Восток

Я устало блуждал взглядом по обеспокоенному лицу Минхо. Он поднялся с моих колен и сел рядом, прислоняясь спиной к стене. Простынь, сползшая с одного плеча, делала его вид нелепым, даже забавным. Нервный смешок вырвался из груди. Господи, и о чем я думаю? Его же убьют. И я ничего не могу поделать с этим. - Тебя собираются убить, - мой голос был каким-то безжизненным. - Понятно, - безразлично отозвался он, ни капельки не удивляясь моему заявлению. - И это все, что ты можешь сказать? – разозлился я. - А ты думал, нас на семейный ужин пригласили? – он придвинулся ближе. – Объясни-ка лучше, что произошло в той пещере? - глаза Минхо подозрительно сузились. И что мне ему сказать? «Знаешь, Минхо, я могу слышать, как говорят те люди, а ты нет. Их голоса раздаются у меня в голове. Даже сейчас я слышу, как они решают, кто пойдет за мной, а кто будет отправлять на тот свет тебя». Он просто покрутит пальцем у виска и подумает, что от стрессовой ситуации моя крыша окончательно съехала, даже не помахав на прощание платочком. - Понятия не имею, - я отвел взгляд на дверь, ожидая с минуту на минуту появление блондинов. - Значит, убить собираются только меня? - Пока да. Я был уверен, как только они отключат меня от своего таинственного Кана, мой трупик будет остывать рядом с Минхо. Парень вздохнул. Мы оба молчали, понимая, что шансов выжить у нас практически нет. Все, что нам оставалось, - это ждать своей участи безропотно и покорно или же надеяться на спасение со стороны, что маловероятно. - А с тобой они что собираются делать? – нарушил тишину Минхо. - Не знаю, - слукавил я, опуская голову не в силах выдержать чужой взгляд, в котором так легко было рассмотреть нежелание мириться с безвыходной ситуацией и едва уловимое отчаяние. Я видел в нем отражение своих собственных чувств. - Ну, раз так, то напоследок нужно кое-что сделать. - Что… Меня прервал неожиданный поцелуй. Рука Минхо крепко сжала подбородок, а властные губы с силой прижались к моим. Поцелуй закончился также внезапно, как и начался. - Ты что творишь?! – кипя от злости, я вцепился в плечи парня. – Нам нужно думать, как выбираться отсюда, а не страдать ерундой! Но Минхо снова приблизился ко мне и жарко зашептал в ставшие влажными после дерзкого поцелуя губы: - Не хочешь подарить последний поцелуй человеку, которого вот-вот прикончат? - Минхо не издевался, не дразнил, он был абсолютно серьезен. - Вот именно! Тебя убить собираются, а ты думаешь о подобном, - возмутился я. - Не только думаю, но и делаю, - в подтверждение своих слов он решительно провел языком по моей нижней губе, замирая на середине и проскальзывая между неплотно сжатыми губами к зубам. Во мне смешались гнев, тревога, отчаяние, страх за наши жизни. Этот сумасшедший коктейль заставил сердце пуститься вскачь, а тело отреагировать на поцелуй. Меня словно обожгло. Это определенно ненормально. Минхо и не собирался на этот раз прекращать поцелуй, с каждым мгновением становясь все более настойчивым. От его напора мой затылок плотно уперся в стену. Я слышал его шумные вздохи, чувствовал порывистые движения губ и стал слабо поддаваться, неуверенно отвечая на поцелуй. Волоски на руках приподнялись от удовольствия, пробегающего колкими разрядами по нервам всего от одного легкого укуса за губу. Минхо, больше не сдерживаясь, углубил поцелуй, не теряя времени, беря инициативу на себя, лаская губами, дразня языком. Горячие пальцы, переместившиеся на шею, обжигали своими прикосновениями кожу, не давали возможности хоть одной здравой мысли появиться в моем стремительно отключающемся мозге. Я и не знал, что поцелуй может быть таким головокружительным. Но неприкрытое отчаяние ощущалось в нем наперевес с желанием насытиться им напоследок. С каждым резким и жестким движением, с каждым укусом это ощущение лишь усиливалось. Но Минхо вдруг остановился и отстранился. Его лицо преобразилось, покрасневшие и припухшие губы слегка подрагивали, ноздри раздувались от каждого вдоха, а под полуприкрытыми веками плескался дикий огонь. Настроение неуловимо изменилось. Медленно он снова приблизился ко мне и едва ощутимо коснулся губ. От резкого контраста между этим и предыдущим поцелуем мое сердце болезненно сжалось, ведь этот поцелуй последний и для меня тоже. Это так несправедливо, так обидно. Перед глазами уже поплыли разноцветные круги, когда наше уединение было нарушено. Минхо быстро отпрянул. Его глаза с ненавистью смотрели на четверых блондинов. Двое из них подхватили меня под руки, а в руках того самого Кибома уже было смертоносное оружие. Я стал вырываться, а Минхо предпринял попытку выбить из рук оружие Кибома, но тот ловко увернулся и уверенно направил руку на спину парня. Я еще успел поймать испуганный взгляд Минхо перед тем, как его глаза закатились, и с глухим стуком обмякшее тело упало на пол. Я не верил своим глазам. Его убили. Действительно убили. Вот только что он говорил, нагло целовал меня, обжигал своим теплом, а теперь безжизненно лежит на холодной земле. Каким бы засранцем он не был, но я не мог до конца поверить, что вот так просто, всего лишь за одно короткое мгновение его не стало. Я остался теперь совсем один. Отчаянный крик рвался из груди, но стиснув зубы, я начал сопротивляться изо всех сил, пытаясь скинуть с себя ненавистные руки. Один из блондинов нанес мощный удар в солнечное сплетение, выбивая весь воздух из легких. В глазах потемнело от боли. - Он должен быть в сознании, - я услышал голос Кибома, и могу поклясться, он был зол. - Ладно, понял, - раздался ответ. - Ведите его, а мы с Темином позаботимся об этом, - он кивнул в сторону безжизненно лежащего Минхо. Меня вели по извилистым темным коридорам, не дав толком очухаться. Я даже не пытался запомнить дорогу. Здесь практически не было ориентиров, все выглядело слишком одинаково: десятки безликих поворотов, под ногами хрустели мелкие коричневые камушки, а сверху, создавая давящее ощущение, нависал тяжелой темно-синей, практически черной массой ледник. Вскоре впереди холодный свет странных ручных фонарей в руках моих сопровождающих стал разбавлять более теплый желтый. Он словно трепетал, меняя свою интенсивность от еле различимых всполохов до ярких вспышек. Дойдя до развилки, мы свернули вправо, оставляя коридор, наполненный этим необычным светом, позади. Я чуть не свернул себе шею, пытаясь разглядеть, что могло быть его источником. Но, наткнувшись на угрожающий взгляд одного из блондинов, вернулся к созерцанию гравия под ногами. Я старался думать о чем угодно, лишь бы не вспоминать лицо Минхо и тот пробирающий до глубины души взгляд. Но против воли он постоянно всплывал перед глазами, стоило хотя бы на секунду отвлечься. И от этого сердце щемило. Это неправильно. Так быть не должно. Я всего лишь ученый, а Минхо турист. Я просто должен был сделать свою работу – взять образцы воды, а Минхо – отдыхать, чтобы потом на шумных вечеринках, где собираются его такие же богатые друзья, за бокалом дорогого спиртного он мог поделиться накопившимися впечатлениями и рассказать занимательную историю о суровом Южном полюсе. Почему все так обернулось? Зрелище, которое открылось моим глазам через несколько поворотов, позволило отвлечься от грустных мыслей. Мы вышли в просторную пещеру, вырубленную в толще ледника. О том, что она была искусственно создана, говорила гладкая поверхность купола. К несчетному множеству дверей правильной закругленной формы, вырубленных в его поверхности, вели узкие лесенки, казавшиеся невесомыми и хрупкими. Через некоторые двери пробивался мягкий тусклый голубоватый свет, освещая ледяные стены рядом. Пещера подсвечивалась ими и овальным диском в самом верху. Мы продолжали идти дальше, а я механически, практически безучастно, отмечал про себя холодную красоту этого места. Чьих это рук дело? Чьи технологии достигли такого уровня, что способны построить нечто подобное здесь? В который раз я задавался этими вопросами и в который раз не находил на них ответов. Меня подвели к одной из дверей и втолкнули внутрь темного помещения. Споткнувшись обо что-то, я болезненно засопел, но в ту же секунду замолчал, наблюдая, как один из блондинов прикоснулся к стене, и на ее синей поверхности стала зажигаться узкая полоса, наполняя все вокруг светом. Посередине, словно застыв в воздухе, была гладкая, тонкая, на вид хрупкая, прозрачная плита. Присмотревшись внимательней, я понял, что у нее нет опоры, и она действительно парит. Побыть в шоке от увиденного мне не дал приказ ложиться на плиту. Я колебался. Страх перед неизведанным набирал обороты. Видя, что сам я не выказываю ни малейшего желания взбираться на эту штуку, блондины взяли дело в свои руки, и уже через несколько секунд я наблюдал потолок из лежачего положения на безумно холодной плите. Как только затылок коснулся гладкой поверхности, очертания комнаты стали расплываться, глаза непроизвольно закрылись, а все посторонние звуки исчезли. Было слышно лишь мое быстрое поверхностное дыхание. Меня окутывало чем-то вязким, черным, затягивающим сознание все глубже и глубже, словно прожорливая трясина, поймавшая наконец-то свою жертву. Я понимал, что где-то там лежит мое тело, что стоит открыть глаза, и я снова окажусь в компании двух блондинов. Но у меня не получалось это сделать. Что-то настойчиво мешало, удерживало меня. В этот раз ощущения были совсем не такими. Стоп. В этот раз? То есть, нечто подобное уже происходило раньше? Догадка осенила меня. Ну, конечно. Это было, когда я потерял сознание на станции. - Вспомнил? – в этом пугающем и неприятном нечто раздался тот же голос, что и тогда, приказавший мне уходить. - Где я? Это Кан? – тут же спросил я. - Так значит, ты слышал нас, - в голосе появились нотки облегчения, а я с опозданием понял, что выдал себя с головой. – Это не совсем Кан, - голос на несколько секунд замолчал. - Это что-то вроде буфера. Здесь мы изолированы от других, и нас никто не сможет услышать. Кан необходим нам для общения. С его помощью мы можем быстро обмениваться информацией и беспрепятственно общаться. Здесь не существует понятие «язык». Все мы общаемся в Кане сознанием и образами. Поэтому ты можешь нас понимать, не зная нашего языка. Я был удивлен таким развернутым ответом. С чего бы вдруг откровенничать с человеком, от которого нужно будет потом избавляться? Но продолжение разговора оказалось для меня еще более шокирующим. - Кто ты? - Меня зовут Темин. У нас мало времени, поэтому тебе придется быстро принимать решение. Или ты выполняешь наши требования, или мы действительно убьем твоего дружка, а потом и тебя. - Минхо жив? – мне показалось, я ослышался. - Жив, но как долго будет оставаться таковым, зависит от тебя. - Но я же видел как вы его этой штуковиной… - я запнулся, переживая заново случившееся. - Этим нельзя убить. Передо мной появилось четкое изображение того странного предмета, напоминающего небольшую деревянную коробочку. Она крутилась вокруг своей оси, позволяя рассмотреть ее во всех подробностях. Стенки были прозрачными, а внутри находилась постоянно двигающаяся жидкость. Она лениво меняла свой оттенок от бледно-желтого до насыщенного оранжевого цвета, иногда вплотную подбираясь к стенкам, а иногда сжимаясь посередине в плотный комочек. А на поверхности было небольшое углубление, по размеру подходящее для большого пальца руки. - Но как же полярники, которых вы убили этой штуковиной? – я был ошеломлен. - Мы никого не убивали. Вы, люди, сами виноваты в их смертях. - Что? – растерялся я. Но как же так? Элис подтвердила их смерть. Одному из них уже сделали вскрытие. - Я и Кибом против убийств. Мы всего лишь погрузили их в сон. Очень глубокий. Их можно было спасти. Но вы сами убили их. Ваша самонадеянность и самоуверенность лишь вредят вам подобным. - Да что вы за люди такие? - изумился я, поражаясь тому холоднокровию, с которым он говорил. - А мы и не люди, - хмыкнул мой собеседник. После его слов тьма передо мной наполнилась миллиардами звезд. Они проносились мимо, одни еле заметно мерцали, другие ослепляли своей яркостью. Я как будто оказался в космосе. Слева промелькнула туманность с розовато-красными клубами космической пыли и газа. От подобной картины у меня захватило дух. Впереди приближалась еще одна туманность. Ее темно-бордовые очертания пугали и завораживали одновременно. Все замерло, когда передо мной появилась голубая планета, крутящаяся вокруг своей оси неподалеку от огромной красной звезды. По ее поверхности неторопливо плыли так похожие на наши белоснежные облака, сквозь которые просматривались неровные очертания зеленых материков. - Это наша планета. Такой она осталась в нашей памяти. - Что произошло? – прошептал я, не в силах оторваться от завораживающего зрелища. - Ее уничтожила комета. В живых осталась только наша экспедиция. Всего лишь жалкая сотня, - в его голосе была неподдельная горечь. – Мы долго скитались, пока на нашем пути не встретилась ваша планета, - во время рассказа Темина все вокруг менялось, двигалось, целенаправленно приближаясь к нашей Земле. Я понял это, когда громадина Юпитера и сверкающий своими кольцами Сатурн пронеслись мимо меня. И снова все замерло перед третьим шариком от Солнца. Как же наша Земля прекрасна. Луна только-только начала выглядывать из-за левого полушария, собираясь осветить ночь в западной части планеты, где материки подмигивали огнями многомиллионных мегаполисов. – Наши планеты практически идентичны. Но ваше Солнце слишком активное и убивает нас. Поэтому мы не можем долго находиться на поверхности. Мы сделали посадку примерно 150 лет назад по вашему местному времени. Для нас прошел всего год. Я не переставал удивляться открывающейся мне информации. 150 лет. Уму не постижимо. - Посадка прошла неудачно. Из-за поломки двигателей мы были вынуждены сесть здесь, - медленно мы приблизились к Южному полюсу, и я увидел, как оранжевый металлический корпус космического корабля, раскалившийся после прохождения слоев атмосферы, грузно упал на ледяную шапку Антарктиды. Под действием высокой температуры лед стал стремительно таять, клубы пара окутали корабль, скрывая его из виду. - Мы чудом уцелели. Корабль застрял в леднике. При падении был поврежден резервуар с топливом, и его содержимое стало вытекать. То, что ты считаешь озером Восток, на самом деле место, куда вылилось наше топливо. - Невероятно, - прошептал я, наблюдая, как оранжевая жидкость стремительно заполняет ближайшие пустоты ледника. - Поначалу мы пытались разведать вашу планету. У нас не было цели захватывать ее, не смотря на то, что наши возможности это позволяли. Хотели просто спокойно жить здесь, наладить контакт с местным населением. У нас есть технологии, и мы готовы были ими делиться, но чем больше узнавали о вас, тем меньше желания у нас оставалось входить в контакт с вами. Вы жадные, эгоистичные создания, - передо мной разворачивались кадры из прошлого. Все войны, которые произошли за прошлый век, все катастрофы, теракты. Человеческая жестокость во всей своей красе сейчас разыгрывалась на моих глазах. – Вы готовы глотки друг другу перегрызть ради полезных ископаемых и мирового господства. Вы убиваете себе подобных. Безжалостно. Не задумываясь. Ваши дети умирают от голода, - кровавые кадры военных действий сменили тощие тела африканских детей, еле держащихся на ногах. - Нищета, эпидемии, нехватка продовольствия, дефицит чистой воды, - каждое его слово в качестве подтверждения сопровождалось визуально. - Вы гадите там, где живете, не задумываясь о будущем. Лишь некоторые ваши ученые пытаются предпринять хоть что-то, чтобы остановить это безумие, но люди у власти ослеплены своей кажущейся независимостью. Они думают, что потеряют ее, стоит им только что-то изменить. А теперь представь, что произойдет, если вы доберетесь до нашего топлива. Его запасов достаточно, чтобы обеспечить энергией все ваше население на долгие-долгие столетия. При определенном использовании оно может стать и оружием, - передо мной снова появилась та коробочка с желтой жидкостью, и я понял, что внутри находится то самое топливо, о котором говорит Темин. - Мы просчитали модель вашего поведения в случае, если вам достанется хоть капля из «озера Восток». Большинство из нас погибнет уже в первый год. В живых вы оставите только несколько представителей нашего вида, чтобы выпытывать у нас знания. А в последующие 14 лет вы разрушите Землю. - О, Боже, - я с трудом переваривал вывалившуюся на меня информацию, но верил Темину. Верил каждому его слову. Ведь, люди по сути своей именно такие, как он и говорит. То государство, которое первым получит внеземной источник энергии, станет у руля мирового господства. Но всегда найдутся те, которые захотят урвать и себе часть инопланетной технологии. Конфликтов не избежать. А там и до войны не далеко. Запасов ядерного оружия хватит, чтобы в щепки разнести нашу планету или же сделать ее непригодной для жизни. Весь масштаб надвигающейся катастрофы четко вырисовывался перед моими глазами, и от этого мне становилось страшно. - Когда вы начали бурение, мы стали думать над тем, как не подпустить людей к топливу. Нам нужно было, чтобы бурение прекратилось навсегда. Поэтому мы придумали план с эпидемией. Он мог бы сработать, если не одно большое «но». - Какое? - Когда мы только начали разведывать вашу планету, то попались на глаза местному населению. Большая часть людей не придала значения словам очевидцев НЛО, как вы нас называете, но малая часть поверила и теперь стережет нас наверху. - Американцы, - быстро догадался я. На их полярных станциях слишком много военных, намного больше, чем нужно для научно-исследовательских работ. - Верно. Они нашему спектаклю могут не поверить. Но и достоверных доказательств нашего существования у них нет. Поэтому им только и остается, что ждать и подстерегать нас. Они уже обосновались около двух точек выхода на поверхность, не зная, что именно нужно искать, и просто ждут нашего появления. - Но вы же засветились перед полярниками Востока. Они вас видели и рассказали об этом американцам. Зачем вы остались тогда на поверхности? Станцию и так уже объявили карантинной зоной. - Нам нужен был ты. Я и Кибом не хотим убивать людей. Поэтому, когда обнаружили тебя бродящим в Кане, к нам пришла идея выманить тебя и использовать, чтобы ты заставил поверить всех людей в эпидемию. - Но как я это сделаю? - Мы дадим тебе образцы льда с настоящим вирусом. Твоя задача будет, доставить его в подходящее место для исследования и сделать так, чтобы об этом узнал весь мир. Тогда у людей отпадет желание лезть дальше под лед. - А что будет с полярниками? - Мы их не тронем, если ты выполнишь свое задание. В противном случае, мы продолжим выполнять первоначальный план. - Кто еще в этом участвует? - Только Кибом. Ты с ним уже общался. - Как я могу вам доверять, если вы пошли против своих же? – высказал я свои подозрения. - Мы поступили так, не желая отнимать жизни людей, - раздраженно ответил Темин. Он явно был не доволен тем, что ему приходиться повторять это. - Но готовы убить меня и моего друга, - резонно заметил я. - Это будет неизбежно в случае твоего отказа. Но и упускать возможность обойтись малыми жертвами мы не можем. И каков твой ответ? Я не знал, как буду осуществлять это все, но был уверен, что не допущу смерти полярников и Минхо. - Я согласен. - Это верное решение, - в голосе Темина появилась радость. - Как только я отключу тебя от Кана, ты больше не сможешь слышать нас, поэтому слушай меня внимательно. Кибом передаст тебе контейнер с образцом льда. Пока он будет закрыт, вам не угрожает опасность. Это код для открытия замка, - незнакомые символы всплыли из темноты. Их было около двух десятков. - И как я их запомню? – растерялся я. - Тебе не нужно их запоминать. Если ты однажды увидел что-то в Кане, то это останется в памяти. - Это работает для вашего мозга. А вдруг у меня не получится, и когда придет время я не смогу открыть этот чертов контейнер? - я начинал изрядно нервничать. - Будем надеяться, что этого не произойдет. Другого способа передать тебе код у меня нет. - Просто великолепно, - сомнения в успехе этого хлипкого плана уже точили меня изнутри. - Контейнер ударо-влаго-огне-прочный. После его открытия он самоуничтожится ровно через тридцать секунд, чтобы у людей не оставалось никаких доказательств нашего существования. Тебе так же следует позаботиться, чтобы процесс самоуничтожения прошел без свидетелей. Сможешь это выполнить, и твоих друзей со станции мы не тронем. Вопросы есть? Это твой последний шанс задать их. - Почему именно я? - Ты каким-то образом смог подключиться к Кану самостоятельно. Я могу только догадываться, что это произошло в тот момент, когда твои мозговые волны были наименее активны. Твоя связь с Каном заинтересовала, поэтому вас не прикончили сразу же, что сыграло нам на руку. И еще кое-что. Как только станет известно, что вы сбежали, за вами начнется погоня. Наши не допустят утечки информации. Но они могут изменить свое решение, если ты справишься, и озеро Восток оставят в покое. Еще вопросы? - Нет, больше нет. - Что ж, тогда приступим. Будет немного больно. Немного… Как же. После этих слов я ощутил адскую боль. Мой мозг словно раскаленными иглами пронзали. Я кричал, или мне так казалось. Все ощущения стерлись, осталась лишь дикая, всепоглощающая, сводящая с ума боль. Сколько это длилось, я не мог определить точно. Мне казалось, вечность прошла, прежде чем я почувствовал облегчение, и темнота стала постепенно отпускать меня. Но не успел я слезящимися глазами оценить обстановку, как размытый силуэт блондина заслонил свет и я снова потерял сознание. Постепенно приходя в себя, я ощутил легкие, практически невесомые прикосновения ласковых рук к своим волосам. Голова покоилась на чем-то мягком и теплом. Открыв глаза, я увидел перед собой лицо Минхо. Он с облегчением улыбнулся. - Как ты себя чувствуешь? - Терпимо, - прохрипел я, снова закрывая глаза, чтобы скрыть радость от вида живого и невредимого Минхо. К моему несчастью, кроме радости, я чувствовал неловкость и смущение, вспомнив недавний поцелуй: как плавился от прикосновений этого парня, как несмело отвечал, не сопротивляясь его напору, впуская чужой юркий язычок в свой рот. – А ты чего вдруг такой ласковый? - Так-то ты рад видеть меня живым? - Вот еще, - фыркнув, я стал подниматься, - не много ли чести? На мой выпад Минхо лишь шире улыбнулся. Такая улыбка сделала его по-мальчишески очаровательным. Я поторопился отвернуться от него, и только сейчас обнаружил, что мы были не одни. Двое блондинов стояли рядом. Кибом протягивал мне черный контейнер, а Темин, показал жестами нам встать около широкой расщелины в стене. Когда мы подошли к ней, он снова стал махать руками, чтобы мы встали ближе друг другу. Мы сделали по одному шагу, но блондин закатил глаза, и обхватив за пояс рядом стоящего Кибома наглядно продемонстрировал насколько близко мы должны встать. Минхо с готовностью разместил свои лапища на моей спине и притянул меня ближе. - Я не знаю, что происходит, - зашептал он мне на ухо, касаясь губами мочки, отчего вдруг стало жарко, - но настоятельно рекомендую просветить меня. Я не успел ничего ответить, так как Темин поднял руку и направил указательный палец в черный провал расщелины. Неведомая сила приподняла нас над землей, и Минхо крепче сжал меня в объятьях. Одной рукой я вцепился в его плечо, а в другой крепко держал ручку контейнера. Спустя несколько долгих секунд нас дернуло в сторону и с ужасающей скоростью понесло в расщелину. Ощущения напоминали те же, что были при падении сюда, только теперь мы двигались в сторону, сначала плавно снижаясь (я догадался об этом по заложенным ушам), а потом вновь поднимаясь. Эта невыносимая тряска продолжалась почти пять минут, пока нас, наконец, не выплюнуло в воздух. *** POV Автор Западная Австралия, город Уилуна* - Бобби, куда собрался? – удивленно спросила женщина, наблюдая как ее сын, громко топая ногами, сбегал по лестнице вниз. - На озеро Карнеги, - молодой парень заскочил на кухню, схватил первый попавшийся кусок хлеба с огурцом и направился к двери. - Снова ты за свое. Сколько можно уже? - укоризненно спросила женщина. - Тебе пора взяться за ум. 25 лет как-никак, а все гоняешься за своим НЛО. - Ма-а-а-ам, - с толикой отчаяния посмотрел парень на своего единственного родителя. – Ты не понимаешь... - Чего я не понимаю? – вскипела женщина. Бобби и хотел бы в который раз рассказать матери о том, что НЛО не выдумки, и он вот-вот сможет сфотографировать его и, продав фото в новостные агентства, заработает кучу денег. И тогда они смогут уехать из этого богом забытого городишки. - Бобби, - вздохнула она, - сколько это будет продолжаться? Я не становлюсь моложе, и работать с каждым годом мне все сложнее. Каждый раз от подобных слов матери противный червячок сомнений начинал точить парня изнутри, но он не собирался отступать. Он чувствовал, что близок к цели как никогда. - Пообещай мне, что это в последний раз. Сухая теплая ладонь коснулась скулы молодого человека, а голубые глаза с надеждой смотрели на сына. - Мам, - умоляюще посмотрел парень. - Несносный мальчишка! Бывшая еще секунду назад ласковой, рука женщины вцепилась в ухо Бобби. - Ты что делаешь? Ну, больно же! - парень закричал, извиваясь ужом от неприятных ощущений. - Больно ему? Больно? Я тебе покажу, что такое настоящие страдания, - пообещала женщина. Не желая выяснять, что такое «настоящие страдания», Бобби вырвался из хватки матери и кинулся со всех ног к выходу, на ходу закидывая рюкзак на плечо и слыша гневные слова матери в спину: «Вернись, неблагодарный! Совести у тебя нет!» Парень старательно заглушал голос той самой совести, в существовании которой его мать сомневалась. Сейчас куда важнее было по-быстрому запрыгнуть в видавший виды старенький форд и укатить наконец-то к озеру. Два часа езды по пыльной грунтовой дороге в сорокоградусную жару отвлекли парня от тяжелых дум. И вот перед ним открылось озеро Карнеги, в это время года больше напоминавшее котлован с грязью. Место было красивым, диким. Вокруг на километры ни души. Но Бобби сюда приехал не любоваться красотами. После разговора со стариком Тимом он был уверен – это «то самое место». Быстрые приготовления были отлажены до автоматизма. Установив фотоаппарат с зонтиком для защиты от палящего солнца пустыни, Бобби удобно устроился в тени на раскладном стульчике и стал терпеливо ждать свою сенсацию. Ждать пришлось недолго. Спустя пятнадцать минут, молодой человек почувствовал странную вибрацию под ногами. Землетрясение изрядно напугало его, и он взволнованно подскочил со своего насиженного места. Всего в тридцати метрах от него из того места, которое Бобби принял за обыкновенную лужу с грязью, что-то вырвалось и поднялось в воздух. Это что-то напоминало по форме яйцо и было вымазано в коричневой грязи озера. Очень медленно яйцо опустилось на землю и распалось. Все это время Бобби не переставал делать фотографии, стараясь не думать об опасности, которая ему грозит. Но когда послышались знакомые человеческие ругательства прямо от того места, где еще секунду назад было яйцо, Бобби насторожился. Он оторвался от фотокамеры и заметил, как две фигуры, барахтаясь в горячей жиже, пытаются подняться на ноги. Парня охватила эйфория. Вот она - сенсация. НЛО, да еще и инопланетяне – это просто комбо. Его фото с руками отдерут. - Эй! – раздался крик. – Помоги нам! - О, Боже, - Бобби всего затрясло. – Они пытаются войти со мной в контакт. Вот теперь парню стало страшно. - Ты там оглох?! – воскликнул еще один голос. Медленно два коричневых силуэта все же поднялись из грязи и направились к перепуганному Бобби. Парень суетливо пытался собрать свои вещи и свалить из точки контакта с НЛО, и уже открывал скрипучую дверцу форда, как тяжелая рука легла на его плечо. - Мама, - всхлипнул отважный фотограф и сполз без чувств на землю. END POV Автор