Эффект домино

Следующим утром меня разбудил истошный вопль. - Га-л-о-о-чка, - протянул Николай Петрович. - А где анальгин? - Где пил, там и ищи, - сонным голосом ответила Рогозина. - Ну, Га-л-о-о-чка, - чуть ли не плача умолял Галину Николаевну Круглов. - Спроси у папы, где заначка - опохмелишься заодно, - ответила полковник так же сонно. А я уже вовсю смеялся.Пришлось вставать, и начинать новый день. Ушибленная скула и глаз болели, но вполне терпимо. Я вышел на кухню, чтобы умыться. Наткнулся на Николая Петровича, все в той же тельняшке, помятого, и смущенного. Следом из комнаты вышла Галина Николаевна,еще не совсем проснувшаяся. Вместо ответа Круглов помотал головой, с самым несчастным видом, на который был способен.Он и сам не понимал, что на него вчера нашло. - Галечка, ну извини, - жалобно, как котеночек, промурлыкал майор. - Не извиню,- полковник прошла к столу, взяла из вазы большое желтое яблоко. Но потом передумала, и, пошла ставить чайник. Я наблюдал со стороны на семейные отношения, гадая, помиримся ли мы с Таней. - Иван, а кто это тебя так? – внезапно поинтересовался майор, забыв про анальгин и опохмелку животворящую. - Да так, придурок один,- я не стал распространяться. На всякий случай. - Может, поговорить с ним? – видимо, Николая Петровича до сих пор не отпустило, раз с такими идеями лезет. - А может не надо? – робко подал голос я, доставая чашки. - Надо, Ваня, надо,- Круглов, отвлекшись от меня, повернулся к жене. - Галочка, ну что я могу сделать, чтобы ты перестала обижаться? - Меньше пить, - утвердительно кивнула Галина Николавна. - Я и так почти не пью, - от удивления Круглов даже забыл о головной боли. - А вчера? - удивленно посмотрела на супруга Рогозина. - Тоже не пил? - Вчера – только один раз. И то, случайно,- Круглов заглянул в холодильник, но там ничего пригодного не нашел,- Подожди.Я себе что-то позволил лишнего?- у майора даже усы казались удивленно-испуганными. - Ничего, кроме того, что мучил бедную беременную жену, - Галина Николаевна смутилась, поняв, что взболтнула лишнего. Я, наблюдал за этой картиной со стороны, уплетая печенье, и в следующий момент чуть не подавился от хохота. Майор, добывший банку из-под вчерашних огурчиков, с упоением приложился к рассолу.А после слов о «беременной жене» как оказалось, взял баночку с риском для жизни.Николай Петрович странно булькнул, едва не выронил емкость, и, облившись рассолом, закашлялся. - Беременную?! - один глаз Круглова стал больше второго. - У тебя как со слухом? – видимо, вчерашняя выходка все же задела Галину Николаевну,- Да. Беременную,- подтвердила она, улыбаясь. Я похлопал майора по спине, чтобы он окончательно прокашлялся и перестал заплевывать все капельками рассола. - Галя, - крикнул Николай Петрович, ставя баночку на стол. - Галечка! - он стиснул ее в объятьях. - Галюнчик, я тебя люблю! - Коль, я тебя тоже люблю,- Рогозина обняла мужа, стараясь при этом не дышать,- И буду любить еще больше, если ты перестанешь дышать на меня перегаром, - полковнику было явно неудобно в зажатом состоянии, да еще и «благовониями» после вчерашней самогонки. - Извини, моя хорошая, извини, - промолвил майор, отпуская начальницу-жену. - Осторожнее, товарищ майор,- Галина Николаевна снова занялась яблоком. На кухне появилась Таня, в цветастом сарафане и самовязанной кофте поверх. - Доброе утро,- Белая сделала вид, что меня не заметила. Печенье разом стало невкусным, а я отвлекся на то, чтобы приготовить всем чай. - Я вчера многое пропустил, похоже, - промолвил Николай Петрович, глядя то на меня, то на Таню. - Держите, - я сунул майору в руки чашку с чаем, а вторую поставил перед Рогозиной. Как налаживать с Таней, да еще в доме, полном народу, я не представлял. - Чем займемся? - вопрошал я, допив чаечек. - Вань, может, сходите с Таней к соседке, купите молока? – Галина Николаевна намекнула, что дома сейчас мы не нужны. - Я не против, - бодро сказал я. - Черт с тобой, - ответила Таня. Мне дали денег, матерчатую сумку, а Танюше объяснили, как пройти к нужному дому.Мы с Танькой шли по улице, между деревянных и кирпичных домов, молча, и на приличном расстоянии друг от друга. - Если мне сейчас встретится этот абориген, то он будет доволен, - подумал я. Но, мироздание, видно, решило меня познакомить со всей флорой и фауной нашей необъятной родины.Возле дома нужной нам бабы Зои паслась корова, черно-белая и совсем немаленькими рогами. Я слишком хорошо помнил встречу с быком, поэтому машинально скользнул за Танюхину спину. Но спустя пару секунд стало еще хуже – из загона вышла целая стая гусей, белых и огромных. - Ой, мама,- я почему-то пожалел, что надел дырявые носки и не успел попрощаться с ноутбуком. Таня тем временем успела позвать бабушку Зою. - Ой! - взглянув на меня, проговорила бабушка. - Ты, внучек, гусей никогда не видел? - Нн-и-и разу,- у меня застучали зубы, я бы и хотел остановиться, да не получалось. Гуси дружно зашипели, вытянув шеи. - Похоже, птички в шоке от нашего Тихонова,- нараспев произнесла Танька, язвительно поглядывая на меня и мой фингал. - Пойдем, внучка, я молока налью,- Белая пошла за бабушкой, со спокойным и самоуверенным видом. Я же, как только они скрылись, быстренько уселся на забор, поджав ноги. Так оно безопаснее. Пока я сидел на заборе, мимо меня пробежало с десяток котов, собачек и курей. Фауна во всей ее красе. Но самое интересное началось попозже. Мимо забора, петляя, как заяц, пробежал мужичонка, в трениках, пузырящихся на коленках, и, почему-то, в ватнике. - Люся, я тебя боюся,- вопил он дурным голосом, хлопая по земле резиновыми сапогами. За ним, с веником в руках, бежала женщина, в цветастом халатике и вязаных носках. Даже без тапок. - Вот паразит! Только дай тебя поймать, получишь у меня,- воинственная Людмила гнала мужа-алкоголика без устали по улице, не обращая внимания на живность. - Люсь, ну хватит! - кричал вслед женщине мужчина. Весело у них тут, однако, люди живут. - Ничего не хватит,- разъяренная Люся, с размаху,врезала веником по морде корове, которая мирно жевала траву, и никого не трогала. Буренка, обидевшись на человечество, рванула вперед, и потащила за собой паразита, убегавшего от жены. Он машинально схватился за веревку, и побежал за коровой куда-то в даль. - Вот это нифига себе, - я от удивления даже забыл, где сижу, и что, собственно, жду Таню. Белая как раз вышла от бабы Зои, с банкой молока. Я, воспользовавшись тем, что гуси ушли объедать соседний огород, слез с забора, и выдал: - А у вас молоко убежало,- то, как бежало молоко, было слышно всей деревне. - Чего, внучек? - бабушка посмотрела на меня как-то подозрительно. - Корова убежала, утащила за собой соседа,- меня так подорвало на смех, что я с трудом выговорил эти несколько слов. - Ааа... - бабулю, похоже, это не удивило. - У них каждый день такое. - Каждый день корова соседа тащит? - а я уже безудержно смеялся. - Да. А Люська ждет, пока Зорька нагуляется, а Петька протрезвеет, и вернутся они,- кивнула старушка. Тут уже засмеялась Белая. - Спасибо вам большое, мы, пожалуй, пойдем,- я отдал бабульке деньги. - Идите деточки, идите, - баба Зоя кивнула, и подхватив за шкирку одного из кошаков, пошла в дом. - Весело здесь, - Таня снова была серьезной, будто не она только что захлебывалась смехом.- Ну что, пойдем? - спросила Танька. Я кивнул. Молоко в банке бултыхалось, ручки от тряпочной сумки резали руки, а непонятки с Таней меня ужасно достали. Между нами образовалась пропасть, но мы, эксперты лучшей криминалистической службы страны не знали, как ее преодолеть.