О людях и волках

– Ну, так не честно! – надулся Тобоэ, глядя на две сидящие рядом парочки. – Вы все теперь встречаетесь друг с другом! А я получаюсь третий лишний! Блю покраснела и похлопала ладонью по сиденью рядом с собой. – Ой, не будь дурачком. Мы ведь всё ещё друзья, верно? – Да уж, – ответил Хигэ и поцеловал Блю в щёку, за что немедленно получил от неё по голове. – Хотя от вас двоих я всё ещё в шоке, – сказала Блю, посмотрев на притихшую парочку напротив. Цумэ с угрюмым выражением на лице листал меню, в то время как побагровевший Киба с нарочитой жаждой глотал сок, лишь бы только ничего не отвечать. Все пятеро обедали в закусочной по приглашению Блю и Хигэ, которые наконец-то объявили о своей помолвке после нескольких недель преследования своими бывшими. – Ну я, например, давно просёк, что Цумэ в Кибу втрескался, – начал Хигэ, но тут же поморщился от боли, получив пинок под столом. – Оууу! Яиц не чувствую! – прохныкал он. – Ой, да фиг с ними! – прервал его Тобоэ, взволновано размахивая руками. – Угадайте, к кому я на днях ходил? – Ну, выкладывай уже, – буркнул Цумэ, после того, как пару минут все сыпали неправильными догадками. Тобоэ закатил глаза. – Я ходил повидаться с бывшим боссом. Блю ахнула, остальные удивлённо вытаращились на него. – Ты ходил, чтобы увидеть... Квента? – спросил, в конце концов, Киба. – Зачем? После всего, что он тебе сделал... – Врачи сказали, что у него сейчас амнезия или типа того, поэтому он ничего не помнит. Цумэ недоверчиво округлил глаза. – Ты шутишь, что ли, чёрт побери? – Никаких шуток, – сказал довольный собой Тобоэ. – Тебе бы надо увидеть его сейчас, Блю. Он стал гораздо милее и добрее. Он был по-настоящему рад видеть меня. К нему больше никто не приходит. Я говорил с ним про тебя... то есть, я сказал, что у меня есть подруга по имени Блю, и у него прямо слёзы на глаза навернулись. Он хочет тебя увидеть. Блю устремила взгляд на салфетку на столе, пытаясь сдержать собственные слёзы. Сам образ «милого» и «доброго» Квента Яйдена казался невероятным. Сколько времени прошло с тех пор, как она была с человеком, который относился к ней, как к собственной дочери? Жадность, богатство и власть изменили его, и она ненавидела это. Она почти не почувствовала, как Хигэ ободряюще сжал её плечо. – Я схожу с тобой, если хочешь, – тихо предложил он, и Блю с благодарностью посмотрела на него. Потом улыбнулась Тобоэ. – Конечно. Почему бы нет? Мы принесём ему корзинку фруктов... Она замолчала, заметив, как Киба внезапно залился краской, а Цумэ с повышенным вниманием уткнулся в меню. – Что? Что плохого в том, что мы принесём ему фрукты? – Ничего, – быстро ответил Киба и воровато глянул на Цумэ, по-прежнему изучающего меню. – Я просто вспомнил про те фрукты, что ты дала мне для Цумэ в прошлый раз. Было очень... эээ... На этот раз Цумэ поднял глаза и чуть ухмыльнулся. – ...очень вкусно, – договорил он хрипловатым шепотом. Хигэ кашлянул, Блю покраснела, а Тобоэ обескуражено нахмурился. – И что? – спросил он, потрясённо глядя на старших. То ли ему показалось, то ли воздух и правда загустел от чего-то сродни неловкости. – Фрукты вкусные. Мне они нравятся. – Разумеется, – ответил Киба, ласково взъерошивая волосы парнишки. – И я надеюсь, что в один прекрасный день ты испробуешь это по-настоящему. – А? – Ну и как тебе жить с Цумэ? – прервала Блю, пока Тобоэ не начал задавать Кибе уточняющие вопросы. – По меньшей мере, интересно, – ответил Киба, не обращая внимания на взгляд, что бросил на него Цумэ. – Мы устроились на работу в доки. Будем заниматься разгрузкой причаливших судов. – Круто, – согласился Хигэ с кивком. – Я, пожалуй, тоже устроюсь к вам. – Чёрта с два ты устроишься! – прорычал Цумэ. – Не хватало ещё, чтобы ты там меня доставал. – Эй, я тебя не достаю! Скажи, Киба? – надулся Хигэ. – Ну конечно, нет. К тому же, я думаю, что он мог бы быть классным помощником. – Видал? Киба считает меня классным. – Жабы на болоте тебя классным считают, – проворчал Цумэ, вызвав этим искренний смех всей компании. Их разговор пошёл на спад, и теперь спокойно струился вокруг него. Цумэ даже устал сдерживать улыбку. Тем не менее, он сделал вид, что сосредоточен на меню (тем более что он вправду не мог решить, что заказать), и принялся наблюдать за хохочущей компанией. Кто бы мог подумать, что толстый и такая красавица, как Блю, когда-нибудь сойдутся? Они планировали переехать в квартиру побольше и почище, взять к себе Тобоэ и отправить его учиться в школу. Однако теперь Тобоэ начал посещать этого старого козла Яйдена... Кто знает, вдруг он захочет жить у него, присматривать за имением или типа того? Наконец, его взгляд упал на Кибу, который смеялся над каким-то рассказом Тобоэ. Цумэ сразу почувствовал, как его желудок в очередной раз нервно сжимается. Он уже начал привыкать к этому ощущению, появляющемуся всякий раз, когда он находился рядом с Кибой или просто думал о нём. Последние несколько недель были для Цумэ – возможно, это избитое выражение – но они были раем для него. Удивительно, но после того облома в больнице, когда Киба так не вовремя заснул, он сам робко попросил у Цумэ разрешения переехать к нему. Он мотивировал это тем, что ему пока некуда идти и негде жить, и что он останется лишь до тех пор, пока не заработает достаточно денег на собственное жильё. Эта его последняя фраза буквально раздавила Цумэ, и на этот раз он поспешил оставить на теле Кибы свою «метку» – заметный след укуса на левом бедре, знак того, что он принадлежит Цумэ, и только Цумэ. Киба это знак носил с гордостью... и в свою очередь сделал ответный жест, также пометив Цумэ шрамом на пояснице. Воспоминания о том разе, когда Киба укусил его, а потом слизывал кровь с тела, до сих пор были яркими, и при одной мысли об этом вниз по позвоночнику Цумэ пробежала дрожь желания. Он беспокойно заёрзал на стуле, в результате чего Киба посмотрел на него с немым вопросом. Вместо ответа Цумэ потянулся к руке Кибы, лежащей на сиденье между ними, и сжал её нежно и успокаивающе. Он надеялся, что его взгляд способен сейчас передать всё его чувства, способен поведать этому парню, как много он значит для Цумэ. Он до сих пор не сказал Кибе те заветные три слова, но с каждым днём и с каждой ночью, проведёнными вместе, ему становилось всё труднее не говорить об этом. Киба внёс свежую струю не только в его жизнь, но и в жизнь всех его соседей. Детишки, которые всегда играли с Цумэ, теперь гроздьями висли на парне с взлохмаченными волосами, умевшем делать всякие здоровские акробатические трюки. Пожилые леди (и несколько молоденьких) высоко ценили его за то, что он всегда говорил им комплименты или охотно помогал нести покупки. В знак своей признательности они частенько потчевали двоих холостяков парой-другой своих фирменных запеканок. Цумэ реагировал на это довольно спокойно, стараясь насколько возможно обуздать свои приступы ревности. Ибо, хотя женщины и дети занимали внимание Кибы в дневное время, ночи принадлежали лишь им двоим – и до чего же классно они их проводили! Цумэ попросту не мог больше представить свою жизнь без Кибы. До чего жалко он жил раньше... Вскоре их посиделки в закусочной подошли к концу. Хигэ, Блю и Тобоэ направились в больницу навестить Квента, а Киба и Цумэ направились в доки на ночную смену. Сегодня в порт прибывали два судна, и работы будет немерено. Они шли рядом, но Цумэ всё же чувствовал дистанцию, поскольку руки Кибы были глубоко засунуты в карманы куртки. Цумэ посмотрел на его тёмные волосы, которые ласково трепал вечерний бриз, на яркие бирюзовые глаза, сиявшие каким-то чувством, которое он не мог описать. Он восхищался этим прямым носом и полными губами, которые он целовал уже столько раз, и всё никак не мог насытиться ими, восхищался этим волевым подбородком и красивой шеей, которую так приятно ласкать... Чёрт возьми! Киба был... – Хм? – Что? – Ты что-то сказал? – спросил Киба с лёгкой улыбкой. Запах моря умиротворял его, и ему по-настоящему нравилось работать в доках. Он был очень рад, что, несмотря на неприятные воспоминания о событиях в порту, ему всё же удалось уговорить Цумэ тоже устроиться сюда. – Ничего я не говорил. Дебил Цумэ. Ну почему ты просто не скажешь ему это? – Я сегодня видел Чезу. – О, – желудок Цумэ немедленно ухнул куда-то вниз. – И как она? – В порядке. Похоже, что у неё новый парень или типа того. Она вся сияла почему-то. – Хмф. – Она сказала, что счастлива, как никогда прежде, – Киба на мгновение смутился. – Если бы я не знал лучше, подумал бы... – Можем мы сейчас не говорить о Чезе? – грубо прервал Цумэ. Киба пожал плечами и что-то пробормотал, но Цумэ не смог расслышать. – Что ты сказал? – Я сказал, что мы с тобой вообще не особо много болтаем, – повторил Киба погромче. – Я просто пытаюсь завязать разговор. – Да это замечательно, но обязательно говорить о ней? Почему нельзя выбрать другую тему, кроме этой проклятой женщины? Киба остановился, и Цумэ выругался про себя. Просто отлично. Этого он вовсе не хотел. Он не желал расстраивать Кибу. – Слушай... извини, я... – Ты прав, – пробормотал Киба. – Я говорю только о ней, но это потому... это лишь потому, что я почти ничего не знаю о тебе, Цумэ, – он устремил пристальный взгляд своих бирюзовых глаз на ошеломлённого парня. – Я не знаю тебя... и ты никогда особо не рассказываешь о себе... и я чувствую себя, как... будто бы... Он в замешательстве провёл по волосам. – Неважно. Пошли, опоздаем, – резко развернувшись, он продолжил путь. Это был бы просто ещё один, совершенно ничего не значащий довод, так что... – Я тоже тебя люблю. Киба снова замер на месте, не уверенный, что правильно расслышал. Он медленно обернулся, но Цумэ уже прошёл мимо него, ускорив шаги и полыхая румянцем. – Что... что ты сказал? – неверяще спросил Киба, вынужденный перейти на бег, чтобы догнать своего приятеля. – Ты слышал, – донёсся до него резкий ответ. – И у нас впереди целая жизнь, чтобы ты смог узнать обо мне всё, что захочешь. Просто... просто дай мне ещё немного времени, ладно? Киба обалдело разинул рот. Целая жизнь... Значит ли это, что..? Не в силах сдержать радостную улыбку, он поспешил вновь догнать Цумэ и, не обращая внимания на слабые протесты, взял его за руку и крепко сжал. Больше не одинок, – думал он, чувствуя ответное пожатие Цумэ и с благодарностью поднимая взор к небесам. – В этом заново созданном мире у каждого из нас есть Рай. – Чего ты разулыбался? – спросил Цумэ, пытаясь сдержать собственную довольную улыбку. Они стояли на краю одной из стен верхнего уровня и смотрели, как внизу шумит и суетится порт Виктория. Море под вечерним небом выглядело спокойным, огни прожекторов окрашивали лёгкую рябь на воде оранжевым светом. Это было по-настоящему красивое зрелище. – Я наконец-то нашёл его, – наконец, ответил Киба тихим голосом. – Что нашёл? Их глаза встретились, и они почти непроизвольно придвинулись друг к другу, соприкоснувшись лбами. – Наш Рай, Цумэ, – прошептал Киба, накрывая его губы своими в неторопливом и нежном поцелуе. Только я... и ты... навсегда.