Ночные стражи "Испытание судьбы"

      – Солдат, поднимайся! – раздалось в голове Эрона, от чего он медленно открыл глаза, тяжело двигая головой.       – Кто здесь? – прошептал Эрон, сжав клюв от боли в шее.       – Орик! – послышался резкий голос, сопровождающийся лёгким эхом в голове.       – Откуда ты знаешь моё старое имя и кто ты такой?! – только хотел выговорить он, как отчётливо услышал это, не открывая клюва. Он почувствовал себя необычайно легко, вся боль прошла, а взгляд стал ясен, казалось, что под ним пропала земля, а он сам видит себя со стороны. Всё вокруг него заволокло дымкой, из которой стал собираться еле заметный силуэт совы.       – Я много знаю и знаю чьи это когти, зачем они сделаны и кто их выковал… – снова послышалось у Эрона в голове, хотя туманная сова даже не открывала клюв.       – Так кто же ты?! Почему ты такой и зачем пришёл? – наступила короткая пауза.       – Я последний носитель этих когтей и очень долго жду приемника, достойную сову, способную поднять их, с сильным желудком, но тебе сейчас тяжело. Великое Дерево… не трать впустую свои способности… – голос стал медленно угасать, а туман рассеиваться.       Резкая боль ударила в голову, от которой подкосились лапы и вся туша Эрона покатилась по камню вниз, вызывая сильную боль, сопровождаемую вскриками. В воздух поднялось много перьев, а на камне остались пятна крови.       – Эй! Ты что там делаешь?! – знакомым голосом сказала сова, выпорхнувшая из дупла высокой ели, услышав вскрики. Эрон попытался подняться, но боль не отступила, забрав все силы и вынуждая Эрона остаться лежать на траве.       – Фир? – прокряхтел он.       – Эрон, зачем ты пытался ходить, тем более поднялся на камень, тебе ещё рано, даже с твоими способностями к регенерации, ты ещё недостаточно окреп! – ворковал знакомый Эрону ушастый сов по имени Фир, ухаживая за больным и поправляя ему повязки на спине.       – Но… Там была сова, – тихо прошипел Эрон, сжимая клюв от боли, когда лекарь поправлял листья, пропитанные непонятным раствором.       – Тебе наверное показалось. Ты, как ни как, упал с большой высоты и потерял много крови, – отрезал Фир, сняв одну повязку и достав из небольшой сумки на лапке непонятный инструмент провёл им по ране, что-то вытащив из неё. Эрон вскрикнул.       – Енотий помёт! Что ты делаешь?!       – Достаю личинку жука, – пробубнил Фир под клюв, увлечённо рассматривая порез.       – Что?! – истерично взвыл Эрон. – Ты засунул мне в рану личинку!? Жука?!       – Да, это полезно при таких ранениях.       – Фу! Это отвратительно!       – Ах да, я забыл, какой ты у нас брюзга, – прошуршал Фир, закатив глаза.       – В любом случае, я рад тебя видеть и…       – Сам не мог предвидеть встречу, – перебил его Фир, – пролетал мимо, заметил сражение, решил остаться и помочь раненым, но потом увидел сову, летящую явно неправильно, а потом она упала на землю. Так я и нашёл тебя, – он добродушно посмотрел на Эрона, подняв свои перьевые уши на разную высоту.       – Я очень благодарен, не знаю, выжил бы ли я, если бы ты не помог! И всё же, я отчетливо видел сову, вот только… – Эрон прервался, поймав на себе любопытный взгляд Фира. – Она была словно соткана из тумана, как бы это глупо не прозвучало. Хотя, с другой стороны, это и правда похоже на галлюцинацию, – Эрон стал водить глазами, провалившись в догадки и не веря самому себе.       – Скрум.       – Скр… что? – переспросил Эрон, удивлённо посмотрев на Фира.       – Скрум…       – Скрум?       – Да, скрум.       – Это научное название такого вида галлюцинаций?       – Нет, – Фир прыгнул на пенёк и заклекотал, всем видом показывая веселие. – Тебе никогда не рассказывали про скрумов?       – Впервые слышу, – отрезал Эрон, наблюдая за улыбающейся ушастой совой.       – Скрумами называют духов умерших сов, оставшихся на земле, чтобы закончить незаконченные дела. – Фир воодушевлённо провёл короткий курс в особенности совиного мира, в частности – скрумов.       – Хм, но что не доделал этот? – Эрон уставился в одну точку, погрузившись в рассуждения, от которых сразу же отвлёк назойливой голос Фира.       – А что он говорил?       – Он сказал, что он последний носитель этих когтей… – Эрон машинально двинул лапой, чтобы показать на когти, но тут же увидел, что их нету. – Где мои когти?!       – Я их снял, что бы они не мешали, красивые, кстати – добродушно ответил Фир, кивнув на дупло, откуда он спикировал, услышав, что происходит с раненым.       – Надеюсь, с ними ничего не случилось? – процедил Эрон, пробив в Фире дырку грозным взглядом.       – Не переживай, такие тяжёлые никто не утащит, мне пришлось по одному заносить их в дупло, и то с трудом. Я побоялся, что вода плохо скажется на них.       – Вода?! – Эрон удивлённо осмотрелся по сторонам, вокруг было абсолютно сухо, лес, земля, трава, валуны. Лунный свет падал на пятна крови, оставленные Эроном, и заставлял их переливаться.       – Да, вода! Был сильный дождь, – Фир кивнул, спрыгнув с пенька, и стал что-то искать, расхаживая вокруг.       – Но земля сухая, – Эрон медленно ходил за Фиром, пытаясь посмотреть ему в глаза, но тот всё время отворачивался, что-то бубня и поднимая лапами крупные листья.       – Он был две… нет… три ночи назад, – коротко ответил лекарь, после чего вскликнул и поднял лапой свой инструмент, – вот он, чуть не забыл про него!       – То есть, я пролежал без сознания три дня? – Эрон обошёл Фира со стороны.       – Пять, – быстро сказал Фир, убрав инструмент в сумку, закреплённую на левой лапе. Эрон поверил на слово, после чего отошёл и расправил крылья, двигая ими в разные стороны, чтобы проверить состояние маховых перьев. К его удивлению, все они были целыми, лишь взбаламутились, а крючочки расцепились. «Сколько работы!» – негодовал он про себя, заглядывая за спину, осматривая раны и повязки.       – Эй, не нужно напрягать мышцы, тебе положено лежать! – Вскликнув, Фир подбежал к Эрону и лапами опустил его крылья.       – Это ещё почему?! – Эрон гневно одёрнул крылом и отошёл.       – Я же сказал, что ты потерял много крови, удивительно, что ты остался ещё жив!       – А я тебя поблагодарил, мне что, уже нельзя поухаживать за собой?! – ехидно ответил Эрон, прищурив один глаз.       – Вот там озеро, можешь помыться, хоть ты и бордовый и кровь тоже, но в том количестве, что на тебе, это очень вычурно, – Фир заклекотал, обернувшись назад и показывая крылом на белую полоску, отражающуюся в воде и проглядывающуюся через ветви деревьев, на которых шевелились листья, обдуваемые ночным ветром.       – Пожалуй, – Эрон хотел было взмахнуть крыльями, но раны дали о себе знать, поэтому ему пришлось пойти к озеру по земле, медленно перепрыгивая камни и ямки. Фир сопровождал его и следил, что бы ничего не случилось, порхая между деревьями и приземляясь на ветви.       Вода отражала бледный лунный свет, искажаемый лениво движущимися маленькими волнами, вызываемыми легким ветром, щекочущим лицевой диск Эрона, заставляя перья колыхаться. Фир сел на берег и принялся ходить вдоль кустов, растущих вдоль небольшой береговой линии маленького озера, которое очень быстро можно было перелететь вдоль и поперёк. Он искал разные травы и ягоды, а когда находил что-то нужное – курлыкал и довольно убирал сокровища в свою сумку, что-то приговаривая под клюв. Эрон ещё какое-то время наблюдал за этой, всё-таки, странной ушастой совой, которая не пугалась его и даже помогала, на лице появилась незаметная улыбка, он выдохнул и покачал головой, переведя взгляд на своё отражение, причудливо меняющее форму. Он поднял лапу и собрался уже ступить в воду, но воспоминания отвлекли его, он смотрел на свою искалеченную лапу, которая уже никогда не будет такой, как прежде, кожа на ней сморщилась и потеряла свой родной цвет, став темнее, некогда мягкие подушечки стали твёрже, боли уже давно не было, из всех напоминаний о том глупом поступке остались лишь эти шрамы. Эрон вновь покачал головой и медленно зашел в воду, приподняв крылья и смотря вверх, живительная прохлада ударила в тело и стала подниматься от лап к самым кончикам его перьевых ушек, словно насыщая каждую клеточку его организма влагой. Он зашел глубже и начал смывать с себя накопившуюся за долгое время грязь, а так же кровь. Повязки он снял ещё на берегу, поэтому прохладная вода попадала в раны, избавляя Эрона от боли в них.       Через несколько минут он вышел из воды, весь мокрый и взъерошенный, но теперь снова стал виден его бордовый окрас, некогда появившийся у него взамен старого желтовато-оранжевого. Он отряхнулся, смахивая с перьев последние капли воды, которые ещё можно было стряхнуть и прыгнул на камень.       – Я так и не спросил, тебе сделал эти когти тот кузнец? – тихо спросил Фир, прыгнув на тот же камень, и принялся разглядывать окрас Эрона.       – Не совсем, он мне их подарил, когти он нашёл в неких северных королевствах, так он мне сказал, – промолвил Эрон, удивлённо наблюдая за поведением Фира, подняв голову.       – Хм, ясно, очень красивые, но как ты с ними летаешь, они же тяжёлые?       – Не знаю, – Эрон повернул голову и опустил глаза, пытаясь найти объяснение. – Видишь ли, мне они кажутся совершенно лёгкими.       – Лёгкими? Интересно, ты не перестаёшь меня удивлять с научной точки зрения, если тебе, конечно, это не обидно, ты очень интересный случай, мне приходилось многим помогать за столь мало прожитое время, но ты такой первый! – Фир тихо заклекотал и продолжил разглядывать Эрона со всех сторон, даже выдернул одно пёрышко и быстро убрал в сумку, улыбнувшись и уставившись в злобный взгляд Эрона.       – Скажи, ты с детства такой? – прошуршал Эрон.       – Кокой? – наклонил голову Фир.       – Тебя словно за зад укусили…       – Да, с рождения! – торжественно ответил Фир, почистив перья на животе. На что Эрон отреагировал очень скептически.       – Не пойми неправильно, я не хотел тебя обидеть…       – Нет, ничего страшного, мне все так говорили – протараторил Фир, спланировав с камня. – Попробуешь?       Эрон прищурился и встал в стойку, потоптавшись на месте, после чего оттолкнулся и, расправив крылья, спланировал рядом с ушастой совой.       – Удивительно, очень короткий реабилитационный период – пробубнил Фир себе под клюв и отошёл в сторону, что-то выискивая в своей сумке.       – Что ты там сказал? – возмущённо заявил Эрон, вытянув голову и пытаясь заглянуть в сумку Фиру.       – Удивительно, говорю, ты только пришёл в сознание, а уже встал на крыло, ну как встал, спланировал! – Фир резко повернулся и неожиданно уставился взглядом почти впритык в лицевой диск Эрона. После чего Эрон моргнул и улыбнулся, отойдя в сторону.       «За что мне это, Глаукс?» – сетовал про себя Эрон, потерев основание клюва лапой и закрыв глаза.       – С тобой всё хорошо?! – Фир неожиданно выглянул из-за бока и быстро спросил, от чего Эрон отскочил, уставившись на немного чокнутого лекаря ошалевшим взглядом.       – Есть хочешь? – спросил он, наклонив голову, удивлённо смотря на выражение лица Эрона. Мысль о еде поселилась в голове Эрона, от чего появилось дикое чувство голода, а желудок заурчал.       – Да, – Эрон кивнул и собрался с духом, после чего приготовился взлететь.       – Нет, Нет, Нет, Нет, Нет, никаких полётов! – Отрезал Фир, качая головой, и перегородил крылом дорогу. – Я принесу тебе что-нибудь пожирнее и повкуснее, жди! – Фир немного посмотрел на Эрона, убравшего крылья, и взмахнул своими, поднявшись в воздух, облетая деревья, и скоро скрылся за листвой.       – Наконец-то! – взвыл Эрон, немного подождав, пока Фир улетит подальше, что бы не услышал этого. Он рухнул на землю, наслаждаясь благоговеющей тишиной, которой так не хватало последние пару часов. Усталость снова накатила, а внутри появилось знакомое зловещее чувство. Всё вокруг снова заволокло туманом, а в голове раздался уже знакомый голос.       – Ты должен вырваться из оков злобы, страха и ненависти, твой желудок умер!       – Умер?! – хотел сказать Эрон, как услышал это в своей голове, от чего туман дёрнулся и туманная сова появилась, с другой стороны.       – Но в твоих силах оживить его, раз ты смог носить эти когти, – шептал скрум в голове Эрона.       – Да что особенного в них?! Материал?! Поэтому они лёгкие? Только поэтому?! Что тебе нужно от меня! Я сам решу, что мне нужно сделать! – гневно вскрикнул Эрон, поднявшись на лапы. Вокруг уже не было никакого тумана, листва шуршала, ночные животный тихо переговаривались, деревья скрипели, а вода тихо бурлила – всё это создавало уникальную композицию леса, нарушавшую абсолютную тишину ночи. Эрон осмотрелся, ему было немного страшно, ведь это был скрум, а он не знал, на что они способны, раз могут приходить во сне и мысленно общаться.       Очень скоро он снова уснул, спрятав голову под крылом, на этот раз сон был спокойным и скрум не приходил к нему, давая выспаться и набраться сил.