце. - Это самый лучший подарок, Лу, - принц прижимается щекой к теплой шее парня. – Я очень хочу, чтобы ты был рядом со мной. - Я буду. Всегда буду. В этот день падающий снег был особенным для Кенсу. А губы сладко покалывало от поцелуя.

***

- Лухан, эти цветы, они тебе нравятся? – принц подходит к низеньким фрезиям, которые тянулись лепестками к весенним лучам солнца. - Я ничего не смыслю в них, Кенсу. – Лухан следует за парнем, который уже становится мудрее и взрослее с каждой наступающей весной. И не солгать самому себе – Принц становится прекраснее. - Ты, как белая фрезия, Лу, - До срывает белоснежный цветок, преподнося его своему подданному. – Этот цветок был открыт совсем недавно, он был сравним с фантазией среди парфюмеров и садоводов. Он придает легкую свежесть в основную композицию. Но без нее сад становится блеклым, как и парфюмерное масло. Хань внимательно слушает, а когда в его руках оказывается хрупкий и нежный цветок, Кенсу тянется к губам китайца, оставляя невесомый поцелуй: - Как и я без тебя, Лухан. Ты моя фрезия. Этот день становится значимым для обоих. А для Ханя белые цветы стали самыми любимыми и каждое утро он приносил свежий цветок в покои Принца. Начиная новый день нежным прикосновением фрезии и теплым поцелуем в губы.

***

- Не может быть, - тихо произносит Кенсу в своей спальне, сжимая ладони в кулаки. – Не может быть. Не сейчас. Я не хочу. - Это необходимо, Кенсу, - произносит Лу, стоят в конце комнаты. - Не говори так! Это необходимо отцу! Но не мне! – Впервые До срывается на отчаянный крик. Хань видит в глазах блеск скопившейся влаги. - Ты рожден стать Королем. Твое сердце принадлежит Королевству, - китаец подходит к Принцу, беря в руки чужие ладони. – Но никак не мне. Горькая правда режет слух и все внутренности переворачиваются. Лухан прекрасно знал, чем все закончится. Кенсу не мог принадлежать ему. Это что-то из разряда сказок для принцесс. - Союз двух Королевств за счет свадьбы, - бормочет До, - глупость. - Так было и будет всегда, – произносит Лухан, но ощущает противоборство в собственных словах. Его сердце нещадно жмется в груди. Но он лишь подданный, ему нельзя выказывать чувства. Он и так выказал излишек. – Возможно в идеальном мире, все будут жениться по любви. Принц беспомощно хватается за края одежды китайца. Несправедливо. - Но единственное, что не изменится в твоем мире Кенсу, - Лухан обхватывает ладонями лицо напротив, вытирая пальцами соскользнувшие слезы, - это то, что фрезия навсегда останется в саду. Не забывай об этом. Лухан всегда будет принадлежать Принцу До Кенсу. Неизменность и стабильность, пусть односторонняя и не для всех глаз. Он трепетно касается губ младшего. Соленый поцелуй пропитан горечью и грустью. Кенсу поглощает Ханя без остатка, когда их языки жадно начинают скользит друг о друга. - Нам нельзя, Кенсу, - старший с трудом заставляет себя отстраниться от Принца. - Ты обещал, Лу, – До тянется за поцелуем, жадно прикусывая нижнюю губу парня, - не покидать меня. И сегодня я хочу, чтобы ты был намного ближе. Лу не смеет отказать своему Принцу. И он вновь нападает на эти дьявольские губы, темнота ночи ложиться на их плечи, словно покрывало, скрывая ото всего мира, дабы оставить их вдвоём. Принца бросает в жар от прикосновений Лу. Нежность и забота в каждом движении, губы китайца начинают безостановочно порхать по щекам и глазам, опускаясь до острых скул, после выцеловывая тонкую шею. Мелодичный стон слетает с губ Принца, когда Лу вжимает хрупкое тело в стену, ощущая возбуждение младшего. Его разум сносило от аромата и податливости Кенсу. Младший не мог ждать и терпеть, желая получить больше поцелуев, больше прикосновений. Их единение тел становиться совершенством в собственных глазах. Цвет кожи потрясающе сочетается, как и все остальное. Тихие перешептывания слов Люблю тебя ловятся нежными поцелуями. Пальцы смыкаются в замок, а получаемое удовольствие заставляет видеть разноцветные круги. Все настолько невыносимо от чувств и ощущений, что обоим, кажется, что вот-вот взорвутся от всего. Голова приятно кружится от аромата фрезий, царящий в комнате, а руки хватаются за простыни, чтобы не упасть в пучину параллельного мира. Эта ночь запоминается навсегда, как первая, как самая трепетная и отчаянная, приправленная запретом и укрытая темнотой.

***

Кенсу не смотрит на отца, который услужливо встречает Короля из другого Царства. Следом вошедшая принцесса смиренно проходит за своим отцом. Возможно, Принц оценил бы ее красоту, но он оборачивается, высматривая Ханя, который прячется в тени зала. Грудь щемит и тугой канат будто обвивается вокруг нее. Он по привычке закусывает губу, чтобы унять внезапную дрожь и наконец-то собраться с мыслями. Принц натягивает улыбку, когда ему представляют юное дарование из другого Королевства. Спектакль начался и зал полон зрителей. А Лухан закрывает небольшую дверь, опираясь спиной о стену. Он не может сдержать слезу, но больше не дает вырваться другим на свободу. Потому что сердце подданного навсегда принадлежит будущему Королю, только сердце Короля принадлежит всем. Но Лухан обещал, всегда быть рядом с Кенсу. Быть может, фрезии завянут с приходом смены сезонов, но они расцветают каждый год.