Когда тебя нет

POV Гарри. - Я знаю ее. – стопка рюмки проходит легко и просто по моей гортани. Тепло разлетается по легким и мне немного кружит голову. - Очень смешно. – саркастически игнорирует меня Метью, поправляя свой галстук. Ну и дерьмовый же у него галстук, нацепил черте знает что. - Я чувствовал ее где-то раньше. – вторая рюмка проходит еще легче и мне кажется, что я теряю голову. - Ну просто очень смешно. – опять говорит он и смеется. – Я тебе, Стайлс, лучше нос сломаю, чем позволю влюбиться в эту ненормальную Вуд. - Она нормальная! – перебиваю его я и одергиваю друга за плечо. – Она больше, чем нормальная, я клянусь! Она живет… Метью подавляет смешок, вытирая ладонью капли алкоголя со своих губ. Его веселит эта ситуация, а мне хочется засадить себе нож в живот. - Интересно чем? – возмущается он, презрительно фыркая. – Наркотиками? Морфием? Тыкает себе иголками в вены и ты как наивный придурок веришь тому, что она живет?! Я не хочу даже слышать этот бред. Я не хочу слышать то, что говорит Метью, я не хочу рассказывать ему все, что знаю, все, что чувствую, потому что это… Да, хорошо, мне смешно. Он мой лучший друг, но он не должен знать этого. Никто не должен знать то, какая она… Особенная. С тех пор, как мы начали жить вместе, я постоянно думаю о том, что она исчезнет. Да, это сопли. Да, у меня едет крыша. Да, я просто боюсь, что она уйдет. Проснусь я однажды утром, а Вуд нет. От одной мысли волосы на моей голове пошевелились, и меня тут же бросило в дрожь. Нет, Стайлс. Ты не настолько мудак, чтобы думать об этом. Но с Вуд не было никакой жизни – ни спокойной, ни стабильной. Никакой. Наверное, если бы меня спросили: «Что я нашел в ней?», я бы ответил: «Ничего». Я не находил в ней ничего неважного. В ней было важно все. То, как она язвит мне, то, как она разбрасывает свои футболки на полу, то, как она ненавидит жизнь и то, как она учиться улыбаться. Улыбаться для меня. Это все так важно. Это было так важно для меня, и я действительно боялся, что она уйдет. Только благодаря этому каждый мой день с Вуд был на вес самого дорогого в мире бриллианта. Каждый наш момент вместе был больше, чем прекрасен. Каждый ее взгляд в мою сторону прошибал больше, чем просто насквозь. Каждый ее вздох был больше, чем просто для меня. - Она влюбляется в меня. – выдавил я из себя, стискивая зубы. Зачем я говорю это ему? Он просто посмеется надо мной, опустит морально, как тряпку, и что я скажу ему в ответ? Да ничего. - Ну и пусть влюбляется, тебе то что?! – возмутился Метью, с силой поставив пустой бокал на столик. – Ты что, Стайлс? Не заболел? Приятель начинает щупать мою голову, проверяет виски, смотрит зрачки и пальпирует лимфоузлы, точно гребаный знаток хирургии. - В чем проблема, друг? Что это еще за нахрен?! Развел тут, понимаешь ли. – хмыкает он на меня, явно не радуясь моему настрою. – Открой глаза, идиот. Она просто пробка. Пустышка. В ней ничего нет. - Если ты назовешь ее еще хоть один ебаный раз пустышкой, я сломаю тебе челюсть. - Прекрати врать себе, черт возьми! – полностью игнорируя меня, продолжает он и размахивает руками во все стороны с такой силой, что мне даже прилетает пару раз по роже. – Откуда ты блять взялся такой для нее? Свалился нафиг с небес, херов ангелочек и решает спасти эту шизофреничку. Стайлс, она наркоманка и чокнутая. Все считают ее больной. И тебя теперь тоже, потому что ты просто спятил, твою мать! Я приглушенно рыкнул на него, запивая его слова очередной стопкой жгучей водки. Покойтесь с миром, красивые слова, я вас не слышал. В моих зажмуренных глазах проклятый лифт и проклятая Рейчел. Моя Рейчел. Моя и все. - Я могу ее спасти. – тихо говорю я, даже не посмотрев на Метью. - Что?! – хохочет он во все горло, хватаясь за живот. – Ты серьезно так думаешь? Ты, кретин, можешь спасти ее? Он орет на меня во весь голос и мне не нравится то, как он ведет себя. - Если ты не закроешь свой рот, я выведу тебя отсюда и твоя челюсть по-любому за знакомиться с моим ботинком, я думаю, им будет неплохо вместе. – спокойно говорю я, сжимая кулаки со страшной силой. Где Рейчел? Я становлюсь параноиком. Я не вижу ее ни с Хлоей, которая приперлась сюда вместе с Метью, я не вижу ее ни с Иви, болтающей со всеми подряд, и я даже не вижу ее с моим отцом, потому что он курит дорогую сигару и смеется с каким-то фотографом. Мое сердце делает тройной оборот, когда я не вижу ее даже возле буфетного столика и мне становиться настолько херово, что я хочу уйти. Резко сорвавшись со своего места, я быстрым шагом срываю свое пальто из гардеробной и меня точно сотня человек выпнули из зала – я влетаю в лифт, и мне кажется, что его запах полностью обернулся запахом Рейчел. Моя мятная жвачка до сих пор на линзе камеры. Когда двери лифта закрываются, я улыбаюсь самому себе и опускаю голову в пол – мне немного стыдно за то, как я повел себя с ней. Точно подросток. Каждая жилка в моем теле хотела вернуть тот момент, тот секундный момент, когда я прикоснулся к ней. Когда мои пальцы почувствовали ее нежную кожу на бедрах, я, клянусь, потерял башку совсем и полностью. Ее запах дурманил сознание, и мне хотелось блевануть от этого, просто потому, что Рейчел для меня было много. Так много за сегодня, что я немедленно хотел этого еще. Я был напуган. Напуган своим поведением и тем, что она творила со мной. Ни с одной девушкой я не чувствовал себя таким разбитым. Казалось бы, что мне нужно? Она живет со мной под одной крышей, она позволила мне потрогать ее и, черт, даже поцеловать, господи, поцеловать! Но с каждой минутой без нее я разрывался все сильнее. Мои кулаки уже затекли от своего вечного состояния сжатости, а пальцы и вовсе приобрели синюшный оттенок. Мне хотелось нажраться до полного отключения мозга, потому что… Да, потому что я был потерян. И я понятия не имел, что мне с этим делать. Сам того не заметив, я оказался на водительском кресле своей машины и долбил по рулю так сильно, что кожаную обивку наверняка придется сменить. Блять, почему эта чертова обивка значит для меня сейчас больше, чем Рейчел? Какого хуя моя машина вообще тут делает, я ведь приехал на такси? Краем глаза замечаю атласный шарфик на сидении рядом и издаю протяжный стон, полный тяжести и настоящей безысходности. Я с силой хватаю ее шарф и подношу к носу, вдыхая утонченный запах полной грудью. Меня колотит изнутри, каждая моя внутренность разбивается об другую и мне ничего не остается делать, как продолжать медленно угасать прямо здесь и прямо сейчас. Я никогда не думал, что Рейчел сотворит это со мной. Я никогда не думал, что смогу быть таким зависимым от девушки, от любой, черт возьми. Но с Рейчел я терял самого себя, и с каждой ее слабостью я оставлял себя все сильнее. Мне казалось, мир останавливается, но он останавливается для того, чтобы я смог удержать ее. Удержать, лишь бы она никогда не исчезла и не оставила меня совсем одного. Без нее. Я заваливаюсь домой, спотыкаясь об расставленную обувь Рейчел, и мне хочется улыбаться. Когда я встречался с Джеммой, меня постоянно раздражали эти вечные каблуки у порога, о которые я запинался и летел, чуть ли не расшибая самого себя. Однако сейчас я аккуратно снимаю свои ботинки и принимаюсь составлять все разнообразие обуви Рейчел в один ровный ряд. Я спятил и мне так наплевать. По первому спортивному идет регби, и мне нужно унять себя, унять свое бушующее сердце, унять свои нервы, чтобы уснуть ночью. Но я не могу. Снимаю с себя рубашку и тут же швыряю ее в ведро для стирки – я вспотел, хотя кожа покрылась тысячами мурашек. Достав из холодильника бутылку молока, принимаюсь жадно глотать прокисшую напрочь жидкость, а затем выплевываю ее в раковину, и меня выворачивает, выворачивает тысячу раз. Оперевшись рукой на стол, я так и простоял, склонившись над раковиной и рассматривая эти узоры из прокисшего молока. - Что ты делаешь? – тихим голосом задаю я себе вопрос. – Что с тобой случилось, Хаз? От собственных вопросов челюсть сводит. Я не знаю, не знаю, что со мной! На часах уже полночь, почему я не дождался Вуд, почему я уехал, оставив ее среди людей, почему меня вообще волнует где она? Я сильно стискиваю зубы, и мне хочется зарядить по боксерской груше как следует. Отпинать ее нахрен, чтобы ни одного следа от нее не осталось. Мне хочется сдохнуть чуть более, чем полностью. Рейчел, вернись домой, а? Во время просмотра матча по регби, я тысячу раз обновил свой телефон, и тысячу один раз останавливал себя за звонком ей. На часах уже час и я не чувствую ничего, кроме жгучей пустоты. Мне не нужен никто. Передо мной плазма во всю стену, валяющиеся шмотки Рейчел, ее запах, Рейчел, Рейчел, Рейчел, я и пустота. И еще раз Рейчел. - Куда ты бьешь, урод! – вскрикиваю я и соскакиваю с дивана, хватаясь за голову. – Инвалид, мать твою! Я разочарован игрой, разочарован собой и этим днем. Я разочарован, что в 1:15am я один и ее нет рядом. Я грызу свои ногти и все, что мне остается – это смотреть на свой экран, ожидая от нее хоть чего-то. И она дарит мне его. Свое прекрасное отсутствие.

Sia – Breath me

- Гарри… - произносится где-то в невесомости, и сонно разлепляю глаза. Рейчел. Я не вижу ни то, во что она одета, ни то, в каком она состоянии. Я чувствую ее руку на своей ладони, и все ее тепло медленно расползается по моим венкам, еле слышно ликуя. - Просыпайся, давай. – она шутливо проводит рукой по моим волосам и я готов провалиться сквозь землю – я ведь ждал этого так долго. - Господи, Рей, сколько время. – хрипло говорю я, судорожно облизывая губы и потирая глаза. Рейчел виновато отводит глаза в сторону и мне не нравится это. - Три. – сухо отвечает она и убирает свою руку от моей, как от огня. От меня словно кусок сердца отодрали в этот момент. «Верни мне руку» - проносится в моей голове со страшной скоростью. - Ты спятила! – вырывается из моих губ. Рейчел сидит рядом в удлиненной шелковой рубашке розового цвета с тонкими полосочками, поджав ноги под себя. Эти чертовы ангелы Виктории и до нее добрались – думаю я о какой-то ерунде вместо того, чтобы прикоснуться к ней. - Где ты была. – жестко говорю я, и это даже не вопрос. Я готов порвать любого, с кем она провела 4 часа без меня. - У Хлои. – Рейчел поднимает на меня голубые не накрашенные глаза и хлопает ресницами, точно приводя меня этим движением в чувство. Точно убеждая меня: «Ты чего, Стайлс? Это просто Хлоя и мы просто друзья». Я сглатываю комок поперек горла и снова, снова, блять стискиваю зубы. Еще немного и мои зубы точно сотрутся друг об друга. Рейчел придется сполна заплатить за мою новую челюсть, в таком случае. - Иди в постель. – грубо говорю я и резко встаю с дивана, направляясь к кухонному гарнитуру. Во мне все вновь разгорается пожар, тысячи пожаров. Я хочу, чтобы она ушла. Растворилась, исчезла, утонула, провалилась, да что угодно. Я не хочу видеть ее, мне нужно время, чтобы побыть одному. - С тобой все хорошо? – я слышу ее голос сзади. Он такой легкий и простой, именно простой, воздушный и невесомый. Как переливы звонких колокольчиков, как капельки утренней росы на свежей траве. Это все Рейчел, моя Рейчел. Моя. И нет, со мной не все хорошо. Я чуть не сдох, пока тебя не было, я веду себя как баба, я начинаю ненавидеть себя за то, что помешиваюсь на тебе, и я уже ненавижу тебя за то, что ты тут. Пожалуйста, Рейчел. Подойди ко мне. - Нет. – хрипло отвечаю я, даже не повернувшись. - Что случилось. – дурацкая привычка, Вуд. Она не спрашивает, она утверждает. Она знает, что я спятил целиком и полностью, она знает, что я помешан на ней, она знает, что ее отсутствие убивает мои живые клетки. Она все прекрасно знает, именно поэтому она делает это. Откровенно убивает меня своими издевками. Давай, Стайлс. Скажи что-нибудь ей. Скажи ей то, от чего ей захочется сдохнуть, от чего ей захочется вломить в свои вены побольше дури, давай, придурок, что ты встал, как вкопанный. Но нет. Все напрасно. Я так и стоял спиной к ней, зажмурив глаза до головокружения и стиснув зубы до непереносимой боли. Я сдаюсь, Вуд. Я просто сдаюсь и все. В кармане моих спортивных брюк вибрирует телефон, и я тут же достаю его, проверяя ай месседж. Метью шлет мне ссылку на какую-то игрушку и просит составить мне компанию. Я резко разжимаю пальцы, и мой проклятый телефон с грохотом падает на пол, оставляя после себя напряженную тишину. Господи, дай мне мозгов. Что я делаю, что я, черт побери, делаю? Она уйдет, Стайлс. Она уйдет и не оставит тебе ни капли своего внимания. Нужен ты ей такой, параноик со стажем в четыре часа, наивный идиот? Я мысленно прощаюсь с Рейчел и желаю ей спокойной ночи, потому что, мне кажется, она не в силах терпеть мои выходки. Мои идиотские выходки, после которых любая нормальная баба свалила бы от меня далеко и ненадолго. Но Рейчел… Она еле слышно подошла ко мне и присела на корточки, подбирая мой телефон и ненадолго задержав его в руках. Затем она выпрямляется, и я чувствую ее дыхание на моей спине. Моя кожа впитывает ее дыхание, я покрываюсь тысячами мурашек, мою голову дурманит, и я улыбаюсь. Я улыбаюсь тебе, Вуднесс. Пожалуйста, посмотри на меня. - Ты уронил свой телефон. – шепчет она, прислоняясь лбом к моей спине и осторожно, практически неощутимо обхватывает меня сзади руками. – Возьми его. Все внутри меня рушится, а затем снова собирается, и снова рушится, собираясь в один единственный паззл. - Рейчел… - обессиленно говорю я, издавая приглушенный стон. Я чувствую ее руки на своем животе, ее нежные пальцы так осторожно проводят контур каждой татуировки на моем теле, и после этого, мне кажется, что даже ледяная бабочка начинает порхать крылышками, что говорить о птичках, которые вместо того, чтобы клевать мою душу, разливаются прекрасным пением. Она одевала свою уязвимость в броню бесконечной нежности, между тем как я, пользуясь своей слабостью, от которой у меня изнывали ребра, отвечал ей ужасной грубостью. - Что я делаю не так, Гарри? – произносит она подавленным тоном. Я чувствую, как ее сухие губы касаются моей кожи, вызывая во мне целую бурю чувств. - Не слушаешься меня, когда я говорю тебе идти в постель. И я резко оборачиваюсь, смотрю ей в глаза и разлагаюсь на части. Блять, Рейчел, я скучал, я так скучал по тебе за все это время. Ее глаза такие красивые, такие светлые и практически прозрачные, в них столько тепла и света, сколько нет ни в одном окружающем меня человеке. Откуда ты такая, Вуд? Откуда ты взялась такая? - Почему ты улыбаешься? – хмурится она, тыкая меня своим пальчиком между птичек. – Я не слушаюсь тебя, а ты… - Ты красивая. – говорю я ей и закрываю глаза. Верхние веки наваливаются на нижние от сумасшедшей усталости, но я найду в себе силы для тебя, Рейчел, если ты позволишь мне… - Иди в постель. – передразнивает она меня, хмурясь точно так же, как и я, и сложив руки у себя на груди. Я подавляю в себе смешок. Она выглядит так забавно с растрепанными волосами, которые завились от повышенной влажности и по-детски невинно растрепались по ее хрупким плечам крупными локонами, что мне хочется взять и уложить ее в детскую кроватку. Мою Вуд. Мою Вуд, которая колит свои вены и не умеет жить со вкусом. Мою Вуд, которая только учиться жить так, как ей предназначается. Завернуть в детское одеялко и уложить рядом с плюшевым мишкой. Я спятил в сотый раз. - Почему ты поцеловала меня в спину? – спрашиваю я напрямик, сглатывая сердце, которое так и долбит поперек моего горла. Стайлс, уймись, матом прошу, уймись. Почему бы тебе просто не пойти и не лечь в кровать? Потому что ты конченый идиот, вот почему. - Мне казалось, это твоя спина поцеловала мои губы. – Рейчел опускает ресницы и закусывает губу в сомнении. Ее тусклый взгляд прошибает дыру в воздухе, после него любая мелочь кажется чем-то значимым, чем-то особенным и совсем не простым, как кажется. - Тебе казалось. – я отвожу взгляд в окно и начинаю считать звезды. Почему звезды не одиноки? Потому что их масса. Невозможное количество. Они рядом и они дышат друг другом, кутаясь в облака и бесконечные лабиринты гор. Любому человеку необходимы люди рядом, чтобы он чувствовал свое предназначение. Мне же нужна Рейчел и никто больше для того, чтобы я мог свернуть поистине любые горы. - Поцелуй меня, Стайлс. – Рейчел шепчет эти слова и я перестаю дышать. Все звезды для меня в этот момент сливаются в одну огромную, а космос замирает в ожидании. Мир останавливается, а мой разум собирает вещи и говорит: «Давай, до скорого, мой дорогой.» - Зачем? – спрашиваю я, переведя взгляд на нее и столкнувшись с ее глазами. Я продам за них все свое состояние когда-нибудь, я обещаю. Рейчел на минуту замолкает, а затем усмехается, нервно отведя взгляд в сторону. Ее ресницы дрожат под веками, а губы сохнут от ожидания. От ожидания моего поцелуя. - Ты не хочешь. – выдыхает она, продолжая смотреть в одну точку где-то в стороне. - Не хочу. – повторяю я за ней зеркально и опускаю голову, всматриваясь в обнаженные ключицы Рейчел. Вселенная смотрит на нас, обнимая все свои звездочки и посылая безграничную нежность нам обоим в эту дождливую, летнюю ночь. Я медленно коснулся пальцем подбородка Вуд, проведя прямую линию по хорошо отчерченной скуле и, приложив небольшую силу, повернул ее поникшее лицо к себе. Наши лбы соприкасаются, влажные губы Рейчел подрагивают в утомительной истоме, если бы я мог управлять временем, я бы заморозил его на целую вечность. - Хочешь? – спрашиваю я сонным шепотом, но мой голос срывается и это выходит слишком ужасно. Ненавижу свои связки за вечные проблески, черт, как у девчонки! Рей быстро кивает головой, судорожно облизывает губы и снова кивает, кивает так часто, что моя голова начинает кружиться. Ей просто наплевать на то, что я комплексую и я так счастлив, что она именно такая. Она такая только со мной. Я так хочу поцеловать тебя, милая Вуд. Я хочу прикоснуться к твоим губам больше, чем к кому-либо на этом свете, я хочу подарить тебе всю свою нежность и заботу, я хочу почувствовать твой вкус и привкус после твоих губ. Я хочу испить тебя, как розовое шампанское, а затем еще, еще и еще. Я так хочу все это. - Но тебе пора спать. – ухмыляюсь я и аккуратно провожу ладонью по ее мягким волосам, убирая их за спину. Рейчел отодвигает голову от моего лица и смотрит мне глаза с такой жалостью, что мое сердце сжимается. Оно сдавливает все мои органы и мне не хватает дыхания, чтобы взять себя в руки. Я не понимаю, что происходит. Я не хочу понимать ни-че-го. - Спокойной ночи. – вырывается из ее уст, а затем она резко разворачивается и уходит прочь. Я смотрю, как она поднимается по лесенкам, крепко обхватывая мраморные перила. Я смотрю ей вслед и думаю, как долго это будет мучить меня? Мне нужно время, Вуд. Мне нужно время, чтобы доказать, как много ты стала значить для меня. Дай мне время и наше время подарит нам больше, чем просто поцелуи. Мне нравится твоя игра, Рей. Мне нравится хотеть играть с тобой. Мне нравится просто хотеть тебя. Оставайся рядом, я умоляю. POV Рейчел. Резко вскакиваю с кровати. Шелковая рубашка прилипла к моему телу, а холодная испарина медленно скатывается со лба. Сколько времени прошло с того, когда я вновь подпрыгнула на кровати, просыпаясь от кошмара? Пятнадцать минут. Пятнадцать чертовых минут, эта ночь – не моя, но мне так хочется спать. Я шарю рукой под кроватью и вытягиваю оттуда серебряный сундучок. Резко распахиваю его, любуясь красивыми ампулами. Я провожу по каждой своим пальцем, вырисовывая красивые контуры. Затем, поднимаю рукав своей рубашки и проверяю вены – все заплыли, ни одной иглой не подцепишь. Постучав двумя пальцами по одной, я по-детски захныкала, понимая, что мне не светит. Осторожно достав одну ампулу из сундучка, я преподнесла ее к носу и вдохнула аромат. Мерзкий, противный аромат спирта вызвал бурю в желудке. Мне захотелось пойти и прочистить живот от рвотного запаха дешевых больниц. Проклятье, да что со мной происходит. Со злостью швырнув бутылек обратно, я пнула ногой сундук обратно под кровать и сжала голову руками. Мои иглы больше не спасают меня и это самый гребаный факт. Голова раскалывается, в ушах звенит и у меня недосып плюс стоп процентов. Дерьмо, спать хочется больше, чем жить. Тихо встав с кровати, я вышла из комнаты и на цыпочках пробралась в ванную комнату, закрыв дверь на замок. Мне понадобилось больше получаса, чтобы привести себя в чувство под струей горячей воды. Пока вода плавными потоками стекала с моей кожи, я закрыла глаза, и лицо Гарри не заставило себя ждать в своем появлении. Я с силой закусила губу и из глаз посыпались искры. - Уходи. – прошептала я в пустоту, боясь открыть свои глаза. - Ты стесняешься? – словно эхом пронеслось в моей голове, и я еле кивнула головой, по-прежнему держа глаза закрытыми. - Ты не можешь оставить меня даже в душе? – на моем лице глупая улыбка и я шоркаю свое тело быстрыми движениями, лишь бы закрыть себя пеной, размером с трехэтажный дом. - Не могу, ты знаешь. – Стайлс хрипло смеется и щурит глаза. – Ну, давай, Вуд, пофантазируй о том, как я смотрю на тебя снизу. Ты ведь хочешь видеть мое лицо, когда я войду в тебя, когда ты почувствуешь, насколько я хочу тебя? - За-мол-чи. – я покрываюсь бардовой краской до кончиков ушей и закидываю голову наверх. С этим ненормальным невозможно сходить даже в душ. – Я не хочу слышать твои глупые фантазии. - Не переживай, птичка. Я страстно желаю услышать, как прозвучит твой голос, когда ты, кончая, прокричишь мое имя зверским стоном. Мое сердце тревожно застучало. Я резко распахнула глаза, задыхаясь пеной, водой и собственным дыханием. От Стайлса и след простыл – вокруг меня лишь горячий пар, запотевшее стекло и куча пены. Сильно закашлявшись, я оперлась рукой на горячее стекло и согнулась пополам, восстанавливая свое прерывистое дыхание. Все твои шутки, Стайлс, доведут меня до могилы, но это не самое большее, что я хочу. Ты – это все, что я желаю. И только ты это все, что я действительно хочу. Завернувшись в банный халат, я вышла из ванной и тут же, вздрогнув, врезалась в широкую грудь прямо лбом. - Поаккуратней нельзя? – рявкнул хриплый голос, заставив мои внутренности задрожать. Вновь и вновь. Однако от увиденного я чуть не расхохоталась на месте, но вовремя спохватилась и закрыла рот рукой. - Что ты делаешь, Вуд? – Стайлс нахмурился, делая шаг назад. - Смотрю на тебя чуть больше, чем на простого идиота. – глупый смешок вырвался из меня и я больше не смогла себя сдерживать. Мой смех разлился между стенами, и это было действительно очень смешно. Стайлс с голым торсом стоял прямо передо мной с огромной пеной на лице и держал в руке бритвенный станок, из которого сочились капли воды, когда он размахивал руками. Гребаный соблазнитель. - Вообще-то у тебя такой вид, как будто ты только что кончила. – он презрительно сощурился и закатил глаза. – На первом этаже нету воды и я не знаю в чем, мать их, дело! Он возмутился и снова тряхнул рукой – маленькие брызги тут же оказались на моем лице. - Может мне стоит пойти и начистить им морду? – поинтересовался он у меня, резко отодвигая меня в сторону и открывая дверь в ванную. - Для начала тебе стоит очистить свою. – усмехнулась я и, пропуская юного соблазнителя в свою ванную, направилась по лесенкам вниз. - Только если ты поцелуешь меня после этого. – тут же послышалось за моей спиной. За завтраком Стайлс сидел, уткнувшись в книгу, а я внимательно слушала новости об очередном наводнении. - С ума сойти. – произнесла я, облизывая ложку в джеме. – Ты слышал? - Нон. – безразлично произнес Гарри, отпивая из своей кружки простую воду. - Заткнись, я не понимаю по-французски. – нахмурилась я, окуная ложку в сладкий джем. Искоса посмотрев на Стайлса, я тут же залилась краской, вспомнив о происшествии с самого утра прямо в моем душе и прямо перед моими глазами. Его лицо выглядело больше, чем просто спокойно, а мое пылало со страшной силой. Он внимательно читал книгу на французском, а я то и дело косилась на новости, в журнал или в свою тарелку. Гарри не хотел целовать меня, а мне так хотелось прикоснуться к его тонкой коже. - Vous avez à apprendre.– он поднял свой спокойный взгляд на меня и произнес на идеальном французском то, что понятно лишь ему. – Договорились? - Что? – я вздернула бровью, покрутив ложкой у своего виска. – Ты совсем чокнулся. - Ты должна будешь выучить его. – он вновь опустил взгляд на старенькие страницы и неожиданно улыбнулся, видимо, что-то вспомнив. Свое. Личное. И тебя, Рейчел, это совсем не касалось. - Хорошо, какое будет первое слово, которое я должна буду выучить на французском? – поинтересовалась я у него, заправив прядь за ухо. Гарри вновь оторвался от книги и едко улыбнулся одним уголком губы. Я ненавидела эту улыбку, но мне всегда хотелось, чтобы он улыбался мне именно так. - Сhatte. – c его губ не сползала идиотская улыбка и мне тоже захотелось улыбнуться. Улыбнуться, потому что он улыбался мне. - И что это значит? – я сделала приличный глоток шоколадного молока из своей кружки и посмотрела на него. - Киска. В одну секунду я подавилась этим чертовым молоком и я, откровенно говоря, даже не знаю, какие силы помогли мне не выплюнуть свои внутренности наружу. - Очень мило. Спасибо. – пробубнила я, вытирая с губ остатки своего молока. Гарри встал со своего стула и забрал мою тарелку с кружкой из-под моего носа, направившись к посудомойке. - По крайней мере, ты должна уметь представлять себя на французском, детка. Он подмигнул мне и быстрым шагом направился к дивану, затем, усевшись на него, вновь уткнулся в свою книгу, как будто ничего и не было. Я ненавидела его гораздо больше, чем просто бесконечно.

* * *

- Зачем ты позвал их? – я встречала массу народа у себя в гостиной. Тут были все – Хлоя, Метью, Томас, другие ребята с нашего прошлого района, и даже те, кого я не знала. - Они все мои друзья. – спокойно ответил Стайлс. – Мы просто посмотрим фильм и… - … и набухаемся до одури. Пропустив мои слова мимо уха, Гарри продолжал здороваться со всеми, протягивая свои руки. Его рук было так много, казалось, их хватило бы на всех. Длинные, изящные пальцы обхватывали ладонь каждого крепкой силой, долбанные мускулы переливались и, о да, мне нравилось. Мне нравилось смотреть на это. - С ума сойти у вас домик! – в глазах Хлои не хватало только сердечек и картина была бы идеальной. – Рей, я влюблена. Я пожала плечами, оглядываясь по сторонам. Все это казалось мне обыденным и привычным как будто я жила тут всю свою жизнь. - Кто они? – спросила я у Хлои, провожая взглядом толпу незнакомых девушек. Ревность заиграла по моим нервам точно по стрункам, и Стайлс тому – самый хуевейший в мире игрок. - Джемма, Мила, еще кто-то. – отмахнулась Хлоя, даже не предав этому значение. Пока Хлоя исследовала кухню, я смотрела на то, как Стайлс обнимает всех их по отдельности. Самая последняя девушка вызвала в нем смешанные эмоции, потому что с лица Стайлса тут же сошла улыбка, но он ринулся обнять ее. Просто обнять и все. Все внутри напряглось. Я сделала смелый шаг вперед, пробираясь через толпу зевак, прямо к этой небольшой компании. - Джемма, я не знал, что ты… - Гарри растерянно произнес это, посмотрев на нее с жалостью. - Приду? – улыбнулась она, сложив руки на груди. – Я пришла. Я встала, прислонившись спиной к стене и наблюдая за всем этим с таким лицом, словно меня сейчас вырвет. Рядом стоящий парень заорал что-то невнятное и все накинулись на него, поддерживая громкими овациями и чем-то там еще. - Мы поговорим? – донеслось до моих ушей, и я резко обернулась. Джемма стояла к Гарри критически близко. Ближе, чем я хотела и ближе, чем ему позволялось. - Да. – суховатым тоном ответил Стайлс, но, быстро прокашлявшись, выдавил из себя жалкую улыбку. – Позже, Джем. Когда девушка отошла к своим подругам, я тут же ринулась к Стайлсу, хватая его за футболку и вцепившись в его грудь смертельной хваткой. - Вуд, что с тобой? – рассмеялся он, отпивая из своей бутылки глоток пива. Меня залихорадило так, точно я болела ангиной больше недели. Огромное, огромное количество людей в нашем доме, Стайлс, господи, ты же знаешь, ты прекрасно знаешь, что я боюсь их. Я не хочу с ними. Зачем они тут? - Ничего. – я резко выдохнула, как будто приводя себя в сознание. – Прости. Гарри снова рассмеялся, посмотрев на меня, как на идиотку. Да что с тобой, Стайлс? Почему на людях ты становился другим, где твоя сила, где твое вечное «я», где ты, а? Почему ты такой другой? - Просто отдыхай. – произнес он мне на ухо и, обойдя меня стороной, направился в сторону своих друзей, которые раскуривали что-то, сбрасывая пепел прямо на пол. Я ошарашенно присела на край кожаного дивана, чувствуя, как внутри все лихорадит. В любом случае это было ужасно, я не знала и половины из них, и мне хотелось провалиться сквозь землю прямо сейчас, лишь бы уйти отсюда. Лишь бы не видеть их. - Окей, мы смотрим «Один дома», потому что придурок Томас взял не тот диск. – Метью по-свойски подошел к DVD-проигрывателю и вставил туда круглый диск. Вся толпа тут же ввалилась на ковер перед плазмой и в одно мгновение, в одно чертово мгновение вся комната заполнилась людьми. Бесконечными людьми, точно жирными личинками. - Прекрасно. Новый год в августе, просто прекрасно. – Стайлс плюхнулся рядом со мной, открывая бутылку нового пива. Я медленно отвела стеклянный взгляд в сторону, боясь произнести и слова. Мне нужно одиночество. Отголоски прошлого громкой симфонией долбили по моим нервам. Я бы отдала все, чтобы оказаться сейчас в своей жалкой квартирке наедине с Питтэ, я ненавидела этот вечер, я ненавидела этих людей. - Вуд, ты запомнила, как киска по-французски? – Стайлс прикоснулся губами к мочке моего уха, как будто совсем случайно. – Или мне напомнить? - Нет, но я выучила то, как послать нахуй человека, которому ты доверял. – ровным тоном произнесла я, не побоявшись посмотреть в глаза этому уроду. – Зачем они здесь, Стайлс? Гарри громко фыркнул, отдаляясь от меня и подмигивая кому-то в толпе. Я тяжело сглотнула, боясь отвести от него взгляд. - Затем, что я хочу отрываться, Вуд. – невозмутимо произнес он, делая приличный глоток. – Это мои друзья и я хочу быть с ними, черт побери. Я не думаю, что это вообще касается тебя. Все внутри меня полоснулось лезвием. Острая боль пронеслась по жилкам, заострившись в кончиках пальцев. Я нервно рассмеялась, мгновенно отведя взгляд в сторону и прикрывая глаза от страшенной боли, которая расползалась во мне со скоростью света. - Иди и обдолбись своим морфием, если это единственное, что веселит тебя! – завелся он не на шутку, грубо оскалив свои зубы. – Что, не нравится отдыхать с нормальными людьми? Вали в свою комнату, ненормальная, пусть там тебе будет лучше. - Лучше? – прошептала я, не веря своим ушам. – Без тебя? Стайлс въедался в мои глаза, сжирая их своим бешеным взглядом. Я почувствовала, как по спине прошелся холодок, а на пояснице остановились холодные капельки обиды и разочарования. - Как будто ты когда-то была со мной. Будь проклят Стайлс за то, что был прав. Я быстро встала со своего места и, не смотря под ноги, принялась пробираться сквозь сидящих людей, то и дело наступая им на ноги, на руки, на головы – не важно. Все каким-то образом стало так неважно. Я подняла глаза наверх, чувствуя, как пересохший язык щекочет горло. Мне была необходима вода, литр воды, я готова была вылить на себя целую бесконечность воды. Выбежав на кухню, я обнаружила там… Джемму. Она стояла возле барной стойки, уткнувшись в свой гаджет и, казалось, ее вообще не интересовал этот дурацкий новогодний фильм. - Что ты тут делаешь? – презрительно фыркнула она, одарив меня своим вниманием. Я подошла к ней, остановившись ровно перед ее лицом. У нее были идеально-ровные волосы иссиня-черного цвета, они переливались под светом неоновых вечерних ламп и выглядели так, точно их утюгом погладили. Ровная челка касалась черных бровей, густые ресницы прикрывали серые глаза, а странная улыбка не сползала с ее губ. Странная девушка. Странно-красивая. - Действительно. – я развела руки в стороны, не сводя с нее взгляда. – Что я делаю в своем доме? Рука Джеммы в непонимании застряла в воздухе. - Что значит в «своем доме»? – переспросила она хрипловатым голосом. – Это дом Гарри. - Это мой дом. – сказала я резким тоном. И Гарри тоже мой, но это совсем не твое дело. – И это я не понимаю, что ты тут делаешь. - Он позвал меня. – немного снизив пыл произнесла она. – Он сказал, тут будет весело. И я не знала, что вы… - Живем вместе, да? – я вошла в свою игру, напористо взглянув на нее самым презрительным взглядом из всех, на которые была способна. – Да, мы живем вместе. И это действительно не твое дело. - Оу. – рассмеялась она, оголив, наконец, свои зубы. Брекеты. На ее и без того ровных зубах красовались цветные брекеты и я понятия не имела, зачем они ей. – Вы ходите на свидания? Черт, что она несет. Какие еще свидания, и почему ее это волнует? - Нет. Мы работаем вместе. – ответила я, сама не зная зачем. - Ну конечно. Конечно, вы не ходите. Меня поражал уверенный голос этой девушки. Казалось, она что-то недоговаривала и я понятия не имела что. - Как я могла забыть, что Стайлс вообще не ходит на свидания. Он трахает тебя - и в прямом, и в переносном смысле. – сказала она преспокойнейшим тоном, как будто это все было нормально. Действительно нормально. - Все это знают, что Стайлс не перейдет к следующей девчонке, пока не оттрахает предыдущую. Пока не поставит свое клеймо. Что? - Джемма. – в дверном проеме неожиданно появился Стайлс. Я меня затрясло еще пуще прежнего. Какое нахрен клеймо, что за чушь несет эта чокнутая? - Выйди нахер отсюда. – грубым тоном произнес тот, а это значит то, что-то сейчас будет. Я резко двинулась со своего места, но Гарри быстро остановил меня, загородив проход своим телом. - Не ты, чокнутая. – рявкнул он, даже не одарив меня взглядом. - Мне действительно пора. – промурлыкала Джемма, направляясь в сторону дверного проема. Она обернулась мимо Стайлса и поправила рукав на его футболке. - В следующий раз предупреждай, когда вздумаешь позвать свою бывшую девушку к себе, малыш. – произнесла она мягким тоном, выходя из кухни. – Все-таки, старые раны не заживают. В этот момент наш дом точно вспыхнул пламенем. От ужаса ее слов меня покачнуло в сторону и я еле сдержалась, чтобы остаться на своих ногах. Стайлс стиснул зубы, его скулы тут же затвердели, а кулаки сжались. - Про.Ва.Ли.Вай. – произнес он по слогам, со всей силы захлопывая дверь кухни. Штукатурка незамедлительно посыпалась с потолка прямо на мои волосы, но мне было так плевать. Еще сильнее, чем несколько минут назад.

Audiomachine – Guardians At The Gate

- Рейчел... – Гарри мгновенно точно подменили. Он сделал жалкую попытку подойти ко мне, но меня словно током одернули. Что с тобой, Рейчел? Вся моя ненависть к Стайлсу затухла в один момент. Я не знаю, куда делось это, куда провалилось все, что я так хотела, все, о чем я так мечтала. Все рухнуло в огромную пропасть, на которую изливался горячий вулкан. Вулкан, разрастающийся в моих внутренностях. - Не подходи ко мне. – ледяным тоном произнесла я, щурясь от непонятного света. В глазах все защипало, нет, Рейчел, не вздумай. Ты не умеешь. Ты действительно не умеешь. - Рей, послушай, я не знаю, откуда она тут. – в глазах Гарри промелькнул огонек, который тут же погас, ошарашенным моим взглядом. – Я понятия не имел, что она придет. Я принялась кусать свои губы, сдирать кожу до мяса и кусать, кусать, кусать. Соленая жидкость наполняла мой рот, голова кружилась во всех направлениях, мне казалось, что я рухну через пару мгновений и взвою, как брошенный щенок. - Вот откуда этот иврит на твоей ключице, Гарри. – еле слышно произнесла я. – Джемма твоя бывшая девушка. Джемма – пароль на твоем маке, и это совсем не кличка твоей кошки, которая умерла пару лет назад. Джемма – человек, который был… - Господи, Вуд, я прошу тебя! Стайлс выглядел настолько жалко, что мне тут же захотелось вмазать ему сильную пощечину. Но у меня не было сил. Не было сил, чтобы объяснить что-то. Не было сил, чтобы объяснить мою подавленность. Мы друг другу больше, чем никто. Наша ненависть – самое сильное в мире чувство. После моей жалкой ревности. - Ты понятия не имеешь, что ты делаешь, Вуд. – Гарри сожмурил глаза и со всего размаху врезал по ближайшей стене, разбивая костяшки в кровь. – Ты блять не знаешь, что я пережил! - Это ты не знаешь, что пережила я. Без лишних слов я обошла Гарри стороной и, словно в тумане, добралась до своей комнаты. Я не помню, сколько попыток уколоться вызвало мое сознание и сколько попыток провалиться провернули мои спрятавшиеся под кожей вены. Укусив край подушки зубами, я сжала пальцами одеяло, и из меня резко вырвался пронзительный стон, не дающий моему мозгу совсем отключиться. - Почему ты никогда не приходишь ко мне, мама? – прошептала я в пустоте, еще сильнее сжимая простынь в руке. – Я так люблю тебя. Я так хочу к тебе. Внутри меня словно запустили тысячу фейерверков. Мозг дурманило в сладкой истоме, складывалось ощущение, что я подохну через несколько минут. Мы лежали рядом – я и моя боль. Я смотрела на нее каменными глазами, не выдавая никаких эмоций, мои руки дрожали, но я продолжала смотреть на нее. Я сходила с ума. Я совершенно сходила с ума и я не знала, что мне с этим делать. - Уходи, боль. - я протянула ей руку и резко вцепилась в нее. Моя боль. Душевная, одинокая, черная, словно мрачная ноябрьская ночь. - Уходи из меня. Я держала в руке словно свою душу, почерневшую от исколотых будней. Я душила ее, душила всеми силами до того момента, как не накинулась на нее с теплыми объятиями. Мне казалось, я оставляла часть себя. Избавляясь от душевной боли, мы всегда ждем чего-то взамен. Я ждала, что вместо нее на подушке окажется Гарри. Вместо черного, мрачного облака тут будет Гарри – мягкий и свежий, со своей вечной ухмылкой и прекрасным французским. Мой Гарри. Я согревала холодные руки своей боли, губами касалась ее бледного лица, обещала что никогда не брошу ее, всегда буду рядом, всегда буду держать за руку. Но она растворялась где-то в темноте, даже не прощаясь со мной. - Ты не можешь уйти. – я гладила подушку, представляя, что провожу по своим волосам. – Ты – часть меня. Если ты уйдешь, отдай мне его. Моя боль иронически улыбнулась, глядя в мои голубые глаза. - Я люблю тебя, Рейчел, люблю. – прошептала она, все быстрее отдаляясь. В этот момент во мне что-то лопнуло. Испарилось, точно никогда и не было. Я с болью вскрикнула, подавляя ужасающий крик подушкой. Сжавшись в комок, я зажмурила глаза и с ужасом забилась в страшной истерике, с каждой минутой все сильнее покидая это чувство. - Не уходи от меня, боль. – съежившись от раздирающей напрочь ломоты, я глубоко вздохнула полной грудью и обессиленно рухнула на подушку, зарываясь лицом в прохладную ткань. Не дождавшись моего ответа, моя боль оставила меня, как с запястья медленно отходит пульс.

Audiomachine – Dark evolution [The Hunger Games Trailer]

Я медленно раскрыла глаза от того, что он был рядом. Он лежал на той подушке, которую я душила несколько дней.. часов… минут… назад. Во рту все пересохло, в руках совсем не было силы. Моя ладонь лежала на животе Гарри, и я чувствовала, как его ребра двигаются под тонкой тканью футболки в такт дыханию. Впервые я видела его вот так, впервые могла рассмотреть без помех. Выпуклость его бицепса под согнутой в локте рукой. Шелковые волосы, небрежно падающие пряди на глаза. Кулон в виде бумажного самолетика, который он всегда носил, переливался под лунным светом на его мускулистой груди. Одна его рука была сжата в кулак рядом с лицом, вторая рука крепко прижимала меня к его телу. Полоска мягкого света озаряла пряди его темных, взъерошенных волос, заставляя их сиять темным золотом. Я вдохнула полной грудью аромат его кожи, смешавшийся с запахом моего шампуня. Мне так хотелось его поцеловать. Мне хотелось поцеловать маленькое созвездие веснушек на его носу, почувствовать мягкость его губ под моими губами, почувствовать его холодное дыхание на моей коже. Гарри тихо вздохнул, облизав во сне свои губы, и затем прошелся ладонью по моей спине, точно проверяя, рядом ли я. Я была одурманена счастьем, одурманена им. Его присутствие смягчало мое безумие, и его почти хватало, чтобы заставить забыть себя о сотворенном мною. О всех моих сотворенных ошибках. Я медленно встала с кровати. Дойдя до ванной комнаты, я включила тусклый свет и подошла к зеркалу. Никаких изменений. Все та же Рейчел, все та же Вуд. Во мне словно что-то внутри загорелось. Маленький огонечек надежды горел глубоко в моей груди, и мне было приятно от его легкого пламени. - Я убила тебя, старенькая Вуд? – спросила я у своего отражения, и, заметив, что моя сережка в ухе почти расстегнулась, принялась застегивать ее, но она резко выпала из моих рук и упала на пол. Когда я подобрала ее, я вновь встала напротив зеркала и от неожиданности вскрикнула, заставив сердце колотить со страшной силой. - Ты напугал меня. – через несколько мгновений низким ото сна голосом произнесла я, всматриваясь в его ключицы сквозь зеркало. - Я такой страшный по ночам? – ухмыльнулся он, заправляя за ухо прядь волнистых волос. - Я не могу спать, когда тебя нет. Я резко обернулась, впиваясь в ярко-зеленые глаза своими. - Сколько я не видела тебя? – поинтересовалась я, совершенно потерявшись во времени. Стайлс ухмыльнулся, присаживаясь на ведро для грязной одежды. - Чуть больше целой вечности. – спокойно ответил он, мягко улыбаясь. Его голос такой спокойный и нежный, немного хриплый ото сна, но притягательный до мурашек в самих кончиках пальцев. - Что ж, тогда ты точно успел соскучиться по мне. – сделала я вывод, действительно побоявшись спросить, сколько времени прошло. Дыра в моей груди словно совсем затянулась. Я смотрела на него сквозь приспущенные ресницы, и мне так сильно хотелось наброситься на него, сбить с ног и прижать к себе со всей силы, на которую я только была способна этой нежной ночью. - Что ты хочешь на Новый год, Вуд? – неожиданно спросил он у меня, не переставая улыбаться. Да чтоб я провалилась ради этой улыбки. - Платье. Конечно, платье. – я кивнула головой и невозмутимо развела плечами. – Разве существуют какие-то другие пожелания? - Какое платье? Вдохнув воздух полной грудью, я медленно подошла к Гарри и посмотрела на него сверху вниз. Не привыкнув к этому, Стайлс медленно поднялся со своего места и выпрямился. Мы поменялись ролями и теперь он – точно победил. - Длинное, нежное платье. – шепотом произнесла я, запуская руку в его чудесные волосы. – От щиколоток и до шеи. - Очень сексуально. – прохрипел он, кусая свои губы. - Платье из твоих объятий до самой бесконечности. Стайлс осторожно обхватил мое лицо в своих ладонях и прикоснулся своими теплыми губами к моим. Все внутри меня затрепетало, сердце обернулось вокруг себя не меньше трех раз. Его язык был таким чувственно-сладким, слишком неземным, чтобы быть реальным. Я приподнялась на носочки, чтобы прижать его к себе поближе и мне удалось – я стиснула его в своих руках, боясь, что он исчезнет так же быстро, как исчезла моя боль. - Мне всегда казалось, что все лучшее доставалось и будет доставаться другим. – произнес он сквозь поцелуй. - Но, черт возьми, мир, наверное, обеднел, когда мне досталась ты. - Замолчи. – улыбнулась я, отстраняясь от него, но тут же оказалась в сильной хватке этого сумасшедшего. - Ты училась жить без меня, Вуд. – еле слышно прошептал он мне в губы, заправляя мои волосы за спину. – Пора учиться жить заново. Пришла пора учиться жить. Но теперь уже для меня.